Встану я раба божья благословясь пойду перекрестясь из избы в двери


Заговоры, обереги, ритуалы

Пойду, раба Божья, благословясь, пойду, перекрестясь, из ворот в ворота, выйду я в чистое поле. В чистом поле стоит огненный столб. Он на семидесяти крючках, на семидесяти петельках. На этом столбе варят соль-матушку кормилицу. Без этой соли никто не может ни жить и ни быть: ни князь, ни княгиня, ни царь, ни царица, ни красная девица. Без меня, рабы Божьей, не могут ни жить и ни быть, ни дня дневать, ни ночи ночевать, днем по солнышку, ночью по месяцу, по чистым, по мелким звездушкам, отныне до веку веков. Аминь, аминь, аминь. Присушка наговаривается на соль, которую растирают под мышками, везде, где пот есть, а потом кладут в пищу. А эту пищу дают тому, кого хотят присушить.

Берешь за руку и говоришь: «Я не за руку беру, за ретиво сердце».

Наговаривается на полотенце, которым тот, кого хотят присушить, перед вечеринкой утирается, по направлению солнышка. Повторяется присушка три раза – и в уме. Тогда та или тот, кого хотят присушить, будет все гулянье смотреть только на хотящего. Без того не может ни жить и ни быть раб Божий (или раба Божья), ни дня дневать, ни ночи ночевать. Днем по солнышку, ночью по месяцу, по частым звездушкам, отныне до веку веков. Аминь, аминь, аминь.

Произносить на ветер. Дым густой, иди в гору, к (имя) иди до ее (или его) дому.

Отсушки от приворота

Святой священномученик Киприян и святая мученица Иустина (Юстина) – дева (молиться им от «злого очарования»).

Философом и чародеем был ты, святой Киприян, до просвещения своего. К деве, красотою которой безуспешно прельстился один юноша, ты трижды насылал бесов, чтобы воспылала она любовью к юноше, но, потерпев неудачу и уразумев тщету своего волшебства, ты сжег все книги и ко Христу обратившись и святое крещение приняв, был поставлен епископом Антиохийским. Ныне же со Христом царствуешь и наслаждаешься в раю, священномученик, вместе с Иустиною-девою, которая Христа всем сердцем возлюбивши, все чары бесовские, как паутину, разорвала. Услышь нас, святой Киприян-священномученик со святою девою Иустиною, молящихся вам: помогите и избавьте нас от злого очарования, творимого нечистивыми, в пагубу нам. Освободите нас от омрачения страстями, из сетей похоти извлеките, оградите нас от коварства злых людей и отгоните от нас ненавидящего добро, удовлевающего нас диявола, чтобы в мире, покое и тишине прожить нам остаток жизни нашей, благодаря ежедневно Господа Бога. Аминь.

Как отвести приворот(Записано в 1734 году)

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Стану я, раб Божий (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, под севера ветра в чистое поле. И есть под севером ветром ледяная клетка. И в той ледяной клетки стоит ледяный престол. И на том ледяном престоле сидит ледяный муж и пред ним стоят 39 слуг ледяных. И помолясе он, раб Божий (имя), ледяному мужу: «Ой, еси ледяный муж, пошли ты ко мне 39 слуг ледяных». И отпущает леден муж 39 слуг ледяных, и пошли в чистое поле, и вели завеять всеми четыреми ветры: холодным ветром севером, как от сего холодного ветра севера знобит мир крещены православны и тело белое, кровь горячую и уста сахарные, такожде бы меня, раба Божия (имя), остудило и охолодило от сея рабы Божии (имя) во веки веков. Аминь. Аминь. Аминь.

Указ на воду проходную пить и обкатитце, или на что возьмешь.

Как речка бежит об бережках не тоскует, не горюет, и бережка об речке не тоскуют, так бы и раба Божья (имя) не тоскует, не горюет об рабе Божьем (имя).

Берут песок с того и другого берега, бросают под ноги тому, кого хотят отсушить. Когда берут песок, говорят: «Как берег с берегом не сходится, так бы ты, раб Божий (имя), с рабой Божьей (имя) не сходился». Говорят три раза.

Песочку с того и другого берегу завяжите в узелке, если можете – в самовар дать: «Как этот берег с берегом не сходится, так бы и раб Божий (имя) не сошелся с рабой Божьей (имя)». Сначала на песок это сказать, потом песок положить в самовар. Только больше не кипятить. И дать выпить. Чтобы через загняту не прошло. Надо только, чтоб оно не вскипело и не всплыло.

Как не сойтись берегам на одной реке, дак не слюбиться рабу Божьему (имя) с рабой Божьей (имя соперницы). Слово мое верно и крепко. Ключ, замок. Аминь.

Разлуку делают. Отрежут шерсти собачьей и кошачьей. Собака да кошка ведь вместе не уживаются. Соли положат в шерсть да сору, который с полу наметут. Часть этой смеси насыпать в ворота, в двери, в притворы, а другую часть в узелок завязать да в воду спустить – и напоить ей молодца. Как молодец напьется этой воды да перешагнет через сор, он и отстанет от девицы.

Слова произносятся, когда заваривается семисоставная трава (как чай). Навар надо дать выпить сопернице. Как блекнет закат над чистым полем, так поблекни румянец на алых щеках, как туманом ясны звезды призакроются, так затми пеленой очи молодецкие, как поутру росу солнце иссушит, так иссохни-завянь краса девичья злой разлучницы (имя). Ключ, замок, аминь.

Как быстра река Волга мать течет, как пески со песками споласкиваются, как кусты со кустами свиваются, так бы раб (имя) не водился с рабой (имя) ни в плоть, ни в любовь, ни в юность, ни в ярость; как в темной темнице и в клевнице есть нежить простоволоса, и долговолоса, и глаза выпучивши; так бы раба (имя) казалась ему, рабу (имя), простоволосой и долговолосой и глаза выпучивши. Как у кошки с собакой, у собаки с россомахой, так бы и у раба (имя) с рабой (имя) не было согласия ни днем, ни ночью, ни утром, ни в полдень, ни в набедок. Слово мое крепко.

Зайду я во широкий двор, во высокий дом, запишу я (имя) отстуду велику, отстудился бы раб Божий (имя) от рабы Божьей (имя), чтоб он был ей ни на глаза, ни днем, ни ночью, ни утром, ни вечером; чтобы он в покой, она из покоя, он бы на улицу, она бы с улицы, так бы она ему казалась, как люта медведица. И в каком бы она ни была платье, хоть в цветном, хоть в держимом (будничном, рабочем), все бы он не мог ее терпеть и кажинный бы раз не сносил бы с ея зубов своих кулаков. Хоть бы ладно она делала, а ему все бы казалось не ладно, и хошь бы по уму делала, а ему бы казалось, не по мыслям. Пошел бы он по улице, разогнал бы грусть-тоску, кручину с чужими людьми, и пошел бы он домой и повалился бы на место (где постель), и есть у него подружка, ночная подушка, и разогнал бы он с ней грусть-тоску.

На красоту

Стану, благословясь, помолюсь, перекрестясь, по утренней зари, по вечерней зари. Раба Божья (имя), чтобы краше солнца, чтобы краше месяца была. Раб Божий (имя) ни жить, ни быть без рабы Божьей (имя) не мог.

А вот девушки, чтоб красивыми быть, тоже заговаривали: «Как народ на хорошие дома глядит, так чтоб и все парнишки на меня глядели». Это на мыло говорили и мылом тем умывались.

Собираясь на гулянье, девушка утирается полотенцем и говорит на него слова: «Стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, в чисто поле, под восточну сторону. Там течет река, той я водою умоюся, белой зарею утруся, звездочкой подтычусь, красным месяцем подпояшуся, солнышком украшуся. Пойду я, раба Божья (имя), в чисто поле, в пир и гулянье, всем бы я казалась хороша, красива и добра, а милей бы всех – своему милому, которого люблю. Всех бы я была краше и лучше, и любил бы он меня сильнее всех. Мои слова крепки и лепки. Будь по-моему. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Стану я, благословясь, выйду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду я в чистое поле, приду я к синему морю. В синем море лежит серый камень, из-под серого камня бежит золотая водица. Я, раба Божья (имя), умоюся, всему миру я православному поглянуся: молодым я молодовицам, красным девицам, ясным соколам. Ясный бы сокол думал бы, думал, тоской тосковал. Эту бы тоску никому не уговорить, кроме моего тела белого, очей ясных, бровей черных. Аминь. Будьте, мои слова, крепки и лепки, крепче каменя и крепче кременя, крепче булатна ножа. Каждое утро читать.

Моюсь, умываюсь, раба Божья (имя), белыми белилами, алыми румянами, чтоб на меня, рабу Божью (имя), глядели стары старухи, молоды молодухи, стары старики, молоды мужики. А мой любезный (имя) сох бы, болел, как в огне горел, по мне, рабе Божьей (имя), утренну, денну, ночну и вечерню (утром, днем, ночью, вечером). Тут моим словам – ключ и замок.

Девка умывается и шепотом приговаривает: «Как поутру я, раба Божья (имя), поумоюсь водой ключевой да ночною росой, повытрусь девичьей косой, чтоб любезный мой (имя) молодой, по мне сох бы, болел бы, как в огне горел бы, на других не глядел бы, других не любил бы. Лишь на меня, рабу Божью, глядел бы, не нагляделся. Ключ, замок. Аминь».

Белые белила-мазила, пристаньте к моему белому лицу, черная грязь на землю вались, тоска и сухота на глаза садись, на сердце катись (такому-то) рабу Божью. Не было бы ему краше, не было бы и любее окромя меня, рабы Божьей (имя). Кажись, мое белое лицо, белее свету белого, разгорайтесь, мои алые щечки, краснее солнца ясного. Будьте, мои слова, крепки-крепки, крепче камня-булата, вострее косы-бритвы. Говоришь, когда утром умываешься, прижимаешь руки к глазам и говоришь.

Стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из ворот в ворота, во чисто поле. Казалась бы я яснее красной зари старому и малому, холостому, женатому. Умоюсь травой, утруся солнцем. Будьте, слова мои, крепки, лепки. Аминь.

Стану я, благословяся, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из ворот в ворота, выйду на чистое поле, умоюсь Божьей росой, утрусь красным солнышком, опояшусь светлым месяцем, утычусь чистыми звездами. Пойду я, раба Божья (имя), в пир-беседу ко подружкам своим. Всех бы я подружек была басей и милей, все бы на меня зрили и глядели: красны девицы, молоды молодицы, пожилы мужики, неженатенькие. Будьте, мои слова, крепки и лепки. Всем моим словам ключ и замок. Аминь.

Эту молитву девушки в Великий четверг на улочке по ветру пускают. Стою я, благословясь, иду, перекрестясь, из избы дверьми, из ворот в чисто поле, на чистую росу. Святою росою умоюся, цветочками утруся. Иду на ясный месяц, на частые звезды, на свято солнышко. Всем бы я казалась, как ясный месяц, часты звезды. Всем бы я казалась, как маковый цвет. Как на пляски пойдут, на игрища, умываются и это приговаривают.

Встану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, под восточную сторону. Под восточной стороной есть пир, есть мир, есть пировая изба. Мимо я этой избы шла, свой след пронесла. След мой с земли брали, все за пазуху клали. Молодые молодцы, красные девицы, старые и малые, бедные и богатые, холостые и неженатые – все бы на меня, рабу Божью (имя), зрели и смотрели, очей ясных не сводили и казалась бы я, раба Божья (имя), мила и бела, румяна и красна, белее белого света, теплее красного солнца, светлее злата месяца, красивее частых звезд. Аминь. Аминь. Аминь. Три раза.

В таз положи двадцать копеек серебра и соли, полей водичкой и умойся, а после скажи: «Встану я, раба Божья (имя), пойду из избы в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, умоюся росою, утрусь белым светом, покроюся красным солнышком, запояшуся частыми звездами, выйду в добрые люди. Все бы на меня зрели, все бы на меня смотрели, очей ясных не сводили. Казалась бы я, раба Божья (имя), мила и бела, красива и румяна для всех. Отныне и довеку. Аминь. Аминь. Аминь».

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, пойду я в чисто поле на святую росу, святой росой умоюся, цветочками утруся. Пойду я на волю, на яркие звезды, на ясный месяц, на светло солнышко. Всем бы я казалась, как яркий месяц, как ясные звезды, как ясное солнышко, как маков цвет. Всем бы я казалась, раба Божья, как маковый цвет.

Стану я, раба Божья (имя), благословяся, пойду, перекрестяся, из дверей в двери, из ворот в ворота, в восточну сторону, к Окияну-морю. В Окияне-море умоюся, ясным солнышком утруся, месяцем подпояшуся, частыми звездами утычуся. Будь мое лицо, как яйцо, как чистое зеркальце, при праздничках, при собраньицах. Все бы меня любили, зрели, глядели, очей не сносили. Знали меня, величали и место давали.

Стану я, раба Божья (имя), перекрестясь, пойду, благословясь, из избы дверьми, из ворот в ворота, выйду на чистое поле, на зеленые луга, на шелковые травы. Всех я трав выше, лазоревых я цветов зрелее, всех я белее и румяней, всех я круглолицей, всех я полнолицей. На меня бы, рабу Божью (имя), все бы зрили и смотрели, ярких очей не сносили. Будьте, мои слова, крепки и лепки век по веку, отныне довеку. Аминь.

Говорить эти слова, когда волосы прибираешь.

Стану я, раба Божья (имя), перекрестясь, пойду, благословясь, из избы дверьми, из ворот в ворота, выйду в чистое поле под утреннюю зарю, под частые звезды, под млад-свет месяц, под красное солнце. Утренней зарей умоюся, частыми звездами утруся. Все люди православные как глядят на утреннюю зарю, на частые звезды, на млад-свет месяц, на красное солнце, так бы на меня, рабу Божью (имя), глядели, смотрели, ярких очей не сносили. Все князья, бояре и простые крестьяне, и все: старый и малый, холостой и женатый – все бы зрели и смотрели, ярких очей не сносили. Будьте, мои слова, крепки и лепки век по веку, отныне и довеку. Аминь. Говорить эти слова, собираясь на гулянье, одеваясь или умываясь.

Я, раба Божья (имя), розовым мылом умоюся, полотенышком белым утруся, всем людям приглянуся светлее светлого месяца, краснее красного солнышка, ярчее яркой зорюшки, беляя белого снегу, миляя белого свету. Солнышком я украшусь, месяцем просвечуся, звездочками утычусь, зарей подпояшусь. Век по веку, отныне и довеку. Повторить три раза.

Умываться на утренней заре, сказать три раза: «Вставала я ранешенько, умывалася белешенько, белее белого снегу, алее алого цвету. Как алый цветок цветет и расцветает, так бы и я, раба Божья (имя), цвела и расцветала. Как крестьяне красно солнышко знают и почитают, так бы и меня, рабу Божью (имя), знали бы и почитали, любили бы и хвалили встречные и поперечные, молодые ребята, холостые».

Стану я, раба Божья (имя), умоюсь я, раба Божья (имя), бело, наряжусь хорошо, белее белого снегу, алее макова цвету. Кто бы позрил на меня, рабу Божью Марию, не мог бы ни быть, ни жить, ни дню дневать, ни часу часовать и ни минуты миновать, ни ночи ночевать. Отныне довеку. Аминь. Будьте, мои слова, крепки да лепки.

Когда девушка идет на вечеринку, говорит слова: «Выйду я из двери в двери, из ворот в ворота, во чистое поле, там стоит Пресвятая Богородица. Попрошу я ее: „Дай мне красоты да лада, звезды небесные, чудный месяц. Месяц, звезды украшают свет, так и меня бы, девушку, украшали. Как тебя, Пресвятую Богородицу, ценят и возвышают, так и меня бы, красну девушку, ценили и возвышали“».

Стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверями, из ворот воротами. Выйду на широку улицу, в чистое поле, под восток, под восточную сторону. Под востоком, под восточной стороной, как Господь украшает небо и землю – землю красотой, небо небесной высотой, так же бы Господь украшал (имя) красотой и высотой. Казалась бы я, раба Божья (имя), добрым людям, молодым молодцам, и молодым молодицам, и красным девицам плечами плечиста, грудями грудиста, речами речиста, лицом круглолица, на щеках алалица, бровями черна, очами очна. Молодому – сухота, неженатому – тоска, а на меня (имя) – красота. Нарядишься и пойдешь на улочку, в воротах и говоришь.

Умылась, перекрестилась, пошла из дверей в двери, из ворот в ворота. Тут стоит престол, на престоле сидит Пресвятая Божия Матерь, на ей глядят старые старики, молодыя мужики, малый робята, молодыя молодицы, молодыя девици. Так и глядели бы на рабу Божью (имя), не спускали с глаз и держали в устах, все думали об ей.

Встану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, во чисто поле. Во чистом поле лежит Белое море. Я буду им умываться, алым цветом утираться. Как на церкве-матушке крест воссияет, так на мне, рабе Божьей (имя), личико будет светить-воссиять. Все будут смотреть, очи не сносить – старый, малый, средний, последний. Все будут смотреть, очи не сносить! Будьте, мои словечки, крепкилепки во веки веков. Аминь.

Если пойдешь на танцы, то три раза молитву прочитай: «Чтобы ходилося пуще, плясалося пуще, стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из ворот в ворота. Эти ворота – в восточну сторону. В восточной стороне – Киянско море. В Киянском море – Алатырькамень. На этом камне – Пресвятая Богородица, на нее все зрели и глядели. Так бы на меня, рабу Божью, все зрели, глядели, очей не сносили – стары старики, малы парники, на женитьбе – женихи. Аминь». Наговаривать нужно на воду, которой умываются, или на косметику, которую используешь.

На воду – синизна, на платье – белизна, на меня, на рабу Божью (имя), – красота, на весь мир – сухота: на троеженых и на двоеженых, на черных и черемных, на белых и русых, на голых и небогатых. И меня, рабу Божью (имя), весь мир хвалил и восхвалял, и через руки хватали, у места садили за столы дубовые, за скатерти шелковые, за хлебы, за ситни. Мне, рабе Божьей, кланялись, и я, раба Божья, казалась бы всему миру и своему суженому свету белого беляя, схожего солнца миляя, красняя и любяя отца и матери, роду и племени. Ясными очами всех ясняя, черными бровями всех черняя, и на игрушке молодцов, и на женитьбе женихов, на пирушке баб молодых – всех бы я басяя и миляя!

Говорят, за скобу держась: «Иду я, раба Божья (имя), на гулянье, всех краше и баше. При мне подружки хуже и гаже, а я при их – как белая вербочка». Через порог перешагивать правой ногой.

Заваривали лопухи, которыми умывались, приговаривая: «Лицо мое алое, румяное, щечки мои алые, глаза мои веселые! Как на небе солнышко всходит, так бы и на меня, рабицу Божью (имя), все бы глядели, любовались моей красотой. А мои подружки, будьте как черные чер нушки».

Бело умывалась, хорошо наряжалась, клей да лепило, белое белило, красное румянице.

Я умоюсь свежей ключевой водицей. Как водица светит, так бы у меня личико засветило. Когда умываются.

На воду – синила, на меня, на молодицу – белые белила. Как матица у всего потолка, она, одна, так бы я отличилася. Когда умываешься.

Когда умываешься, двенадцать раз мылом натираться и говорить: «Вода – с лица, краса – на лицо, лицо – как белый свет, а щеки – как шипишный цвет».

Когда собираешься куда-нибудь, умывайся и говори: «На море – синь, на мне платье синь. На море – белизна, на рабу Божью (имя) – Божья краса. Мылом умоюсь, лазорем утрусь, всему миру поглянусь».

Умоюсь, раба Божья (имя), с серебра для раба Божьего (имя), штеб любил, холил, нежил, штеб люди злые не сглазили. Водицка – с лицика, красота – на лицико. Аминь. Три раза. Говорить, выходя замуж.

На воду – чистота, на рабу Божью (имя) – красота и лепота. Век по веки, аминь до веки. Рано утром за домом умыться, чтоб никто не видел, проговорить три раза.

Наряжуся я, раба Божья (имя), на сегодняшний день Христовый краше красного солнца, светлее светлого месяца, краше своей красоты, выше церковной высоты. Светлая вода, пресветлая, умой меня, рабу Божью (имя), на сегодняшний день Христовый. Проговорить трижды. Умыться.

Приговаривают, когда умываются, собираясь на игрище: «Умывайся, мое личико, бело, румяно, всем молодцам приглядно, красным девицам, молодым молодицам, старым старикам, мужикам. Все бы на ноги вставали, везде место давали».

Девки, которым замуж выходить, под три росы ходили умываться. В Иванов день три раза росу брали и умывались ею, приговаривали: «Святой росой умоюсь, золотой ризой покроюсь. Пошли мне: Господи, честь хволостную, чтоб все меня любили, все уважали, все почитали. Аминь, аминь, аминь».

Встать утром, умыться, перед выходом на улицу прочитать: «Умываюсь я (имя), баска, на (имя) – тоска и сухота. Мое лицо круглое, как яйцо, чистое, как зеркальце. Мои слова – крепки, лепки. Во веки веков. Аминь».

Я, раба Божья (имя), ступаю через ступень, прималивает меня через людей, кланялись пуще людей, садили бы выше людей. Садили бы меня за столы дубовые, за скатерти шелковые, за хлебы за ситни, и казалась бы я всему свету и своему суженому свету белого милее, схожего солнышка миляя и любяя. На игрушке (пирушке) молодцов, на пирушке баб молодых, и казалась бы я всех милее и любее.

Сколь золото-серебро чисто и кругло, столь бы и я, раб Божий (имя), был бел и чист, чтобы все зорили и смотрели и глаз не сводили: красны молодцы, красные девицы, пожилые мужики, пожилые женщины. А само главно, кого я хочу, чтобы любила и глаз не сводила и на сердце ко мне пала первая любовь. Проговорив, утереться полотенцем, которым вытираешь руки.

Положить серебро в воду, дать выпить ее человеку, на которого наговариваешь: «Коль это серебро чисто-пречисто, и тоже бы я, раба Божья (имя), была чиста-пречиста, приглядиста рабу Божьему (имя). И казалась бы я белее света белого, краснее солнца красного, милее отца с матерью и всех православных христиан. Во веки веков. Аминь».

На Великий четверг с серебра умывались, деньги считали. Как денежки серебро любят, так бы и меня парнишки любили.

Умывались серебринкой и девки, и парни, и говорили: «Как общество деньги любит, так чтоб и меня парни (девки) любили».

А еще с серебра поумываться. Как серебро уважают, как серебро любят, так бы меня, рабу Божью (имя), любили, все бы уважали.

В умыванье кладут серебро, приговаривают: «Как эту серебрушку любят, так (имя) любите. Звали, величали, место называли. Аминь».

В Великий четверг ходят на реку или к ручью, бросают серебро, умываются, говорят: «Как любят денежку, так и меня любите, девушку».

На Великий четверг до солнца приносили воду, умывались с серебра. Как денежку любят, так бы и меня любили.

На Великий четверг рано утром ходили за водой, умывались с серебра. Серебро чисто блестит, его любят, и меня любили бы, как серебро.

Как денежки все любят, так бы и меня, рабу Божью (имя), так бы любили. Аминь. Три раза повторить.

В Великий четверг девки с серебра умывались. Как серебро хорошо, так бы чтоб парни любили.

Отпускали серебрину девки. Как серебро все любят, дак бы и меня все любили.

На Великий четверг надо деньги считать, рано вставать, чтобы деньги все время велись в доме. С серебринки умываются. Надо рано сходить за чистой водой, опустить серебринку – чище будет лицо, красивее. Серебро чисто блестит, его любят, и меня любили бы, как серебро.

В Великий четверг надо до солнышка за водой сходить к колодцу. Налить в умывальник и положить серебрушку. И сказать: «Как серебро люди любят, так и меня, рабу Божью, любили бы. Будьте, мои слова, крепки, лепки. Аминь». Три раза повторить.

Стану я, раба Божья (имя), выйду, перекрестясь, пойду, благословясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду в чисто поле. Стоит град, над им сидит девица, девице тридцать пять лет, среди люда и народа, чище чистого серебра и чище чистого золота. Как любят добры люди чисто серебро и золото, так глядели и любили б рабу Божию (имя), все бы глядели и смотрели бы, и хвалили, и из уст не спускали.

На Великий четверг с серебринки умывались, серебринку спустят в умывальник, до свету. Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Как денежку все люди любят, так и меня бы, рабу Божью, любили бы и уважали.

Page 2

Глаза портят, язык портят. Не камень от алтаря, не рабу (имя) меня, а мерина-коня, сухую траву, арбузную голову и старую трубу. А я делом оградилась, словом отмолилась, от зависти умылась. Береженная Господом, с двенадцати бережков. Богородица, сохрани. Аминь. Аминь. Аминь.

От жестоких людей

Иисус Христос, стань мне в помощь, иду я в горницу, там сидят цари с царями, паны с панами, все власти надо мной, немые, как стены. Берут тарелки, я нож вынимаю из-под сердца. Своим врагам горло затыкаю. Мой верх, моя правда, моя победа. На все стороны обернусь и вас, моих врагов, не боюсь. Аминь.

На укрощение злобных сердец

Сажусь в сани, крытые бобрами, и соболями, и куницами. Как лисицы и куницы, бобры и соболи честны и величавы между панами и попами, между миром и селом, так мой нарожденный сын был бы честен и величав между панами и попами, между миром и селом. Еду на гадине, уж погоняет, а сам дюж, у панов и судьев полон двор свиней, и я тех свиней переем. Суд судом, век веком! Сею мак. Разыдутся все судьи, а тыя сидят, что меня едят. Меня не съедят; у меня медвежий рот, волчьи губы, свиные зубы. Суд судом, век веком! Кто мой мак будет подбирать, тот на меня будет суд давать. Спрячу я свой мак в железную кадь, а брошу кадь в Окиян-море. Окиян-море не высыхает, кади моей никто не вынимает, и маку моего никто не подбирает. Суд судом, век веком! Замыкаю зубы и губы злым сердцам, а ключи бросаю в Окиян-море, в свою железную кадь. Когда море высохнет, когда мак из кади поедят, тогда мне не бывать. Суд судом, век веком!

От лихого человека

Иду я, раб Божий (имя) из ворот в ворота, в чистое поле. Навстречу бегут семь духов: все злые, все черные, все нелюдимые. Идите вы, злые духи, все злые, все черные, все нелюдимые, к лихим людям, держите их на привязи, чтобы я, раб Божий (имя), от них был цел, был здоров и невредим и во всех путях, дорогах, в чистом поле, в зеленом лугу, в дремучем лесу, в своем дому, и в чужом дому. Слово мое крепко, во веки веков. Аминь.

Избави меня, раба Божьего (имя) от одноженца, от двоеженца, от одноглазого, двоеглазого, троеглазого, от однозубого, двоезубого, троезубого, от одноволосого, двоеволосого, троеволосого, от своих глаз, от своей думы, от встречного, от скоротечного, от поперечного, от всякого человека лихого; от молодых, от холостых, от кривых. От слепых, от старых, от пустоволосых, и от своих глаз, и от своей думы. Во имя Иисуса Христа, аминь. Во имя Пресвятыя Богородицы, аминь. Во имя Креста Животворящего, аминь. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Аминь. Аминь.

От лихого человека, вора

Стой, злой, стой час, бревном стой, не двигайся, не приближайся. От злого человека. Он и встанет. Будет все слышать, видеть, но не сможет двигаться.

Чтобы чужой человек не взял того, что ты на улице или где оставил, нужно сказать: «Чьи руки клали, те и возьмут».

Если что-то украдут, надо место знать, откуда украдено. Ножом это место окружить, начертить крест, в середину креста нож воткнуть и сказать: «Нож – в сердце вору, потеря – на место».

Благослови, Бог, сохрани и спаси окошечка, и воротечка, и трубу, и двери, и щелки. И железный тын кругом нашего домушка, молитвой притворен, крестом награжден.

Спаси, Господи, помилуй рабу Божью (имя) от лихого человека, от двенадцати язв, от двенадцати, от одиннадцати, от десяти, от девяти, от восьми, от семи, от шести, от пяти, от четырех, от трех, от двух, от одной – ни одной, от лихого человека. Аминь.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Стану говорить, наговаривать раба Божьего от всякого лихого человека, от еретика и еретицы, от колдуна и колдуницы. Кто на меня зло подумает, тот ешь свое тело, пей свою кровь. Отныне и во веки веков. Аминь.

От воров

Закрывают дверь и наговаривают на замок: «Сам, как луть, язык, как прут, гол, как зад, заведи вору глаза, сведи его с ума, а меня, нарожденного, крещеного, Господи, спаси. Аминь».

Шел Иисус Христос через три земли, через три небеси, нес Иисус Христос Евангелие и крест. Господь сказал: «Кто будет красть, напущу на него страсть, руки отнимутся, ноги с места не сдвинутся, хозяин выйдет, вора увидит. Красть запрещаю, крестом запрещаю». Иисус Христос замыкает замком, крест посреди, два ангела по бокам. Аминь.

Нужно накладывать крест на все в доме.

От врагов

Ангел мой, хранитель мой, сохрани мою душу крепко и мое сердце, а всех врагов и супостатов отклони от меня на все четыре стороны.

Читать, идя к недоброжелателям, заходить с левой ноги.

От порчи и сглаза

Месяц, месяц молодой, у тебя рог золотой, в море ты купался и не испугался. Адам и Ева – первые жители на земле. У вас что болело? Нет. Ну и у меня, раба Божьего, чтобы тоже ничего не болело. Аминь.

Луна, милая Луна! Сидишь высоко, светишь далеко, будь для меня Пресвятой Богородицей, помоги рабу Божьему. Аминь.

От худого часа, порчи и сглаза

Но море-Окияне, на острове Буяне стоит церковь соборная, соборная, богомольная. В этой церкви соборной, богомольной стоит Мать Пресвятая Богородица. Она книгу Евангелие читает, сама слезно плачет, отговаривает: от колдуна, от колдуницы, от виритника, от виритницы, от завистника, от ненавистника, от завистницы, от ненавистницы, от худого часу, от худого сглазу – от девичьего, от молодичьего, от ночного, полуночного, от денного, полуденного, от часового, получасового, от серого глазу, от желтого глазу, от черного глазу, который этого человека шутит и сушит. Он тебе лиха не лестил, зла не творил, вынь свои недуги из всего тела белого и из буйной головы. А если ты не перестанешь этого человека шутить и сушить, я пойду, Богу помолюся, Христу поклонюся, к Илье-пророку, к Иоанну Предтече, они нашлют на вас тучи грозные, громом вас побьют, молнией вас пожгут, сквозь пепел, сквозь мать-сыру землю пробьют. О, Матушка, Пресвятая Богородица, могла Ты Бога-Спаса народить, помоги Ты нам от всякого нечистого духа и от лихого глаза, и от худого часа отговорить.

От порчи

Встану я, раба Божья (имя и отчество) утром, рано, благословясь и перекрестясь, свежей водой умоюсь, камкой утрусь. Господу Богу помолюсь, пойду я, раба Божья, из избы в двери, со двора в ворота, от улицы в завори. Помолюсь и покорюсь я в восточную сторону, в восточной стороне стоит Сионская крутая гора, на той Сионской горе ездит батюшка Илья-пророк, на огненной колеснице, палит и опаливает в лесу зеленую хвою, с трав лазоревые цветы, с гор желтые пески. Свет ты, Илья-пророк, надежда, солнце праведное, не пали и не опаливай в лесу зеленой хвои, с трав лазоревого цвета, с каменьев злаченого верха, с гор желтого песку, а пали, опаливай с черных бровей и с ясных очей, из семидесяти жил, из семидесяти суставов, и пали, опаливай все уроки, все прироки, злые, лихие озычества и переполохи, от ветру и от крику. Аминь.

Всякому рожоному человеку: соли в глаз, песку горячего, огня палящаго – злому и лихому, порченику и урочнику. Всякому рожоному человеку Божии твари не узнать; облака не открыть, не отпереть; частых звезд не оббивать и не ощипати; утряны зари топором не пересекчи; млада месяца не ототкнуть, не отпереть – так и меня, раба Божия (имя), никому не испортить, не изурочить век по веку отныне и довеку. Которые слова забытущия, обыдущия – будьте вы, мои слова, все сполна переговорены век по веку, отныне и до веку. Небо – ключ, земля – замок.

Будь наша хоромина пресвятая, благословенная, каждая дырочка, каждая щелочка, со дверьми, с окошечками, с окладными бревенчиками. Вокруг нашей хоромины каменная ограда с зеленым тыном. Кто эту ограду городил? – Ангелы Господние. Заговорят они раба Божьего (имя) от порчи, от большой беды, от гробовой доски, от могильной земли. Не испортит его ни первый человек, ни последний, ни на церкви, ни на ее ограде, ни на иконе, ни на свече, ни на игле, ни возле кладбища, ни при отпевании, ни при обмывании, ни с едой, ни с водой, ни с печной золой. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Читают над просвирою, которую принесли из церкви.

От порчи молодых на свадьбе

Ишел Христос через тридевяти небес, на том Христос опирался, на четыре стороны крещался. Окрести мои телеса и словеса, неси мои телеса и словеса от зори на небо. Под булатный камень, под булатным камнем там колдуны и колдуницы, виритники и виритницы. Кто Гаврилу или Домну испортит, тот синее море выпьет, желты пески пожрет. По Иисусовой молитве, в угольном жаре.

Заговор произносится над водой. Заговоренной водой мочат голову, обтирают тело и поят жениха и невесту.

От лихого глаза

Сохрани и помилуй от черного глаза, от серого глаза, от голубого глаза, от радостного глаза, от завистного глаза, от лихого глаза, сохрани и помилуй, Михайла Архангел.

Царь Давид, царь Константин, царица Елена – сокращали они небо и землю, сократите наши дела от встречного и поперечного. И размывала белые коренья, и раскачала белые каменья водица-царица, красная девица. Святой архистратиг Михаил, сохрани и помилуй, Царица Небесная, Божья Матерь, сохрани и помилуй.

Шла бабушка из-за моря. Несла кузовок здоровья, тому, сему немножко. А тебе – весь кузовок.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Царь земной, царь морской, царь небесный, спаси и помилуй раба (имя), от дурного глаза и от лихого человека.

Чур, моя дума, чур, мои мысли, чур, мои мненья души и тела, левого подколенья. Кто будет думать, тому в глазати соли да песку, на язык – с молоком, а в сердце острый нож. Это для тех, кто сглазить может. Когда с человеком встречаешься, про себя читай.

А чтобы сглаза не было, надо не думать о том, что скажут. А сглаз, говорят, со своих дум больше всего и получается.

Молодушки, чтобы их не изурочили (то муж не любил, то им жилось плохо), поясок из рыболовной сети, узенький такой, подпоясывали. На голо тело, чтоб никто не знал. И носить надо, не снимать.

Из сетей делали поясок: «Кто этот узелок развяжет, тот меня доведет».

Раньше, говорят, иголку носили, поясок с узелками носили, чтоб не сглазили, не околдовали. И сказать надо: «Как к иголкам ничего не пристает, так чтобы и ко мне ничто не приставало».

Как, когда злой человек, колдун, еретик в уши пролезет, так и мне ничего не сделается.

Как сквозь ушей не пролезти колдуну, так и колдуну не исколдовать.

Иголки без ушей втыкают, сетки вяжут клетчаты и повязываются.

Как колдуны эти узелки не смогут развязать, и меня не смогут исколдовать. Все до трех раз, наверное.

От рябины сучок отламливали. Говорили: «Святая рябина, святая деревина – молодке». И себе положат, и с собой возьмут, чтобы ничего не портили.

Пойдешь ли куда, заколи булавку в одежду: «Сама заколю, сама отколю. Сама изурочу, сама отговорю». Тогда никакой дурной глаз не страшен.

Кто этот поясок развяжет, тот только меня доведет.

Раньше портили, уроки напускали, В бане окатишься, станешь рубашку надевать и скажи: «Я, раба Божья (имя), накидаю Божьей Матери ризу ото всех колдунов и шептунов. Они тогда изурочат, когда я буду свое мясо есть и свою кровь пить – колдун, колдунья, шептун, шептунья. Аминь».

Перед крынкой молока: «Как бело молоко это, будь же чисто и бело тело рабы Божьей (имя). Береги его, Господь, от дурна глаза. Аминь».

Еще Воскресну молитву читают перед солью или перед хлебом. Завязывают в тряпочку эту соль и носят при себе. Хлеб тоже зашивают в замшу.

Шелков веник, тело бумажно, хвощись на здоровье, раба Божья (имя). Аминь. Когда хвощешься да приговаривай.

Насыпать соль на голову и на грудь. Как соль не урочится, так бы и я, раба Божья, не урочилась. Отныне и довеку. Аминь, аминь, аминь.

Михаил Архангел, Гавриил Архангел! Сам Господь Бог Иисус исполнил небо, исполнил землю. Исполни здоровья рабу (имя), спаси, Господи, от глаза: денного, полуденного, ночного. Спаси, Господи, от глаза от вдовы-еретицы, от девки-блудницы, от мужика-колдуна. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Читали на воду, в воду сольки кинут. Спрыснут – и проходит.

Бывает, соль берешь. Пойдешь куда на вечер, соли возьмешь на темечко и скажи три раза: «Как соль не притчится, не урочится, так и ты, раб Божий, не притчься, не урочься». А когда водой пользоваться, а когда солью? Водой – если уже обурочена, а солью – до.

И у мужиков в голунец иголку протыкать: «Как в эти уши никому не пролезти, так и надо мной никому ничего не сделать». Три раза сказать.

Встану, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из двора воротами, на широкую улицу, на Божий свет. Божьим светом осветюся, облаком оботкнуся, мелкими частыми звездами обтычуся. Как месяц а не постановить, алых звезд не сосчитать, так рабы Божьей (имя) не исправить, не испортить – ни русому, ни тяревому, ни одноженому, ни двоеженому, ни одноглазому, ни двоеглазому, ни женке-простоволоске, ни девке-гладковолоске, ни отроку, ни отроковице-лисице. Кто на рабу Божью (имя) зло помыслит, тому соли – в глаза, смолы – на язык, дрясвы – на зубы. Будьте, мои слова, крепки-лепки. Век по веку. Аминь.

Иголку без ушка втыкают в пальто. Колдуну ничего не сделать. Как нитка не пройдет через эту иголку, так и колдовство не прильнет к ним.

Куда придешь, пальцы сложи, а то заложи. Руки сложи и, чтоб не сглазили, говори про себя: «От меня отойдет, к тому перейдет, другого возьмет». Три раза сказать.

Когда подозрительный человек придет, надо руки сложить, а когда он будет уходить, сказать: «С чем пришел, с тем уходи, что принес, то уноси».

От черного глаза, от синего глаза, от белого глаза, от желтого глаза. Лихому глазу – соль в глазу, перешагнуть нечистого духа. Вы, глаза неокаянные, глаза некрещеные. По бокам не ходи, боков не коли, явства не прети, в дыханье не тесни. Ты, причина вихревая, ветровая, животливая, шутливая, глазливая, по костям не ходи, костей не ломи, явства не прети, дыханье не тесни. Ты, причина вихревая, ветровая, я тебя, причина вихревая, рассею, я тебя вырубаю. Там не оставляю, по костям не ходи, костей не ломи, явства не прети, дыханье не тесни. Вот тебе, глазу, соль на глаз.

Брызну водичкой, вымою ложечки, соли положу крестно. Как к ложкам ничего не пристает, к соли, так и к (имя) не пристало. На ветер выливают через левое плечо.

Стол обмывают, уздечки (уголки), ложку моют через черен (ручку). Пять ложек обмыть с приговором: «Как эти ложки не урочатся, не раз, не два, не три, не четыре, не пять, так бы и (имя) не урочился не раз, не два, не три, не четыре, не пять».

С углов со стола, с четырех углов с ложечек воду сливают. Как к воде ничего не пристает, так чтоб не пристало к (имя).

Жак пойдешь на гулянку, перекрестись и водицей умойсь. Как вода стечет, так и дурной глаз сбежит.

Заговор от ураза

Что есть ли, пить ли будешь, возьми острый ножик, чтобы острый конец был, им в кружке толкаешь и говоришь. Как на ножике на острие вода не шипит, не кипит, и так же у раба Божьего (имя) не шипело, не болело, костья не ломило, суставов не воротило, по жилам не ходило, кожи не щекотало и живота не бурлило. Как на ножике на острие ни щипоты, ни ломоты, ни опухоли, как ни на землю, ни на воду ничего не льнет, ничего не пристает, так же на раба Божьего (имя) ничего не льнуло, не пристало и на раба Божьего (имя) век ничего не упало. Земля чиста, вода светла и так же раб Божий (имя) был здоров и весел. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Потом закрываешь кружку, чтобы дух не выходил, и пьешь.

Заговор от пищалей и стрел

За дальними горами есть Окиян-море железное, на том море есть столб медный, на том столбе медном есть пастух чугунный, а стоит столб от земли до неба, от востока до запада, завещает и заповедывает тот пастух своим детям: железу, укладу, булату красному и синему, стали, меди, проволоке, свинцу, олову, сребру, золоту, каменьям, пищалям и стрелам, борцам и кулачным бойцам, большой завет:

– Подите вы: железо, каменья и свинец, в свою мать-землю от раба такого-то, а дерево к берегу, а перья в птицу, а птица в небо, а клей в рыбу, а рыба в море, сокройтесь от раба такого-то. А велит он: ножу, топору, рогатине, кинжалу, пищалям, стрелам, борцам, кулачным бойцам быть тихими и смирными. А велит он: не давать выстреливать на меня всякому ратоборцу из пищали, а велит схватить у луков тетивы и бросить стрелы в землю. А будет мое тело крепче камня, тверже булату, платье и колпак крепче панциря и кольчуги. Замыкаю свои словеса замками, бросаю ключи под бел-горюч камень Алатырь. А как у замков смычи крепки, так мои словеса метки.

Заговор от ратных орудий

Летел орел из-за Хвалынского моря, разбросал кремни и кремницы по крутым берегам, кинул Громову стрелу во сыру землю. И как отродилась от кремня и кремницы искра, от громовой стрелы полымя, и как выходила грозная туча, и как проливал сильный дождь, что им покорилась и поклонилась селитра-порох смирным-смирнехонько. Как дождь воды не пробил, так бы меня, такого-то, и моего коня искры и пули не пробивали, тело мое было бы крепче белого камня. И как от воды камни отпрядывают, и пузыри вскакивают, так бы от ратных орудий прядали мимо меня стрелы и порох-селитра. Слово мое крепко!

Против стрелка и его ружья

Идущему стрелку нужно сказать в спину про себя:

То идет не стрелец с ружьем,

А батюшка с требником;

Он спешит не стрелять,

А молитву давать;

Я его не страшусь,

С ним давно я дружусь!

От пуль

На острове на Буяне, на море-Окияне стоит красна девица, ухмыляется, перед всеми людьми похваляется, что она ратных дел царица, на все потехи мастерица – бить и убивать, страшные боли причинять, кровь пускать, другу и недругу спуску не давать. В правой руке она держит колчан со стрелами, в левой – пули свинцовые, в ногах рассыпана дробь, аки бисер, на голове ее медная шапка, на груди чугунные латы. О вы, пули и ядра, и мелкая всякая дробь, стрелы острые, луки меткие, попадайте вы в грудь сырой земли, в волны морские кипучие, в облака плывучие, а меня, раба Божьего (имя), не касайтесь, я закален, заговорен, стенами крепкими окружен, не взять меня, не достать вам меня, грудь моя в панцире, сам я в латах и бронях заповедных, а кругом меня тьма орудий победных. Заговор мой тем кончаю, что его я крепко-накрепко невидимым замком запираю и ключ от замка в Окиян-море бросаю, там будет лежать под горючим камнем Алатырем отныне и довеку. Аминь.

От пуль свинцовых, медных, каменных

В высоком терему, в понизовском, за рекою Волгою, стоит красная девица, стоит, покрашается, добрым людям похваляется, ратным делом красуется. Во правой руке держит пули свинцовые, во левой медные, а в ногах каменные. Ты, красная девица, отбери ружья: турецкие, татарские, немецкие, черкесские, русские, мордовские, всяких языков и супостатов: заколоти ты своею невидимою силою ружья вражьи. Будут ли стрелять из ружья, и их пули были бы не пули; а пошли бы эти пули во сыру землю, во чисто поле. А был бы я на войне цел и невредим, и мой конь был бы цел и невредим; а была бы моя одежда крепче панциря. Замыкаю свои приюворные словеса замком и ключ кидаю в Окиян-море, под горюч камень Алатырь. И как морю не высыхать, камня не видать, ключей не доставать, так меня пулям не убивать, до моего живота, по конец века.

От оружия

Да воскреснет Бог, и разудутся врази Его, и да бежать от лица Его ненавидящи, яко исчезает дым, да исчезнут беси от лица любящих Бога: буди путь их тьма и ползок, ангел Господен прогоняя их, видящий мя вон бежища от мене, раба Божьего (имя), падут из них углие огненно, низложищи их во вратах, благословение Господне, и на главе моей, все зубы супостатом сокрушил еси. Господи, и на мне благословени. Аз успух и спах, яко Господь заступит мя. Суди, Господи, обидящи мя, возстани на борющия мя, возстани, сокруши, Господи, под ноги наша, да покорены были бы нам и падший под ноги нашими. Сокруши, Господи, лук их и стрелы, и пищали, и пушки, и пули, свинец и олово, и всякое железо, и древо их. Крестом ограждаются, супостатам своим сопротивляемся, не боящееся его коварства и их обаятельства, яко гордость их упразднися и попран бысть на древе крестнем. Силою распятого Христа спаси, Господи, люди Своя и благослови достояние Свое. Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Бога, Господа нашего Иисуса Христа, заговариваю я, раб Божий (имя), тело свое грешное от стрелы и от сабли, и от рогатины, и от секиры доспешные. Буди тело мое грешное крепче камени и булата, и всякие вещи, и железа простого, и паче меди. Помилуй, Господи, раба Божьего (имя) от пули и ядер, стрел… Крест Господень, мир Господа, Бога и Спаса нашего, и Иисуса Христа. Стой, стрела, чрез Деву Марию и чрез пророка Иоанна, Крестителя Господня, и чрез ангелы и архангелы, и чрезо вся святые жены, и чрез вся праведные християне, который поживши в заповедях и в законе Господни! Стой, стрела, не ходи до меня, раба Божьего (имя), поведением Бога и праведнаго, чрез Благовещение Пресвятые Богородицы! Стой, стрела, не ходи до меня, раба Божьего (имя), чрез обещание милосердия Божьего! Стой, стрела, не ходи чрез тернов венец, который был на главе Господа нашего, Иисуса Христа! Стой, стрела, не ходи до меня, раба Божьего (имя), чрез копия и гвоздие Господа нашего и Спаса, Иисуса Христа, Всемогущего Бога, иже никто же не может сокрушити служебника своего, раба Божьего (имя), и ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Есть озеро железное, есть царь железный. И тот царь имеет власть, и защищает от всякого железа меня, раба Божьего (имя), от сабли и копия, и от меди, и от рогатины, и от топора, и ножов, и от всякия детели приплодныя. Помилуй, Господи, наш истинный Христос, Царь Славы небесной, мене, раба Божьего (имя), роса буди о всякое железо. Поведи, Царь, стрелы прочь от меня, раба Божьего (имя), во всякое древо и железо, клей – в рыбу, а рыба – в море, а перья – во птицу, а птица – в небо; полети от меня, раба Божьего (имя), всякое железо и всякие стрелы, и рогатины, и копия, и сабли, и кинжалы, и топоры – прочь от меня, раба Божьего (имя), ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Бога, Господа нашего, Иисуса Христа, словом заговариваюсь и своим златым щитом прикрой меня, раба Божьего (имя), стрелять стрелою железною и ударить саблею, и ткнуть копием и рогатиною, и всяким каленым железом. И пойдет стрела-железница от меня, раба Божьего (имя), во всякое железо секучее и каленое, и простое. И пойдет из столца в дуб, из дуба пойдет во всякое дерево, из древа пойдет за море Хвалынское. Похвала отца от стрелы-железницы, от сабли и рогатины, и секиры доспешныя, от булата красного и синяго, от стали и ножа, и от кинжала, и от свинца, и от меди, и от проволоки медныя и железныя, от всякого приправу железного. Лежит ли бел камень Алатырь в море-Окияне, круг того камня тридесять замков железных. И сколь те замки крепки – моего супостата стрела втуне бывает и секира за поясом, и рогатина в руках у всякого лихого человека. Стоит ли Пречистая Богородица, Мати Христа Бога нашего, своею розою защищает меня, раба Божьего (имя), от стрелы-железницы и от булата, и от сабли, и от секиры доспешныя, рогатины и свинцу, и меди, и от проволоки и всякого приправу железного.

Стоит великий Николае Чудотворец и отгоняет от меня, раба Божьего (имя), всякого лихого человека, немирнаго, немлющего за руку и за волосы, и за все суставы, не пущают моего супостата, лихого человека, и стрелы из рук его. Сколь крепки в Окияне-море тридесять замков столбы и на меня, раба Божьего (имя), были крепки. Столь крепка на белом камне кора, столь бы крепко было мое тело, раба Божьего (имя). На горах каменных стою я, раб Божий (имя), поклоняюся на все четыре стороны Иисусу Христу, Вышнему Творцу и Храброму Георгию, и архистратигу Михаилу, и всем небесным силам, Гавриилу и Козме и Домияну, и архидиакону Стевану, и святым апостолам Петру и Павлу, и всем святым апостолам. И ставлюся я, раб Божий (имя), в горшок и котел железный, и покрываюся церковию железною, отыкаюся круг себя, раба Божьего (имя), втридесять тынов железных, и замыкаюсь в тридесять замков железных от своих супостатов и от всех воинов, и немирного плеча, и от ведуна и от ведуницы, от отрока и от кровницы, от всякого лихаго человека. Тогда меня, раба Божьего (имя), испортят, когда на небеси пересчитают звезды частые и коли Окиян-море высохнет, и тогда те ключи из моря-Окияна восстанут, и коли ту змею из того камня выгонят. И коли те ключи восстанут и коли та змея-коропивка восстанет, тогда меня, раба Божьего (имя), сыщут ведуны и ведуницы, и всякой лихой человек. И тех им в небеси звезд не пересчитать, и моря не выпивать, змея-скоропивка не выгнать, раба Божьего (имя) не парчивать, а моим супостатам и всяким людям, и воинским людям, везунам и везуницам, и взрослым, и малым детям. Аминь.

Page 3

Во черной избе, за дубовым столом, стоит трясавица на полице. Ты, трясавица, не вертись, а ты, притолка, не свихнись. Вертелось бы, свихнулось зелено вино в чаше, и вертело бы вино, и свихнуло бы вино все притаманное, неведомое, да что не слыхано, да что не сказано в таком-то дому, на такову-то беду. А буде ты, трясавица, завертишься, а буде ты, притолка, свихнешься, ино будет вам от меня лютово неволье, да злово томленье, а на иново вам будет все подобру-поздорову, как бывало доселево. Слово мое крепко.

Заговор островника на зеленую дуброву

Хожу я, раб (имя), кругом острова, такого-то, по крутым оврагам, буеракам, смотрю я чрез все леса: дуб, березу, осину, липу, клен, ель, жимолость, орешину, по всем сучьям и ветвям, по всем листьям и цветам. А было бы в моей дуброве поживу, подобру, поздорову; а в мою бы зелену дуброву не заходил ни зверь, ни гад, ни лих человек, ни ведьма, ни леший, ни домовой, ни водяной, ни вихрь. А был бы я большой набольшой; а было бы все у меня во послушании, а был бы я цел и невредим.

Заговор молодушки от лютой беды

Выхожу я во новы сени дубовые, на широк двор заборчатый, гляжу я по всем по дорогам и перепутьям, вижу я от земли до неба звезды ясные. Вы, дороженьки и перепутьицы, задержите моего мужа (имя); вы, звезды ясные, затемните свой светло-яркий свет, чтобы без вашего светушки не было ни ходу, ни проходу. Насылаю я на свекра лютого тоску со кручиною, сон со дремотою, забытье со беспамятью; а был бы он и глух и нем по мою лютую беду. Насылаю я на свекровь зазойливую печаль со бедою, сон со дремотою; а была бы она слепа и нема по мою лютую беду.

На поход

Стану я раб (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из двора воротами, выйду я в чистое поле, стану на восток лицом, на запад хребтом. Акиры и Оры, и како идут цари, царицы, короли, королицы, князи, княгини, все православные роды, и не думают зла и лиха, такожде и на меня раба (имя), не думали бы зла и лиха, как цари, царицы, короли, королицы, князи, княгини, и все вельможи, и все православные роды возрадуются и возвеселятся, такожде меня, раба (имя), увидели вы, цари, царицы, короли, королицы, князи, княгини и все православные роды христианские, возвеселились; и как не видит мати отлученного дитя многие лета, а увидит – возвеселится и возрадуется зело весело и радостно, такожде меня, раба (имя), увидев, возрадовались бы и возвеселились цари, царицы, короли, королицы, князи, княгини, все вельможи и все православные роды христианские. Как не можно небесные колесницы превратить, такожде вы меня и моих слов не могли б превратить, во веки веков.

На дорогу

Ангелы в ногах, ангелы в головах, ангелы-хранители, ангелы – спасители, Матерь Божья по бокам, храни меня, Господи. Аминь.

Еду я из поля в поле, в зеленые луга, в дольные места, по утренним и вечерним зорям; умываюсь медяною росою, одеваюсь солнцем, утираюсь облаками, опоясываюсь частыми звездами. Еду я во чистом поле, а во чистом поле растет одолень-трава. Одолень-трава! Не я тебя поливал, не я тебя породил; породила тебя мать-сыра земля, поливали тебя девки простоволосые, бабы-самокрутки. Одолень-трава! Одолей ты злых людей: лихого бы на нас не думали, скверного не мыслили. Отгони ты чародея, ябедника. Одолень-трава! Одолей мне горы высокие, долы низкие, озера синие, берега крутые, леса темные, пеньки и колоды. Иду я с тобою, одолень-трава, к Окиян-морю, к реке Иордан, а в Окиян-море, в реке Иордан лежит бел-горюч камень Алатырь. Как он крепко лежит предо мною, так бы у злых людей язык не поворотился, руки не подымались, а лежать бы им крепко, как лежит бел-горюч камень Алатырь. Спрячу я тебя, одолень-трава, у ретивого сердца, во всем пути и на всей дороженьке.

Благословление в дорогу: «Спаси вас, Господи, сохрани от всяких бед, от всяких напастей, от опасной болезни, от напрасной смерти». И перекрестить.

Крест-креститель, души моей спаситель. Душу мою спасаешь, двери закрываешь, к постели подходишь, сатану, врага-супостата, прочь отгоняешь, в путь-дорогу с Богом меня посылаешь.

Когда соберешься идти, скажи: «Господи, благослови меня на каждый час, на каждую минуту».

Ангел – навстречу. Господь – на пути. Божья Мати, тебя благослови, Николай Чудотворец, в путе и в службе (учебе) помоги.

Идешь, если один, говори: «Пресвятая Мать Богородица – позади, да впереди – Сам Иисус Христос, ангелы Господни – по бокам». Так три раза – и перекреститься. Чтоб не бояться.

Я иду в пути. Господь – впереди, Божьи ангелы по бокам держат острые мечи в руках. Кто на меня зло имеет, тот на месте окаменеет. Аминь, аминь, аминь. Три раза надо прочитать в путь или куда, экзамен ли сдаешь.

Когда провожаешь кого-нибудь или мама тебя провожает, говори: «Идите с Богом! Храни тебя, Бог, от огня, от воды да от всякой беды».

Если в путь собираешься, надо сказать: «Благослови, Христос! Спаси и сохрани, Господи, ото всякого врага».

А в дорогу если идешь, надо сломить первую попавшуюся ветку и отмахиваться ею, как от комаров – ничего тебе не покажется и дорога хорошей будет.

Господи, благослови в добрый час да во святой.

Иисус Христос – на дороге, Господь – на пути, Мати Божья, везде проведи, Николай Угодник, от бед отведи. Так вот три раза.

В путях и в дорогах, и на чужой стороне спаси, сохрани и помилуй, Господи, Михаиле Архангел, со своими ангелами. Оберег на путь, дорогу.

Спаси, сохрани меня, раба Божьего (имя свое назови). Ангел мой всегда со мной. Иду я в ту сторонку – спаси меня, Господи, сохрани от злых людей, от лютых зверей, от напрасных этих. От напрасного случая, от врага-супостата отведи меня, Господи. Путь пугливой, суд судливой, пошла я в путь-дорогу. Бог со мной, Христос со мной, Божья Матушка со мной, вот – Спаситель-Батюшка со мной.

Ангелы – с нами, Христос – по путям. Пресвятая Богородица – заступница нам.

Ангел – на дороге, Христос – на пути. Пресвятая Богородица, меня благослови. Надо перед дорогой три раза прочитать и еще раз сказать: «Господи, Иисусе Христе, Сын Божий, очисти нас, грешных».

Ангел – со мною, Христос – по пути. Царица Небесная, мне помоги. Аминь. Читают перед дорогой.

Господь – со мной, Христос – по путям. Богородица Святая, на помощь приди к нам. Читают три раза, когда начинают какое-то дело, собираются в путь.

Иду по широкой дороге, на дороге – гора, на горе стоит святая церковь, в церкви сидит Божья Мать. Наша заступница усердная, заступись за рабу твою, которая идет по дороге. У Божьей Матери в руках ключи, заткни всем моим врагам зубы и губы, чтобы не могли на рабу твою (имя) сказать никакой плохоты.

Матушка Царица Небесная с небес сошла, Животворящий Крест в руках несла, рабу меня Божью оградила, железным тыном загородила. Никто меня, рабу Божью, не тронет: ни долговолосый, ни коротковолосый. Аминь. Молитва в дорогу. Когда идти в лес или кого-нибудь боишься, эту молитву переговариваешь.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, два ангела встречу, Господь – по пути, Николай Чудотворец, дорожку свети. Аминь. Это в путь, в дорогу молитовка. Три раза прочитаешь, а когда – и больше.

Пресвятая моя тропиночка, спереди – Иисус Христос, сзади – Николай Угодник, над головушкой – Божья Матерь. Божья Матерь, сохрани меня, помилуй, от всех врагов видимых и невидимых, умягчи сердца злых, восстающих на меня. Аминь.

Если собираешься в дорогу, утром надо три раза молитву прочитать. Крест поставь перед собой и читай: Ангел мой, хранитель мой, сохрани душу мою, скрепи сердце мое. Спаса рука, Богородицын венец. Встану с крестом, лягу с крестом, отгоню врагов от креста, призову Самого Иисуса Христа. Аминь.

Ангел – навстречу, Христос – по пути, Пресвятая Богородица, на подмогу мне приди.

Задорога, задорога, возьми свою печаль у рабы твоей (имя), а ей дай радость и счастье в жизни. Это на дорогу, если куда далеко отправляешься, тоже – на воду или на хлеб.

Ангел – в дорогу, Бог – на пути, Божья Матерь всегда впереди. Аминь. Это чтоб все хорошо было в пути. Когда куда далеко ехать соберешься, войдешь на крыльцо и три раза про себя скажи.

Как в дорогу пойдешь, встань и скажи: «Пресвятая Матерь Божия, Святая Спасительница, Крестительница, спаси и сохрани рабу Божью (имя), меня в лесу и в поле, в пути, в дороге – от меча, от огня, от зверя, от лихого человека. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь, аминь, аминь».

Сам – из дому, Иисус Христос – в дом. Когда выходишь из дому.

Сзади пень да колода, нам – путь да дорога. И куда ты ни пойдешь, всегда так говори, чтобы тебе дорога была.

Встану, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, под светел месяц, по частым звездам. Умоюся росою, утрусь я пеленою, пойду я в восточную сторону. В восточной стороне на Окияне-море стоит златыя камень. На златом камне – церковь престольна, в церкви престольной – Мати Мария спала-почивала, видела во сне про истинна Иисуса Христа. Иисус Христос взят на распятье, руки-ноги раскидавши, копьем-гвоздями прибивавши. Села муха на сердце Святого Духа, царя Давида-Иосифа. Кто эту молитву знает, тот и прочитает, тому рабу не будет в лесе заблужденья, в воде – утопленья, на огне – сожженья и в миру – обижденья. В море – ключ, во дверях – замок, во своей избе запрусь, никого не побоюсь.

О сбережении жениха в дороге

Ложилась спать я, раба (имя), в темную вечернюю зарю, раным-рано; умывалась ключевою водой из загорного студенца; утиралась белым платом родительским. Пошла я из дверей в двери, из ворот в ворота и вывела в чистое поле. В чистом поле охорошилась, на все четыре стороны поклонилась, на горюч камень Алатырь становилась, крепким словом заговорилась, чистыми звездами обтыкалась, темным облаком покрывалась.

Заговариваю я, раба (имя), своего полюбовного молодца (имя) о сбереженьи в дороге: крепко-накрепко, навек, на всю жизнь.

Кто из лугу всю траву выщиплет и выест, из моря всю воду выпьет и не взалкает, и тот бы мое слово не превозмог, мой заговор не расторг. Кто из злых людей его обзорочит, и обпризорочит, и околдует, и испортит, у них бы тогда из лба глаза выворотило в затылок; а моему по-любовному молодцу (имя) – путь и дороженька, доброе здоровье на разлуке моей.

От аварии

Матушка, Мать Пресвятая Богородица трехручная, стоишь ты у престола, молишься за весь мир православный и помолишь Бога за меня, раба (имя). Помоги, защити, Царь Небесный, накрой Неизносимой ото всех врагов-супостатов. Отныне и довеку. Аминь. Носить при себе переписанным или читать, уходя из дома.

Заговор для водителя(Против жестокости)

Господь Бог в пути, ангел впереди, Пресвятая Мать Богородица, во всем мне помоги. Господи, помяни царя Давида, каким он кротким был, и чтоб этот раб Божий ко мне кротким был.

На морское путешествие

На Осьянской горе, на отцовской земле, где солнце всходит, там Пресвятая Дева Своего Сына за рученьку водит. Повела его на вечерню, а с вечерни на всенощную, с всенощной на утреннюю, а с утренней на службу Богу, со службы Божьей – на сине море. А на море престол стоит, на престоле книги лежат, а вокруг книг свечи горят, и там Иисус Христос лежит. Пришел к нему святой Павел. «Не страдайте за мои муки, а берите святой крест в руки, кому на морскою пути бывать, тому от воды не погибать. Аминь».

От скорой доспешки

Сяду я, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей во двери, из ворот в ворота, в чистое поле; в чистом поле три дороги. Я пойду в правую дорогу, в правую дорогу к Колоню, со восточную сторону к Окиян-морю. В Окиян-море есть Алатырь камень, на том камне стоит человек; он стреляет по чисту полю, а убивает всякие боли. Прошу я, раб (имя), не стрелять по чисту полю, а стрелять раба (имя), от скорой болезни, от доспешки, от осудища, от черного волоса, от белого волоса, от русого волоса, от темного волоса и от всякого нечистого взгляда. Пойду, зайду я, раб (имя), в дом к красной девице; у ней топится свеча восковая, за темьяном, за ладаном, за кутьей. Попрошу я у красной девицы здоровья от доспешки, от вешней, полувешней, от летней, полулетней, от осенней, полуосенней, от зимней, полузимней, от земляной доспешки, водяной доспешки, ветряной доспешки, от стречника и поречника.

Охотничьи заговоры

В былое время, как гласит предание, охотник, отправляясь на охоту, всегда клал с собою в ягдташ – охотничью сумку – зашитую в тряпочку бумажку со словами и римскими цифрами: «УСПЕХЪ IV». Говорят, это всегда помогало в счастливой охоте.

В темном лесу, в сизом тумане живет птица-полетуха на поляне, на большой березе, на горькой осине, есть там гуси и серые утки, и разная птица, тетерев и синица. У них крылья подломлены, они не летают, по земле порхают, их не дробью бить, руками ловить, они к стрельбе глухи, стрелка не видят, пороху не слышат. От дроби не улетают, в ягдташ попадают. Перо их бело, мясо вкусно, и их обильно, как мошек перед дождем!

Встаю я, раб (имя), засветло, умываюсь ни бело, ни черно, утираюсь ни сухо, ни мокро. Иду из дверей в двери, из ворот в ворота, в чисто поле, к лесу дремучему, а из лесу дремучего бегут ко мне навстречу двадцать сатанаилов, двадцать дьявоилов, двадцать леших, двадцать полканов – все пешие, все конные, все белые, все черные, все высокие, все низкие, все страшные, все робкие: встали передо мной те сатанаилы, те дьявоилы, лешие и полканы в такой-то остров, пригоните русаков и беляков на мои клевы поставные: сумеречные, вечерние, ночные, утренние и полуденные. Пригоните, остановите и в моих клетях примкните.

Заговор охотника на уток, гусей, тетеревей

На море на Окияне, на острове на Буяне, на зеленой осоке сидит птица, всем птицам старшая и большая, а держит она грамоту неписаную, и велит она всем птицам слетатися на такие-то озера и болота, и велит всем птицам сидеть от утра до вечера, от утренней до вечерней зари, от ночи до полуночи. Заговариваю я, раб (имя), уток, гусей, тетеревей, всякую птицу ведомую и неведомую сидеть несходно по мой приход, по мое крепкое слово, во веки ненарушимо.

На удачную ловлю зверей

Встану я, раб (имя), благословясь и перекрестясь, чистой водой умоюсь, шитым браным полотеничком утрусь, пойду из избы, со отцом прощусь, с матерью благословлюсь. Пойду из избы в двери, из дверей в сени, из сеней на крылечко, с крылечка по лестнице в чистое поле, в твердые заводы, в восточную сторону, во темные леса, под ясную зорю, под красное солнце, под светлый месяц, под частые звезды! Ясной зорей оденусь, красным солнцем опояшусь, частыми звездами опотычусь; пойду я, раб (имя), со своим железным кляпцом в темные леса, в восточную сторону, в чистое поле, а в том чистом поле лежит бел-горюч камень, стану я, раб (имя), к востоку лицом, к западу хребтом, на все четыре стороны поклонюсь. Пособите и помогите вы мне, рабу (имя), за охотою ходити, белых и серых зайцев ловити, куниц и лисиц, и серых волков, дорогих зверей рысей загоняти и залучати, чтобы бежали по своей ступи и по своей тропе, безопасно, на сторону не отмятывались и взад не ворочались. И сохраните меня, раба такого-то, с моим железным кляпцом от урока и призора, от стрешника и поперешника, от колдуна, и от ведуна, и от поветра, от двоезубых и троезубых, от двоеженых и троеженых, от кривых и слепых, от русоволосых, и беловолосых, и черноволосых, и от пустоволосых, от девки и от парня, чтобы им меня не испорчивать. Поставьте около меня три тына – тын железный, а другой медный, третий булатный; замки, замкнитесь, отнеситесь, ключи и замки; чтобы эти ключи лежали там безопасно, как к ели хвоя, так к кляпцам железо! А мне, рабу (имя), скок крепок и жесток! В синем море синий камень, в Черном море черный камень, в Белом море белый камень. Сей мой заговор.

Заговор перед охотой

Господи Боже, благослови во имя Отца и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Стану я, раб Божий (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверями, из двора воротами, путем-дорогою – в чистое поле, в черные леса и зеленую дубраву, на промыслы, промышлять всякого зверя и всякую птицу. Стану я, раб Божий (имя), в чистом поле на восток лицом, на запад хребтом, и помолюся я, раб Божий (имя), Матери Пресвятыя Богородице: снеси, Мать Пресвятая Богородица, Владычица, Духа Святого с небес, настави мя, Господе, раба Божьего (имя), ходечи в темных лесах промышлять всякого зверя и всякую птицу. И сохрани меня, мать Пресвятая Богородица, Владычица, своею ризою нетленною. Дух Свят после небес – от уроков и от призоров, и портежи, и от своей думы, и от своей мысли, и от товарищевой думы, и от товарищевой мысли, и от всякого лихого человека и завидливого глаза, и от старца, и от старицы, от еретика, от колдуна и от колдуньи, от ведуна и от ведуньи, от кудесника и от кудесницы, от клеветника и от клеветницы, от красноглаза и от белоглаза, и от черноглаза, и от беловолоса, и от русоволоса, и от красноволоса, и от черноволоса, и от двоезуба, и от троезуба, и от двоежена, и от троежена, и от сопливца, и от возгривия, и от пучеглаза, и от кривого, и от слепого, и от плешатого, и от попа, и от попадьи, и от белоголовки, и от двоеголовки, и от челоголов, и от вдовца, и от вдовицы, и от отрока, и от отроковицы, и от жосоля, и в тай смотрящих, и вьявь смотрящих, и с хвоста смотрящих, из избы смотрящих, из окна смотрящих, и сквозь околицу смотрящих, из дверей смотрящих, из сеней смотрящих, из ворот, из-под ворот смотреть, из тыну смотреть, и встречу идучи смотрящих, из зади идучи смотрящих. И сохрани мя, Пресвятая, Пречистая Богородица, Владычица, пошли Духа Святого с небес и меня, раба Божьего (имя), ризою нетленною сохрани от уроков и от призоров, и от портежев, и от своей думы, и от своей мысли, и от товарищевой думы, и от товарищевой мысли, и от всякого лихого человека и от завидливого глаза. Чтоб меня, раба Божьего (имя), никто не мог ни поткнуть, ни испортить, ни думою подумать, ни мыслию помыслить. Кто не мог из меня, раба Божьего (имя) и крови испить, и от бы меня, раба Божьего (имя) ни поткнуть, ни испортить. И кто не может в лесу лесу исчитать, и тот не мог бы меня, раба Божьего (имя), испортить. И кто не может в лесу хвои исчитати, и тот не мог меня, раба Божьего (имя), не поткнуть, не испортить, ни думою подумать, ни мыслею помыслить не в нове месяце, не в перекрое месяце, не в полне месяце, не в ущербе месяце, не в межных днях, не на утренней заре, не на вечерней заре, не на восходе солнышком, не по закату солнца, ни в день при солнце, ни в ночи при месяце, не в утрях рано, не в вечерях поздно. Постави Госпоже, Мать, Пресвятая Богородице, Владычице, Дух Свят с небес, закрой своею ризою нетленною и кругом меня, раба Божьего (имя), тын железный от уроков и от призоров, и от портежев, и от своей думы, и от товарищевой думы, и от своей мысли, и от товарищевой мысли, и от земли до небес, и от неба до земли, во все четыре стороны, – и чтоб меня, раба Божьего (имя), никто не мог поткнуть, ни испортить, ни думою подумать, ни мыслию помыслить отныне и довека. Ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Выйди промышлять в лес, стань на восток лицом, на запад хребтом и приговори на топь и плюнь на себя и разотри трижды.

Заговоры для рыбалки

Прежде чем закинуть удочки, произносят шепотом следующий заговор:

– Окуни и щуки, и линищи в руку, подходите к сему месту, место это водное и для вас пригодное, есть для вас кормушка, и червяк, и мушка.

Насадив червячка и поплевав на него, говорят:

– Иди в воду, червячок, и приманивай собой большую рыбу на крючок, ловись, рыбка, карасики и лини по аршину длины, по пуду весу, а мелочь вся иди к бесу! Марш!

Для того чтобы на крючок попались большие рыбины, в старину делали так: поймав на крючок маленькую рыбку, брали стебель водоросли и секли рыбку, приговаривая:

– Иди, рыбка, снова в воду, пошли дядю, пошли мать, пошли брата и отца, всех, кто старший, посылай, а ты вновь иди играй.

После этого снимали рыбу с крючка и осторожно пускали снова в воду.

Заговор на посажение пчел в улей

Пчелы роятся, пчелы плодятся, пчелы смирятся. Стану я на восток, против дальней стороны, и слышу шум и гул пчел. Беру я пчелу роя, окарая, сажаю в улей. Не я тебя сажаю, сажают тебя белые звезды, рогоногий месяц, красное солнышко, сажают тебя и укорачивают. Ты, пчела, ройся у такого-то, на округ садись. Замыкаю я тебе, матка, все пути-дороги ключом, замком; а бросаю свои ключи в Окиян-море, под зеленый куст; а в зеленом кусте сидит матка, всем маткам старшая, сидит и держит семьдесят семь жал, а жалит непокорных пчел. А если вы, пчелы, моим словам не покоритесь, сошлю я вас в Окиян-море, под зеленый куст, где сидит матка, всем маткам старшая, и будет за ваше непокорище жалить вас матка в семьдесят семь жал. Слово мое крепко!

Page 4

Мать-сыра земля, ты мать всякому железу, а ты, железо, поди во свою матерь-землю, а ты, древо, поди во свою матерь-древо, а вы, перья, подите во свою матерь-птицу, а птица полети в небо, а клей побеги в рыбу, а ты, рыба, поплыви в море, а мне бы, рабу (имя), было бы просторно по всей земле. Железо, уклад, сталь, медь, на меня не ходите, воротитеся ушми и боками. Как метелица не может прямо лететь и ко всякому древу близко приставать, так бы всем вам ни мочно, ни прямо, ни тяжело падать на меня и моего коня, и приставать ко мне и моему коню. Как у мельницы жернова вертятся, так железо, уклад, сталь и медь вертелись бы кругом меня, а в меня не попадали. А тело бы мое было от вас не окровавлено, душа не осквернена. А будет мой приговор крепок и долог!

От смерти на войне

Летит не птица, а смерть мчится. Встанет святой Георгий, встанет Победоносец. Спобедит то, что летит, чем замахнутся, чем посхотят ударить. Огонь мимо пройдет, дымом не заденет. Встанут вокруг меня, раба (имя), все сорок святых, будут верней щита, сильней врага-супостата. И буду я всякий час защищен, в отчий дом возвращен. Ангелы-хранители, спасители, спасите и сохраните. Аминь.

Читают, как провожают на войну, у отчего порога либо мать, либо отец. Если нет никого кровного, воин читает сам, стоя у порога, лицом на вход в дом, держа в руке платок. Читают трижды и всякий раз обтирают лицо. Платок оставляют за иконой.

Заговоры ратного человека, идущего на войну

Еду на гору высокую, далекую, по облакам, по водам, а на горе высокой стоит терем боярской, а во тереме боярском сидит зазноба, красная девица. Ты девица, зазноба молодеческая, иду за тебя во рать на супостатов моих, врагов-злодеев. Вынь ты, девица, отеческий меч-кладенец; достань ты, девица, панцирь дедовский; отомкни ты, девица, шлем богатырский; отопри ты, девица, коня ворона. Мне, меч-кладенец, будь другом, мне, панцирь дедовский, будь родным братом, мне, шлем богатырский, будь венцом обручальным, мне, конь вороной, будь удалым молодцем. Выди ты, девица, во чисто поле, а во чистом поле стоит рать могучая, а в рати оружий нет сметы. Закрой ты, девица, меня своей фатой: от силы вражей, от пищали, от стрел, от борца, от кулачного бойца, от ратоборца, от дерева русского и заморского: от дубу, от вязу, от клену, от ясени, от ели, от рябины, от полена длинного, не длинного, четвертинного, от липы, от жимолости, от ивы, от сосны, от яблони, от курослепу, от орешины, от можжевельнику, от сена, от соломы, от кости, от железа, от уклада, от стали, от меди красной, зеленой, проволоки, от серебра, от золота, от птичьего пера, от неверных людей: нагайских, немецких, мордвы, татар, башкирцев, калмыков, гулянцев, бухарцев, кобытей, вовулов, бумирцев, турченинов, якутов, лунасов, черемисов, вотяков, либанов, китайских людей.

Вы, дерева, от меня раба (имя), воротитесь; вы, железо и медь, и сталь, и злато, отлетайте; вы, люди неверные, отбегайте. А буде я ворочусь по-живу и по-здорову, ино буду, красна девица, тобою похвалятися, своею молодеческою поступью выказыватися. Твоя фата крепка, как камень горюч Алатырь; моя молодеческая поступь сильна, как вода мельничная. Дух духом, всех пинком, нет никого, я один, поживу, поздорову.

Выкатило красное солнышко из-за моря Хвалынского, восходил месяц из-под синя неба, собирались облака издалека, собирались сизы птицы во град каменный, а в том граде каменном породила меня мать родная, раба такого-то, а рожая, приговаривала: будь ты, мое дитятко, цел-невредим: от пушек, пищалей, стрел, борцов, кулачных бойцов; бойцам тебя не требовать, ратным оружием не побивать, рогатиною и копием не колоть, топором и бердышом не сечь, обухом тебя бить не убить, ножом не уязвить, старожилым людям в обман не вводить, молодым парням ничем не вредить; а быть тебе перед ними соколом, а им дроздами, а будь твое тело крепче камня, рубаха крепче железа, грудь крепче камня Алатыря, а будь ты в доме добрым отцом, во поле молодцом, во рати удальцом, в миру на любованье, во девичьем терему на покрашенье, на брачном пиру без малого ухищренья, с отцом с матерью во миру, с женою во ладу, с детьми во согласии.

Заговариваю я свой заговор матерним заповеданием; а быть ему во всем, как там указано, во веки ненарушимо. Рать могуча, мое сердце ретиво, мой заговор всему превозмог!

Выхожу я во чисто поле, сажусь на зеленый луг, во зеленом лугу есть зелия могучие, а в них сила видима-невидима. Срываю три былинки белые, черные, красные. Красную былинку метать буду за море-Окиян, на остров на Буян, под меч-кладенец, черную былинку покачу под черного ворона, того ворона, что свил гнездо на семи дубах, а во гнезде лежит уздечка браная, с коня богатырского; белую былинку заткну за пояс узорчатый, а в поясе узорчатом завит, зашит колчан с каленой стрелой, с дедовской, татарской. Красная былинка притащит мне меч-кладенец, черная былинка достанет уздечку браную, белая былинка откроет колчан с каленой стрелой. С тем мечом отобью силу чужеземную, с той уздечкою обратаю коня ярого, с тем колчаном со каленой стрелой разобью врага-су постата.

Заговариваю я ратного человека (имя) на войну сим заговором. Мой заговор крепок, как камень Алатырь.

Под морем под Хвалынским стоит медный дом, а в том медном доме закован змей огненный, а под змеем огненным лежит семипудовый ключ от княжева терема, Володимерова, а во княжем тереме, Володимеровом, сокрыта сбруя богатырская, богатырей новгородских, соратников молодеческих.

По Волге широкой, по крутым берегам плывет лебедь княжая, со двора княжева. Поймаю я ту лебедь, поймаю, схватаю. Ты, лебедь, полети к морю Хвалынскому, заклюй змея огненного, достань ключ семипудовый, что ключ от княжева терема Володимерова. Не моим крыльям долетать до моря Хвалынского, не моей мочи расклевать змея огненного, не моим ногам дотащить ключ семипудовый. Есть на море на Окияне, на острове на Буяне ворон всем воронам старший брат; он долетит до моря Хвалынского, заклюет змея огненного, притащит ключ семипудовый; а ворон посажен злою ведьмою киевскою.

Во лесу стоячем, во сыром бору стоит избушка, ни шитая, ни крытая, а в избушке живет злая ведьма киевская. Пойду ль я во лес стоячий, во бор дремучий, взойду ль я в избушку к злой ведьме киевской. Ты, злая ведьма киевская, вели своему ворону слетать под море Хвалынское, в медный дом, заклевать змея огненного, достагь семипудовый ключ. Заупрямилась, закорачилась злая ведьма киевская о своем вороне. Не моей старости бродить до моря-Окияна, до острова до Буяна, до черного ворона. Прикажи ты моим словом заповедным достать ворону тот семипудовый ключ. Разбил ворон медный дом, заклевал змея огненного, достал семипудовый ключ.

Отпираю я тем ключом княжий терем Володимеров, достаю сбрую богатырскую, богатырей новгородских, соратников молодеческих. Во той сбруе не убьет меня ни пищаль, ни стрелы, ни бойцы, ни борцы, ни татарская, ни казанская рать.

Заговариваю я раба (имя), ратного человека, идущего на войну, сим моим крепким заговором. Чур слову конец, моему делу венец!

На море на Окияне, на острове на Буяне, сидит добрый молодец, во неволе заточен. К тебе я прихожу, добрый молодец, с покорищем. Выдают меня родные братья во княжую рать, одинокого, неженатого, а во княжей рати мне подобру не жити. Заговори меня своим молодеческим словом. Рад бы стоять во поле за тебя, горького сиротину, да крепка моя неволя, да горька моя истома. Заговариваю я тебя, раба (имя), идти на войну во всем по тому, как заповедовал мне родной отец. А будешь ты ратным человеком, ино будь сбережен: от топора, от бердыша, от пищали, от татарския пики, от красного булата, от борца, единоборца, от бойца врага-супостата, от всей поганой татарской силы, от казанской рати, от литовских богатырей, от черных Божиих людей, от бабьих зазор, от хитрой немочи, от всех недугов. И будет тебе: топор не в топор, бердыш не в бердыш, пищаль не в пищаль, татарская пика не в пику, поганая татарская сила не в силу, казанская рать не в рать, черные Божии люди не в люди, бабьи зазоры не в зазоры, хитрая немочь не в немочь, литовские богатыри не в богатыри, недуги не в недуги. Кручусь, верчусь от топоров, бердышей, пищалей, пик, бойцов, борцов, татарской силы, казанской рати, черных Божьих людей. Отмахнусь по сей век, по сей час, по сей день.

Встану я рано, утренней зарей, умоюсь холодной росой, утрусь сырой землей, завалюсь за каменной стеной, кремлевской. Ты, стена кремлевская, бей врагов-супостатов, дюжих татар, злых татарчонков, а я был бы из-за тебя цел, невредим. Лягу я поздно вечерней зарей, на сырой росе, во стану ратном; а в стану ратном есть могучи богатыри, княжей породы, из дальних стран, со ратной русской земли. Вы, богатыри могучи, перебейте татар, полоните всю татарскую землю, а я был бы из-за вас цел, невредим. Иду я во кровавую рать татарскую, бью врагов-супостатов; а был бы я цел, невредим. Вы, раны тяжелые, не болите, вы, удары бойцов, меня не губите, вы, пищали, меня не десятерите; а был бы я цел, невредим.

Заговариваю я раба (имя), ратного человека, идущего на войну, сим моим крепким заговором. Чур, слову конец, моему делу венец!

Завяжу я, раб (имя), по пяти узлов всякому стрельцу немирному, неверному на пищалях, луках и всяком ратном оружии. Вы, узлы, заградите стрельцам все пути и дороги, замкните все пищали, опутайте все луки, повяжите все ратные оружия. И стрельцы бы из пищалей меня не били, стрелы бы их до меня не долетали, все ратные оружия меня не побивали. В моих узлах сила могуча, сила могуча змеиная сокрыта, от змея двунадесятьглавого, того змея страшного, что пролетел за Окиян-море, со острова Буяна, со медного дома, того змея, что убит двунадесять богатырьми под двунадесять муромскими дубами. В моих узлах зашиты злой мачехою змеиные головы.

Заговариваю я раба (имя), ратного человека, идущего на войну, моим крепким заговором, крепко-накрепко.

Воинские заговоры

В армию, на войну когда идут, тоже молитва есть. Крест – креститель, крест – хранитель, крест – морска глубота, крест – небесна высота, крест – царева держава, крест – бесов прогонял. Аминь.

При проводах в армию благословляешься молитвочкой: «Благословляю тебя на все пути-дороженьки, чтобы тебе легко было служить. Спаси тебя, Господи, от несчастливой доли, от всех злых людей, от вихрины».

Как в армию кто уходит, камень под порог кладут. Он первый перешагивает. После чего взять камень и сказать: «Как этот камешек не боится ни стужи, ни нужи, ни холоду, ни голоду, так же раб Божий (имя) ничего не боялся. Аминь». Сказать три раза и убрать камень в такое место, где через него не шагнут.

В армию пойдут, дак ребята очень тоскуют об родине, так надо сказать: «Берег – отец, вода – мать. Берег бьет, вода льет, у парня тоску уймет». Три раза скажешь, и умыть его надо.

Как вода бежит, не тоскует, не горюет ни по крутым бережкам, ни по камешкам, ни по желтым пескам, ни по темным лесам, ни по черным морям, так бы и ты, раб Божий (имя), не тосковал, не горевал и привыкал бы к начальству, к людям.

Пресвятая Владычица Святая Богородица и Господь наш Иисус Христос, благослови, Господи, набеги идучи, Божьего раба и товарищей моих, кои со мною есть, облаком обволоки небесным, святым каменным твоим градом огради. Святой Дмитрий Сулунский, ущити мене, раба Божьего, и товарищей моих, кои со мною есть, на все четыре стороны: лихим людям не стрелять, не рогаткою колоти, не бердышом сечи, не колоти, обухом не пробити, не топором рубити, не саблями сечи, не колоти, не ножом колоти, не резати – ни старому, ни малому, ни смуглому, ни черному, ни еретику, ни колдуну, ни всякому чародею. Все теперь предо мною, рабом Божьим, помраченным и судимым. На море-Окияне, на острове Буяне стоит столб железный, на том столбе муж железный, подпершись посохом железным, закаливает он по железу-булату и синему олову, и свинцу, и всякому стрельцу. Пойди ты, железо, во свою матерь в землю от меня, раба Божьего, и товарищей моих, и от коня моего мимо, стрела-древоколка – в лес, а перо – во свою матерь птицу, а клей – в рыбу. Защити меня, раба Божьего, золотым щитом от сечи и от пули, от пушечного боя, ядра и рогатины и ножа. Будет тело мое крепче панциря. Аминь.

Царь Соломон, сходи за тридевять земель, за тридевять морей, принеси пехтус масла. Приди, помажи рабу Божьему (имя) тело бело, руки, ноги, буйну голову, ретивое сердце. Подите, проклятые стрелы, какие есть на свете, в сырой бор, в чистое поле. Плюнь.

Господи, благослови. Лежит камень бел на горе, что конь в камень нейдет, вот и так бы и в меня, раба Божьего, и в товарищей моих, и в коня моего не шла стрела и пуля. Как молот отскакивает от кувалды, так бы и от меня пулька отскакивала бы. Как жернова вертятся, так не приходила бы ко мне стрела, вертелась бы. Солнце и месяц светлые бывают, так бы – и я, раб Божий (имя). Укрепленный за горой замок замкнут, тот замок и ключи – в море. Аминь. Уговоренную воду берут в рот и три раза спрыскивают ружье перед тем, как идти.

Есть море-Окиян, на том море-Окияне есть белый камень Алырь. На том камне Алатыре есть мужик каменной, тридевять колен. Раба Божьего и товарищей моих одень каменной одеждой от востока до запада, от земли до небес: от вострой сабли и меча, от копья булатна, рогатины, от дротика каленого, от пулек и от мелких оружий, от всех стрел, перенных пером Орловым, и лебединым, и гусиным, и журавлиным, и дергуновым – гонского супостата, татарского, литовского, немецкого, калмыкского. Светлые отцы и небесные силы, сохраните меня, раба Божьего (имя). Аминь.

Стану я, благословясь, пойду, перекрестясь, за правое дело, за русскую землю на извергов, на недругов-кровопийцев, на дворян, бояр, на всех сатанинских детей, выйду боем во чистое поле. В чистом поле свищут пули, я пуль не боюсь, я пуль не страшусь. Не троньте вы, пули, белые груди, буйную голову, становую жилу, горячее сердце. Скажу я пулям заветное слово: «Летите вы, пули, в пустую пустыню, в зыбкое болото, в горючие камни, в леса». Голова не приклонится, а моя руда не дуб да железо, кремень да огонь. Аминь. Говорится на воду, которой спрыскивают одежду или ружье.

Господи, благослови. Лежит камень бел на горе, что в камень не идет вода, так бы и в меня, раба Божьего, и в товарищей моих, и в коня моего не шла стрела и пулька. Как молот отпрядывает от ковалды, так и от меня бы пулька отпрядывала, как жернова вертятся, так стрела каленая вертелась бы. Солнце и месяц светлы бывают, так и я, раб Божий. Ими укреплен, за горой замок замкнут, тот замок ключи в море брошу под бел-горюч камень Алатырь – не видно ни колдуну, ни колдунице, ни чернецу, ни чернице. Из Окияна-моря вода не бежит и желтый песок не пересчитать, так и меня, раба Божьего, ничем не взять. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Дума моя, дума худая, перенеси мою душу за чистое поле, за синее море, пересыпь мою душу желтым песком, толстым хрящом. Попереди меня – крест, позади меня – крест, по праву руку – крест, по леву руку – крест, над буйной головой – сам Иисус Христос. Пусти сняты, крепки святы, ключ – в море, замок – в роте. Аминь.

Солдат брал с собой кольцо материнское, носил при себе. В кольцо пули летели, а служивого не трогали – оставался цел, невредим.

Не от ветру, не от вихорю, не от всех страшных пуль. Все пули летели мимо. Наговаривать на кусок воска и носить при себе. Осторожа.

От недугов

Заговариваю я у раба (имя), двенадцать скорбных недугов: от трясавицы, от колючки, от свербежа, от стрельбы, от огневицы, от ломоты, от колотья, от дергания, от моргания, от слепоты, от глухоты, от черной немочи. Ты, злая трясавица, уймись, а не то прокляну в тартарары; ты, неугомонная колючка, остановись, а не то сошлю тебя в преисподние земли; ты, свербеж, прекратись, а не то утоплю тебя в горячей воде; ты, стрельба, остановись, а не то засмолю тебя в смоле кипучей; ты, огневица, охладись, а не то заморожу тебя крещенскими морозами; ты, ломотье, сожмись, а не то сокрушу тебя о камень; ты, колотье, притупись, а не то распилю тебя на мелкие частички; ты, дерганье, воротись, а не то запружу тобою плотину на мельнице; ты, морганье, окрутись, а не то в печи банной засушу; ты, слепота, скорчись, а не то утоплю тебя в дегтю; ты, глупота, исчезни, а не то засмолю в бочку и по морю пущу; ты, черная немочь, отвяжись, а не то заставлю воду толочь.

Все вы, недуги, откачнитесь, отвяжитесь, удалитесь от раба (имя), по сей час, по сей день, по его жизнь, моим крепким словом.

Заговор красной девицы от недугов полюбовного молодца

Иду я, девица (имя), из ворот в чисто поле, в море-Окиян, становлюсь я, девица (имя), на бел-горюч камень Алатырь, опоясываюсь белой пеленой, заговариваю своего полюбовного молодца (имя) от злых недугов с принедугами, полунедугами. Вы, злые недуги, не недужьте раба (имя). Отсылаю я вас в Окиян-море, в бездны преисподния, в котлы кипучие, в жар палючий, в серу горючую по сей день, по сей час, по мое крепкое слово. А был бы мой полюбовный молодец бел и хорош; а милее бы его не было во всем свете; а приветнее бы его не было и во тереме княжем; а залучнее бы его не было во всей околице; а любил бы он меня отроду довеку, по всю мою жизнь. Слово мое крепко.

Заговор жениха от болезней

Ложилась спать я, раба (имя), в темную вечернюю зарю, темным-темно; вставала я (имя) в красную утреннюю зарю, светлым-светло; умывалась свежею водою; утиралась белым платком. Пошла я из дверей во двери, из ворот в ворота, и шла путем-дорогою, сухим сухопутьем, к Окиян-морю, на свят остров; от Окиян-моря узрела и усмотрела, глядючи на восток, красного солнышка, во чисто поле, а в чистом поле узрела и усмотрела: стоит семибашенный дом, а в том семибашенном доме сидит красная девица, а сидит она на золотом стуле, сидит, уговаривает недуги, на коленях держит серебряное блюдечко, а на блюдечке лежат булатные ножички. Взошла я, раба (имя), в семибашенный дом смирным-смирнехонько, головой поклонилась, сердцем покорилась и заговорила:

– К тебе я пришла, красная девица, с покорищем об рабе (имя); возьми ты, красная девица, с серебряного блюдечка булатные ножички в правую руку, обрежь ты у раба (имя) белую мякоть, ощипи кругом его и обери: скорби, недуги, уроки, призороки, затяни кровавую рану чистою и вечною своею пеленою. Защити его от всякого человека: от бабы-ведуньи, от девки простоволосой, от мужика-одноженца, от двоеженца и от троеженца, черноволосого, рыжеволосого. Возьми ты, красная девица, в правую руку двенадцать ключей и замкни двенадцать замков, и опусти эти замки в Окиян-море, под Алатырь-камень. А в воду белая рыбица ходит, и она б те ключи подхватила и проглотила, а рыбаку белой рыбицы не паймывать, а ключей из рыбицы не вынимать, а замков не отпирать. Недужился бы недуг раба (имя) по сей день, по сей час. Как вечерняя и утренняя заря станут потухать, так бы у моего милого друга всем бы недугам потухать, и чтобы недуг недужился, по сей час, по мое крепкое слово, по его век.

Заговариваю я, раба (имя), своего полюбовного молодца (имя), от мужика-колдуна, от ворона-каркуна, от бабы-колдуньи, от старца и старицы, от посхимника и посхилтицы. Отсылаю я своего друга милого всех по лесу ходить, игольник брать, по его век, и, пока он жив, никто бы его не обзорочил и не обпризорил.

От черной немочи

Летит птица за моря, бежит зверь за леса, бежит дерево в дерево, мать-земля в свою мать-землю, железо в свою мать-руду, так бы черная немочь бежала в свою мать тартарары, во тьму кромешную, а бежала б назад не ворочаючи, а был бы (имя) жив и здоров. А буде ты, черная немочь, моим речам покорища не дашь, велю тебя птице за моря унесть, зверю в лес затащить, мать-земле в свою мать во сыру землю заложить, железу в свою мать-руду заковать, и будет тебе горе великое, а (имя) жив и здоров. Замыкаю свои словеса словом великим, им же замыкаются все недуги с полунедугами, все болести с полуболестями, все хворобы с полухворобами, все корчи с полукорчами; а замыкаю я мое слово великое на (имя) от черной немочи, по сей день, по сей час, по всю его жизнь.

Заговор красной девицы от тоски

От востока до запада, от севера до юга, от реки до моря, от пути до перепутья, пролегала путь-дороженька, всем дорогам старшая и большая; по той дорожке шли дщери Иродовы, несли во руках пруты ивовы, а шли они во мир кости сушить, тело знобить, недугами мучить.

От востока до запада, от севера до юга, от реки до моря, на путях и перепутьях, вырастала травушка со муравушкой; на той травушке со муравушкой сидели тоска со кручиной, а сидели они да подумывали: как бы людей крушить, сердца щемить, света не возлюбить?

От востока до запада, от севера до юга, от реки до моря, среди белокаменной Москвы стоит терем боярский; в том тереме боярском сидит во тоске красная девица по незнаемой беде.

Вы, дщери Иродовы, не ходите по пути и дороженьке на мир кости знобить, тело сушить, людей мучить, а идите вы на травушку со муравушкой, что на ту травушку, где сидит тоска со кручиной, и велите вы тоске со кручиной, чтобы они изгнали из ретива сердца красной девицы, у рабы (имя), наносную тоску, а не покорится вам тоска со кручиной, ино вы учините бить во пруты ивовы. Заговариваю сим моим заговором крепко-накрепко. А кто мой заговор возодолеет, и ему провалиться сквозь тартарары.

Page 5

Как камень сей тверд и студен, так затвердели бы уста тому мужу или жене, кто бы злую мысль мог помыслить на мою пасеку и на моих пчел – пусть сам так и станет.

Открывая пасеку или выставляя пчел, нужно нести в зубах камушек, обойти пасеку трижды, потом закопать камень посреди пасеки, нашептывая.

Взяв меру из камышины, которой измеряли мертвеца, делая ему гроб, трижды обойти пасеку, помянуть того мертвеца, а затем произнести: «Помяни, Господи, душу раба своего, преставившегося от нас, которому встать на суд Божий, на последний труд, вострубив архангелу Божьему. И я беру сию меру для своей пасеки и для моих пчел, чтобы от меня, раба Божьего, пчелы не бежали, и чтобы приносили со всех сторон меда Господу Богу и миру христианскому на хвалу, а мне, хозяину, на прожиток».

Как я не мог никакого слова вымолвить, так бы и злые люди не могли на пасеку и на меня, раба Божия, ничего злого помыслить, наговорить, пчел моих зарекать.

Произносится после того, как хозяин пасеки на молодой месяц набирает полон рот воды и, придя на пасеку, брызгает изо рта на летки.

Как Господь Милосердный свет утвердил и святое солнышко на облака воздал и также месяц святой, пастыря пчелиного. Зори-зоряницы, Божии помощницы! Месяце Авраме, громе Божий! Ставь вокруг моей пасеки частый частокол, чтоб и чужая пчела не перешла, пасеки моей не портила. Помоги мне силою своею, Матерь Божья, Зосима святой – помышлением своим. Кто угадает небесную высоту, морскую глубину, кто песок в море пересчитает, тот мою пчелу сглазит.

Как Господь благословил святому Юрию зверей воевать, так бы моя пчела чужие пасеки воевала и мед себе забирала, а свой крепко держала сама собою и святыми небесными силами, и Зосимы действом. Ты, Зосиме! Пасечнику святой! Старый ты, убогий! Сам пасечниковал и пчеле и матке помогал, помоги же и моей пчеле, и моей матке.

От осы

Оса, мать всем осам, ты мне не мать. Осятки-детки, всем детям детки, вы мне не дети. Беру я закручен-траву, сушу на сыром бору, жгу в зеленом лугу. Осятки, летите на дым, оса, бегите в сырой бор. Слово – замок, ключ – язык!

Осы вы, осы, железные носы, не клюйте меня, клюйте осину, сухую деревину, отныне довеку, аминь по веку.

От ужаления осой

Осы, осы, железные носы, не жгите меня, я вам отец, дам пирога конец.

Осы, осы, булатные носы, не жгите меня, не палите меня, я вам матка, а вы мои детки.

От клеща

Батюшка-лес, не шуми, поделись на четыре стороны: на сторону западную, сторону восточную, сторону северную, сторону южную, пусть те стороны меня берегут, от клещей стерегут, не дадут клещам лиственным, травяным, кустовым, сподорожным, со тропинок, с сухих былинок. Все четыре стороны меня сберегут, ни одному клещу хватать не дадут. Аминь.

Читать перед входом в лес.

Грибной и ягодный заговоры

Читать, заходя в лес.

Как в лесу Божьем полно кустов, так в моем кузову будет полно грибов. Аминь.

Святые, идите, мне помогите, ягоды наберите, все мне подарите. Аминь.

На собирание трав

Еду ли, иду ли, по утренним и вечерним зорям, умываюсь росами, утираюсь, облекаюсь облаками, еду ли, иду я во темный бор, во чистое поле, а во темном бору, во чистом поле растет одолень-трава. Одолень-трава! Не я тебя поливал, не я тебя породил, породила тебя мать-сыра земля, поливали девки простоволосые, бабы-самокрутки. Спрячу я тебя, одолень-траву, у самого ретивого сердца на всем пути да во всей дороженьке. Одолень-трава, одолень-трава, одолей ты горы высокие, Окияны-моря синие, хащи непроходимые, поля разлогие. Оборони меня от колдуна и виритника, чародея и ябедника, во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Матерь Божия ходила, зелья-травы родила. Что надо, поливала, нам на помощь давала!

Заговор произносится при собирании лекарственных трав: подойдя к растению, нужно повернуться на восток, перекреститься с молитвой, потом вырвать растение, произнося заговор.

Миколин отец так велел, чтобы ты, зелье-трава, было нам в немощь на помощь и от всякой хвори мужской и женской, девичьей и молодичьей, младенческой, от ломоты, тошноты, испуга, колотья и всякой болести.

Приговаривают несколько раз, пока выкапывают или срывают нужную для лечения траву.

На море на Окияне стоит Матерь Божья с ризой, с пеленою, с Господней красотою. Пресвятая Матерь Божья!

Стань нам на помощь, ты зелье растила, ты и копала, на сохранение и помилование от всякой скорби и всякой болезни. Встань нам на помощь, а тоске-переполухе на немощь.

Трава-травица, красная девица, не я тебя сажала, не я и поливала. Господь тебя сажал, Господь и поливал. Всякому христианину на помощь давал.

Зелье помощное! Сам Господь Бог тебя саживал, а светлый Спас роживал. Матерь Божья, Пресвятая Богородица, поливала, на помощь и утеху людям давала. Помоги ты, зелье зеленое, зеленое-лазоревое, лазоревое и красное от всякой болести, от тошноты и ломоты, от недуги и испуги, выгони хворощи из утробы и из жил, из ребер и костей, из крови и руды. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Аминь. Аминь.

Золот Симон орет, а Спаситель сеет, пускай принимается! А я зелья нарву, пускай помогается!

При собирании трав, траволечение

Земля-матушка, помоги рвать травки ради всякого угодья, ради всякого здоровья.

Траву лечебную рвут от Иванова до Петрова дня. Рвут и говорят:

– Небо – батька, земля – матка, куда годно, туда будь и ладно. Аминь.

Рвут да приговаривают: «От земли корешок (травка). К чему она пригодна, тому и польза».

Мяту собирают летом, когда она на цвету, и заваривают от простуды.

Подорожник помогает при кровотечении.

Подорожник собирать надо летом, сушить без солнца, на печке. Заварить и пить от простуды.

Лопухи применяют от нарывов, выжимают сок, привязывают листья к нарыву, чтоб быстрее вытянуло.

Мятна трава – от простуды. Ее собирают под Иван-день, сушат не на солнце, заваривают, как чай, и пьют.

Богородска трава – от простуды. Собирают, сушат, заваривают.

На Иван-день ходят и травы собирают: кавыка – на порчу, марьин корень трут, от желудка пьют, одномесячна трава – если у маленького ребенка грыжа.

Рвали кавыку-траву, чай заваривали и пили от всяких болезней. Трава высока, алы и сини цветки. От простуды мяту заваривали и пили вместо чая. Она сперва молода – вкусная. Сушили, а то на сковороде замаривали. Летом собирают муравьиное масло. Ставят бутылки в муравейник и сладким стенки обмажут. Муравьев заваривают и ноги парят. Когда ноги болят – парафином греют.

Весной собирают коренья трав – верзенычу собирали. Она полезна от живота, поноса. Пьют еще денежник-траву: если простудятся или что. А с богородской травою кадили, когда мужа сглазят. В Иван-день собирают.

Лечит простуду. Крапиву рвут, высушивают, заваривают кипятком и в отваре мочат ноги.

Парят труху (от зеленого сена). Когда первокосное – самое хорошее. Когда зарод мечут, трухи много. Ею кости парят. Ее заваривают и в бане тепленьку накладут.

Пакула – по-другому чага, черные наросты на березе. Отваром ее лечат простуду, печень, мочевой пузырь. Применяется как мочегонное. Вылечивает двенадцать болезней (двенадцать болей).

Жабрей колючий парят. Нарвать рано, молодой. Зальют и ноги парят. Мяту также пьют от кашля и когда душит. Муравьи ноги лечат. Для больных костей берут мякину (зерно смеленное, высеянное), соль и муравьев заваривают в ушате, когда остынет, ноги погрузят и закрывают одеждой.

Есть разные травы, на пожнях растут. Кавыка – от порчи, буренькие такие цветочки, как сапожки. Денежник – тоже от порчи. Пешница – стебель, а не суха ягода, тоже от порчи. Все считают, что они помогают, если стравил кто. Их нарвут, высушат, потом парят и пьют.

Есть порезна трава. Пожевать ее и наложить жевок на рану.

Бывают разные травы: порезна трава – от пореза. Купальница (желты цветы) – от боли в спине. Бессмертник от головной боли. Мятная трава – от удушья, а еще ссяка – от простуды, как ломит загривок.

Чтобы в огороде все росло

Вам трава-мурава, нам полные короба. Отнимаю, отнимаю. Отбираю, отбираю. Мне в прибыль, вам в убыль. Аминь.

Читают весной, утром в чужом огороде, вечером в своем, на молодой месяц. Там, где читали – урожая не будет, а у вас будет хороший.

Для работы на огороде

Господи, помоги! Когда бы Господь дал так земле родить, чтобы и мне, и людям было. Роди, Боже, на всякого долю!

Произносится при посеве.

Роди, Боже, цибулю, как мою дулю!

При посеве лука.

Хозяйка при посадке капусты оборачивает горшок-рассадник, накрывает его белым платком, сверху кладет камень, приговаривая: «Дай же, Господи, капусте сей так вырасти, каков я этот горшок сюда принесла, чтобы бела была, каким я белым платком прикрывала, чтобы тугая была, как я камнем этим тугим нагнетала!» Затем она трижды перевязывает себе голову платком, «чтобы капуста вывязывалась».

Роди, Господи, капусту, как моя голова!

Самая простая приговорка при посадке капусты.

Господи! Дай, чтобы была красна, как жар, а велика поросла, и хорошим-хороша!

Сажают свеклу только женщины, опоясавшись непременно красным пояском.

Дай, Господи, чтобы картофеленок под кустом было, что тучек на небе!

От пожара

Читать один раз в год на крещенской неделе: «Шли святые за мной, несли чашу с водой. Если пожару быть, святые станут пожар тушить. Не гори раз, не гори два, не гори три. Ни сегодня, ни завтра, никогда не гори. Святые стоят, мой дом охраняют. Аминь».

Чтоб никогда не утонуть

Иисус Христос шел по воде. Выше волн и над волнами. Господь всегда с нами. Возьми, Господь, рабу (имя) под Свое крыло, под Свою опеку. Проведи по волне и над волнами. Огороди щитом от водной пучины, от зряшного утопа. Слово крепко, вера вечна. Аминь.

Читают раз в год на Ивана Купала.

Чтоб деньги шли к деньгам

Произносить всегда, когда вам дают деньги: «В наш кошель ваша деньга, ваша казна – моя казна. Аминь».

Для удачной торговли

Золото, золото, сыпься ко мне, как горох в закроме, как зерна ячменя на гумне, как рожь на току! Золото, золото, липни к рукам моим, что мушки к меду, бабочки к свету, травка к солнцу! Золото, золото, сыпься в мои карманы без счету, без меры, горстями, пригоршнями! Золото, золото, дружись со мной, как лед с водой, как соловей с весной, как роса с травой! Я не торгаш-моргаш, а купец-молодец, продаю на чести, вешаю с избытком, лью с остатком! Будь в моем амбаре клад да лад, да во всем спорынья, без проторей, без разоренья, без угара и без прогара во все дни и годы моего базара.

Чтобы хорошо сбыть, продать вещь

Я купец, всегда молодец, наш товар вам продам. Денежка к денежке. Нам ваши деньги, вам наш товар. Аминь.

Читать на то, что нужно продать, крестя перстом.

Чтобы дело сошлось

Как этот узел завязан, так и у нас, рабов Божьих, дело (указать какое) сошлось скоро.

Завяжите узлом нитку и трижды проговорите заговор.

Для отыскания клада

Встану я вместе с зарею, пойду вместе с ранним солнышком по буграм и ярам, по холмам и кручам. Найду камень огромный, большущий, а под тем камнем лежат золото, драгоценности, камни яхонты, серебро литое, жемчуг низаный. Отвалю камень, аки перышко, и возьму, что лежит под ним, и возьму себе добро-золото, и все яхонты с ясным жемчугом, вместе с золотом. Кто тот кладец клал, обо мне (имя) мечтал, что приду я утром с солнышком и возьму я все, что положено.

Заблести скорей, ясно солнышко! Укажи пути к кладу-серебру, к камню крепкому и таежному, для меня же он будет перышком, легкой щепочкой.

Заря-зоренька, зорька ясная, укажи ты мне путь-дороженьку к кладу-золотцу, что лежит в местах, мне неведомых, за бугром-холмом средь долинушки. Ветер-ветрович, ты подуй скорей, размети ты мне путь-дороженьку к кладу самому, чтоб я мог найти клад, как свой домок среди ноченьки. А ты, камушек, камень крепкий столь, расступись, свались, дай мне клад забрать, как рожь с полюшка! Ну, иду-пойду в путь-дороженьку, и найду я, раб (имя), тот заветный клад, что положен был для меня рукой, мне неведомой.

Молитва ко власти(Записана в 1734 году)

Господи Боже, благослови. Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Отец меня, раба Божия, затем и мати спородила и Господь благословил. Стану я, раб Божий, благословясь, и поду, перекрестясь, и помолюсе я, раб Божий, Спасу и Пречистой Богородице и умоюсе я, раб Божий, утрянною медвяною росою и утрянною светлою зорею, одежусе вечернею и опоящусе и облекусе в облак и покрыюсе небесами. Впереди меня, раба Божия, праведное сонце согревает, и созади меня, раба Божия, светлый месяц просвящает, со сторон меня, раба Божия, частые звезды сохраняет. Над главою у меня, раба Божия, Спас и Пречистая Богородица со всеми силами небесными хранят и берегут с четыре стороны от всякаго врага и сопостата моего.

Стану я, раб Божий, благословясь, поду, перекрестясь, во ангельскую радость и в Давыдову кротость и материно сердце ко всякой власти – к царю и к патриарху и к митрополитам и ко епископам, ко архимандритам и ко игуменам, и к протопопам, и к попам и ко всякому чину людем ко священническому и ко иноческому, и ко всяким православным христианам, к мужескому полу и к женскому. И как возрадовалсе народ Божий праведному сонцу, как восходит сонце и согревает всю поднебесную и земную, и такожде бы возрадовались, усмотрячись меня, раба Божия (имя), всякие власти, цари и патриархи, митрополиты, архиепископы и епископы, архимандриты, игумены, протопопы и попы и весь священнический иноческий чин и православные християна, мужеск пол и женск. А мой бы упостат предо мною, рабом Божиим, нем и одеревянен и не мог бы никакие слова говорить против меня, раба Божия, ни здумать, ни зговорить. И как мертвый человек не может щек своих отворить, и тако бы мой упостат, аки пред соколом дроздие, не мог бы он умом помыслити. И како возрадовалась Пречистая Богородица воскресению Христову из гроба, архангелы и ангелы, и апостолы, и пророки, и жены мироносицы, и вси святии, и тако бы возрадовалисе, усмотрячись меня, раба Божия, всякие власти земские, цари и патриархи и митрополиты, архиепископы и епископы, архимандриты, игумены и протопопы, и попы, и весь священнический, иноческий чин, и все православные християна, мужеск пол и женск, и всякие православные християне, и всякие приказные люди в виде меня, раба Божия. А мой бы сопостат не мог и враг не мог бы против меня, раба Божия, никакие слова говорити, а язык бы у него был тетеревиный, а сердце заечье, а глаза воловьи. А я бы, раб Божий, говорил предо всякою властию, аки сильне гром греме, и как грому устрашаются всякие православные христиане, и так моего слова устрашались бы всякие земские власти. И мой бы упостат в нове месеце и в полне, и в перекрое, в новцевом и ветховом и во все дватце четыре часа, во веки веков, аминь.

Говорить три раза на чисту воду, да на чистый воск, на свещу, да на чистый плат. Воду пить, а воск за щеку положить, платом утираться.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Царские очи, материно сердце, мертвецевы щеки, тетерев язык не говорит и мертвецевы щеки не воротятся, и так бы на меня, раба Божия, никто зла, ни лиха не думал и не мыслил. И как зародилосе на небе красное сонце, светлый месец и чистые звезды, и как зародились на земли цари государи, и как не могут насмотреться цари государи, ни православные христиане на красное солнце, на светлый месец, на чистые звезды, и так же бы не могли насмотреться на меня, раба Божия, сее раб Божий и казался бы я, раб Божий, краше красного солнца, светлее светлого месяца и чистых звезд. Утесчюсе я, раб Божий, частыми звездами. Сколь чесна и славна свеща воску ярова стоит пред истинным Богом, и столь бы был честен и славен я, раб Божий, пред сим рабом Божиим. Во веки веков, аминь.

Говорить на чистую воду или на воск, взять от образа, на то наговаривать, водою умыться, а воск держать при себе или у креста.

На подход к человеку, начальству, судьям и на почет

Надо взяться за дверную скобу той двери, где живет тот, к кому идешь. Сказать три раза: «Вспомяни, Господи, царя Давида, мудрость его и кротость его». Можно сказать это на платок, а затем платком утереться и посмотреть на человека.

Помяни, Господи, царя Давида, царя Константина, Матерь Елену, Креста распятого, всех царей, всех королей. Сколь были родители кротки и водки до всех царей, до всех королей и до своих до малых детей, так же раба Божья (имя) до рабы Божьей (имя) была бы кротка и водка, и милостива, зрела соколиным оком и имела материным сердцем. Пусть мои слова – ключ ко дну.

Помяни, Господи, царя Давида и всю кротость его. Сколь был царь Давид кроток и смирен, так же будь раб Божий (имя) кроток и смирен для рабы Божьей (имя). Аминь. Говорится, когда идут к начальству.

Раба твоя (имя) идет по святой дороге. Пойду на светлую дорогу. Матерь Божья, встань мне на помощь. Раба твоя (имя) месяцем подвяжется, зарями огородится – и вас, всех врагов, и начальников, и всех злых людей, не боится. Отсюда, когда наговариваешь, подними руки вверх. Моя правая рука, моя правая нога, мое дело право. Я к вам с Пасхою, а вы ко мне с ласкою. Есть у меня святой мак – что скажу, все будет так. Господи, пошли час добрый.

Раба твоя (имя) идет по святой дороге. Пойду на светлую дорогу – Матерь Божья, встань мне на помощь. Раба твоя (имя) месяцем подбережется, зорями подгородится – и вас, всех врагов и начальников, и всех злых людей, не боится. Поднять руки вверх. Моя правая рука, моя правая нога, мое дело право. Я к вам с Пасхою, а вы ко мне – с ласкою. Есть у меня святой мак, что скажу, всё будет так.

Встану, благословясь, пойду, перекрестясь, от дверей к дверям, от дверей в ворота, выйду в чистое поле. В чистом поле течет золотая речка по серебряным, по мраморным камушкам. Я вымоюсь этой водой, вытрусь белым полотном, стану на запад хребтом, на восток лицом. Как в этом присутствии сидит судья сельский, правленский, становой, мировой судья и как эти судьи не могут воды испить, в синем море песку пережевать – так бы не могли они обсудить раба Божьего, и казался бы им этот раб Божий лучше свету белого, лучше солнца красного и своих родных детей.

«Матушка Владычица Пресвятая Богородица, где ты спала-ночевала?» – «На горе Сионской, в Божьем доме, в пустыне, церкви, у истиннаго Христа за престолом. Не так ноченька спалася, сколь во сне виделося. Приснился сон престрашен и пресуден. Будто истинного Христа споймали, святую кровь проливали, шиповником стегали, терновый венец на головушку надевали». – «Кто этот «Сон» знает, трижды на день прочитает, того раба спасу и сохраню и дам ему на двенадцать пламенных попрысков. Куда ни пойдет, ни поедет, все ему путь-дорога. Лесом идет – древом не бьет, полем идет – зверь не тронет, в суд пойдет – суд судить не будет, у всех судьев сердца умилятся, весь народ удивятся, на трое сутки уста кровью запекутся. Слава Отцу и Сыну и Святому Духу. Ныне и присно и во веки веков. Аминь». Это от суда. Ежели только бы знали, то никого бы судить не стали.

Идешь на вечеринку, открываешь двери и скажи, чтобы больше почету было: «Лев, зверь, я вас всех съем».

Крошку хлеба положить к груди и три раза повторить: «Как везде на столе держат хлеб-соль, так бы меня, рабу Божью (имя), везде бы принимали, везде бы за руки брали».

На почет. Встану я, благословясь, пойду, перекрестясь, из ворот в ворота, из дверей дверьми, выйду в чистое поле. Ступала бы я на ступеньку, на ступень ступлю – сама выступлю. Сажуся выше всех – почитали пуще всех стары старики, молодые молодцы, красные девицы, молодые молодицы. Зрели, глядели, с рабы Божьей (имя) глаз не сносили. Аминь.

Как весну красну все ждут и дожидают, веселятся и радуются, так же и мне, рабе Божьей (имя), веселились и радовались, ждали и дожидали. Когда красно солнышко взойдет, все летние птички возвеселятся и возрадуются, так бы и мне, рабе Божьей (имя), весь мир веселился и радовался: стары старички, пожилые мужички, маленьки ребятки, молодые молодцы, красные девицы, молодые молодицы. Все бы меня любили и почитали, с честью примали, с почетом уважали, на ножки вставали, словом ласковым примали, во беседе слово давали. Отныне и довека будьте, мои слова, крепки и лепки.

Чтобы с начальством ладить

Святые пороги, будьте на защиту, на подмогу рабе Божьей (имя). А вы, стенки, стойте немые, а вы, начальники, будьте милостивы к рабе Божьей (имя). Аминь.

Читать, когда идешь к начальству или туда, где тебя могут ругать.

Page 6

Яйца, крашенные на Пасху, оставляют до следующей Пасхи у иконы. Если летом поднимется вихрь – то яйца выбрасывают за ворота и кругом ходят с иконой, и кругом дома. Читаешь молитву – и ветер стихает. Если пожар, то эти яйца тоже кидали, чтоб пожар водой потушить – и он дальше не распространялся. Спаси, сохрани, Господи Спаситель, от пожара, от огня, от молнии, от града, от ветра. И потом яйцо бросишь.

Нагой с Тихвинской (с иконой Тихвинской Богоматери) бегают, говорят такие слова: «Дай, Господи, тихую росу, смиренную росу и частого мелкого дождичка».

Огонь Мартын, вот тебе железный тын, от земли до неба дорога твоя, больше пламя не пускай никуда. Аминь. Говорить три раза.

В Пасху яичко выкрасишь, на божницу Богу положишь. А эти яички хоронить надо. Когда пожар, их в огонь кидают, и ветер заворачивает, огонь меньше. И говорят: «Как это яичко спокойно лежит, так чтобы и огонь уничтожился».

Чтобы гроза скорее кончилась, надо так говорить: «Разнеси, Господи, это облако на чистые поля, темные леса, сыпуци пески, за зыбуци болота».

Пронеси, Господи, тучу грозную за темные леса, за дремучие болота. До трех раз говорить.

Когда молния сверкнет, надо сказать: «Господи, Боже мой, пронеси тучку грозную на темные леса, на пустые места, где люди не ходят, где скот не бродит».

Если гроза, на окошечко клали по маленькому кусочку хлеба, на каждое окошко. Чтобы грозой не ударило. Так мать учила.

Пойдем, матушка, Христос с тобой, в темные леса да на зыбучие болота. Говорят в грозу.

Когда град, выкидывают лопату, клюку. Лопата, отгребай. Клюкой отгребай, а помелом отметай. Гром чтоб утих.

Чтобы отвести грозу, с помелом и с клюкой выбежать, вокруг дома обежать.

На Великий четверг огонь не надо зажигать, чтобы гроза дом не сожгла.

Шел Иисус Христос с небес, нес ограждающий крест. Огради лес, поля, реки, землю. Огради и меня, рабу Божью (имя), от плохого слова, от плохих людей, от аварии.

Перед сном приговаривали: «Ложусь на крест, одежусь крестом. В правой руке – крес, в левой руке – крес, в ногах – крес, в головах – крес. Крес на крес, Христос воскрес. От ни довеку. Аминь». Три раза проговорить.

Спать ложусь – крестом крещусь, крестом и украшаюсь. Крест за мной, крест передо мной. Ангелы – в окошках. Спас – во дверях. Пресвятая Богородица – у меня во зголовах. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Когда спать ложиться, дверь на крючок запрешь, надо сказать: «Вокруг дома моего – крестовая ограда: в окнах – ангелы-хранители, в дверях – Пресвятая Богородица, в углах – спасители. Спать ложусь – крестом помолюсь. Ангелы – в окошках, Христос – во дверях. Аминь».

Будешь спать ложиться или, мало ли, боишься ведь, так перекрести подушечку и прочитай молитву: «Будь, святая избушка, древнего бревешка со кладового бревна до верхней слеги. Ангелы – в окошко, Христос – во двери, Егорий – на дворе». Раньше все до трех раз говорили.

На ночь говорят: «Бог с тобой, избушка, до единого бревешка. Ангелы – в окошко, Христос – во дверь, Николай – на двор, Егор – во двор. От ин довеку». Аминь. Три раза переговорить.

Когда спать ложатся, читают молитву: «Будь света, избушка, до энтого бревешка. Ангелы – в окошко, Христос – в двери, Митревска – на повить, Димитревска – в окошко. Спите со Христом, с ангелом, ребеночки, коровушка… (так и перечислить). И я буду со Христом, с ангелом».

На ночь приговаривали: «Бог с тобой. Господь с тобой, избушка, до единого бревешка, царевна – в избе, Божья Матерь – на избе, сам Бог Господь. Сохрани, Господи».

Ангелы – по окошечкам, все святы – по уголкам. Пресвятая Божья Мати во дверях стоит, Иисус хлеб кушает и меня слушает. Замки – в роте, ключи – в море. Лягу, запрусь, никого не боюсь.

Как спать ложиться, надо сказать: «Иисус Христос – в сутках, Мати Божья – в головах со крестом. Спи, Анна, с Христом».

Спать ложусь, никого не боюсь. Враг сатана, отступись от меня. Приступись ко мне сам Иисус Христос. Стасова рука, Егорьев замок, Богородицы ключ! Аминь. Три раза.

Лягу с перстом, встану с перстом, пойду, перекрестясь. Ангел мой, сохранитель мой, сохрани мою душу, охрани мое сердце. Враг сатана, отступи от меня за трое двери, за четыре замка. Здесь у меня – Спасова рука. Вкруг двора – огненна река, ворота костяные. Аминь.

Господи, кто взойдет в ограду мою взять из добра моего, отними тому, Господи, ноги, отними тому, Господи, руки, отними тому, Господи, ум и разум. Аминь. Аминь. Аминь. От воров.

Как спать будешь ложиться, про себя три раза скажи: «Вкруг нашего двора – каменна гора, железны ворота с току до пяты святым духом заперты. Аминь».

Святая хоромина на святом месте постановлена, аминем зааминена. Говорят на ночь в новом доме при первом ночлеге.

Когда ложишься спать, скажи: «Святой дух с нами, святая вода над нами, по окошкам, по порожкам, по стилам, по полам». Перекреститься.

На ночь надо перекрестить окна и двери и сказать: «Будьте святы и благословенны, дырочки, щелочки, уголочки, окошечки. От ин довеку. Аминь». Так три раза сказать и перекрестить все.

Когда переезжают из старого дома в новый, то зовут с собой дворового: «Дворовой, дворовой, пойдем со мной. Я переезжаю на новое место, и ты за мной. Делай доброе».

При переходе в новый дом везут по земле лапоть за веревочку, чтобы с собой взять «дедушку» (домового). Несут деревянную квашонку с закваской, из старого дома приносят. А можно и пустую. И через порог кидают в угол, где иконы будут висеть. Или на печь ставят.

Задабривание своего домового и изгнание чужого. Четыре осиновых кола вколотить по углам, где стоит корова, и на выход – пятый. Положить по кусочку хлебушка, хлеба-соли и святой водой эти полить кусочки, говорить такие слова:

Батюшка домовой!

Свой домовой на свой широкий двор,

Чужой домовой со двора долой.

Своему домовому хлеб да соль,

А чужому домовому осиновый кол.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа

Аминь.

Задабривание дворового. В углу на дворе вешают лапоть, в который кладут – что испекут: баранки, пироги. Говорят: «Дедушке дворному».

От грозы. В сильную грозу говорят, что надо залезть на крышу и обвязать трубу новым вышитым полотенцем и перекрестить.

Когда в новый дом переезжают, соседку с собой зовут: «Соседушко-батюшко, я уезжаю. И ты со мной поезжай на новосельице, не оставайся».

А когда уходишь из старого дома, заглянешь в подполье и скажешь соседке: «Соседушко-батюшко! Мы уходим, пойдем и ты с нами».

Поедем с нами домой, дом домить, скотинушку разводить, в доме хозяйство все править, в доме добра наживать.

Уходишь из дома последней, скажи: «Дедушка домовой, айда с нами в мой дом век вековать». Не вслух, а себе на ум думаешь тихонечко.

Когда в новый дом только заходишь, дверь открываешь и говоришь: «Соседушко-батюшко, мы заходим с хлебом-солью, и ты заходи с нами. Обуй, одень, накорми!»

Перед тем, как входить в новый дом, туда кота запускают. Если есть нечисть, она кота удавит. Кот не человек. Еще говорят соседу: «Заходи вперед. Будешь с нами здесь жить».

Когда получишь новый дом, надо спроситься у домового: «Батюшка домовой, пусти меня в доме пожить да позволь мне хозяюшкой быть». Как в дом входишь, так эти слова и говорить.

Обязательно надо сказать: «Хозяин батюшка, разреши пожить со всеми малыми дитяточками». Кланяются по всем углам без креста. Первым петуха пускают. Если петух не запоет, так худо будет жить. Так же спрашивают и у хозяина, когда скотину вводят (с теми же словами), тоже по углам без креста кланяются.

Когда в новую избу переезжают, говорят: «Дедушка соседушка, пусти меня, люби меня, жалей меня!»

Дедушко соседушко, прими товарища, пои, корми, чисто води. Три раза. Переходя в новый дом, приговаривают.

Дедушко соседушко, Митродюнушко, полюби нашего (имя): его пой, корми и люби. Так говорят, когда младенца заносят в дом.

Когда в новый дом идут, то идут с кошкой, с иконой, с корытом и хлебом. Кошку запускают наперед и двери закрывают. Примечают, куда кошка наперед пойдет. Потом сами заходят и говорят: «Дедушка домовеюшка, я к тебе жить пришла, меня полюби, на жизнь меня благослови».

Когда переходят в новый дом, сразу пускают кошку: если она пойдет на кухню – в новом доме заживется хорошо, если на улицу – плохо. Затем входит старая хозяйка с корзиной хлеба и соли. Говорят, перекрестившись: «Благослови, Господи, на хорошую жисть. Все чтоб хорошо было». Нужно в новый дом переходить в полный месяц, а на исходе – нельзя: житья не будет.

На Покров надо щели проконопатить, где есть, и утром так говорят: «Батюшко Покров, покрой избу теплом, старую старушку – горячим пирогом». Вот так и говорят, чтобы тепло и сытно было.

Как в церковь входить, сказать: «Покров Пресвятой Богородицы, покрой землю снежком, а избу – хорошим теплом».

Покров, покрой землю снежком, избу – теплом. И окна тогда же вставляют, чтоб тепла захватить.

Батюшка Покров, покрой избу теплом, надели животом. Животом – это значит богатством.

В Покров закармливают коровку да говорят: «Хозяюшку – домик с теплом, хозяюшку – домик с пирогом». Снопик последний с поля приносят, он до Покрова стоит, а потом его корове и скармливают.

Пирог на праздник испечь и сразу – на угол, в сутной угол. Дедушко-кобанушко, тепло загоняй.

Когда въезжаешь в новый дом, кошку впустить надо. Говорят: «Как эта кошка никого не боится, так и я чтобы никого не боялась».

Как в новый дом переезжаешь, надо кошку взять, в лапоть посадить и везти. И сказать: «Вот, матушка кошечка, поехали в свой дом!»

В новый дом заносят сперва курочку: «Как курочка и петушок живут дружно, так и мы будем жить дружно. Как курочка и петушок всегда сыты, так и мы будем сыты».

В новую избу лучше переезжать на новом месяце. Говорят: «Как месяц растет, так хозяйство чтобы росло».

В новый дом перву кошечку пускали, да чтоб месяц был полный.

Как месяц полный, так бы и жизнь в доме была полная.

В новый дом идут с квашонкой живой, на дрожжах. Как эта квашонка живет, так и я жить буду. И в новом доме пекут. Завтра переходить – сегодня квашню творить… Пойдут в новую избу, дак петуха первого бросят, если петух споет в избе, то хорошая жизнь будет, веселая. И кошку тоже садят в избу. Завтра пойдут – сегодня кошку бросят, а утром – уж петуха.

Как собираешься стирать, так чтоб корыто всегда полное. Берешь корыто и несешь, приговаривай: «Чтоб жизнь была такая полная, как корыто».

В новый дом звали соседку: «Пойдем с нами. Шубу постелим под ноги и в новый дом заходим: как шуба теплая, так бы всей бы целой чашей жили в новом дому».

В новый дом наперво кошку заносят. А когда строят дом, в первое бревно деньги положить надо, чтоб богатство в доме было, и сказать: «Как деньги из угла не выйдут, так и из дому чтобы не вышли деньги». И на новосельице с пустыми руками не ходят.

На новоселье кидают в передний угол серебро. Катись в угол, серебро – в дом на добро.

А это все говорят на Великий четверг, приговаривают: «Деньги ведутся?» Кто-то скажет: «Ой! Как не ведутся?! Денег полно!» А потом еще спросят: «Деньги ведутся?» – «Ведутся, ведутся». Надо говорить, что ведутся.

Деньги считают на Великий четверг, приговаривают: «Ой, много как! Пятьсот, шестьсот, ой, много!»

Заговоры от покойника и похоронные

Кладут ему ложку, хлебушка кладут в гроб под подушечку, ишшо чего-то: «Вот тебе от нас, ште нужно, больше к нам не ходи». Три раза сказать.

Покойника когда уже вымоют, когда в гроб положат, под левое плечо, под подушку положат хлебушка да соломы обязательно. Нынче кладем конфеточки и прянички маленько: «Вот тебе, (имя), хлеб и соль, у стола не стой, в окошко не гляди и домой не ходи». Три раза сказать. Говорят это, когда только своя семья в доме.

Раньше в гроб хлебушка, водки, ложку ему (покойнику) в доме, пока неувезенный, все положишь со словами: «Вот мы тебе склали, ты к нам не ходи боле, не проси ничего».

Под покрывало в гроб положат хлеб-соль, чтоб не видно было: «Вот тебе хлеб-соль, да нас не тронь».

В гроб кладут хлеб, соли ложку, яйца вокруг шеи, водкой лицо протирают: «Вот тебе, ешь, а от нас ничего не бери».

Чтоб покойник не сердился, чтоб за собой не увел, в гроб в голову надо положить кусок хлеба и сказать: «Вот тебе хлеба край, а нас не задевай».

На гроб, когда он в доме стоит, деньги кладут, кто прощаться приходит, и хлеб-соль: «На тебе хлеб-соль, а из дому ничего не тронь».

Хлеб да палку в гроб клали: «Вот тебе хлеб и лес, чтоб домой не лез».

Из избы понесут, насупротив солнца крути его. Солнышко никогда в другу сторону не воротится, и ты уж не воротишься.

У мертвого пятки задевают, чтоб его не бояться. Еще когда везут покойника на погост, чтоб не бояться, надо под колеса смотреть.

Надо пруточков наломать, дак как поедут, повезут, надо их на дороге валить, чтобы покойник не вернулся.

Чтобы покойник не ходил, бросают в могилу серебро, зерно: «На тебе грош, нас не трожь, на тебе рожь, нас не тревожь, на тебе нож, нас не тревожь».

Возьми ты копеек сколько и кидай их: «Вот я отдаю тебе твой пай, и ты ко мне не ходи».

Мидницу (медный пятак) бросали в гроб и приговаривали: «Мидницу бросаю, землю откупаю, оставляю серебро – для дому добро».

В могилу серебрушки, земельку бросают: «На тебе земельку, а не тронь нашу семейку».

Вот вам рожь, ты меня не тревожь.

Ржи в могилу валишь горсточку: «На тебе рожь, а ты нашу семью не тревожь!»

Сею, сею рожь, нашу семью не тревожь. Три раза и после, когда приходят поминать, тоже говорят. А поминки делают на девятый, двадцать второй и сороковой дни, год.

Есть люди тоскуют. Умрет человек – и ходит к нему ли, к ней ли. В гробу надо не забыть обаять житом. На тебе, сею, сею рожь, да только нашу семью не тревожь.

В гроб надо положить жито, рожь и сказать три раза: «Вот тебе-ко рожь, а ты мое хозяйство не тревожь, а ты нашего домика не тревожь».

Как хоронят, в могилу зерна бросают: «На тебе, возьми, а домой не ходи».

Как хоронить, горсть земли кинь и скажи: «Я к тебе ходить буду, а ты ко мне не ходи».

Чтобы не бояться покойника и не тосковать по нему, нужно на могиле бросить через левое плечо горсть песку и идти, не оглядываясь: «Бросаю песку, оставляю боязнь и тоску. Аминь». Три раза сказать.

На кладбище говорят, когда хоронят: «Ты оставайся, к нам не приходи, мы к тебе сами придем». Так три раза.

Когда прощаются, еще приговаривают: «Прощай, мы к тебе – всегда, а ты к нам – никогда!» И от могилы пойдут и то же скажут.

От могилы пойдут и говорят: «Я к тебе опять приду, а ты ко мне не ходи».

Если очень сильно тоскуют по умершему, то надо принести с могилы земли, высыпать под порогом и сказать: «Я об рабе Божьей (имя) не тоскую, она ко мне ходит. Аминь».

Как печка огня, и дыму, и жару не боится, так я, раба Божья (имя), покойника не буду бояться.

Чтобы не бояться покойника, надо выйти к реке и сказать: «Горе да беда, плыви с водой, радость да веселье, пойдем со мной».

Я – за рекой, ты – за другой, не видаться нам с тобой. Будь свят, лежи на своем месте.

На могилке, как поминать придут, сказать надо: «Земля пухом штебы тебе. Помяни, Господи, раба Божьего. Ему бы к нам не ходить, не пугать, в могилке своей мягко лежать!»

Я к тебе приду, а ты ко мне не ходи, ради Бога! В поминальный день ходишь на могилку. Еды чуточку оставишь. Пусть птички поклюют. Птички рядом с душой его (покойника) летают.

Верно, что если покойник в доме, то надо выгонять дух: открывать окна, трубу открывать – и говорят, чтобы он не приходил: «Покидай нашу избу навсегда, а мы к тебе приходить будем на могилку».

Чтобы не возвращался он (покойник), нужно перед тем, как в гроб его положат, за ноги его подержаться. А еще, если боишься, что покойник вернется, то когда придешь с кладбища, открой все засовы у печки и проговори в трубу: «Ты – за рекой, я – за другой, ты к нам – ни ногой».

Как соберутся домой от могилы, надо идти своей семьей назад пятками. Чтоб он домой не ходил, говорят: «Увезенный, спи давай там».

Чтобы покойник не ходил, надо делать так – взять нож и с улицы подойти к окошку и сказать три раза у одного окошка, нож ставят крест-накрест: «Не девять, не восемь, не семь, не шесть, не пять, не четыре, не три, не два, не один». Надо и двери эдак крестить.

Чтоб отвести беду

Если в открытое окно залетит птица, что предвещает беду, то нужно сказать: «Как влетел, так и вылетел».

Читать при опасностях

Божья Мать позади. Господь впереди. Божья Мать впереди, Господь Бог позади, что будет им, то будет и мне, Они помогут мне. Аминь.

Обереги на разные случаи

Встану я, благословив восток, восточную сторону, пойду, перекрестясь, пусть увидит Сам Иисус Христос и Пресвятая Божья Мать Богородица.

В наших порогах железо, в наших окнах камни, среди нашего двора стоит престол. Богородица с Христом, она градит (ограждает) и крестит небо и землю и всю нашу благословенну семью. Говорят, ложась спать.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду я в чисто поле. В чистом поле есть-стоит замок. Господи, благослови дверечки, воротечка, трубечки, окошечка, благослови, Господи, весь мой благодатный дом. Округ моего дома каменна гора, железный тын, Иисус Христос, Богородицын замок. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

На море Окиянском, на камне латинском стоит церковь, во церкви – престол. За престолом стоит Мать Пресвята Богородица. Она спать не спит, сон страшный, ужасный видит: будто Сын ее на кресте распят, во рученьки, во ноженьки гвозди вбиты, плечо копьем прорвано. Приходит Сын возлюбленный: «Не плачь, Мать Мария. Твой сон страшный, ужасный спишу на чистый лист бумаги». Кто будет трижды читать, тот будет спасен от злого, лихого человека, от огня-пламени, от воды-потопа. Мать Пресвята Богородица в головах будет сидеть, будет помочь просить. Аминь, аминь, аминь. Читают как молитву утром и вечером.

Господи, Иисусе Христе, я раба Божья (имя). Как истинный Христос пошел на распятый, не чуял ни шепотов, ни ломотов, ни синей крови, так бы раба Божья (имя) не чуяла ни шепотов, ни ломотов, ни синей крови. Кое слово забыла, так быть впереде, кое слово приставила, так быть в пользу. Этим словам – ключ и замок, язык – в роте. Отныне и довеку. Аминь.

Начинаю отворотные слова. Спиридон-солнцеворот! Как, красное солнышко, ворочаешь небо и землю, светлую луну, так же, красное солнышко, открути и отвороти от меня, рабы Божьей (имя), всяки шутки, покутки, дьявольски прибаутки. Старому старику, старой старухе, молодой молодухе, молодому молодцу, красной девице, молодой молодице, старому чародею, старой чародейке, молодой лиходейке. Старого старика, старую старуху, молодую молодуху, молодого молодца, красну девицу, молодую молодицу, старого чародея, старую чародейку, молодую лиходейку – сзади бы их стреляло, спереди встречало с ветром, с вихрем, с Божьей милостью отныне и довека. От кого пришла, на того и пойди.

Спаси, Господи, рабов Божьих от всякого зла, супостатов, от вражьего посещения, от напрасной смерти. Спаси, Господи, силою Твоею честною, Животворящего твоего Креста от всякого волка, от зверя, от огня, от пламени, от тучи, от грома, от воды заливающей, от буйного ветра, от нечистого духа, от врагов-супостатов. Аминь, аминь, аминь.

Ой, пойду, раба Божья (имя), на широку улочку, на Божий свет. Божьим светом освечуся, облаком воткнуся, частыми звездами осыплюся. И, как месяц на небе не постановить, так рабу Божью меня, (имя), никому не истравить, не испортить: ни русому, ни черному, ни одноженому, ни двоеженому, ни двоезубому, ни троезубому, ни женке простоволосой, ни девке длинноволосой, ни отроку, ни отрочице, ни лисице, ни кунице. И будьте, мои слова, исполна крепки и лепки. И кто на рабу Божью (имя) зло подумат, лихо помыслит, тому соли в глаз, щепицы в ресницы, дресвы на язык, железный гвоздь в пяту, сатане прокляту. Говорится с утра на заре по ветру.

Чтоб ни ссоры-раздоры, ни лихи оговоры. Подьте в горы, в пещоры, где люди не забредают, где звери не забегают. Кто на рабу Божью (имя) зло подумат, лихо помыслит, злому, лихому, зломысливому – тому соли в глаз, дресвы – на язык, железный гвоздь – в пяту, сатане прокляту.

Стойте, вы, ветры буйные, подите, вы, ветры буйные, куда я вас провожу, куда я вас наряжу. И как на хлеб, на соль врагов нет, так на рабу Божью (имя) – ни врагов, ни злодеев, ни лиходеев. Во веки веков, аминь.

Чур, моя дума, чур, моя плоть, чур, моя дикая, лихая мысль. Во веки веков. Аминь.

Как от серебра чтобы меня не отделили, как к серебру ничего не льнет, так бы и ко мне ничего не льнуло. Аминь.

Христом окрещаюсь, верой покрываюсь, ангелом сохранюся. Ангел мой, хранитель, сохрани, помилуй, сядь на право плечико, карауль меня с утра до вечера от волка, от зверя, от злых людей, от всех напастей. Сохрани, помилуй. Аминь.

«Богородица, Божья Мати, где спала, ночесь ночевала?» – «В городе Иерусалиме, во святом месте, во святой церкви. Видела я сон страшный-престрашный: Иисус Христос распят на кипарисовом дереве не за пеню, не за вину – за христианскую муку». Кто эту молитву трижды в день прочитает, так тот счастлив, благочестив. Господь веку прибавляет, а умрет, так и от мук избавит.

«Матушка, Мать Мария, где ты жила, поживала, где ты темну ночь коротала?» – «Жила-поживала в Иерусалиме, у Христа на престоле ночевала. Снился мне сон чудесен и страшен: будто бы Иисуса Христа на кресте растерзали, Исусову кровь проливали». – «Матушка, Мать Мария, сон-то твой справедлив и людям отдан». Кто эту молитву читает, тот ворами не тронут, не граблен, в воде не утонет, в лес пойдет – и зверь не тронет, на суд пойдет – и суд не осудит. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Пресвятая Богородица в Иерусалиме Иудейском – на марте месяце. Придет к ней Господь наш Иисус Христос и речь к ней: «Мати моя возлюбленная, спишь иль не спишь?» Речь к нему Пресвятая Богородица: «Со слезами спала я в марте месяце 17 дней, видела я сон страшный и ужасный о Тебе». И речь к ней Господь наш Иисус Христос: «О, Мать моя возлюбленная, поведашь мне сон твой, что сей видела». И речь к нему Пресвятая Богородица: «Возлюбленное чадо мое. Сын мой и Боже мой, видела Петра и Павла в граде Рима, а тебя, чадо, с разбойниками на кресте кипаристе, от книжников и фарисеев – большое поругание, и Понтийского Пилата осуждено на кресте, распято, тростию по голове бито, на лицо Твое свято плевано, по устам напоено, терновым венцом венчано, и едино от воины ребро Твое прободали. А из них вон изыдет кровь и вода. Земля потряснется, камни распадутся, занавеса церковна разорвется надвое, с верхнего края до нижнего, телеса усопших святых из гробов возсташа, солнце и луна помрачатся, и будет тьма по всей земле от шести часов до девятого часа. Иисус, с Никодимом у Пилата тело Твое отпросится, со креста тело Твое сняв, плащаницею чистою обвивши, во гробе положили. Закрыли, положили сошедшего, об двери железные, сломали ворота медные. И сокрушил, и на третий день воскрес от гроба, живот миру даровал, и вечно Адама и Еву от ада освободил, и, взошедши на небо, себе сел на престол одесную Бога Отца». И речь Господь ваш Иисус Христос: «Мать моя возлюбленная, Пресвятая Богородица, справедливый сон твой, что ты видела. А еще кто сон твой спишет или прочитает, или при себе в чистоте будет носить, то ангел-хранитель сохранит душу от всех казней и мечтаний бесовских, и не убоится – ни зверя, ни ада, от всякой напрасной смерти избавлен будет, от разбойников. Или кто сей сон будет слушать с прилежанием и со вниманием, тот человек обретет отпущение грехов, или которая женщина беременная будет сей лист прочитывать на всякий день, то от рождения легко родит. Не увидит никакого злом сокрушенного, никакого страха во дни и в ночь. Или пойдет против неприятелей, «Сон» прочитает – со славою возвращается. Кто в путь пойдет и сей «Сон» возьмет с собой, того человека ничто вредить не может: Архангел Гаврила путь показывать будет. А еще кто «Сон» сей в доме держать будет, и тот дом сохранен от пожаров будет и наполнен будет хлебом и скотом, и всякими изобилиями кладов земных. И еще рабу Божию солучится смерть, и при смерти вспомнит «Сон» сей, то злою смертью не умрет, душу его не возьмут бесы, а возьмут ангелы Божии и отнесут в светлые райские. А еще у кого жена беременная при рождении младенца будет мучиться и кто возьмет «Сон Богородицы», положит в изголову, легко родит сына или дочь. Будут они от Бога здоровы. Кто прочитает или прослушает с верой, тот человек будет вечной муки от огня избавлен. Сей лист будет у гроба Господня написан, от Иисуса Христа, Сына Божия». Через смерть – Божественное Писание хочет, чтобы мы точно верили, молились Господу Богу. Кто сему листу верить не будет, тот человек не получит покоя, за грехи свои умрет подлой смертью. А который человек сему листу верит, будет иметь у себя, дабы раздавать от дому да читать-перечитывать, писать-переписывать, то, если тот человек имеет грехов, сколько песку в море, листьев на дереве и звезд на небе, то все ему отпущены будут, царство небесное получит во веки вечные. Во веки веков. Аминь. Аминь.

Спала Мати Мария на горе в пещере святой церкви на престоле. Немного спала, много видела. Привиделся ей сон про Исуса Христа, Сына милаго, Сына любимаго. Споймали Христа. На угодные места, чистое поле, к синему морю, кипаристому дереву – копьем сердце прикололи, кровь святую на воду проливали. «О, Мати Мария моя, не сон тебе привиделся, а во явь показалися. Споймали меня на страшной неделе, на Великий четверг». Повели Христа на угодные места, в чистое поле, к синему морю, кипаристому дереву, копьем сердце прикололи, кровь святую на воду проливали. Кто этот стих прочитает, тот человек будет спасен и сохранен от огня горящего, от дерева убивачаго. Спустит Господь с небес двенадцать ангелов, одиннадцать пастырей, и будут гнать нечистую силу железными прутами от раба Божьего.

«Пресвятая Богородица Мария, где была-побывала, где ночевала?» – «Ночевала я в городе Гладище, приснился сон про Иисуса Христа, как Иисуса Христа растерзали, кровь Его проливали, огнем прижигали, золотыми буквами писали, про Господа Бога Иисуса Христа споминали». Жена-мироносица вспоминала, разнесите этот сон по всему свету и по всему миру. Кто этот сон знает, пусть три раза прочитает, тот и узнает, избавится ото всех бед – от огня неугасимого, от суда несудящего, от моря неутопаемого, муки вечнаго избавляется. Во веки веков. Аминь.

Кто будет веровать в эту молитву, тот будет спасен от водяного потопа, от всякой стрельбы, ото всяких ведунов, ото всяких колдунов, от зверя бегучего, от змея ползучего. Язык – жезлом, нутряным замком, Богородициным ключом, чтобы волк мою скотинушку не потревожил и мене с им.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, на восточную сторону. На восточной стороне стоит святая церковь. В церкви – престол, на престоле – Божья Матерь. Я тебе, Пресвятая Богородица, помолюся и покорюся: помоги мне от черного и от рыжего, от белого и от русого, от попа и дьяка, от старца-чернеца, от девки-простоволоски, от бабы-самокрутки. Будьте, мои слова, крепки, лепки, тверже камня.

Ангел мой, Архангел мой, спаситель мой, спаси меня, спаси душу мою, скрепи сердце мое. Враг сатана, откажись от меня. У меня есть три листа, все написанные, первый лист – сам Иисус Христос, а другой-то лист – Матушка Богородица, третий лист – Михаил Архангел, милостивый батюшка. Я его к себе призываю, от себя сама врага отзываю. Встану со крестом, пойду со крестом, ложусь со крестом. Аминь.

Пресвятая Дева Мария, по лузким горам ходила, ой, тому будет сон страшный, преужасный. Как Исусу истинному Христу рученьки, ноженьки гвоздем к кресту прибивали… ангел в стороне стоял и горько плакал. Кто эту молитву знает, три раза на дню прочитает, тому будет спасенье: лесами пройдет – дерево не убьет, полем пойдет – зверь не съест и лихой человек не выдаст, во всю пойдет суд – судить суд не будет, сердце кровью обольется, уста кровью запекутся. Отныне во веки веков. Аминь. Эта молитва от всего. Хорошо – от суда.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, умоюсь и утрусь, Самому Господу Иисусу Христу помолюсь. Стоит каменная гора и железный тын от земли до небесей. На этом тыну и на каждом уголку сидит по ангельку. Во святом углу – Сам Иисус Христос с кадилом, кадит в небе и всю мою семью, всего скота и живота и меня, раба Божьего. Будьте, мои слова, доходчивы вовеки. Аминь.

Господи, благослови. Будь гора кругом меня, каменна река, огнева земля-логова, двери медны, двери железны, ключи булатны, замки укладны. Отмыкай, Михаиле Архангел, замыкай, Егор Храбрый, сдавай ключи Пресвятой Божьей Богородице за престол Господний. Аминь. Сказать трижды.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из ворот воротами, на широку улочку, во чисто поле, на восток и на восточну сторону. На востоке, на восточной стороне стоит Пресвятая Божья церковь о тридевяти углах, о тридевяти престолах. Как эту церкву никто не может с места на место перенести, переставить, так же бы не мог истравить, испортить (назвать имя) ни порченики, ни урочники, ни клеветники, ни клеветничухи, ни двоезубы, ни троезубы, ни девки косматы, ни женки волосаты, ни стары старики, ни молодые мужики. Кто на рабу Божью (имя) лихо думает, зло творит, тому шипицы в ресницы, смолы на язык, дресвы на зубы, соли в глаз. Аминь.

На Сиянской горе, на крестовом гробе Божья Мать опочивала. «Мать моя любезная, к сердцу приболезная, ты встань, проснись, к своему Сыну разбудись». – «Сын мой родный, Сын мой любезный, к сердцу приболезный, я не сплю, не спала, много во сне видела: привидится – Тебя к купаресовому столбу распинали, руки-ноги гвоздями прибивали, золотые ангелы кубчики подставляли, хрестьянскую кровь до земли не допускали». – «Мать моя любезная, к сердцу приболезная, это не сон, это истинная правда, десятого марта сам на муки отдался». Кто эту молитву будет читать, наглой смертью не будет помирать. Это молитва от ада, от гада, от ружейного выстрела, от огня, от потопу, от лихого раба. Аминь, аминь, аминь.

Page 7

Принесите из дома водички, которая три дня стояла у вас в ногах постели, и, зайдя на работе в туалет, умойтесь ею, говоря при этом:

«Была тут, тут я и буду,

Ходила сюда и ходить буду. Аминь».

На людскую любовь

Встану я, раб Божий, поутру, благословясь и перекрестясь, выйду в чистое поле, погляжу на все четыре стороны, на Божий храм. Как на него смотрят и зарятся, так бы и на меня, раба Божьего, смотрели и зарились старые старушки, старые старики, молодые ребята, красные девицы, молодые молодицы, смотрели бы, зарились на раба Божьего (имя). Будьте, слова мои, крепки и цепки, как ключи подземельные. Аминь.

Чтобы все любили

Встану я, раб Божий (имя), с постели, перекрестясь, пойду во дороженьку, помолясь. Погляжу я на все четыре стороны – на восток, запад, юг и север; на одной стороне, восточной, стоит дом Божий, церковь белая, как на дом Божий все смотрят, зарятся, так пусть и на меня, раба Божьего (имя), все бы, большие и малые, парни и девицы, старики и старухи – словом, все на земле живущие и Богу хвалу поющие так бы глядели на меня и зарились, и был бы я любим всеми, всем отныне и довеку. Аминь.

Собирайся, народ, люди добрые, ко честному Христову празднику. Как глядят на кресты да на маковки, на Мать Пресвятую Богородицу, на разные образа, так бы на раба Божьего (имя) глядели и смотрели старые старики, молодые мужики, старые старухи, молодые молодухи, красные девицы, малые ребята. Так бы раба Божья глядела и смотрела, так бы раб Божий (имя) казался краше ясна солнышка, чище чиста серебра. Будьте, мои слова, тверды и крепки, навеки нерушимы. Ключ в воду, а замок на руку.

Красоту навести (для девушки)

Со постели мягкой к чистому озерку, с родительского благословения, почерпну я водушки в небесном колодце. Та водушка милее перстней золотых, милей палат каменных, кубков серебряных. А вода та – красота. Я умою в ней бело лицо и буду казаться молодым молодцам, старым старикам, пожилым мужикам, дряхлым старушкам, молодым девицам, пожилым вдовицам краше солнца красного, месяца ясного, луча утреннего. Казалась бы моя красота всем и всякому во всякий раз, во всякую минуту и всякий день, пала бы она им на сердце и на глаза. Аминь.

Читают с постели, как проснутся, под старый Новый год.

Заговор для мужской красоты

Я, раб (имя), матерью рожденный, церковью покрещенный, красотой обделенный, призываю в помощь чары, чтобы все меня хвалили, чтобы все меня любили. Господи, благослови. Пойду по пути, по дороге, и там, по пути, по дороге стоит лавка, и в этой лавке торгуют купцы всякими товарами: ситцами, кумачами, шелками, бархатами, мне это, рабу (имя), прилюбилося, приглянулося, присмотрелося. Закрылся я ясным месяцем, лицо мое – красное солнышко, обсыпался звездами небесными. И столь бы я был красный, прекрасный, милый и любимый, и был бы я приглядным и старым старушкам, и старым старикам, и молодым мужикам, и молодцам, и красным девицам. И я бы пригляделся, прилюбился каждый день, каждый час, каждую минуту, каждую секунду. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Читать, сидя в постели, под старый Новый год.

Если старый человек забывает дорогу

Блуди, волк, блуди, змея, а не я, блуди, ветер, блуди, дым, блуди, серая сова, а не я. Спаси и сохрани, Ангел мой, Хранитель мой, во всех путях, на всех дорогах, на всех сторонах. Аминь.

Бывает в жизни и такое: нападет на человека блуд (особенно на старого), и он не может найти дорогу, какую нужно. Очень опасно, если такое случается в лесу. Блудит человек по одному и тому же месту, измается, а выхода не видит. Многие в подобной ситуации погибают, замерзают зимой. Про таких говорят: «Заблудился, блуд напал». Кладите заговор в кармашек старикам, берите с собой в лес, и он сбережет вас.

Для улучшения памяти

В Пасху на заутреню взять с собой крашеное яичко, похристосоваться с первым встречным, обменяться с ним яичком. Принести выменянное яйцо домой и, заходя в дом через порог, проговорить: «Яичко домой, а память со мной. Христос воскрес. Аминь». Тем, кто гадает на картах, этот заговор не поможет.

От нечистой силы

Сгинь, нечистый дух, из нашего дома, из всех мест, дверей и углов, закоулков и потолков, из всех, из всех мест. У нас есть Господень Крест, с нами Дух Святой, все святые с нами и евангелисты: Иоанн, Лука, Марк, Матфей и святые архангелы небесные: Михаил, Гавриил и великий Георгий Победоносец, Матерь Божья, все херувимы и серафимы. Аминь.

Потом нужно прочитать три раза:

«Да воскреснет Бог!»

От Духа Святого, причастника Христова, Спасова рука, Богородицын замок, Ангел мой, сохранитель мой! Сохрани мою душу, скрепи сердце мое, враг-сатана! Поди прочь от меня. Есть у меня три листа, написано все Марк да Лука, да Никита-великомученик, за грехи душу мучит, за меня Бога молит.

Эта молитва от нечистого духа, произносимая на сон грядущий, составляет предохранительное и заклинательное средство от всякого недуга и скорби.

От нечистого, бесов

Господи, силу честного, остающего зла, крестным знаменем и веселье благоющие от всякого зла крестным знаменем. Аминь, аминь, аминь.

Да воскреснет Бог. Расточатся врази Его и собежат от лица Его ненавидяща Его, яко исчезает дым. Да исчезнет, яко стает воск от лица его огня, тако да погибнет беси от лица любящего Бога и знаменующие крест крестным знаменем. Весёлыих глаголящих радуйся Пречистым Животворящем Креста Господня. Прогоняй беси силою на тебе распятого Господа нашего Иисуса Христа, во ад сошедшего, поправшего силу дьявола, даровавшего, им тебе креста Своим честным на прогнание всякого супостата.

О Пречистыем Животворящем Кресте Господне помогай мне Святою Госпожою Девою Богородицей и со всеми святыми во веки веков. Аминь. Эту набожну молитву надо носить в пазухе или читать наизусть три раза.

Чтобы черти отстали, надо, перекрестившись, сказать: «Крест во мне, крест на мне, крестом крещусь, никого не боюсь».

Черт-шутник, отстань шутить, отдай мне ножик (или что-нибудь там).

Когда нечиста сила угрожает, то надо крестить окна, двери и сказать: «Господи, благослови окна. Господи, благослови двери. Господи, благослови трубы. Господи, благослови пазы и щели». И до трех раз.

От дьявола и его духов

Существует представление, что дьявол со своими нечистыми и злыми духами могут вызывать заболевание психики, вселясь в хранилища души человека.

Читать три дня (утром, вечером и в двенадцать часов ночи на пороге дома).

Отыде, диаволе, от храму и от дому сего, от дверей и от всех четырех углов. Нет в тебе, диаволе, части и участия, места и покою, здесь Крест Господен, Матерь Христова, Пресвятая Богородица, святой Петр, святые Евангелисты: Иоанн, Лука, Марк, Матфей, святые Архангелы, Михаил Гавриил, Рафаил, Уриил, Угассил, Егудиил, Варахаил. Силы небесные ликовствуют, святые Херувимы и Серафимы, святый Михаил, ныне по всей Вселенныя, по них же полки держит святый Петр палицу держа, здесь Рождество Предтечи, здесь тебе, диаволе, нет части и участия, места и покоя, не делай пакости, диаволе, сему месту и дому, и человеку, и скоту, и всем рабам Божим, беги отсюда во ад кромешный, где твой настоящий приют и тамо да обретайся. Слово мое крепко, яко камень. Аминь. Аминь. Аминь!

От духов нечистых

Боже Вечный, избави нас от пленения диавола, измы раба твоего (имя) от всякого действа духов нечистых, – и им бесом отступите от души и тела, от раба Твоего (имя), и да не пребудут, ниже таятся в нем, или на него нападающи, но да отбежит именем Твоим единородного Ты Сына, Господа нашего Иисуса Христа и Животворящего Креста, и Святого Твоего и Животворящего Духа от создания рук Твоих, да очистится от всякого диавольского действия, навета, преподобно и праведне, и благочестие поживает, сподобляем и Животворящих Тайн, единородного ты Сына и Господа Бога нашего, Иисуса Христа, с ним же благословен еси и пре-прославлен, с пресвятым и благим, и животворящим Ти Духом, – всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Да отбегут и отступят от дому сего и от места сего! И яке в хождении всяком путном и путешествии, в ядении и питии, от раба Божия (имя) – всякого диявольского обстояния и чародеяния волшебная действа окроплением молитвы и воды сея окроплением, исчезните вси диявольские силы, во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Заговор от оборотня

На море, на Окияне, на острове на Буяне, на полой поляне светит месяц на осинов пень, в зелен лес, в широкий дол. Около пня ходит волк мохнатый, на зубах у него весь скот рогатый; а в лес волк не заходит, а в дол волк не забродит. Месяц, месяц – золотые рожки! Расплавь пули, притупи ножи, измочаль дубины, напусти страх на зверя, человека и гада, чтобы они серого волка не брали и теплой бы с него шкуры не драли. Слово мое крепко, крепче сна и силы богатырской.

От привидений

Иди, где лежишь, где зубы не размыкаются, рты не раскрываются, очами не глядят, где отпетые спят. Там тебе лежать, судного дня ожидать. Могилы зарыты, гробы закрыты, гвоздями забиты. Царство Небесное, светлое место усопшему рабу (имя). Аминь.

Читают перед дверями или там, где стоял гроб.

От лесовика

Злой человек леш! Дороги-пути мне не режь! Я Отчу памятую молитву, слово спасенное, и тебе от него, злой, леший человек, пылью рассыпаться, пеплом по ветру рассеяться, шерсть свою потерять до шерстинки, а самому стать меньше малой былинки. Не режь мне дороги, не путай мне следов, не кличь меня, не мани-оманывай. Слово мое сильно, крепко и лепко. Аминь.

Лесные обереги

Когда в лес идешь, надо молитву прочитать, и тогда ничего с тобою не случится. Ангела встречу, а Христос – на пути, а Никола милостивый, иди впереди, а Божья Матерь, дорогу свети, меня, рабу (имя), спаси, сохрани в пути.

Идет раба Божья (имя), кость крещена, место священно, крест со мной, крест предо мной, идет ангел со мной. Аминь, аминь. Окрестишься и ничего с тобой не будет. Применяется и на сон, только тогда слово «идет» заменять словом «ложится».

Чур, я, чур, дума моя. Дума по лесу ходит, никого не боится – так и я, раба Божья (имя), хожу по лесу, никого не боюсь.

Идешь в лес и говоришь каждый раз: «Благослови, Христос, от лютого зверя, супостата, еретика, беженца».

Когда в лес идешь, прочитаешь молитву и идешь спокойно, никто тебя не трогает, никто не мешает. Господи, благослови, крест – на небеси, крест – в земле, крест – впереди, крест – взади, спаси, Господи, сохрани меня от негодных людей, от зверей, спаси, сохрани и помилуй.

В лес придешь, скажи, перекрестившись: «Иисус Христос – впереди, Спаситель – сзади и Божья Матерь – возле меня, и все охраняют меня».

Спала Матушка Пресвятая Госпожа Богородица во месяце во марте во городе во Френте, над рекой, под горой, над Иорданом, над водой. Пришел к ней свет истинный Христос. – «Скажи, Матушка, спишь или не спишь?» – «Нет, свет истинный Христос, не сплю, про Тебя сон думаю. Про нас страшен, для людей ужасен. Будто ты, свет истинный Христос… пойман, связан, скован, руки, ноги гвоздем протцены, из рук, из ног протекает горячая кровь, как река. От тела Твоего отпадает кожа, как от дуба кора». – «Этот сон, Матушка, проведущий». Кто этот «Сон» прочитает, на день Господен спасен бывает. Пойдет тот в лес, в лесе не заблудится, зверь его не увидит, дерево его не убьет – охраняет раба Божия (имя). Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Ничего тебя в лесу не тронет, ничего не заденет, если будешь приговаривать: «Я иду в лес, а зверь – от меня на лес».

При встрече с волком три раза сказать: «Немая тебя щенила, немая тебя выходила». Никогда не подойдет.

Если в лесу ночуешь, дак надо лечь где под дерево и сказать: «Ёлушка-матушка, пусти ночевать, сбереги меня от бури, от пареди».

Полотенце, которым вытираешь руки, накручиваешь на сосенку и приговариваешь: «Сколь скоро полотенце на сосенку навью, столь скоро я дорожку найду».

Лес праведный, вот тебе дар. Отдай мой живот. Если ты не отдашь моего живота, я тебе не дам ни проходу, ни проезду – ни на земле, ни на воде; поставлю стену булатную от севера до лета, от востока до запада. Три раза читать надо и сделать три одинаковых карточки из бумаги. На закат солнца, на заре бросают через левое плечо на опушку. Стать спиной на росстани и потом не оборачиваться, идти домой. Ни с кем не встречаться.

Бежит матушка-река, размывает, располаскивает крутые берега, желты песка. Так же размой, расплещи ум-разум у раба Божьего на все четыре стороны. Можно говорить, чтоб скотине дорогу скрадывать.

Когда в лес ходили, дак страшно было, мы говорили: «Чур, мое тело, чур, моя кровь, яко с нами Бог!»

На отгнание черных муриев

За морем синим, за морем Хвалынским, посреди Окиян-моря, лежит остров Буян; на том острове Буяне стоит дуб, под тем дубом живут седьмерицею семь старцев, ни скованных, ни связанных. Приходил к ним старец, приводил к ним тьму тем черных муриев. Возьмите вы, старцы, по три железных рожна, колите, рубите черных муриев на семьдесят семь частей.

За морем синим, за морем Хвалынским, посреди Окиян-моря, лежит остров Буян; на том острове Буяне стоит дом, а в том доме стоят кади железные, а в тех кадях лежат тенета шелковые. Вы, старцы, ни скованные, ни связанные, соберите черных муриев в кади железные, в тенета шелковые, от раба (имя).

За морем синим, за морем Хвалынским, посреди Окиян-моря, лежит остров Буян; на том острове Буяне сидит птица Гагана, с железным носом, с медными когтями. Ты, птица Гагана, сядь у дома, где стоят кади железные, а в кадях лежат черные мурии, в шелковых тенетах; сиди дружно и крепко, никого не подпускай, всех отгоняй, всех кусай. Заговариваю я сим заговором раба (имя), от черных муриев, по сей день, по сей час, по его век. А будь мой заговор долог и крепок. Кто его нарушит, того черные мурии съедят. Слово мое крепко!

От вреда чужого домового

Изба с углами, в углах иконы, окладные бревна, двери с запором, с Господним забором, с хозяином домовым. Чур от злого, чужого, домового. Аминь.

Читают раз в год под Рождество.

На фигу

Вам ни фига, а мне полные короба, а мне полные закрома и амбары, дом добра, кошели с деньгами, злата с серебром. Я князь и купец, мне счастья венец. Аминь.

При этом делают фигу.

Читать должны кума или кум, не выходя из церковной ограды, после крещения.

На карты

Тридцать шесть карт, сестры и братья, кумы и кумовья, сваты и сватьи, дяди и тетки, отцы и матери, дочери и падчерицы, сыновья и пасынки, свекрови и золовки, тести и тещи, зятья и свояки, золовки и невестки, все вы черные, все вы белые, все красные, скажите мне всю сущую правду: что я думаю? что буду думать? Скажите, не утаите, по всей справедливости, как вы говорили дочерям Иродовым на брачном пиру, во почетном столу. А будет не скажете вы сущей правды, не взыщете моей беды, ино вам не жить более на белом свете; а размычу я вас по чистому полю, по зеленым дубровам, по крутым берегам, по синим морям. А будет вы скажете сущую правду, ино вам будет житье привольное, раздольное. Заговариваю я, раба (имя), на карты на выведывание своей думы, на опознание дел чужих. Слово мое крепко!

От самоубийства

Шел Валаам, нес нож себе для ран, шел Иуда, нес веревку давиться, летела черная птица в реке топиться. Валаам зарежется, Иуда удавится, птица утопится, а раб Божий (имя) не возьмет греха ни от веревки, ни от ножа, ни от воды, ни от яда, ни от дыма, ни от огня, ни от других зол. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Наговаривают на еду и дают поесть человеку. Нужно, чтобы человек не все съел, а остатки дают какому-нибудь животному.

От безумия

Святый Отче Остафие, святый Отче Наумие, поставь меня, Господи, на святое место, про Божее думать и Божее делать, и Свят Дух найдет на нас, и вся Небесная воссияет на нас, и вся вишняя мимо идет нас, Спасова рука, Христова печать, Божьей Матери крест. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Аминь Аминь.

От зубной скорби

Заря-зарница, красная девица, полуношница, в поле заяц, в море камень, на дне лимарь. Покрой ты, зарница, мои зубы скорбны своею фатою от проклятого лимаря; за твоим покровом уцелеют мои зубы. Враг лимарь, откачнись от меня; а если ты будешь грызть мои белые зубы, сокрою тебя в бездны преисподние. Слово мое крепко!

Иду я ни улицею, ни дорогою, а по пустым переулкам, по оврагам, по каналам. Навстречу мне заяц. Заяц, ты заяц: где твои зубы? Отдай мне свои, возьми мои. Иду я ни путем, ни дорогою, а темным лесом, сырым бором. Навстречу мне серый волк. Волк, ты серый волк: где твои зубы? Вот тебе мои зубы, отдай мне свои. Иду я ни землею, ни водою, а чистым полем, цветным лугом. Навстречу мне старая баба. Старая ты баба: где твои зубы? Возьми ты волчьи зубы, отдай мне свои выпалые. Заговариваю я зубы крепко-накрепко у раба (имя), по сей день, по сей час, на век веком!

Марфа, Мария и Пелагея, три сестры Лазаревы, подите к своему брату Лазарю, спросите у своего брата Лазаря: «Не болят ли у тебя зубы?». – «Не ломят ли у тебя кости?». – «Нет, сестрицы! Не болят у меня зубы, не ломят у меня кости». – Заговариваю я раба (имя), чтобы у него не болели кости, не ломили зубы, по сей час, по сей день, по всю жизнь. Чуда водяной! Возьми зуб ломовой у раба (имя). Не болят у раба (имя) зубы; болят зубы у кошки, у собаки, у волка, у зайца, у крота, у быка, у коровы, у лошади, у козла, у барана, у овцы, по вся дни, по все часы, по всю их жизнь, злым ученьем и сокрушеньем.

От собачьего лая

Щенилась слепая, теперь будь немая.

Чтобы пройти во двор незамеченным, читают три раза перед воротами двора. Каждый раз плюют налево.

Для удачной стряпни

Читается в день приготовления еды, чтобы никто не слыхал: «Сотвори, Господь, небо и землю и всю Вселенную: и воду, и сушь, и горы, и глушь, и зерно, и хлеб. Господи, дай и мне сотворить, людей накормить. Чтоб они ели и запивали и Господа прославляли. Дай, Господи, мне прославиться делом моим. Аминь. Аминь. Аминь».

От отравления

Святой Петр сидит у Божьих ворот. Матерь Божья шла, говорила: «Я никого никогда не травила, так и меня никто этот год не отравит, на тот свет не отправит». Ключ, замок, язык. Аминь, аминь, аминь.

Читают раз в год за три дня до Рождества Христова. И весь год вам не грозит отравление.

При проколе ушей

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Мертвое тело замирает, светильня догорает вовеки, аминь.

Заговор произносится трижды, после чего дуют и плюют три раза.

Чтоб не сбылся дурной сон

Бросить щепотку соли в стакан воды и сказать: «Как эта соль растаяла, так и сон мой исчезнет, вреда не нанесет».

При мытье

На Крещение утром рано рубят прорубь, из проруби воду берут с иконами. Мужики купались. Той водой и лошадей поили. На этой воде тесто замешивают, пекут круглые колобки, чтоб здоровье было.

Вода-водица, Морская царица, тебе, вода, похвала. Мне, рабу Божьему, – на здоровье. Нужно зачерпнуть воды горстью против течения и выпить.

Пить воду будешь, сорви травку и брось в водичку, откуда пила.

На тебя, водица, на стояньицо, и дай мне, рабе Божьей (имя), на здоровьице. Аминь. Три раза сказать.

Когда будешь мыться в бане, нальешь тазик воды и плесни на себя со словами: «Водица-царица, я беру тебя не для хитрости, не для мудрости, а для исцеления раба Божьего (имя). Аминь».

Благословиться. Господи Иисусе, моюся-белюся, на воду – синила, на мое лицо – белила, на рабу Божью (имя) – красота, а на ребят – сухота.

На воду – синета, на меня – белило, на молодцов – сухота: болели бы с хребта, сохли бы с боку, со всего животу, со грудей до м…. Как умываешься, сказать.

Когда умываешься: «Я пойду, схожу на воду, грязь сомью. Мое лицо – белильце, мой лоб – зеркальце. Скука и мука – под шесток, а меня, рабу Божью – в передний уголок».

На воду наговаривают и умываются, говорят: «Господи, благослови, научи доброе слово говорить, как журяви Христа распинали на дереве – так раб Божий (имя) не убоится, не устрашится, не почует раны, не почует раны себе – ни уговоров, ни маюков, ни ветреных перелогов, ни людских уговоров. Будь, раб (имя), здрав. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Как мыло в руки берешь: «С мыла – чистота, на рабу Божью (имя) – красота, на весь мир крещеный – сухота».

Веник парить, приговаривать: «Как березка цветет, кудрявится, так чтобы раба Божья (имя) так же бы цвела и кудрявилась».

В баню когда идешь, соседушка тоже мыться идет. Надо говорить: «Соседушка-кабанушка, вот тебе студеная водица, вот тебе горячая водица, мойся, парься на здоровьице».

Аминь, крови моей, аминь, думы моей, аминь, тела моего. Чтобы в бане ничего не пристало.

Как водой окатываются в последний раз, говорят: «Как эта вода божественна все смывает, так бы вся хворь из меня всегда уходила».

Иду я, раба Божья, из бани в восточную сторону. Тут – огненна река, железный тын. Божья Мати Мария со мной, заперла в этот тын, Иисусу Христу ключи отдала – от болей, от скорбей, от лихих людей. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь, аминь, аминь. Эту молитву надо читать, как из бани идешь. Три раза надо сказать.

Спасибо, банька-паренка, оставайся со Христом, тебе – на стояние, мне – на здоровье. В веник ввязывают траву, цветье.

Когда в бане помылся, надо говорить: «Банюшка-парушка, чистая хоромушка, спасибо, помыла, спасибо, попарила, тебе – на стояньице, мне – на здоровьице».

Спасибо, банюшка-парушка, за легкий пар.

Спасибо, банюшка-парушка, спасибо, помыла-попарила, тебе – на стояньице, нам – на здоровьице.

Катися вся худоба, как с локтя вода, с рабы Божьей (имя). Чтоб вес правильный был и здоровье, водой обли вают.

Когда из ковшика поливали в конце мытья, то говорили: «Как с гуся – вода, на всех – сухота, на тебя – красота».

Когда парятся веником в бане, обливаются, да приговаривают: «С гуся – вода, с (имя) – худоба, прычищи-урочищи, переполочищи». Три раза.

Как с гуся – вода, так – вся худоба: что было до банюшки, нет после банюшки. Как любишь водицу, так любите раба Божьего (имя) весь народ. Когда окатываешь, три раза надо сказать.

Серебрянки ложили в воду, умывались девушки с серебрянки. Три раза на эту водичку наговорят: «Как серебрянка цветет, так чтобы и девушки цвели». А потом этой водичкой умывались.

На Великий четверг с денежки умываешься: «Как серебро чистое, так и я буду чистая».

В Великой четверг пораньше встаешь, за водой идешь. В рукомойник нальешь первый ковшик, денежку положишь, и все умываются: полегче будет. Как денежка, дак так и я будь здорова и красива.

Утром воду на Великий четверг носили, пока ворона не опела ее, не скаркала. Воду принесешь и умываешься: «Серебринка со чиста – и я чиста была».

С серебринки умывались на Велик четверг: «Как серебро чисто, так и лицо и тело будь чисто».

На Великий четверг рано утром ходят за водой. Не заглядывают никуда, ни с кем не разговаривают. Бросают в воду серебрушку, умываются и говорят: «Как серебро чистое, так у рабы Божьей (имя) лицо будет чистое».

В Великий четверг утром в умывальник денежку опустишь серебряну: «Сколь серебро чисто, так бы и на весь год быть бы здоровым и чистым».

Накануне Иванова дня девки росу собирали: росяночки – в бутылочку. И мылися этой росой, и приговаривали: «Сколь Иванска роса хороша, столь и была бы я, раба Божья (имя), хороша, и бела, и ала, и мила».

Мать-сыра земля, рабу Божью к себе прибери или здоровья давай.

Когда месяц нарождается. У-у-у, месяц молодой! На тебе венец золотой. Ты ходишь, месяц, по белому свету, ты носишь свою чистоту и полноту. Ты, месяц, ходишь высоко, далеко и глубоко. Тебе, месяц, – ушки да рожки, а мне, рабе твоей (имя), – бодрые ножки и хорошее здоровье, и хорошее терпенье.

Месяц, месяц! Ты ходишь высоко и видишь далеко и глубоко, ты ходишь и видишь везде и всё. Ты, месяц, ходишь по полям, по лугам, по лесам, по рекам, по берегам, по морям. Снеси всю боль рабы твоей (имя) и всю ею скуку, и тоску, и печаль, и разбросай по желтому песку. И снеси болезнь рабы твоей (имя) туда, куда птицы не залетают, люди не заходят, звери не забегают. Там стой боли, стой скуки, стой печали – треть и гулять. О Господи, Спаситель мой Батюшка, и Божья Матерь Мария, возьми всю боль мою и больную кровь – из рабы Твоей (имя), из ее жилок, из ее поджилок, из ее крови красной и пошли ей. Господи, хорошее здоровье и хорошую жизнь.

Сколь солнышко светло, красно – столь раба Божия (имя). Никто не может на солнышко наглядеться, насмотреться. Так же на рабу Божью не могли бы насмотреться, наглядеться. Три раза дунуть в ладони и обтереть лицо.

Как выйдешь из бани, кланяешься на четыре стороны и говоришь: «Заря-зарница, красна девица, здоровья давай, здоровья давай. Нет – так к себе прибирай (имя)».

Чтобы девки самыми красивыми были и баскими, надо на заре умываться. Как заря красива, так и я чтоб была красива.

Приду я ко святой рукомоечке, росой умоюся, зарей утруся, красным солнышком украшусь, звездами обвешусь, светел месяц в лицо возьму. Как в пиру, в компании хлеб-соль почитают-обожают, так бы меня, рабу Божью (имя), почитали, уважали, смотрели, очей не сносили старый, малый, холостой, женатый. Моим словам – аминь.

Стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей дверьми, из двора воротами, выйду я на широку улицу, под восточную сторону, где красно солнышко, где зеленая зорюшка. Красным солнышком умоюсь, зеленой зарей оботрусь. Столь я буду хороша, как красное солнышко, столь я буду нарядна, как зеленая зорюшка. Пусть на рабу Божью (имя) чтобы все глядели, и смотрели, и зарились – князья и бояре все, народ, простонародие, все народные люди. Пусть мои слова – ключ ко дну.

Выхваленная Богородица, выхвали рабу Божью (имя) на всей день, на всей час, на всей минуты, на всей секунды, на всю компанию, на все собрание. Всех я красивее, всех я больше, из яичка вышла, из народа выпятилась. Краше я светлого месяца, светлее красного солнышка. Все чтобы на меня глядели, очей не сносили, старый, малый, холостой, женатый. Моим словам – аминь.

Page 8

Крест мой, крест! Крест мой великий! Крест мой несуженный: держал в руках ангел, отгонял беса. Божья Мать ложилась в восемь часов спать. Приходит к ней Божий Сын: «Мать моя Мария, ты спишь, али так лежишь?» – «Я сплю и Тебя во сне вижу. Хотят распять на трех деревьях. Кровь струей польется, вода шуей белой покроется, взгорятся белые камни, отворятся царские ворота». – «Мать моя Мария! Я Твой сон спишу на белую бумагу. Кто поймет и три раза прочтет, будет спасен в пути-дороге, в опасных местах, в страстных судах». Аминь. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Хрест мой, креститель мой, хрест мой, сохранитель мой, слава, хрест бесу – язва.

У рабы Твоей (имя) солнце перед глазами, месяц у ней за плечами, звезды все на нее смотрят. Звездочкой раба (имя) подвяжется, ничего не будет бояться. Встаньте же на помощь, вся святая притча, чтобы враги не могли ни голову поднять, ни плохих слов про меня сказать. Серый мак, раскатись, все враги – разойдись.

Сила любви
Как возбудить любовь

Нужно взять золотое кольцо с маленьким алмазом, который еще никогда не был в оправе, завернуть его в кусок шелка, вырезанного в виде шестиугольной звезды из старого подвенечного платья, и носить этот пакетик девять дней и столько же ночей на сердце, между рубахой и телом, на белом шелковом шнурке. В продолжение этих девяти дней следует постараться достать от трех до шести волос с головы своей возлюбленной, сплести их с таким же числом собственных волос. Во время этой работы произносится три раза имя особы, любви которой желательно достигнуть, и, после произнесения имени три раза, сейчас же нужно произнести таинственное имя «Шева». Приготовленным шнурком из волос обвяжи кольцо, причем во время обвязывания произноси имя любимой особы вперемежку с именем «Шева». После этого заверни кольцо опять в тот же кусок шелка, но так, чтобы наружная сторона пришлась внутрь, а внутренняя – наружу, и носи его три дня на сердце, а затем брось или закопай на дороге, по которой она в этот же день должна пройти. Как только она пройдет, то ее сердце непременно воспылает любовью к тебе.

«Яблоко любви». Утром в одну из пятниц пойди до восхода солнца во фруктовый сад, в котором растут по крайней мере три яблони. С одной из них сорви, не говоря при этом ни слова, глядя на восток, одно румяное яблоко, самое красивое и большое, которое там можно найти. Затем напиши на кусочке белой бумаги свое имя и фамилию, а также имя возлюбленной своей кровью. После этого постарайся достать три волоса возлюбленной, переплети их с тремя собственными волосами так, чтобы из них образовалась нитка, которой можно было бы записочку обмотать и завязать. К ней привяжи теми же шестью волосами вторую записочку, на которой также твоей кровью напиши имя Шевы. Затем разрежь яблоко на две равные части, вырежь семя и в образовавшееся таким образом пустое пространство положи обе записочки, связанные волосами. Потом соедини обе половинки яблока с помощью острых крючочков, которые должны быть вырезаны из миртового куста, и высуши яблоко в печи так, чтобы оно совершенно высохло и отвердело как сухофрукт. В таком виде заверни его в лавровые и миртовые листья и постарайся положить его под подушку возлюбленной так, чтобы она не знала. В первую ночь она не заснет, но не будет знать отчего; во вторую она почувствует, что любит; в третью – убедится, что любит тебя одного от всей души.

Вечером, накануне Ивана Купала, после того как ты два дня строго постился, сорви на закате тринадцать веток травы Euphorbia esula (волчьего молока). Высуши эти ветки, но не огнем, а при вечернем солнце, и истолки их затем в мелкий порошок, в который примешивается также немного мелкоистолченной серой амбры, приблизительно три наперстка. Этот порошок носи на сердце тринадцать дней и ночей в мешочке, сшитом из нестираного полотна, и затем насыпь немного на подушку особы, любви которой добиваешься.

Девушка, которая любит тайно мужчину, не обращающего на нее внимания, должна ему положить в башмак четырехлистный клевер. Этим он будет принужден следовать за нею четыре дня. Чего только не сделает хитрая и любящая девушка из мужчины в течение четырех дней.

Для привлечения мужчины существует и такое средство: нужно сшить мешочек из красного шелка и положить туда три четырехлистных клеверных листочка, затем нужно зашить мешочек белым или желтым шелком. Если ты сумеешь так вшить этот мешочек в платье любимого человека, чтобы он пришелся на сердце, то он тебя без всякого сомнения полюбит.

В полнолуние срежьте едва распустившуюся розу, загадайте желание и бросьте цветок в воду.

В полнолуние сожгите голубиное яйцо или воробьиное перышко, трижды произнесите при этом заветное имя возлюбленного (или возлюбленной).

Девушка, желающая понравиться парню, крадет подволоку от плуга и, принеся ее домой, обходит с нею вокруг дома, приговаривая: «Как тянут плуги из каждого дома, едучи в поле, чтоб так шли до меня кавалеры со всего села, и как нельзя без пахоты хлеба поесть, чтоб так они не могли без меня сесть».

Чтобы милый любил крепко, читать в форточку на закате: «Как дитя не может без мати, овца без ягняти, так чтобы меня мой милый друг любил, раб Божий (имя). Чтоб скучал и горевал, света бела не видал, не мог бы жить и часу без меня, рабы (имя). Аминь».

Написать имя любимого человека самому или попросить того, кто старше вас. Носить записку ровно семь дней в чулке левой ноги и по окончании этого срока утром, не сходя с постели, сжечь и разбросать пепел.

Как сохранить любовь и семью?

Если супруга хочет сильным средством укрепить любовь мужа, то нужно принять до восхода солнца, по возможности в день сношений, ванну, положить семь горящих углей в новую жаровницу и поставить ее под плодоносную яблоню. Затем нужно насыпать ладана на уголья и, в то время как дым поднимется, вырезать на чистой восковой плитке следующие слова: «Как яблоня между дикими деревьями, так и мой друг между юношами». Затем следует бросить восковую дощечку на угли и, пока она тает, сорвать яблоко, которое более всех других подвергалось дыму. Это яблоко нужно дать съесть своему мужу. Эти же действия можно совершить и под цветущей яблоней: цветок, более всех подверженный дыму, муж должен в ближайший день два раза понюхать.

Превосходное средство для того, чтобы оказывать всегда на жену или мужа свое духовное влияние – так называемый камень жабы. Хочет, например, жена предпринять продолжительное путешествие без мужа, то ему нужно тронуть ее в ночь перед отъездом столько раз этим камнем, сколько ночей она будет отсутствовать. Каждый вечер нужно класть камень возле своей постели и стучать им о крышку ночного столика, пока в спальне горит свеча, в первую ночь один раз, во вторую – два раза и так далее. Тогда во сне явится жена и все расскажет, что она пережила, и можно давать ей советы и указания, которым она будет следовать на следующий день, не зная, что все это было ей внушено мужем. Но при этом нужно соблюдать следующее условие: следует лечь непременно за час до полуночи, предварительно тщательно вымывшись, обязательно быть трезвым. Это же средство может применять и жена, с тем же успехом. Действительно же оно будет только в том случае, если она в тот день не говорила ничего скверного ни об одном человеке и вечером возле своей кровати поставила фотокарточку мужа.

Если муж охладел, то нужно в пятницу взять новую метлу, поставить веником вверх, а палкой в таз. Для устойчивости прислоняют к углу. Три дня на заре поливать метлу водой, набранной на восходе солнца, так, чтобы вода с нее стекала в таз. Затем, умываясь, говорить: «Господи, зову Тебя в помощь. И вас – пятница, суббота, воскресенье, – вас также призываю. Пусть любовь ко мне течет такими же каплями, как вода с этого веника. Аминь».

Если муж уже уходит к другой, то вслед ему нужно сказать: «Земля-землица, светилам сестрица, к тебе обращаюсь, кто по тебе не хаживал, своих грехов не нашивал. Пойдет раб (имя) по тебе к разлучнице рабе (имя), дай ему дорогу тяжелую, слезы горючие, сердце больное. Чтоб тянуло его назад, развернуло его назад, чтоб он так без меня страдал, как святые мученики. Аминь».

Берут две восковые свечки, скручивают их винтом вместе, при этом говорят: «Как эти свечи свиты вместе, так и мы с тобою будем свиты». Затем зажигают перед образом и произносят: «Я не свечу зажигаю, а душу и сердце зажигаю раба (имя) по мне, рабе (имя), навсегда».

Жечь девять раз.

Купить, не торгуясь, маленький замок. Положить его открытым на порог, через который должен переступить тот, кого ждут. Ключ держать при себе. Как только этот человек перешагнет через порог, нужно запереть замок, наговаривая: «Как замок теперь никто не откроет, так и нас с тобой никто не разъединит».

Ключ бросить в воду, а замок хранить.

Чтобы муж не гулял.

Вывели в поле жеребца (имя молодца), а когда возвращали, в мерина обращали. Тот мерин не бежит, жила мерина не стоит ни на одну кобылицу, а у раба (имя) ни на одну молодицу, ни на светлую, ни на темную, ни на грустную, ни на веселую, отныне и довеку. Аминь.

Чтоб вернуть мужа в дом, надо произнести такой заговор.

На море, на Окияне, на острове на Буяне лежит бел-горюч камень, бел, как грудь жены, имя камню Алатырь, Алатырь никем не ведомый. Встану я, раба Божья (имя), крестом благословлюсь, ключевой водой умоюсь со пестрых листьев, со торговых гостей, со попов, со дьяков, со молодых мужиков, со красных девиц, молодых молодиц, с белых грудей, с мужних мудей, с крови человеческой. Из-под того камня Алатыря выпущу я силу для приворота и пошлю ту силу могучую моему милому, рабу (имя), во все суставы, полусуставы, во все кости и полукости, во все жилы и полужилы, в очи ясные, в щеки румяные, в грудь его, ретивое сердце, в утробу, в черную печень, в буйну голову, в руки сильные, в ноги резвые, кровь горячую. Чтобы кровь его кипела и шипела, сердце при мысли обо мне выскакивало, очам бы я застила белый свет. Чтоб раб (имя) тосковал, горевал, в ночь спокою не видал, днем среди людей искал, не мог бы он жить, быть, часа часовать, минуты миновать без меня, рабы (имя). Поднялась бы тоска-кручина из морской пучины, из морской травы-муравы, поднялось бы горе из-за синих гор, из-за темных лесов, частых ветвей, встань-восстань, печаль-сухота, страсть неугасимая, любовь неутолимая, накинься, набросься на раба (имя), порази его, аки разбойник жертву, острым ножом, чтоб ни лекарь, ни ведун, сильный мастер-колдун от болезни его этой не подняли, от груди его моей не отняли, чтоб раб (имя) тосковал, горевал по мне, Божьей рабе (имя), как мать по дитяти, овца по ягняти, кобыла по жеребяти. Запираю приворот тридевяти тремя замками, тридевяти тремя ключами. Слово мое крепко и лепко, как горюч камень Алатырь. Аминь.

Встать на колени в угол лицом, читать с поклоном заговор.

На сердечную склонность(Возврат к семье)

Встану я, раба Божья, благословясь, пойду я, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, пойду я долго ли коротко ли и выйду во чисто поле, на зелен луг. На зелен-лугу на лавке золотой сидит Матерь Божья, а с нею святая Катерина, заступница девичья. Матерь, Пресвятая Богородица, Катерина, заступница девичья, я молюсь вам, и корюсь вам, заберите вы у раба Божья (имя и отчество) присуху сердечную к разлучнице окаянной (имя), чтобы он без меня ни сна, ни покоя не знал, а только меня одну в сердце буйном держал. Сделайте мне, Пресвятая Матерь Богородица, святая Катерина, лицо красное, красное да румяное, тело белым-белое, снега побелее, чтобы казалась я ему яснее месяца Божьего, светлее светлого солнышка!

Иду я берегом зеленым, по-над полем чистым, под месяцем ясным, к колодезю студеному. Как вода в колодце студена-холодна, так пусть у раба Божьего (имя) сердце к разлучнице-окаяннице остудеет, чтобы он ее не звал, не знал, в сердце не держал, а меня, рабу Божью, снова к себе призвал. Аминь.

Произносится ночью у колодца, при спущенном вниз ведре.

Как цветок-ружа перед всем белым светом красуется-лелеется, так и мне, девице одинокой, немужней, красоваться перед любым своим и сердце его буйное к себе приклонить. Брошу я ему на дорогу цветок-ружу, чтобы меня в сердце буйном и перед очами ясными всегда держал.

Зори вы, зори ясные, свечки Божьи, архангельские, как вы, зори ясные, на раба Божьего (имя и отчество) смотрите светло, так бы и он, раб Божий (имя и отчество) на меня светло смотрел. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Матерь Господня, Богородица Пресвятая, Лик свой ангельский ко мне приклони, печаль моя утоли. Пособи мне раба Божьего (имя) от разлучницы отсушить, к себе назад привернуть. Защити от глаза злого, лихого, черного. По сей день, по сей час, по сей миг.

Как уничтожить любовь

Всем, кто думает воспользоваться нижеописанными средствами, настоятельно советуем прежде серьезно и честно проверить себя, в действительности ли дела так плохи, что требуется применение этих целебных средств. К тому же еще нужно помнить, что все удается только при верном исполнении всего сказанного для приготовления средств. В противном случае они могут быть гибельными. Составитель верит, что этими замечаниями он снял с себя всяческую ответственность за возможные злоупотребления.

Средства, которые ниже приведены, делятся на две категории. Одни действуют на самого исполнителя. Другие переходят на особу, в которой колдующий хочет уничтожить любовь к себе или к кому-нибудь другому.

Средства для себя

Если ты хочешь уничтожить в своем сердце воспоминание о несчастной любви, то постарайся сначала не видеть любимую особу, не думать и не слышать о ней. Самое простое средство – это новая любовь, но кто может быстро прибегнуть к нему, у того и вторая любовь будет столь же серьезной, как и первая. Для того же, кто страдает, таинственное искусство предлагает известную помощь.

Все подарки и вещи, данные на память, возврати без единого слова или уничтожь, сохрани только один портрет – тот, который получил в минуты сильнейшей страсти. Заверни его и запечатай при наступающей темноте в непрозрачную бумагу и положи в то место, где хранишь грязное белье. Затем завесь окно плотно платками и позаботься, чтобы луна в последней четверти, и, по возможности, находящаяся в созвездии Марса, бросала через маленькое отверстие свой свет на твой стол. Возьми старую, коптящую лампу и поставь ее на стол. Как только наступит полночь, разденься и понеси, взяв за ручки, чашу с водой к столу. Теперь принеси завернутый портрет, плюнь на него три раза, произнося имя особы, и сожги его медленно на огне лампы. Золу старательно собери, натри ею область сердца и лоб, а оставшуюся золу сложи в мешочек из бумаги или ткани. Затем при свете луны нагнись над чашей, ороси три средних пальца правой руки и произнеси:

Чистая вода, потеки хорошо

Через печаль моего сердца,

Очисть мне мысли и кровь

От мертвой любовной тоски,

Которая покоится в моем сердце.

Омой меня чистым потоком,

Смой его с моего лба,

И спаси сердце и мозг.

Затем сделай тремя пальцами на очерненных лбе и груди знак косо лежащего креста и после смой, не пользуясь мылом или губкой, золу со лба и груди. Затем одень чистую полотняную рубаху, после того, как вытрешься чистым полотняным платком, и ложись спать. Ты спокойно уснешь и проснешься утром свободный от мучительных мыслей. Тогда можешь оставшуюся золу смешать в чаше с водой и все это вылить в помойную яму.

Если у тебя есть несколько волосков известной особы, часть ее одежды, вуаль, носовой платок и т. д., то пойди с ними ночью на пересечение двух дорог и закопай, произнося при этом: «Илари моро санатор, я закапываю, что меня связывало». Затем отправляйся тихо домой и ложись спать.

Смою, сниму, водой сполощу любовь-присуху, тоску-тоскуху по моему милому рабу (имя). Сердечко, не изводись от любви к рабу (имя), освободись. Аминь.

Если вы любите молодца или молодицу и эта любовь вам в тягость, так что вам хочется освободить свое сердце от любви, читайте эту отсушку в бане, когда моетесь, и вы сможете забыть этого человека.

Заговор от надоевшего ухажера

Как яблоко кислотой рот ведет, для рта нежеланно, душе не в радость, так бы и я, раба (имя), была не мила, не сладка и нежеланна для раба (имя). Так бы он рот при мне кривил, стороной меня обходил. Аминь.

Наговаривают на кислое яблоко, и надкусив, бросают его подальше от дома.

Средства для других

Они обладают свойством лишать особу любви, которую она питала к кому-либо, а чаще всего к тому, кто применяет одно из этих средств.

Пойди в полночь вокруг дома, в котором живет известная особа, и сыпь медленно из черного мешочка семя мака, произнося следующие слова:

Любовь, засни,

Не просыпайся более,

Сердце, замкнись,

Не открывайся более.

Это соверши три раза, и твоя цель будет достигнута.

Со свежей, засыпанной могилы возьми горсть земли и листочек из венка. Опусти это в мешочек из черного шелка, туда же опусти заржавленное железное кольцо и три ржавых гвоздя, портреты известной особы и свой. Оберни мешочек семь раз шелковым шнурком, концы которого запечатай сургучом. Ночью обнеси мешочек три раза вокруг дома, где живет известная особа, а затем брось его в глубокую яму. Успех не заставит себя долго ждать.

На разлучение

Померяй переносицу соломинкой, эту соломинку на две части разломи, брось в разные стороны дороги. Как щепочки никогда не сойдутся, так и (имена) не сойдутся.

Любовные заговоры и приговоры
Заговоры молодца на любовь красной девицы

Стану я, благословяся, выйду я, перекрестяся, из дверей во двери, из ворот во чисто поле. Во чистом поле стоит дуб. Как этот дуб сохнет, так бы сохла по рабе Божьем (имя) раба Божья (имя), едой не заедала, питьем не запивала, и сном не засыпала. Пусть слово мое будет вечно, крепко. Аминь, аминь, аминь.

Сходи в подполье, принеси землицы из закладного бревна и в рукомойник положи. И пусть она первая умывается, как встанет. И полюбит его.

Встану я, раб Божий (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, на все четыре стороны поклонясь, выйду из избы дверями, из двора – воротами, погляжу на чистое поле, посмотрю зорко на восточную сторону. На восточной стороне стоят три разные печи: печь медная, печь железная, печь глиняная. Все эти печи разжигались и раскалялись от земли до неба, так бы горячо разжигало у рабы Божьей (имя) сердце и кровь горячу; чтобы не могло ей было ни жить, ни есть, ни пить, ни стоять, ни лежать, а все бы меня, раба Божьего, на уме держать. Что недоговорено и переговорено, прострелите мои словеса пуще вострого меча и вострей звериного когтя!

Встану я на заре утренней, пойду я на зеленый луг, брошу по ветру слова мудрые, пусть той девице (имя), что люблю я жарче пламени, обожгут они ее сердце доброе, пусть уста ее, уста сахарны, лишь к моим устам прикасаются, от других же уст удаляются, глаза жгучие пусть глядят всегда на меня, дружка (имя), добра молодца, день и ночь они, улыбаючись. О, пронзите же красной девице (имя) сердце доброе, мои реченьки, как стрела огня молниеносного, растопите ее мысли-думушки, чтобы все они были б заняты только мной одним, добрым молодцем (имя). Я же буду ей верен до смерти, верен до смерти, до могилушки. Так же пусть и она (имя) будет мне верна. Я слова свои скреплю золотом, скреплю золотом, залью оловом, скую молотом, как кузнец-ловкач в кузне огненной, в кузне огненной, в сердце трепетном. Так неси же, ветер, словеса мои в ту сторонушку, где живет она, друг-зазнобушка (имя), и вернитесь вы, словеса мои, в сердце девицы (имя), чтоб мила, люба, крепче солнышка, ярка месяца.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, из дверей в ворота, выйду в чисто поле. В чистом поле летит святой херувим. Я попрошу: «Святой херувим, вселись в рабу Божью (имя), разожги ей сердце и кровь горячу, чтобы она думала и тосковала по рабу Божьему (имя), и не могла бы она ни жить, ни быть и ни пить, ни есть, ни сном соспать, ни гулянку загулять. Оказался бы раб Божий (имя) лучше света белого, лучше солнца красного, отца и матери, всего роду племени, отныне и довеку и во веки веков. Аминь». Надо наговорить на соль, кусочек сахара и дать поесть.

Подымусь, помчусь к быстрой реченьке, что бежит-шумит лугом бархатным. Речка быстрая, воды светлые, отнесите вы словеса мои красной девице (имя), что живет одна в той сторонушке и красна, мила, аки солнышко! Пусть не ест она, пусть не спит она, а лишь думает обо мне (имя) всегда, добре молодце. Гложет пусть ее сердце чуткое змея лютая, тоска смертная, обо мне (имя), дружке, добре молодце. Пусть глаза ее бирюзовые обо мне слезами умываются. Пусть другие ей, как полынь-трава, будут не любы, я же буду ей люб, как солнышко в утро майское. Пусть любовь ее будет так крепка ко мне, молодцу, что разрыв-трава не разомкнет. Пусть же, пусть она, красна девица (имя), без меня, дружка, от тоски не спит, не пьет браженьки, не ест хлебушка, погулянушки и на ум не идут, а подруженьки ей советуют полюбить меня, добра молодца (имя), и ласкать меня, как ласкает мать дитя малое. Ой, ты, реченька, речка быстрая, воды светлые и студеные, отнесите же красной девице (имя) мой завет и ключ от любви ко мне, добру молодцу (имя), и отдайте ей в руки белые ключ заветный мой, судьбой скованный в сердце-кузнице. Отоприте вы, воды светлые, тем ключом моим сердце девушки, что люба-мила мне, как павушка.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Стану, раб Божий, благословясь, пойду, перекрестясь, выйду в чистое поле, в широкое раздолье; навстречу мне, среди чистого поля и широкого раздолья, семьдесят буйных ветров, семьдесят вихоров и семьдесят ветровичей, и семьдесят вихоровичей. Пошли они на святую Русь зеленаго лесу ломать, и на поле из кореня вон воротить, и пещеры каменныя разжигать. И тут я, раб Божий (имя) помолюсь им и поклонюсь: «О вы, есте, семьдесят буйных ветров, семьдесят вихоров и семьдесят ветровичей, и семьдесят вихоровичей. Не ходите вы на святую Русь, зеленаго лесу ломать, из корней вон воротить и пещеры каменныя разжигать, подите вы, разожгите у рабы Божьей (имя) белое тело, ретивое сердце, памятную думу, черную печень, горячую кровь, жилы и суставы, и все ей, чтобы она раба Божьего (имя) не могла бы ни жить, ни быть, ни исть, ни слова говорить, ни речи творить без меня, раба Божьего (имя). Как меня она, раба Божьего (имя) увидит, или глас мой услышит, то бы радовалось ей белое тело, ретивое сердце, памятная дума, черная печень, горячая кровь, кости и жилы, и все у ней суставы веселились. И как ждет народ Божьего владычного праздника Светлаго Христова Воскресения и звону колокольнаго, так бы она, раба Божья (имя), дожидалась: на который день она меня не увидит, или гласа моего не услышит, так бы она сохла, как кошеная трава с поля; как не может быть рыба без воды, так бы не могла быть она без меня, раба Божьего (имя). Тем моим словам и речам ключевыя слова, аминь, аминь, аминь.

Знахарь заговаривает на пряник: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа, аминь. Стану я, раб Божий (имя), благословясь, пойду перекрестясь, из избы дверями, из двора воротами, в чисто поле за дворами; взмолюся трем ветрам, трем братьям; ветер Мойсей, ветер луна, ветер буйный вихорь! Дуйте и винтите по всему белому свету и по всему миру крещеному, распалите, разожгите и сведите рабыню (имя) со мною, с рабом Божьим (имя), душа с душой, тело с телом, плоть с плотью, хоть с хотью, не уроните той моей присухи ни на воду, ни на лес, ни на землю, ни на скотину: в воду сроните – вода высохнет, в лес сроните – лес повянет, на землю сроните – земля сгорит, на скотину сроните – скотина посохнет. Снесите и донесите, вяжите и положите в рабицу Божью (имя), в красную девицу, в белое тело, в ретивое сердце, в хоть и плоть, чтобы красная девица не могла без меня, раба Божьего (имя), ни пить, ни быть, ни дневать, ни часа часовать; обо мне, рабе Божьем (имя), тужила бы и тосковала и никогда не забывала. В чистом поле сидит баба сводница, у бабы сводницы стоит печь кирпичная, в той печи кирпичной стоит кунган литр, в том кунгане литре всякая вещь кипит, перекипает, горит, перегорает, сохнет и посыхает. И так бы о мне, рабе Божьем (имя), сердцем кипела, кровию горела и не могла бы без меня, раба Божьего (имя), ни жить, ни быть, ни дня дневать, ни часа часовать, ни питием отпиться, ни думьем отдуматься и ни в парной бане отпариться. Тем моим словам ключ и замок, аки ключ на церкви. Во имя Отца и Сына и Святого Духа, аминь, аминь, аминь.

Стану я, раб Божий (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверями, из двора воротами, в чистое поле на три розстани, помолюся я, раб Божий, трем братам, трем ветрам: первый брат – ветер восточный, второй – ветер западный, третий – ветер северный! Внесите тоску и сухоту в рабицу Божью (имя), чтобы она о мне, рабе Божьем, сохла и тосковала; не могла бы и дня дневать, ни часа часовать, отныне и до века и во веки, аминь, аминь, аминь!»

Получив от колдуна пряник, молодой человек должен отдать его своей возлюбленной. Если это ему удастся, то она – побеждена.

Встану я, раб Божий (имя), утром рано, пойду в луга изумрудны, умоюсь там росою целебною, студеною, утрусь мхами шелковыми, поклонюсь солнцу красному, ясной зореньке и скажу я солнцу красному: «Как ты, солнышко, печешь-припекаешь цветы и травушки, так пусть и она (имя) припечется ко мне (имя), крепко-крепко, горячо-горячо, и будем мы, как два цветка иван-да-марья, жить вместе и любиться крепко, радоваться и ворковаться, как голубки порою вешней. А ты, солнышко, приласкай нас, обогрей нас, чтоб никто не расхолодил и не разлучил нас во все дни, месяцы и годы живота нашего. Пусть она (имя) с этой минуты и легкого часу не спит, не ест, а все думает только обо мне, рабе, добре молодце (имя), а сердечко ее грустит и рвется ко мне, как птичка Божия на волю из неволюшки. Пусть я ей (имя) так буду с сего часу люб, как она мне и моему сердцу ретивому. Слова мои сердечны, искренни, верны и крепки».

Исполнена есть земля дивности. Как на море на Окияне, на острове на Буяне, есть бел-горюч камень Алатырь, на том камне устроена огнепалимая баня, в той бане лежит разжигаемая доска, на той доске тридцать три тоски. Мечутся тоски, кидаются тоски, и бросаются тоски из стены в стену, из угла в угол, от пола до потолка, оттуда чрез все пути и дороги и перепутья, воздухом и аером. Мечитесь, тоски, киньтесь, тоски, и бросьтесь, тоски, в буйную ее голову, в тыл, в лик, в ясные очи, в сахарные уста, в ретивое сердце, в ее ум и разум, в волю и хотение, во все ее тело белое и во всю кровь горячую, и во все ее кости, и во все суставы. В семьдесят суставов, полусуставов и подсуставов. И во все ее жилы: в семьдесят жил, полужил и поджилков, чтобы она тосковала, горевала, плакала бы и рыдала по всяк день, по всяк час, по всякое время, нигде б пробыть не могла, как рыба без воды. Кидалась бы, бросалась бы из окошка в окошко, из дверей в двери, из ворот в ворота, на все пути и дороги, и перепутья с трепетом, тужением, с плачем и рыданием, зело спешно шла бы и бежала, и пробыть без него ни единыя минуты не могла. Думала б об нем не задумала, спала б не заспала, ела бы не заела, пила б не запила и не боялась бы ничего; чтоб он ей казался милее свету белого, милее солнца пресветлого, милее луны прекрасныя, милее всех и даже милее сну своего, по всякое время: на молоду, под полн, на перекрое и на исходе месяца. Сие слово есть утверждение и укрепление, им же утверждается, и укрепляется, и замыкается. Аще ли кто от человек, кроме меня, покусится отмыкать страх сей, то буди яко червь в свище ореховом. И ничем, ни аером, ни воздухом, ни бурею, ни водою дело сие не отмыкается.

На море на Окияне есть бел-горюч камень Алатырь, никем неведомый; под тем камнем сокрыта сила могуча и силы нет конца. Выпускаю я силу могучу на такую-то красную девицу; сажаю я силу могучу во все суставы, полусуставы, во все кости и полукости, во все жилы и полужилы, в ее очи ясны, в ее щеки румяны, в ее белу грудь, в ее ретиво сердце, в утробу, в ее руки и ноги. Будь ты, сила могуча, в такой-то красной девице неисходно; а жги ты, сила могуча, ее кровь горючую, ее сердце кипучее на любовь, (имя), полюбовному молодцу. А была бы красная девица, (имя), во всем послушна полюбовному молодцу, (имя), по всю его жизнь. Ничем бы красная девица не могла отговориться, ни заговором, ни приговором, и не мог бы ни стар человек, ни млад отговорить ее своим словом. Слово мое крепко, как бел-горюч камень Алатырь. Кто из моря всю воду выпьет, кто из поля всю траву выщиплет, и тому мой заговор не превозмочь, силу могучу не увлечь.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа, аминь! В печи огонь горит, палит и пышет, и тлит дрова; так бы тлело, млело сердце у рабы Божьей (имя) по рабе Божьем (имя) во весь день, по всяк час, всегда, ныне и присно, и во веки веков, аминь.

Лягу я, раб Божий (имя), помолясь, и встану, перекрестясь, и пойду я из дверей в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, под чистые звезды, под Лунь (Луну) Господень. И лежат три дороги, и не пойду ни направо, ни налево; пойду по средней дороге, и та дорога лежит через темный лес. В темном лесу стоит древо тоски; тоскует и горюет тоска, печалится, и поселяю я ту тоску в рабу Божью (имя), взойди в ее белое тело и в ретивое сердце, и в русые косы, в кровь горячую – в руду кипучую, чтобы она по рабе Божьем (имя) тосковала, и все бы она обо мне думала; в питье бы она не запивала, в еде бы она не заедала, во сне бы она не засыпала и всегда бы меня, раба Божьего, на уме держала. Как солнцу и месяцу помехи нет, так бы и моему затвору помехи не было. Аминь, аминь, аминь!

Четыре зарницы, четыре сестрицы: первая Марья, вторая Марфа, третья Марина, четвертая Макрида; подите вы снимите тоску и великую печаль с гостей, с властей, со кручинных, но тюремных людей, солдат-новобранцев и с малых младенцев, которые титьку сосали и от матерей осталися: наложите ту тоску и телесную сухоту, великую печаль на рабу Божью (имя), без меня, раба Божьего (имя), не могла бы она ни жить, ни ходить, ни лежать, ни спать, все по мне, рабе Божьем (имя), тосковала. Тем словам и речам ключевые слова – аминь, аминь, аминь.

Как раб Божий (имя) любит рабу Божью (имя), так чтобы раба Божья (имя) не могла без него ни жить, ни пить, ни есть, а любила и почитала его лучше отца и матери, ясного месяца и красного ясна солнышка. Отныне и довеку. Аминь.

Любовные магические обряды, привороты и заговоры от Елены Лома

«За морем за Хвалынским, во медном городе, во железном тереме сидит добрый молодец, заточен во неволе, закован в семьдесят семь цепей, за семьдесят семь дверей, а двери заперты семьюдесятью замками, семьюдесятью крюками. Никто добра молодца из неволи не ослобонит, никто добра молодца до сыта не накормит, до пьяна не напоит. Приходила к нему родная матушка (имя матери) во слезах горючих, поила молодца сытой медовой, кормила молодца бело снеговой крупой, а кормивши молодца, сама приговаривала: не скакать бы молодцу по чисту полю, не искать бы молодцу чужой добычи, не свыкаться бы молодцу су буйными ветрами, не радоваться бы молодцу на рать могучую, не пускать бы молодцу калену стрелу по поднебесью, не стрелять бы во белых лебедей что лебедей княжьих, не доставать бы молодцу меч-кладенец врага-супостата; а жить бы молодцу во терему родительском, со отцем, со матерью, со родом-племенем. Уж как заговорит добрый молодец: не чисто поле меня сгубило, не буйны ветры занесли на чужую добычу, не каленой стрелой доставал я белых лебедей, не мечом-кладенцом хотел я достать врагов-супостатов, а сгубила молодца воля молодецкая, во княжьем терему над девицей красной (имя девицы). Заговариваю я, родная матушка (имя матери), полюбовного молодца (имя мододца) на любовь красной девицы (имя девицы). Вы, ветры буйные, распорите ея белу грудь, откройте ея ретиво сердце, навейте тоску со кручиной; чтобы она тосковала и горевала; чтобы он ей был милее своего лица, светлее ясного дня, краше роду племени, приветливее отца су матерью; чтобы он казался во сне и наяву, в день и полдень, в ночь и полночь; чтобы он ей был во пригожество красное, во любовь залучную; чтобы она плакала и рыдала по нем, и без него бы радости не видала, утех не находила. Кто камень Алатырь изгложет, тот мой заговор превозможет. Моему слову конец на любовь красной девицы (имя девицы)».

«На море на окияне есть бел горюч камень Алатырь, никому неведомый, под тем камнем сокрыта сила могуча, и силы нет конца, выпускаю я силу могучу на (имя девицу) красну девицу; сажаю я силу могучу во все составы, полусуставы, во все кости и полукости, во все жилы и полужилы, в ея очи ясны, в ея щеки румяны, в ея белу грудь, в ея ретиво сердце, в утробу, в ея руки и ноги. Будь ты, сила могуча, в (имя девицы) красной девице неисходно; а жги ты, сила могуча, ея кровь горючую, ея сердце кипучее на любовь к (имя молодца) полюбовному молодцу. А была бы красна девица (имя девицы) во всем послушна полюбовному молодцу (имя молодца) по всю его жизнь. Ничем бы красна девица не могла отговориться ни заговором, ни приговором, и не мог бы ни стар человек, ни млад отговорить ее своим словом. Слово мое крепко, как бел горюч камень Алатырь. Кто из моря всю воду выпьет, кто из поля всю траву выщиплет, и тому мой заговор не превозмочь, силу могучу не увлечь».

«На море на Океане, на острове Буяне живут три брата, три ветра, один северный, другой восточный, третий западный. «Навейте, нанесите вы, ветры, печаль, сухоту рабе (имя), чтобы она без раба (имя) дня не дневала, часа не часовала». Слово мое крепко».

«Во имя Отца и Сына и Святаго Духа, аминь. В печи огонь горит, палит и пышет и тлит дрова; так бы тлело, горело сердце у рабы Божией (имя) по рабе Божием (имя) во весь день, по всяк час, всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь».

«Встану я, раб Божий, благословясь, пойду, перекрестясь из дверей в двери, из дверей в ворота, в чистое поле; стану на запад хребтом, на восток лицом, позрю, посмотрю на ясное небо; со ясна неба летит огненна стрела; той стреле помолюсь, покорюсь и спрошу ее: «Куда полетела, огненна стрела?» «Во темные леса, в зыбучия болота, в сырое коренье!» «О ты, огненна стрела, воротись и полетай, куда я тебя пошлю: есть на святой Руси красна девица (имя), полетай ей в ретивое сердце, в черную печень, в горячую кровь, в становую жилу, в сахарные уста, в ясные очи, в черныя брови, чтобы она тосковала, горевала весь день, при солнце, на утренней заре, при младом месяце, на ветре-холоде, на прибылых днях и на убылых днях, отныне и до века».

Наговаривают на еду или питье, которые дают привораживаемому, или на его след.

«Встану я (имя) и пойду из дверей в двери, из ворот в вороты, в чистое поле, в широкое раздолье, к синему морю-окиану У того у синяго моря Окиана лежит Огненный змей. Сражается и снаряжается он зажигать горы и долы и быстрыя реки; болотные воды со ржавчиною, орлицу с орлятами, скопу со скопятами, травы подкошеныя, леса подсеченые. Подойду я поближе, поклонюсь пониже. «Гой, еси ты, Огненный змей! Не зажигай ты горы и долы, ни быстрыя реки, ни болотныя воды со ржавчиною, ни орлицу с орлятами, ни скопу со скопятами; зажги ты красну девицу (имя), в семьдесят семь составов, в семьдесят семь жил и в единую жилу становую, во всю ея хочь; чтоб ей милилось и хотелось, брало бы ее днем при солнце, ночью при месяце, чтобы она тосковала и горевала по (имя), сном бы она не засыпала, едою не заедала, гульбою не загуливала. Как белая щука-рыба не может быть без проточной воды и без пробежи, так бы красная девица (имя) не могла бы без (имя) ни жить, ни быть». Будьте, мои слова крепки и лепки, крепче камня и булата, остраго ножа и борзометкаго копья. А ключ моим словам и утверждение, и крепость крепкая, и сила сильная в небесной высоте, а замок в морской глубине».

Наговаривается на пищу и питье, которые и дают привораживаемому лицу, или на его след.

«Встану я (имя) и пойду из дверей в двери, из дверей в вороты, в чистое поле. На встречу мне огонь и полымя и буен ветер. Встану и поклонюсь им низешенько и скажу так: «Гой еси, огонь и полымя! Не палите зеленых лугов, а буен ветер, не раздувай полымя, а сослужите службу верную, великую; выньте из меня (имя) тоску тоскучую и сухоту плакучую; понесите ее через моря и реки, не утопите, а вложите ее в рабу Божию (имя), в белую грудь, в ретивое сердце и в легкие, и в печень, чтоб она обо мне, рабе Божием (имя), тосковала и горевала денну, ночну и полуночну; в сладких ествах бы не заедала в меду, пиве и вине не запивала». Будьте вы, мои слова, крепки и лепки отныне и до веку. Заключаю крепким замком и ключ в воду».

«Господи Боже, благослови, Христос! Стану я, раб Божий (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, со двора в ворота, в чистое поле. В чистом поле, в зеленых кустах, в поморье стоит вертеп; в том вертепе сидит матерая жена на золотом стуле между троих дверей. Молюся я, раб Божий (имя) до ней: «Ты старая матерая жена, тебе дано от Господа и от Пресвятыя Богородицы ведати меня раба Божия (имя) Адамов закон, Евину любовь, вложи желанное сердце рабе Божией (имя) по мне, по рабе Божием (имя)». И тут старая матерая жена милостивая, милосердая, золота ступа, покидает толковой кужелек, веретенцо серебряное, молится Христу Царю Небесному, Богородице, Матери Царице, вкладывает желанное сердце рабе Божией (имя). Как кипит под землею летом беспрестанно белой ключ, так бы кипело, горело сердце и душа у рабы Божией (имя) по мне, по рабе Божием (имя). Как всякой человек не может жить без хлеба, без соли, без платья, без ежи, так бы не можно жить рабе Божией (имя) без меня, раба Божия (имя). Коль тошно рыбе жить на сухом берегу, без воды студеныя, так бы тошно было рабе Божией (имя) без меня, раба Божия (имя). Коль тошно младенцу без матери своей, а матери без дитяти, толь тошно рабе Божией (имя) без меня, раба Божия (имя). Как быки скачут на корову, или как корова в Петровки голову закинет, хвост залупя, так бы раба Божия (имя) бегала и искала меня, раба Божия (имя), Бога бы не боялась, людей бы не стыдилась, во уста бы целовала, руками обнимала, блуд сотворила. И как хмель вьется около кола по солнцу, так бы вилась, обнималась около меня, раба Божия (имя). Как цвела утренняя роса, дожидаясь Краснова солнца из-за гор из-за высоких, так бы дожидалась раба Божия (имя) меня, раба Божия (имя), на всякий день и на всякий час, всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь».

«Не молясь, ложуся спать, и не перекрестившись, встану, не благословясь, пойду из двери в двери в трое двери, из ворот в ворота в трое ворота, в чистыя поля. На море на Окияне, на острове на Буяне стоят три кузницы. Куют кузнецы на четырех станках. Бес Салчак, не куй белаго железа, а прикуй добраго молодца (или красную девицу) кожею, телом, сердцем (такими-то глазами и кудрями). Не сожги ореховаго дерева, а сожги ретивое сердце в добром молодце (или в красной девице); в естве бы не западал, в поле бы не загулял, в питье бы не запивал, во сне бы не засыпал, с людьми бы не забаивал, во всем бы меня почитал и величал, светлей светлаго месяца, красней краснаго солнца, милей отца, матери, роду и племени. Ключ – небо, замок – земля».

Читается по утренним зорям.

«Встану, раба Божия (имя), благословясь и пойду перекрестясь из дверей в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, в восточну сторону, под утренню зорю, под красное солнце, под млад месяц, под частыя ярыя звезды. Под частыми ярыми звездами стоит гора белокаменна; из этой горы белокаменной бегут три ключа горючие и кипучие; у этих ключей горючиих и кипучиих стоит истинный Христос со ангилями и с архангилями, со всей силой небесною: всяк их убоится, устрашится; я, раба Божия (имя), не убоюсь, не устрашусь. Попрошу у их с трех ключей горючих, с трех ключей кипучих воды для того, чтоб у раба Божия (имя) зажечь легкую печень и горячую кровь и ретивое сердце – кипело бы, горело об раба Божией (имя) век по веки, отныне и до веку. Будьте, мои слова, крепки и лепки, чтоб у раба Божия (имя) зажглася легкая печень и горячая кровь и ретивое сердце кипело бы, горело об рабе Божией (имя) век по веки, отныне и до веку; чтоб у раба Божия (имя) кипело бы, горело сердце ретивое об рабе Божией (имя) век по веки, отныне и до веку».

«Упокой, Господи, душу, в теле живущую у рабы твоя (имя). Боли, ея сердце, гори, ея совесть, терпи, ея ярая кровь, ярая плоть, легкое, печень, мозги. Мозжитесь, ея кости; томитесь, ея мысли, и день, и ночь, и в глухую полночь, и в ясный полдень, и в каждый час, и в каждую минуту обо мне, рабе Божием (имя). Вложи ей, Господи, огненную искру в сердце, в легкие, в печень, в пот и в кровь, в кости, в жилы, в мозг, в мысли, в слух, в зрение, обоняние и в осязание, в волосы, в руки, в ноги – тоску и сухоту, и муку; жалость, печаль и заботу, и попечение обо мне, рабе (имя)».

После того сотворить земной поклон.

«Жалела бы раба Божия (имя) о рабе (имя), как сама ж о себе (поклон). Тосковала бы раба (имя) день и ночь, и глухую полночь, и в ясные полдни, и каждый час, и каждую минуту о рабе (имя) (поклон). Напусти, Господи, на рабу (имя) злую тоску, невидимо пусть сохнет ея тело, руки, ноги, мозги, кости. Пленитесь, ея мысли, день и ночь, и в глухую полночь, и в каждый час, и минуту обо мне вечно. Спать бы ей – не заспать бы ей меня; есть бы ей – не заесть бы ей меня; пить бы ей – не запить бы меня; ходить бы ей – не ,заходить бы меня; говорить бы ей – не заговорить бы меня. И казался бы я ей, раб (имя), милее отца и матери, милее всего рода и племени, милее краснаго солнца и милее всех частых звезд, милее травы, милее воды, милее соли, милее детей, милее всех земных вещей, милее братьев и сестер, милее милых товарищей, милее милых подруг, милее всего света вольнаго; накажи, Создателю, благая рабу (имя) подножию ног его» (поклон).

Нужно прочесть три раза, а после в разное время прочитать 17 раз с поклонами; когда увидишь, что наговор подействовал, молись Богородице так:

«Утоли, Владычица, тоску, печаль в рабе (имя) по рабу Божию (имя)».

«Стану я, раб Божий (имя), пойду из дверей во двери, из дверей в ворота, в востошную сторону, на Окиан море; на том море стоит остров, на том острове стоит столб, на этом столбу сидят семьдесят семь братьев; они куют стрелы булатныя день и ночь; скажу я им тихонько: «Дайте мне, семьдесят семь братьев, стрелу, которая всех пыльнее и летнее». Стрелю этою стрелою в рабу Божию, девицу (имя), в левую титьку, легкия и печень, чтобы она горевала и тосковала денно, ношно и полуношно, не заедала и не запивала. Заключаю замком крепким, и ключ в воду».

«Встану, не благословясь, пойду, не перекрестясь, в чистое поле. В чистом поле стоит тернов куст, а в том кусту сидит толстая баба, сатанина угодница. Поклонюсь я тебе, толстой бабе, сатаниной угоднице, и отступлюсь от отца и от матери, от роду, от племени. Поди, толстая баба, разожги у красной девицы сердце по мне, рабе (имя)».

Плюнуть на руку и говорить наговор на слюну, потом ударить неожиданно девицу или женщину против сердца; или же наговорить на кушанье или на питье и дать ей пить или съесть.

«Востану я, раб (имя), и пойду из избы не во двери, со двора не в вороты и пойду я не в восток, не в восточную сторону. Не в восток, не в восточной стороне есть Окиан море, на том Окиане море лежит колода дубовая, на той на колоде, на той на дубовой, сидит Страх-Pax. Я этому Страху-Раху покорюсь и помолюсь: «Создай мне, Страх-Pax, семьдесят семь ветров, семьдесят семь вихорев; ветер полуденный, ветер полуночный, ветер суходушный, которые леса сушили, крошили темные леса, зелены травы, быстрыя реки; и так бы сушилась, крушилась обо мне, об рабе (имя) раба (имя)». И пойду я не в восток, не в восточную сторону, на заднее крыльцо, в подымное окно, под гнилое бойное дерево, пойду не дорогой, а стороной, мышьей норой, собачьей тропой; идет мне на встречу рабу раба, ударю ее по ретивому сердцу и распорю я ея белу грудь и напущу на нее тоску тоскущую, кручину кручинскую; едами бы она не заедала, питьем бы она не запивала, думой бы она не задумывала; и разойдись, тоска тоскущая, кручина кручинская, по ретивому сердцу, в становыя жилы, в горячую кровь; запру я эту тоску тоскущую, кручину кручинскую ключами и замками; брошу я включи и замки в Окиан море. Есть в Окиане море Златырь-Камень, под тем под Златырем камнем стоит щука-калуга, ключи и замки подхватила; никто эту щуку-калугу не может словить ни неводами, ни нережками, ни мелкими ловушками; и куда я ни пойду, куда я ни поеду, все бы она, раба ((имя), у окошка сидела, за мной, рабом (имя), за мной глядела и смотрела; и кто меня учил, и кто не доучил; будьте, слова, крепки и лепки на крепко; как моя слюна сохла, так и она обо мне сохла».

Говорить трижды на иглу новую, которою еще не шили, и на суровую нитку, продетую игле в ушко; наговоря, продеть иглу с ниткой сквозь платье женское, против сердца, сзади или спереди.

«Как мертвая, отходя живота своего временнаго, толика вся тоска и скука, и прискорбность, и сокрушение сердца, и изнурение силы ея; аще бы не запрещено было от Бога, возмогла бы во всю вселенную вскричати, от толикия скуки и жалости, и изнурения сердца сил ея; аще Воскресения не узрю, то сердце мое стрелою устрелит и сердце уязвит, все жалости сердечныя распалит на все дни живота моего, во веки веком. Свежа вода Белозерская! не знаю ничего, ни скорби, ни болезни, и как заговаривал, у рабы девицы нитка порвися, кровь повинная. Аминь».

Говорить по три раза на три зори: утреннюю, вечернюю и утреннюю.

«На море на Окиане, на острове Буяне лежит камень, на том камне сидит красная девка, раба (имя) и прииде к ней раб Божий (имя) и говорит ей: «Ты меня не убойся, я прииде, твой товарищ, тебя соблазнить, чтобы тебе меня почитать и всегда на уме держать, в еже бы не заедать, и в питье бы не запивать, во сне бы не засыпать, в гульбе бы не загуливать; бросалась бы тоска в ночное окошко, в полуденное окошко, в денное окошко; казался бы я тебе краснее краснаго солнца и светлее светлаго месяца, милее отца и матери, роду и племени, вольнаго света, разнаго цвета, что на свете цветет». Будь ты, мой приворот, крепче камня, крепче железа, отныне и до века. Аминь».

«Стану, (имя молодца), помолясь, пойду, благословясь, выйду в чисто поле, в широкое раздолье; на встречу мне, среди чистого поля и широкого раздолья, – 70 буйных ветров, 70 вихоров и 70 ветровичей и 70 вихоровичей. Пошли они на святую Русь зеленого лесу ломать, и на поле из кореня вонь воротить, и пещеры каменные разжигать. И тут я, (имя молодца), помолюсь им и поклонюсь. О вы есть 70 буйных ветров, 70 вихоров, и 70 ветровичей, и 70 вихоровичей. Не ходите вы на святую Русь зеленого лесу ломать, из корней вонь воротить и пещеры каменные разжигать, подьте вы, разожгите у (имя девицы) белое тело, ретивое сердце, памятную думу, черную печень, горячую кровь, жилы и суставы и всю ея, чтобы она, (имя девицы), не могла бы ни жить, ни быть, ни пить, ни есть, ни слова говорить, ни речи творить без меня, (имя молодца). Как меня она, (имя девицы), увидит или глас мой услышит, то бы радовалось ея белое тело, ретивое сердце, памятная дума, черная печень, горячая кровь, кости и жилы, и все у ней суставы веселились. Так бы она сохла, как кошенная трава су поля; как не может быть рыба без воды, так бы не могла бы быть она без меня, (имя молодца). Тем моим словам и речам ключевые слова».

«На русской и на немецкой земле есть огненный царь, высушил реки и озера, и мелкие источники, и как в нынешних высушил так бы сохла (имя девицы) по (имя молодца) двадцати четырех часу денных и ночных, на новом месяце и на перекрой месяцу, и во вся меженны дни; и не могла бы ни жить и ни быть, ни есть (имя девицы) без меня, (имя молодца): в 70 суставах и в 70 жилах, в подпятное жилье и в подколенное жилье, и в пространной жиле и везде бы сохло и болело по мне, (имя молодца). Еще есть в чистом поле стоит Феоклист, да все высохло; днем на солнце и ночью при месяце, и при частых звездах, и при частых дождиках в 70 суставах, и в 70 жилах, и в подколенном жилье, и в пространной жиле в… и везде бы сохло у (имя девицы). Двадцать четыре часу ночных и дневных, на утренней заре, на вечерней заре, на новом месяце и на ветхи месяце, и на перекрой месяце, во вся меженные дни не могла бы она, (имя девиицы), без меня, (имя молодца), ни жить, ни быть. Есть в чистом поле печь модная, накладено дров дубовых. Как от тех дров дубовых сколь жарко разгорается, и так бы разгорелось у (имя девицы) по мне, (имя молодца), 24 часу денных и ночных, на новом месяце и на ветхом месяце, во вся меженные дни, не могла бы она, (имя девицы), без меня ни жить и ни быть. Всем моим словам ключ и замок».

Трижды плюнуть. Наговаривать на соль, пиво, пряник или вино.

«Выйду я на улицу, посмотрю в чисто поле. В чистом поле есть 77 медных светлых каленых печей, на 77 медных светлых каленых печах по 77 яги-баб, у тех у 77 яги-баб есть по 77 дочерей, у тех у 77 дочерей есть по 77 клюк и по 77 метел. Помолюся и покорюся я, (имя молодца), этим яги-бабовым дочерям: Той еси! Вы, яги-бабовы дочери, присушите и прилучите (имя девицы) к (имя молодца), метлами следы запашите, клюками заключите, бейте-убивайте подпятную жилу, бейте-убивайте подколенную жилу, бейте-убивайте корекористый дуб, бейте – убивайте медны калены печи. Коль горят пылко и жарко медныя печи, так же бы (имя девицы) пеклась и калилась во всякое время, во всяк час, утра рано, вечера поздно, о середки дня, о полуночи, о утренней заре и на вечерней, на новый и на ветхий месяц, и на перекрое месяце; не могла бы она, (имя девицы), ни жить, ни быть, ни пить, ни есть, во сне не засыпала, в питьи не запивала, во еде не заедала, су добрыми людьми во беседы не засиживала, все меня, (имя молодца), на уме держала; и казался бы я, (имя молодца), светлее светлого месяца, краснее красна солнышка, любе отца, матери, толще и матерей всего мира. Ветры-ветерочки, буйны вихорки, спущу я свои слова, свою статью на свою сторону, где ее найдете, тут ее возьмите, – на широкой улице, во мшаной хоромине, во дверях, воротиках».

«Как (имя молодца) любит (имя девицы), так чтобы и (имя девицы) не могла без него ни жить, ни пить, ни есть, и любила, и почитала его лучше отца и матери, белого месяца и красного ясна солнышка, веки по веки, отныне до веку».

«Стану я, (имя молодца), помолясь, пойду, благословясь, из избы дверями, из двора воротами в чисто поле на три росстани, помолюся я, (имя молодца), трем братам, трем ветрам: первый брат – ветер восточный, второй – ветер западный, третий – ветер северный! Внесите тоску и сухоту в (имя девицы), чтобы она о мне, (имя девицы), сохла и тосковала; не могла бы ни дня дневать, ни часа насовать отныне, и до века, и во веки!»

«Язык – проветчик, зубы – межа, глаза – вода, лоб – бор веди меня, сударушка, на двор, бери клюкву, мели муку, пеки хлеб, корми меня, будь отныне и до веку моя. Спущу (имя молодца), на бабную девицу (имя девицы) три тоски тоскущие, три сухоты сухотущие, три жалбы жалбущие – в сердце ретивое, в легкое, печень и в кровь горячую, в глаза и суставы, и в мозга. И казался бы (имя молодца) девице (имя девицы) милее хлеба-соли, милее милости Божьей, роду-племени, отца-матери, красновго солнца, светлого месяца. Мало-молодо (3 раза). Замок в море, ключ во рте. Как замка из моря не вынимали, ключа изо рту не доставати (3 раза). Кои слова в забытье, служите навеки впереди. Будь, моя молитва, крепка и липка, лучше и зубастее зуба щучева».

На утреннюю воду говорить, этой водой умываться и подливать мужу.

«С добрым утром, вода Ульяна, земля Татьяна. Дайте мне, Божьей рабе (имя), воды от семейной беды. Вода чистая, жизнь милая. Рабу Божьему (имя мужа) быть со мной, с Божьей рабой (имя жены). Аминь. Аминь. Аминь».

Девушка должна слегка прикусить язык со словами:

«Сама себя кусаю, раба (имя) к себе приделываю. Чтоб раб (имя) скучал, от тоски отдыха не знал ни днем светлым, ни ночью темной. Все чтоб обо мне мыслил. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь».

«Заклиная, чтобы (имя мужчины) соединился с (имя женщины) так же, как соединены Огонь, Воздух и Вода с Землею, и чтобы помыслы (имя мужчины) направлялись к (имя женщины), как лучи Солнца направляют Свет мира и его добродетелей, и чтобы он (имя мужчины) создал ее (имя женщины) в своем воображении и взгляде так, как небо создано со звездами и дерево со своими плодами. И да витает высокий дух (имя женщины) над духом (имя мужчины), как вода над землею. И делайте так, чтобы упомянутый (имя мужчины) не имел бы желания есть, пить и радоваться без (имя женщины)».

Рекомендуется читать этот заговор с 27 числа любого месяца по 27 число следующего.

«Упокой, Господи, душу, в теле живущую у рабы твоей (имя). Боли ее сердце, гори ее совесть, терпи ее ярая кровь, ярая плоть, легкое, печень, мозги. Мозжитесь ее кости; томитесь ее мысли и день, и ночь, и в глухую полночь, и в ясный полдень, и в каждый час, и в каждую минуту обо мне, рабе Божием (имя). Вложи ей. Господи, огненную искру в сердце, в легкие, в печень, и в пот, и в кровь, в кости, в жилы, в мозг, в мысли, в слух, в зрение, в обоняние и в осязание, в волосы, в руки, в ноги тоску, сухоту и муку, жалость, печаль и заботу, попечение обо мне, рабе Божием (имя рек). (После этого поклониться). Жалела бы раба Божия (имя) о рабе (имя), как сама о себе. (Поклон). Тосковала бы раба (имя рек) день и ночь, и в глухую полночь, и в ясные полдни, и в каждый час, и минуту обо мне вечно. Спать бы ей не заспать бы ей меня; пить бы ей не запить бы меня; ходить ей не заходить бы меня; говорить бы ей не заговорить бы меня. И казался бы я ей, раб Божий (имя), милее отца и матери, милее всего рода и племени, милее красного солнца и милее всех частых звезд, милее травы, милее воды, милее соли, милее детей, милее всех земных вещей, милее милых подруг, милее всего света вольного. Покажи, Создателю благая, рабу (имя) подножие ног его». (Поклон).

Заговор прочитать три раза, а потом в разное время прочитать еще семнадцать раз с поклонами. Когда станет ясно, что заговор подействовал, помолиться три раза Богородице:

«Утоли, Владычица, тоску, печаль в рабе (имя) по рабу Божию (имя)».

«Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Господи, благослови, Христос! Встану, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей дверьми, из ворот воротами, выйду в чистое поле, погляжу в подвосточную сторону: с подвосточной стороны встает утренняя заря, выкатается красно солнышко. А и пусть я, раба Божия (имя), буду краше красного солнышка, белей светлого месяца, румяней зари утренней и зари вечерней, краше всего света белого, всего мира православного. Как глядят все православные христиане на красное солнышко, на белый свет, так смотрели бы все добрые молодцы на меня, рабу Божью (имя), и почитали бы меня, и возносили бы на глазах своих; не могли бы все добрые молодцы без меня ни жить, ни быть, ни игры заводить. Будьте, мои слова, крепки и прочны. Ключ, замок. Аминь. Аминь».

Читать три раза.

«Во имя Отца и Сына и Святого Духа, аминь! В печи огонь горит, палит и пышет, и тлит дрова; так бы тлело, горело сердце у моей возлюбленной по мне, рабу Божию (имя) всегда и присно, и во веки веков, аминь». Лягу я, раб Божий (имя), помолясь, и встану, перекрестясь, и пойду я т поле в поле, из луга в луг, из леса в лес, с горы на гору, под чисты звезды, под луну Господню. И лежат три дороги: и не пойду ни направо, ни налево: пойду по середней дороге, и та дорога лежит через темный лес. В темном лесу стоит древо тоски: тоскует и горюет тоска, печалуется, и поселяю я ту тоску в рабу Божию (имя); взойди в ее белое тело, в ретиво сердце и в русые косы, в кровь горячую в руду кипучую, чтобы она по рабе Божием (имя) тосковала, и все бы она обо мне думала; в питье бы она не запивала, в спанье бы она не засыпала, в дороге бы меня не теряла, и завсегда бы она, меня раба Божия (имя), на уме и в сердце своем держала. Как солнцу и месяцу помехи нет, так бы и моему заговору помехи не было. Аминь, аминь, аминь!»

Написать на бумаге и носить ровно семь дней, не снимая, в чулке левой ноги и по окончании этого времени, утром, не сходя с постели, сжечь и разбросать пепел.

«Как уничтожается роса от восходящего солнца и сохнет земля, так и ты сохни, раб Божий (имя), обо мне, рабе Божией (имя), чтобы ты не имел покоя ни днем, ни ночью, ни в радости, ни в беде, ни в собрании, ни в гулянии, ни в работе, ни в празднике. Думай всегда, всегда думай обо мне! Заклинаю тебя именем Господа Бога и всеми святыми! Заклинаю тебя сотворением мира, заклинаю тебя днем моего рождения! Заминаю тебя днем, когда я окончу все эти радости земные, все страдания мирские и закрою глаза свои навсегда! Заклинаю тебя я всеми силами неба и земли, заклинаю тебя всеми духами злобы и ада! Аминь!»

«Встану, помолясь, выйду, перекрестясь, через дверь. Через ворота в чистое поле на восток. Там Иисус Христос. Скажи мне, Иисус Христос, как всем людям любым стать. Посылает Христос к старцу старому, мудрецу премудрому, ты скажи мне, старец старый, как мне всем людям любым стать. По Христову наставлению не заупрямился старец, а сам стал говорить, чтоб полюбил меня, раба Божьего (имя), всякий человек и младенец, и мужи, и девки красные, и молодухи, тем словам наговорным восток-замок. Запад-ключ, ныне, присно и вовеки веков. Аминь».

«Лягу я, раб Божий (имя), помолясь, и встану, перекрестясь, и пойду я из дверей в двери, из ворот в ворота, в чисто поле, под чистые звезды, под лунь Господень (луну). И лежат три дороги, и не пойду ни направо, ни налево; пойду по средней дороге, и та дорога лежит через темный лес. В темном лесу стоит дерево тоски; тоскует и горюет тоска, печалится, и поселяю я ту тоску в рабу Божию (имя); взойди в ея белое тело и в ретиво сердце, и в русые косы, в кровь горячую, в руду кипучую, чтобы она по рабе Божием (имя) тосковала, и все бы она обо мне думала; в питье бы она не запивала, в ястве бы она не заедала, во сне бы она не засыпала, и завсегда бы она меня, раба Божия (имя) на уме держала. Как солнцу и месяцу помехи нет, так бы и моему заговору помехи не было. Аминь, аминь, аминь».

На фотографию мужа, утром, днем и после заката:

«Ахти, раб Божий (имя) жить без своей тени не может, тоски по мне, Божьей рабе (имя), не превозможет. Ходи, запинайся, от тоски задыхайся. Как солнце идет по небу, так ты иди по всякой дороге ко мне, Божьей рабе (имя). Аминь».

Над мылом говорится:

«Сколь скоро мыло с лица смоется, столько бы муж жену полюбил».

Найдите в полу или в стене сучок, обводите его пальцем и говорите так:

«Как ты, сучок, высох, так сохни, раб (имя), по мне, Божьей рабе (имя) Аминь».

В Вербное воскресенье ломают вербу и говорят:

«До тех пор, пока верба за иконой лежать будет, до тех пор меня муж не разлюбит и не забудет. Аминь».

Вербу положите за икону. Смотрите, не выбросьте нечаянно.

Снять с подошвы ноги мозоль, высушить, растереть и дать человеку, которого хотят приворожить, в питье, говоря:

«Как мои ноги крепко и плотно доступают до земли, так бы и раб Божий (имя) доступал до меня, рабы Божией (имя), как мое тело любимо самой (самому) себе, так бы и я, раба Божия (имя), была любима и мила рабу (имя)».

Нанести на внутренней стороне кольца надпись:

«Прости, я все поняла, я тебя люблю».

Затем надеть его себе на палец, на котором обычно носят обручальные кольца, а поверх него надеть свое обручальное кольцо и так носить месяц. Надевать кольцо лучше в новолуние и снимать в последний день лунного месяца. При этом каждый день программировать себя и кольцо следующим заговором:

«Каждый день, что я ношу кольцо (имя возлюбленного), равен году нашей будущей совместной, счастливой жизни! Идет (число) день, значит, мы будем счастливо жить вместе с (имя), как минимум, пять лет!»

Каждый следующий день меняйте слова заговора так, чтобы они равнялись числу дней, которые вы носите кольцо. Если вы будете «окольцованы» чуть больше месяца, это никак не повлияет на ситуацию в худшую сторону (может быть, даже дольше проживете вместе). Подгадайте так, чтобы по окончании месяца «окольцовки» наступал какой-нибудь праздник или памятная для вашего любимого дата – и подарите ему это кольцо.

На снег:

«Как тают эти снежинки от моего тепла, так от моей любви тают все преграды между нами! Как чист и свеж этот снег, так чиста любовь между нами! Сколько снежинок растает на моих ладонях, столько дней (имя) будет со мной!»

Купите огненно-красную ленту, затем пойдите к обедне и расположитесь так, чтобы можно было видеть избранницу сбоку. Как только служба закончится и все встанут, скажите, держа в руке накрест (как бант) сложенную заранее ленту:

«Существо, находящееся у меня перед глазами! Твое сердце привяжется к моему. Это так же верно, как верно, что кроткий Спаситель, Иисус Христос, был пригвожден к дереву креста, и как верно, что Он таинственно привязан к тому, что священник держит в руках».

Page 2
Почему не действует любовная магия

Могут быть очень разные причины холодности мужа, жениха, друга. Чаще всего это проблемы с сердечной чакрой. Может быть, у него порча или сглаз, проклятие или заклятие. Вероятно, что он(а) уже сталкивался(лась) с женщинами (мужчинами), которые очень ранили сердце. В результате закрывается сердце. Если его рассматривать на разных тонких телах человека, можно увидеть темно-серое облако, закрывающее сердце; кадры с запрограммированным плохим концом и т.д. и т.п. Вариантов множество. Результат один – при закрытом сердце человек сознательно или неосознанно боится отдаваться своим светлым, сердечным, глубоким чувствам. Он не может полюбить ни вас, ни других, так как его собственные установки «оберегают» его от этого.

Закрытое сердце может иметь и немагическую причину. Часто бывает, что когда-то, в момент сильного эмоционального потрясения, человек сам себе дал установку: «Больше со мной этого не повторится» или: «Любви нет». Человеческий организм очень разумно придуман природой. Тонкие тела человека запоминают отрицательные переживания, опасные ситуации. События, которые привели к плачевному результату, слезам, переживаниям, будут считаться опасными для стабильной и спокойной жизни. А поскольку инстинкт самосохранения силен, то неудивительно, почему у нас есть закоренелые холостяки, мужененавистницы и маньяки. Открыть закрытое сердце под силу только светлому магу, целителю или любящей конкретного человека душе. Но, чтобы тебя услышали святые, необходимо иметь запас светлых чувств. Механизм раскрытия сердца очень прост: нужно согреть сердце другого человека. Это особая техника и особая магия, которой мало кто владеет. Естественно, что человек и сам может понять неправильность своих взглядов и со временем изменить их, но, как показывает практика, самооткрывание происходит достаточно редко.

Вывод таков. Очень часто, чтобы наладить отношения или изменить свою жизнь, нет необходимости применять какую-либо магию, достаточно избавиться от негативной навески, которая блокирует полевые структуры и содержит ту самую плохую память, отчего чувства и сердце закрыты. Это принесет новые отношения, радость в жизни, новые встречи.

Часто мы совершаем в жизни ошибки, а потом сами из-за них страдаем. Не бросайте своих мужей и жен, не расставайтесь со своими половинками, даже когда вам тяжело. Поддержите друг друга, помогайте, иначе вы можете навсегда потерять близкого, родного человека.

Любовные типы женщин и мужчин

В любовной магии женщина должна знать свой тип. Согласно магической теории отношений, женщин можно разделить на 7 планетных типов, из которых каждый может выразиться в положительном или в отрицательном плане.

Типы женщин:

Белить – тип Сатурна. Женщина этого типа – строгая, сосредоточенная натура, преданная долгу и идее. Это тип старой девы или монахини. В лучшем случае женщина отличается способностью к выработке концепции, в худшем – фанатизмом и жестокостью.

Гуля – тип Солнца. Несет свет, это идеальная женщина. Ее задача – действовать на всех мужчин и на все общество. В положительном отношении она предмет лирики и достигает славы, в отрицательном – часто выступает как предмет насмешек и остается в одиночестве.

Зарпанить – тип Юпитера. Это женщина, любящая блеск, помпу. Она создана, чтобы властвовать, быть во главе. В хорошем смысле она – руководитель, в отрицательном – эгоистка.

Истарь – тип Венеры. Это сладострастная женщина, ее задача – обольщать и любить. Она гетера по призванию. Положительное – страсть, отрицательное – разврат.

Лазь – тип Марса. Эта женщина любит движение и деятельность, по характеру она деспотична. В положительном направлении это спортсменка, а в отрицательном – может дойти до сумасшествия или преступления.

Нанна – тип Луны. Это беспокойная и ищущая приключений натура, ее назначение в жизни – быть актрисой. Она обладает развитым воображением. В положительном направлении она романтична, а в отрицательном – развратна.

Тасмит – тип Меркурия. Это женщина искусная, расчетливая и практически эгоистка. Она типичная интриганка. Положительное свойство – ловкость в делах, отрицательное – хитрость и обман.

В искусстве Гуля – тип женщин, изображаемых Леонардо да Винчи, Нанна – тип Боттичелли, Белить – тип Микеланджело, Зарпанить – тип Тициана, Лазь – тип Рубенса, Истарь – тип Рафаэля, Тасмит – тип Ван Дейка.

В любовной магии необходимо знать и тип мужчины. Приведем 7 типов мужчин по классификации древнего турецкого мага Марляра Сунтаппура.

Ванер – тип ловеласа, обольстителя женщин. Всегда учтивый, преуспевающий. Любит шик и модную одежду. С женщинами сходится легко и так же легко их бросает. Способен доставлять удовольствие всем женщинам без исключения. Обычно женщины липнут к нему, как мухи к меду. Символический цвет – оранжевый.

Гимит – тип игрока. Любит риск. Его принцип: «Или все, или ничего!». Так же ведет себя и с женщинами. При отказе особенно не страдает, а находит другую. В его голове постоянно присутствуют различные рискованные идеи, часто бредовые. Его стремление – одерживать победу, быть первым. Символический цвет – зеленый.

Гирбо – тип бизнесмена. Его деятельность связана с делами, большими деньгами, связями. Иногда щедрый, иногда скупой, но всегда обладает сильным интеллектом, расчетливостью, смекалкой, способен опережать события, просчитывая на несколько ходов вперед. Любит щегольнуть перед женщиной богатством – подарить ей что-нибудь дорогое, пустив тем самым пыль в глаза. Символический цвет – синий.

Ронберр – тип ковбоя. Вспыльчивый, раздражительный, но в то же время ласковый с женщинами, которых любит. С другими же не церемонится. Действует с позиции силы. Особым интеллектом не обладает, им повелевают низменные страсти. Способен на низкий поступок, на подлость, но делает не исподтишка, а открыто. Часто бывает груб. Физически силен. Легко может пойти на самопожертвование и даже на подвиг ради чужой жизни и идеи. Его стихия – море, армия, самолеты – там, где требуется риск и мужество. Символический цвет – красный.

Сендибарто – тип художника. Человек творческий. Обычно это поэт, писатель, музыкант, художник, скульптор. Ценит чувство прекрасного. Мечтателен, идеалист, его чувства обострены, душа ранима. Творчество захватывает его полностью. К женщине относится не как к человеку, а как к произведению искусства. Однако не каждой это по душе. Иногда «витает в облаках». Его идеи преобладают над миром материальным. Символический цвет – голубой.

Турлар – тип бродяги. Это обычно неудачник, не устроенный в жизни. Ему трудно усидеть на одном месте. Он часто меняет работу или место жительства. Вид обычно немного неряшливый, за модой не гонится. Смирившись со своим положением, просто «плывет по течению», не оказывая сопротивления. В женщине видит поддержку. При удачном браке – хороший семьянин. Символический цвет – фиолетовый.

Ципунда – тип руководителя. Обладает интеллектом, способен управлять людьми. Требует к себе внимания, тщеславен. Много времени уделяет карьере, любит повелевать, командовать, навязывать собственное мнение. Обычно это начальник, директор-диктатор. Двуличный. К противоположному полу снисходителен, с женщиной обращается, как с породистой собакой, давая понять свое превосходство. Символический цвет – желтый.

Виды приворотов

В начале любого магического воздействия необходимо установить энергетическую связь с человеком, на которого вы собираетесь делать приворот. Для этого требуются: даты рождения (дата, возраст или год рождения, место), полные фамилию – имя – отчество (если не знаете – тогда имя). Если отсутствует фото, тогда нужно подробное описание внешности, чтобы изготовить восковую куклу-вольт.

Методы белого и черного приворота так же противоположны, как день и ночь. Цель белого приворота – соединить любящие сердца, если им кто-то или что-то помешало быть вместе. В данном случае нет необходимости внушать или зомбировать объект, нужно просто устранить причину, разъединяющую влюбленных. Понятно, что в случае белого приворота исключается насильственное воздействие или давление на человека. Сохраняется его полная свобода воли и свобода выбора. Девиз белого приворота схож с клятвой Гиппократа: «Не навреди!»

В черной магии, как известно, нет никаких моральных ограничений. Все средства хороши, чтобы достичь поставленной цели. Чаще всего применяется очень сильное воздействие на объект. Ни о какой свободе выбора в этом случае не может быть и речи.

Так что же предпочесть: белый или черный приворот?

Плюсы белого приворота: безопасный метод работы, отсутствие побочных явлений, достигается гармоничность отношений, вызывает любовное томление, усиление взаимных чувств, укрепление семьи и брака. Методика абсолютно безопасна, безгрешна и дает реальные результаты, что является очень удобным способом возврата любимого. Заклинательные слова, используемые в белой магии, используют не только колдуны, но и священники, благочестивые люди и знахари.

Плюсы черного приворота: можно быстро достичь желаемого результата (иногда через 1–3 недели), никаких ограничений в выборе средств, возникает сильная привязка и влечение. Максимально продолжительный результат!

Особый разговор – о черном привороте через подмешивание в вино мужчине менструальной крови. Все ведьмы описывают такой приворот как самое сильное средство. Женщина, стремясь заполучить мужчину, и не догадывается, на какие муки обрекает и его, и себя. Ведь ведьмы не рассказывают, что это за действо на самом деле. Это и не приворот вовсе, а любовная порча, с помощью которой ведьмы издревле привязывали и сейчас привязывают к себе энергетически и физически сильных мужчин. Эту силу менструальной крови они используют для своих ритуалов, которые быстро превращают молодых мужчин в стариков. Тогда его выгоняют, привораживают другого. Здесь и речи нет о чувствах, из мужчины выпивают всю его жизненную силу и отправляют на свалку. Действительно, черная приворотная магия действует гораздо сильнее обычных методов и практически наверняка. Получивший приворот мужчина быстро теряет силу, становится импотентом, постоянно попадает в несчастные случаи. Естественно, что в постели импотент ничего не может. Вместо этого появляются ненависть и агрессивность, и прежде всего по отношению к женщине. Он подсознательно чувствует, что это она виновата в его проблемах. И поверьте – при первом же удобном случае такой мужчина отомстит вам: отдаст деньги человеку, который никогда не вернет, раскроет вашу личную тайну, изобьет до полусмерти. Приворотная порча через менструальную кровь – единственная магическая печать, которая имеет силу проклятия рода и может передаваться по мужской линии, ничего более мужчина по наследству передать не может. Часто такой мужчина теряет разум. Долго такие люди не живут. За такой «черный» приворот женщина может получить и венец безбрачия, и серьезную болезнь, например рак. К сожалению, снять такой приворотный венец безбрачия знахарю или магу практически невозможно, женщина сама должна понять свой великий грех и отмолить его, если, конечно, успеет.

Альтернативой черному и белому привороту является серый приворот. Эта смесь различных методик работает, вбирая в себя достоинства черного и белого приворотов. Ярким примером серого приворота могут служить «деревенские присушки», в которых обращения к Богу и черту равнозначны и присутствуют в одном и том же заговоре. Объединяя плюсы черного и белого приворотов, он может: быстрее дать нужный результат, расширяет возможности применения разных методов и дает продолжительный результат, возникает как сильная привязка, так и взаимность чувств.

Для тех, кто собирается практиковать серую магию, необходимо знать, что магия – это не ваши действия, а ваша сущность, которая генерирует магическую энергию, манипулирует ею и направляет ее. Такая магическая энергия имеет три измерения – психосексуальное, духовное и магическое. Аспект психической энергии контролируется разумом – это эмоциональное состояние печали, счастья, гнева или любви. Аспект сексуальной энергии – результат наших сексуальных потребностей и действий, она имеет мужскую и женскую природу. И, наконец, аспект духовной энергии трактуется как мистический источник, исходящий от Бога.

Серая магия основана на древних учениях Востока и Запада, где жрецы и жрицы Храма Богини любви разрабатывали техники и методики воздействия сексуальной энергии на человека, куда входили различные снадобья, порошки, ритуалы и различные техники секса. Серая магия, как и любая другая, – это возвращение в язычество. Но для выполнения подобных процессов необходимо иметь сильную энергетику, и истинные колдуны и ведьмы знают, что, чем больше у них энергетический потенциал (запас энергии), тем они сильнее, а значит, тем больше спектр их действий и возможностей. Занимаясь данным направлением, колдуны и ведьмы свободны творить то, что пожелают. Но они также осознают и всю ответственность за свои поступки, так как такая свобода и ответственность являются признаком их мистического образа жизни.

Серая магия – магия, основанная на сексуальных началах. Ее еще называют сексуальной магией (магией секса). Сутью ее является акт сексуального единения, «нежные силы двух природ объединяются вместе, словно два течения, образующие мощный всплеск водоворота…» Энергия, выделяющаяся и активизирующаяся сексуальным центром человека в момент полового акта, – мощная сила, которой можно управлять для достижения чего-либо. Сильное половое возбуждение является толчком для пробуждения этой силы. И эта сила является одним из самых явных и мощных видов биоэлектрической энергии. То, что мы называем возбуждением и напряжением, на Востоке воспринимают как генерирование сексуальной энергии. Таким образом, концентрируя и направляя сексуальную энергию во время секса, человек, владеющий знаниями сексуальной магии, может достигать желаемого. Однако подобную энергию использовали не только во время полового акта. Ею пользуются многие колдуны и ведьмы во время проведения различных самостоятельных колдовских действий. И, как практика показывает, довольно успешно. Однако многие отрицают само существование этой энергии, в чем далеко не правы. Она есть, как есть все остальное.

Несмотря на то что сексуальная магия является наиболее конкретной и логичной ветвью тайных знаний, это не означает, что она в корне отличается от общих понятий магии в целом. Овладение сексуальной магией предполагает глубокое понимание самой магии как таковой и ее принципов. Мало одного желания и магического движения рукой для свершения чего-либо. Только понимание того, что происходит в этот момент вокруг вас, может действительно преобразиться в нечто. Поэтому следует избегать узкого взгляда на магию секса как на обособленный предмет, а следует рассматривать и изучать ее исключительно в контексте общих магических знаний.

Сегодня многие авторы называют «серой магией» магические действия, «совершаемые без определенного намерения», то есть без выбора между добром и злом – как будто этого выбора можно избежать! На философском уровне принцип нейтральности означает, что человеку не дано судить, что есть добро, а что – зло, потому что он не знает ни причин, ни следствий. И потому что любая вещь может быть и доброй, и злой одновременно.

Буддисты считают, что надо принимать все таким, как оно есть, не задумываясь, «добро» это или «зло» для вас или для кого-то другого. Космос знает лучше. Поблагодарим же его за то, что он дал нам, а злым оно окажется или добрым и для кого, это мы узнаем в свое время.

Но это – на уровне философии. Если же перенести этот принцип «как есть» на бытовой уровень, то получится: мне все равно, выйдет ли добро или зло из того, что я намереваюсь предпринять. И вот берет такой «серый маг» свои атрибуты, формулирует желание и начинает действовать. Хотя если так начинает действовать маг или человек, считающий себя таковым, это еще полбеды. В конце концов, он сознает, что делает, а осознанное делание редко может причинить кому-то вред. Гораздо хуже – неосознанное делание, бытовая магия, совершаемая «без заранее определенного намерения», как импульс, как реакция на внешний раздражитель.

Именно оттого, что этот сигнал не осознается (то есть не контролируется), он легко пробивает любые барьеры, как природные, которые есть у каждого человека, так и специальные, возведенные для защиты от намеренных вредных воздействий.

Поэтому магу, а также любому человеку, необходимо научиться создавать защиту против такой «серой магии», то есть заранее не планировавшихся и не осознанных злых реакций. Хуже всего вредит именно неосознанное.

Философ-буддист никогда не позволит себе ничего подобного. Если его задели сумкой, наступили на ногу, он просто не даст у себя внутри образоваться тому комку злобы, который может вылететь и навредить другому человеку. Но это он. Остальные же люди, которых, увы, большинство, слишком неосторожны – и то и дело посылают «шары смерти» другим, аналогично получая такие же от других…

Так что серой магии следует избегать пуще черной.

Заговоры и обереги

Заговоры и обереги – это древние заклинания. Использовать заговоры надо с соблюдением некоторых условий, они приведены ниже:

– нельзя брать деньги с того, кому что-нибудь заговариваешь, тем более продавать заговоры;

– все заговоры читаются шепотом или про себя втихомолку – так, чтобы никто о том не знал, не ведал;

– у заговорщика непременно должны быть целы зубы, иначе сила заговора теряется;

– из заговора нельзя выбрасывать не одного слова, а также нельзя прибавлять слова по своему предусмотрению;

– человек, произносящий заговоры, должен иметь сильную волю;

– заговор следует использовать только по назначению, иначе заговорщик теряет силу;

– для правильного и эффективного применения заговора маг должен перейти в особое, трансовое состояние сознания. Тогда проводимый им приворот или наговор достигнут желаемой цели;

– не проводите приворотные воздействия и не применяйте средства любовной магии в состоянии опьянения. Любое опьянение способствует потере контроля над ситуацией. А это может привести к изменению сущности приворота, трансформации его в сильнейшую порчу. Порча, полученная от такой ошибки, сложно диагностируется и снимается. Ведь изначально вы собирались сделать приворот. Будет происходить смещение в проявлениях – объект потянется к вам, но одновременно будут наблюдаться сильные негативные процессы в его энергетике и на причинном плане, свойственные порче, сглазу.

Положительные заговоры читаются по легким дням (вторник, среда, суббота) на прибывающую луну, отрицательные читаются по черным дням (понедельник, пятница) на убывающую.

Заговоры на мужчину читаются по «мужским» дням: понедельник, вторник, четверг; на женщину – по «женским»: среда, пятница. В воскресенье и церковные праздники проводить любые обряды категорически запрещается.

При лечении употребляются: печная глина, уголь, соль, хлебные зерна и т.д. Передать силу заговора можно только младшему по возрасту. И самое главное правило: слово только потому обладает силой, что в нем заключена мысль. Действие заговора зависит от способности сделать живой эту мысль.

Молитвы

Приведенными ниже молитвами вы сможете очистить свою душу от гнева и боли. Если же вы решитесь прибегнуть к помощи магии, то многие из этих молитв присутствуют в белых обрядах и тоже вам пригодятся.

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь.

Господи Иисусе Христе, преподобных и богоносных отец наших и всех святых, помилуй нас. Аминь.

Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его, и да бежат от лица Его ненавидящий Его. Яко исчезает дым, да исчезнут; яко тает воск от лица огня, тако да погибнут беси от лица любящих Бога и знаменующихся крестным знамением, и в веселии глаголющих: радуйся, Пречестный и Животворящий Кресте Господень, прогоняли бесы силою на тебе пропятаго Господа нашего Иисуса Христа, во ад сшедшаго и поправшего силу диаволю, и даровавшаго нам тебе Крест Свой Честный на прогнание всякаго супостата. О, Пречестный и Животворящий Кресте Господень! Помогай ми со Святою Госпожею Девою Богородицею и со всеми святыми во веки. Аминь.

Или кратко:

Огради мя, Господи, силою Честнаго и Животворящаго Твоего Креста, и сохрани мя от всякаго зла.

Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым. И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всех век; Свет от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, не сотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небе и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася. Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и погребенна. И воскресшаго в третий день по Писанием. И возшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца. И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не буде конца.

И в Духа Святаго, Господа, Животворящего, Иже от Отца исходящего, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки. Во едину Святую Соборную и Апостольскую Церковь. Исповедую едно крещение во оставление грехов. Чаю воскресения мертвых, и жизни будущего века, Аминь.

Богородице Дево, радуйся, Благодатная Марие, Господь с Тобою; благословена Ты в женах и благословен плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших.

Достойно есть яко воистинну блажити Тя Богородицу, Присноблаженную и Пренепорочную и Матерь Бога нашего. Честнейшую Херувим и славнейшую без сравнения Серафим, без нетления Бога Слова рождшую, сущую Богородицу Тя величаем.

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь. Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе.

Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, Иже везде сый и вся исполняяй, Сокровище благих и жизни Подателю, прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша.

Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас. (Трижды)

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Пресвятая Троице, помилуй нас; Господи, очисти грехи наша; Владыко, прости беззакония наша; Святый, посети и исцели немощи наша, имене Твоего ради.

Господи, помилуй. (Трижды)

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь ; нам днесь; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго.

Перед началом всякого дела помолись мысленно: Господи, благослови!

По окончании же: Слава Тебе, Господи!

Боже, хвалы моея не премолчи, яко уста грешнича и уста льстиваго на мя отверзошася, глаголаша на мя языком льстивым, и словесы ненавистными обыдоша мя, и брашася со мною туне. Вместо еже любйти мя, оболгаху мя, аз же моляхся, и положиша на мя злая за благая, и ненависть за возлюбление мое. Постави на него грешника, и диавол да станет одесную его. Внегда судитися ему, да изыдет осужден, и молитва его да будет в грех. Да будут дние его мали, и епископство его да приймет ин: да будут сынове его сири, и жена его вдова: движущеся да преселятся сынове его и воспросят, да изгнани будут из домов своих. Да взыщет заимодавец вся, елика суть его, и да восхитят чуждии труды его. Да не будет ему заступника, ниже да будет ущедряяй сироты его. Да будут чада его в погубление, в роде едином да потребится имя его. Да воспомянется беззаконие отец его пред Господ ем, и грех матере его да не очистится. Да будут пред Господем выну и да потребится от земли память их. Занеже не помяну сотворити милость, и погна человека нища и убога, и умилена сердцем умертвити. И возлюби клятву, и прийдет ему, и не восхоте благословения, и удалится от него. И облечеся в клятву яко в ризу, и вниде яко вода во утробу его, и яко елей в кости его. Да будет ему яко риза, в нюже облачится, и яко пояс, имже выну опоясуется. Сие дело оболгающих мя у Господа и глаголющих лукавая на душу мою. И ты, Господи, Господи, сотвори, со мною имене ради Твоего, яко блага милость Твоя. Избави мя, яко нищ и убог есмь аз, и сердце мое смятеся внутрь мене. Яко сень, внегда уклонитися ей, отъяхся, стрясохся яко прузи. Колена моя изнемогоста от поста, и плоть моя изменися елеа ради. И аз бых поношение им, видеша мя, покиваша главами своими. Помози ми, Господи Боже мой, и спаси мя по милости Твоей, и да разумеют, яко рука Твоя сия, и Ты, Господи, сотворил еси ю. Прокленут тии, и Ты благословиши, востающии на мя да постыдятся, раб же Твой возвеселится. Да облекутся оболгающии мя в срамоту, и одеждутся, яко одеждею, студом своим. Исповемся Господеви зело усты моими, и посреде многих восхвалю Его, яко предста одесную убогаго, еже спасти от гонящих душу мою. Слава».

Page 3
Заговоры на свечу

Наверное, самые сильные и действенные заговоры на любовь – это заговоры, которые читают на пламя свечи.

В отличие от заговоренных яиц и соли, свечи, на которые читают заговор, чаще всего после ритуала не выносятся из дома и вообще не подлежат никаким ритуальным действиям. Достаточно просто регулярно читать нужный заговор на огонек свечи. После наговаривания свечи гасятся до следующего ритуала. Важно помнить лишь одно: свечи, которыми вы пользуетесь в своей магической практике, ни в каких других целях использоваться не должны! Ну разве что вы зажжете их на столе за ужином тет-а-тет: от этого действие заговоренных свечей только усилится. Но упаси вас Бог зажигать их просто так, без нужды или в бытовых целях! Как колода гадальных карт никогда не используется для игры, дабы не растеряли карты своей магической силы, так и ритуальные свечи должны служить строго своему назначению, то есть – магии или знахарству.

Итак, заговоры на огонь свечи читают в полночь или же вскоре после ее наступления. В комнате должно быть темно, и, разумеется, ничто не должно отвлекать вас от произнесения заговора.

Необходимое число свечей – три, их лучше расположить на вертикальной прямой, уходящей от вас к центру стола.

Во время чтения заговора взгляд концентрируется на пламени ближайшей к вам свечки.

Если же вы хотите усилить действие заговора, зажгите семь свечек, расположив углом, острый угол которого направлен к центру стола.

Взгляд концентрируется на самой дальней от вас свече, той, которая расположена в центре.

Чтобы в семье любовь была.

Эти заговоры можно читать и на мужа, и в том случае, если вы еще только собираетесь обворожить кого-то, дабы впоследствии выйти за него замуж (жениться).

«Иду я, раба Божья (имя), из дверей в двери, из ворот в ворота, под восточную сторону, под окиян-море. На окияне-море стоит камень. На камне стоит стол. За столом сидит матушка – Пресвятая Богородица. Прошу я тебя, молю я тебя, пособи мне, помоги мне! Чтоб раб Божий (имя) не забывал рабу Божью (имя): в еде не заедал, в гульбе не загуливал, во сне не засыпал, в шагах не зашагивал! Чтобы думал и гадал, толкова и решал об рабе Божьей (имя). Как дым вьется, так раб Божий (имя) бьется о рабе Божьей (имя). Которые слова сама не договорила, которые учитель не доучил, будьте мои слова крепки и лепки! Крепче камня и дерева. Аминь».

Берут две восковые свечи, скручивают их винтом вместе, при этом говоря:

«Как эти свечи свиты вместе, так и мы с тобою будем свиты».

Потом зажигают перед иконой и говорят:

«Я не свечу зажигаю, а душу и сердце зажигаю раба (его имя), по мне, рабе (свое имя), навсегда».

Жечь девять раз.

Другие любовные заговоры

«Как голубка не может быть без своего голубка, скворчиха без скворца, а мать без своего дитя, так бы и раб Божий (имя) не мог бы без меня, рабы Божьей (имя). Утром бы метался, вечером бы страдал, а ночью бы не спал. Все бы меня на уме на разуме держал, слезой бы умывался, сам бы на меня кидался. Была бы я ему милее друзей, любимей матушки родной, ближе сестры и брата. Аминь».

«Чертушки-братушки, встаньте за спиной у раба Божьего (имя), ходите за ним, бродите за ним, в спину ему шепчите, в сердце ему вложите имя мое, имя рабы Божьей (имя). След в след, шаг в шаг, не отставайте и не оставляйте, обо мне напоминайте. Чтоб имя мое знал, помнил, не забывал никогда. Аминь»

«Как я, Божья раба (имя), Богом данная, матерью рожденная, с кумовьями крещенная, не могу жить без дыхания, без воды, еды, так бы раб Божий (имя) не мог без меня нигде и никогда. Сердце бы его все кипело, кололо и болело, страдало бы, сохло по мне, рабе Божьей (имя), матерью рожденной, с кумовьями крещенной. Иди, раб Божий, туда, куда шел, но, где бы ты ни хаживал, тела своего ни нашивал, с кем бы ни говорил, все бы ко мне возвращался да приходил! Аминь».

«В синем поднебесье есть Крестово море, и в Крестовом море есть Крестова церковь, и в Крестовой церкви есть престол Крестовый. На этом Крестовом престоле сидят Иисус Христос и Пресвятая Богородица. Помогите мне, Пресвятая Богородица и Иисус Христос! Чтобы раб Божий (имя) не мог ни жить, ни быть, ни пить, ни есть без рабы Божьей (имя) ни днем, по солнцу, ни ночью, по месяцу, ни по утренней заре, ни по вечерней заре. Стали бы вновь неразлучны раб Божий (имя) и раба Божья (имя), как Иисус Христос с Богородицей. Отныне и довеку. Аминь».

«Господи, зову тебя в помощь. И вас – пятница, суббота, воскресенье – также призываю. Пусть любовь ко мне раба Божьего (имя) будет негасимой, как огонь трех свечей, зажженных мной, рабой Божьей (имя). Аминь».

«Выйду я в чисто поле; есть в чистом поле белый кречет; попрошу я белого кречета – слетал бы он за чистое поле, на синее море, за крутые горы, за темные леса, в зыбучие болота, и попросил бы он тайную силу, чтобы дала она помощь сходить ему в высокий терем и застать там сонного (имя молодца), сел бы белый кречет на высокую белую грудь, на ретивое сердце, на теплую печень, и вложил бы (имя молодца) из своих могучих уст, чтобы он (имя молодца) не мог без меня, (имя девицы), ни пить, ни есть, ни гулять, ни пировать. Пусть я буду у него всегда на уме, а имя мое на его языке».

Если муж полюбил другую.

Все они читаются на пламя горящей свечи.

«На небе месяц ясный, злат престол, звездами обсыпанный. На престоле – помощь моя. В левой руке дом держит, в этом доме не живет Пресвятая Богородица, живут все некрещеные. В тот дом не пойду, пойду в другой дом. В том доме живут все крещеные, все праведные. В том доме тишина да спокойствие, любовь да согласие. Как птицы к своему гнезду весной летят, жить в гнезде у себя хотят, так бы и раб Божий (имя) ко всем четырем углам своего дома льнул, из дома не уходил, меня бы, рабу Божью (имя), любил. Казался бы ему дом раем Господним, а я – милее солнца ясного, слаще меда майского. Господь-батюшка, Пресвятая Богородица, помогите мне вернуть любовь да согласие с рабом Божьим (имя). Аминь».

«Ты иди ко мне, сокол ясный, не по одной дороге, а по всем враз. Слушай Господень наказ. Вот тебе мой порог, тут тебе быть, тут тебе и жить. Раб Божий (имя), иди ко мне, вернись ко мне. Я перед тобой стою. Жду тебя нынче, и присно, и во веки веков! Аминь».

«Как я, раба Божья (имя), крестилась в церкви при матушке родной, да при крестной матери, да при Матери Господней. Матерь Пресвятая Богородица, зароди крещения, дай мне прощение. Прошу: мне помоги, мужа ко мне вороти. Аминь».

«Спал покойник в гробу, устал лежать на одном боку, хотел перевернуться, не смог проснуться. От гроба ему не встать, среди живых не гулять. Покойник идет к гробу, гроб к могиле, могила к земле, а муж идет к жене. Как покойнику из гроба не встать, из могилы не убежать, так и раб Божий (имя) от рабы Божьей (имя) никуда чтоб не девался, всегда чтоб к ней возвращался. Аминь».

«Как весной красной, при солнышке ясном стекают снега белы с гор да с лугов, крутых берегов, так бы сошла и стекла с раба Божьего (имя) тоска и кручина по другой. Чтоб не тосковал и не поминал, в мыслях не держал, умом не помысливал, во сне не видывал, при встрече с ней очей не вскидывал, в окно ее не заглядывал, встречи не выискивал, слов не говорил, пером бы ей не писал, своим телом не желал. Закрепитесь мои слова крепкой крепостью, святой просфирою, чужой могилою, ночной звездой, соленой слезой, всей кровью плоти человеческой. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Аминь. Аминь».

Если ваши разногласия с мужем зашли уже далеко и вам кажется, что вернуть его вряд ли удастся, попробуйте читать эти заговоры девять дней кряду, по три раза в день каждый. То есть, первый заговор трижды читаете в первый день, во второй – трижды читаете второй заговор и так далее. Если ситуация не изменится к лучшему, повторите все сначала, но читайте заговор уже не три, а девять раз в день. Главное – проявить терпение и твердо верить в успех.

Из светлого веника берется пруток, который кладут на порог двери, в которую пройдет тот, для кого назначена присуха. Как только он перешагнет через прут, прут убирается (положившими его) в такое место, где его никто не мог бы видеть. Потом прут берут и кладут в жарко натопленной бане на полок, приговаривая:

«Как сохнет этот прут, пускай сохнет по мне (имя молодца)».

«Встану я, красна девица, с зорькой красной, в день светлый и ясный, умоюсь я росою, утрусь мягкой фатою, оденусь мягким покрывалом, белым опахалом, выйду из ворот, сделаю к лугу поворот, нарву одуванчиков, дуну на его пушок, и пусть он летит туда, где живет мой милый дружок (имя молодца), пусть пушок расскажет ему, как он дорог и мил сердцу моему. Пусть после этих слов тайных он полюбит меня явно, горячо и крепко, как люблю я его, рыцаря моего, дружка смелого, румяного, белого… Пусть его сердце растает перед моей любовью, как перед жаром лед, а речи его будут со мной, сладки, как мед».

«Пойду я утром рано в зеленую рощу, поймаю ясна сокола, поручу ему слетать к неведомому духу, чтобы он заставил лететь этого духа до того места, где живет (имя молодца), и пусть он нашепчет ему в ухо и в сердце наговорит до тех пор, пока любовь в нем ко мне (имя девицы) ярким пламенем заговорит. Пусть он (имя молодца) наяву и во сне думает только обо мне (имя девицы), бредит мною ночной порою, и гложет его без меня тоска, как змея гремучая, как болезнь смертная, пусть он не знает ни дня, ни ночи, и видит мои ясные очи, и примчится ко мне из места отдаленного легче ветра полуденного, быстрее молоньи огнистой, легче чайки серебристой. Пусть для него другие девицы будут страшны, как львицы, как огненные геенны, морские сирены, как совы полосатые, как ведьмы мохнатые ! А я для него, красна девица (имя девицы), пусть кажусь жар-птицей, морской царицей, зорькой красной, звездочкой ясной, весной благодатной, фиалкой ароматной, легкой пушинкой, белой снежинкой, ночкой майской, птичкой райской. Пусть он без меня ночь и день бродит, как тень, скучает, убивается, как ковыль по чисту полю шатается. Пусть ему без меня (имя девицы) нет радости ни средь темной ночи, ни средь бела дня. А со мной ему пусть будет радостно, тепло, в душе – отрада, на сердце – светло, в уме – веселье, а на языке – пенье».

«Заря-заряница, а я, красна девица, пойду за кленовые ворота, в заповедные места, найду камень белее снега, крепче стали, тяжелее олова возьму этот камень, брошу на дно морское с теми словами: «Пусть камень белый на дне моря лежит, а милого сердце ко мне (имя девицы) пламенной любовью кипит». Встану я против месяца ясного и буду просить солнце красное: «Солнце, солнце, растопи сердце друга (имя молодца), пусть оно будет мягче воска ярого, добрее матушки родимой, жальче батюшки родного. Пусть сердце милого дружка (имя молодца) будет принадлежать весь век денно и ночно, летом и весной только мне одной (имя девицы). А для других это сердце пусть будет холодно как лед, крепко как железо и черство как сталь. Ключи от сердца (имя молодца) пусть вечно хранятся только у меня одной (имя девицы)».

«Ветры буйные, птицы быстрые, летите скорее к месту тайному, к сердцу милого (имя молодца), дайте знать ему, как страдаю я (имя девицы) дни и ноченьки по дружке своем милом (имя молодца). Пусть я горькая, бесталанная буду счастлива с милым (имя молодца) во все месяцы, в годы долгие, во дни майские, ночи зимние, в непогодушку и в дни красные. Я одна, одна люблю милого (имя молодца), крепче батюшки, жарче матушки, лучше братьев всех и сестер родных. Птицы быстрые, ветры буйные, расскажите вы о том милому (имя молодца), что страдаю я, как от болести, от любви моей к добру молодцу (имя молодца). Пусть же бу дет он до могилы мой. Так и ведайте ему, молодцу (имя молодца)».

«Стану я, (имя девицы), помолясь, пойду, благословясь, из избы в двери, из дверей в ворота, выйду в чистое поле, в подвосточную сторону, в подвосточной стороне стоит изба, среди избы лежит доска, под доской тоска. Плачет тоска, рыдает тоска, белого света дожидается! Белый свет красно солнышко дожидается, радуется и веселится! Так меня (имя девицы), дожидался, радовался и веселился, не мог бы без меня ни жить, ни быть, ни пить, ни есть; ни на утренней заре, ни на вечерней; как рыба без воды, как младенец без матери, без материна молока, без материна чрева не может жить, так бы (имя молодца) без (имя девицы) не мог бы жить, ни быть, ни пить, ни есть, ни на утренней зоре, ни на вечерней, ни в обыден, ни в полдень, ни при частых звездах, ни при буйных ветрах, ни в день при солнце, ни в ночь при месяце. Впивайся, тоска, въедайся, тоска, в грудь, в сердце, во весь живот (имя молодца), разростись и разродись по всем жилам, по всем костям ноетой и сухотой по (имя девицы)».

«Лягу я, (имя молодца), помолясь, пойду, благословясь, из избы дверями, из двора воротами, в чисто поле, погляжу и посмотрю под восточную сторону; под восточной стороной стоит есть три печи. Печка медиа, печка железна, печка кирпична. Как они разожглись, распалились от неба до земли, разжигаются небо и земля и вся подвселенная, так бы разжигало у (имя девицы) к (имя молодца) легкое и печень, и кровь горячу, не можно бы ей ни жить, ни быть, ни пить, ни есть, ни спать, ни лежать, все на уме меня держать. Недоговорены, переговорены, прострелите, мои слова, пуще востраго ножа и рысьего когтя тоску напустить, присушить девок».

«Четыре зарницы, четыре сестрицы: первая Марья, вторая Марфа, третья Марина, четвертая Макрида; подьте вы, сымайте тоску и великую печаль со гостей, со властей, со кручинных, со тюремных людей, солдатов-новобранцев и с малых младенцев, которые титьку сосали и от матерей осталися; наложите ту тоску и телесную сухоту, великую печаль, на (имя), чтобы она, (имя), без меня, (имя), не могла бы ни жить, ни ходить, ни лежать, ни спать, все по мне, (имя), тосковать; тем словам и речам – ключенныя слова».

«Стану я (имя молодца), помолясь, пойду, благословясь, из избы дверями, из двора воротами, выйду в чисто поле; в чистом поле стоит изба, в избе из угла в угол лежит доска, на доске лежит тоска, я той тоске, (имя молодца), помолюся и поклонюся: о, сия тоска, не ходи ко мне, (имя молодца), поди тоска, навались на красну девицу, в ясные очи, в черныя брови, в ретивое сердце, разожги у ней, (имя девицы), ретивое сердце, кровь горячую по мне, (имя молодца), не могла бы ни жить, ни быть. Сим словам вся моя крепость».

«Встану я, (имя молодца), помолясь, пойду, благословясь, из избы дверями, из двора воротами, в чисто поле, стану на запад хребтом, на восток лицом, позрю, посмотрю на ясно небо; со ясна неба летит огненна стрела; той стреле помолюсь, покорюсь и спрошу ее: «Куда полетела, огненна стрела?» «Во темные леса, в зыбучия болота, во сырое коренье. О ты, огненна стрела! Воротись и полетай, куда я тебя пошлю: есть на Святой Руси красна девица (имя девицы), полетай ей в ретиво сердце, в черную печень, в горячую кровь, в становую жилу, в сахарныя уста, в ясныя очи, в черныя брови, чтобы она тосковала, горевала весь день: при солнце, на утренней заре, при младом месяце, при вихре-холоде. На прибылых днях и на убылых днях, отныне и до века».

«Встану я на заре на утренней, пойду я на зеленый луг, брошу по ветру слова мудрые, пусть та девица (имя девицы), что люблю ее жарче пламени, обожгут ее сердце доброе; пусть уста ее, уста сахарны, лишь к моим устам прикасаются, от других же уст удаляются, глаза жгучие пусть глядят всегда на меня, дружка (имя молодца), добра молодца, день и ночь они, улыбаючись. О, пронзите же красной девице (имя девицы) сердце доброе мои реченьки, как стрела огня молненосного, растопите ее мысли-думушки, чтобы все они были заняты только б мной одним, добрым молодцем (имя молодца). Я же буду ей верен до смерти, верен до смерти, до могилушки. Так же пусть и она (имя девицы) будет мне верна. Я слова свои скреплю золотом, скреплю золотом, залью оловом, залью оловом, скую молотом, скую молотом, как кузнец ловкач в кузне огненной, в кузне огненной, в сердце трепетном. Так неси же ветер словеса мои в ту сторонушку, где живет она, друг-зазнобушка (имя девицы), и вернитесь вы, словеса мои, в сердце девицы (имя девицы), что мила, люба крепче солнышка, ярка месяца».

«Стану я, (имя молодца), помолясь, пойду, благословясь, из избы дверями, из дверей воротами в чисто поле за воротами. Выйду я, (имя молодца), на три росстани и помолюся я трем братьям-ветрам: «Первый брат восток, второй брат запад, третий брат север! Внесите вы тоску и сухоту в (имя девицы), чтоб она по мне, (имя молодца) тосковала и сохла, не могла бы без меня ни дня дневать, ни часа часовать, отныне, до века и вовеки».

Говорить на три зори – утреннюю, вечернюю и утреннюю.

«Лягу я (имя молодца), благословясь, встану, помолясь, умоюсь водою, росою, утрусь платком тканым; пойду я, (имя молодца), из дверей в двери, из ворот в ворота, в чисто поле, на путь, на дорогу; навстречу мне, (имя молодца), три брата: Усыня, Бородыня да Никита Маментий; «Гой еси, три брата, да вы куда идете, вы куда бредете?» – «Идем на леса темные, на болота зыбучие, на реки текучие леса зажигать, болота высушать, реки затворять». «Гой вы еси, три брата, не ходите на леса темные, на болота зыбучие, на реки текучие, подите вы, сходите, послужите мне, куда я (имя молодца) вас пошлю; зажгите вы ретивое сердце у (имя девицы), чтобы горело по (имя молодца); как огонь горит в печи жарко, не потухает, так бы ее сердце горело по (имя молодца); как мил весь белый свет, так бы я казался ей, (имя молодца), краше красного солнышка, светлее светлого месяца; как тоскует мать по дитяте, так бы (имя девицы) тосковала и горевала по (имя молодца), тосковало и горевало ее сердце; как тоскует младенец по титьке, так бы и она тосковала, и горевало сердце у (имя девицы) по (имя молодца); как тоскует кобыла по жеребенку, корова по теленку, так бы (имя девицы) тосковала, и горевало ее сердце по (имя молодца); как тоскует сука по щенятам, кошка по котятам, так бы и она, (имя девицы), тосковала, и горевало ее сердце по (имя молодца); как тоскует утка по утятам, клуша по клушатам; в еде бы не заедала, в питье бы не запивала, в гульбе бы не загуливала, во сне бы не засыпала, ни в году, ни в полугоду, ни во дни, ни в ночи, ни в часу, ни в получасу, ни в минуту, ни в полуминуту». Говорю я, (имя молодца), тридесять слов, тридесять стихов и тридесять молитв; как на земле бел-горюч камень, так бы мои слова и наговоры сквозь семидесяти костей, сквозь семидесяти суставов, сквозь пятидесяти жил, сквозь буйной головы, сквозь ясных очей, сквозь ручных жил, сердечных, сквозь пятных и подколеночных. Говорю я, (имя молодца), тридесять слов и тридесять стихов, тридесять молитв; запираю я, (имя молодца), тридесятью запорами и тридесятью ключами, и те ключи к себе беру. Пойду я, (имя молодца), из океана в окиян-море; брошу я те золоты ключи в окиян-море, под тот бел-горюч камень; на том окияне-море никому не бывать и воды не пивать, песку не зобать и тех золотых ключей никому не вынимать, по мой век, по мою смерть».

Наговаривается на хлеб, вино и прочее, что дается привораживаемому, также на его след.

«Встану я, (имя молодца), и пойду из избы в двери, из дверей в ворота, в чисто поле, под восток под восточную сторону. Навстречу мне семь братьев семь ветров буйных. «Откуда вы, семь братьев, семь ветров буйных, идете? Куда пошли?» «Пошли мы в чистые поля, в широкие раздолья сушить травы скошенные, леса порубленные, земли вспаханные». «Подите вы, семь ветров буйных, соберите тоски тоскучие со вдов, сирот и маленьких ребят, со всего света белого, понесите к красной девице (имя девицы) в ретивое сердце; просеките булатным топором ретивое ее сердце, посадите в него тоску тоскучую, сухоту сухотучую, в ее кровь горячую, в печень, в суставы, в семьдесят семь суставов и подсуставков, един сустав, в семьдесят семь жил, единую жилу становую; чтобы красна девица (имя девицы) тосковала и горевала по (имя молодца) во сне суточном в двадцать четыре часа, едой бы не заедала, питьем она не запивала, в гульбе бы она не загуливала и во сне бы она не засыпала, в теплой паруше калиновым щелоком не смывала, шелковым веником не спаривала, пошла, слезно плакала, и казался бы ей (имя молодца) милее отца и матери, милее всего роду-племени, милее всего под луной, скатного жемчуга, платья цветного, золотой казны». Будьте вы, мои слова, крепки и лепки, крепче камня и булата. Ключ моим словам в небесной высоте, а замок в морской глубине, на рыбе на ките; и никому эту кит-рыбу не добыть, и замок не отпереть, кроме меня (имя молодца). А кто эту кит-рыбу добудет и замок мой отопрет, да будет как древо, палимое молнией».

«Встану рано, не помолясь, пойду быстро, не благословясь, помчусь в чисто поле, аки вихрь. В чистом поле стоит ракитов куст, а в том кусту сидит толстущая баба, сатанина угодница, людская греховодница. Поклонюсь я той толстущей бабе, отступлюсь от отца, от матери, от роду, от племени. Поди ты, толстущая баба, разожги горячей огня у красной девицы (имя девицы) сердце по мне, добре молодце (имя молодца)».

«Во имя Отца и Сына, и Святого Духа. Стану я, раб божий (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из ворот воротами, в чистое поле заворами и взмолюся трем ветрам, трем братьям: ветр Моисея, ветр Лука, ветры буйные, вихори! Дуйте и винтите по всему свету белому и по «всему люду крещенному; распалите и присушите медным припоем рабу Божию (имя) ко мне, рабу Божию (имя). Сведите ее со мною – душа с душою, тело с телом, плоть с плотню – и не уроните, по всему белому свету гуляючи, той присухи крепкой ни на воду, ни на лес, ни на землю, ни на могилу. В воду сроните – вода высохнет; на лес сроните – лес зачахнет; на землю сроните – земля сгорит; на скотину сроните – скотина посохнет; на могилу к покойнику сроните – костье в могилу запрядает. Снесите и унесите, вложите и положите в рабу Божию (имя), в красную девицу, в белое тело, в ретивое сердце, в хоть и в плоть. Чтобы красная девица не могла без меня, раба Божия, ни жить, ни быть, ни дни дневать, ни часу часовать; обо мне, о рабе Божьем (имя), тужила и тосковала».

«В печи огонь горит, палит и пышет и тлит дрова; так бы тлело, горело сердце у (имя девицы) по (имя молодца), во весь день, по всяк час, всегда, ныне и присно и во веки веков».

«Стану я, (имя), помолясь, пойду, благословясь, из избы дверями, из двора воротами, в чисто поле. На желтом песке есть белая рыбица. Как белая рыбица тоскует и мечется и не может без воды жить, ни дневать, ни часу часовать, на всяк день и на всяк час, и как у белой рыбицы прилегла чешуя от головы до хвоста, так бы прилегли ко мне, (имя молодца), у нее, (имя девицы), думы и мысли на всяк час и на всяк день, в полном месяце и по все четные, во все двадцать четыре часа, всегда, ныне и присно и во веки веков».

Наговаривается на пищу или питье, которые дают привораживаемому, или на след его.

«Встану я, (имя молодца), и пойду из дверей дверями, из ворот воротами, под восток, под восточную сторону, под светлый месяц, под луну небесную, к тому синему морю, синему морю-окияну. У того у синего моря лежит бел Алатырь-камень; под тем под белым Алатырем-камнем лежат три доски, а под теми досками три тоски тоскучие, три рыды рыдучие. Подойду я близехонько, поклонюсь низехонько. «Вставайте вы, матушки, три тоски тоскучие, три рыды рыдучие, и берите свое огненное пламя; разжигайте (имя девицы) девицу, разжигайте ее во дни, в ночи и в полуночи, при утренней заре и при вечерней. Садитесь вы, матушки три тоски, в ретивое ее сердце, в печень, в легкие, в мысли и в думы, в белое лицо и в ясные очи; дабы (имя молодца) казался ей пуще света белого, пуще солнца красного, пуще луны небесной; едой бы она не заедала, питьем бы она не запивала, гульбой бы не загуливала; при пире она или при беседе, в поле она или в доме, – не сходил бы он с ее ума-разума». Будьте вы, мои слова, крепки и лепки, крепче камня и булата. Замыкаю я вас тридевятые замками; запираю я вас тридевятью ключами. Нет моим словам переговора и недоговора, и не изменить их ни хитрецу, ни мудрецу».

Читается на подаваемое питье.

«Лягу я, (имя молодца), помолясь, встану я, благословясь; умоюсь я росою, утрусь престольною пеленою, пойду я из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду в чисто поле, во зеленое поморье. Стану я на сырую землю, погляжу я на восточную сторонушку, как красное солнышко воссияло, припекает мхи-болота, черные грязни. Так бы припекала, присыхала (имя девицы) о мне, (имя молодца), – очи в очи, сердце в сердце, мысли в мысли; спать бы она не засыпала, гулять бы она не загуляла».

«Стану я, (имя молодца), пойду из дверей во двери, из дверей в ворота, в восточную сторону, на окиян-море; на том море стоит остров, на том острове стоит столб, на том столбе сидят семьдесят семь братьев; они куют стрелы булатные день и ночь; скажу я им тихонько: «Дайте мне, семьдесят семь братьев, стрелу, которая всех пыльчее и летчее». Стрельну этою стрелою в девицу (имя девицы), в левую титьку, легкие и печень, чтобы она горевала и тосковала денно, нощно и полунощно, не заедала и не запивала. Заключаю замком крепким, и ключ в воду».

«Как Матушка Богородица любит своего Сына Иисуса Христа, думает о нем с нежной душой, с ласковым сердцем, с улыбкой на устах, так бы раба (имя) меня любила, думала обо мне, мечтала, с улыбкой ласковой меня встречала. Смотрела и не налюбовалась на меня ни в день, ни в ночь, а по всей жизни. Аминь».

«Иду, благословясь, иконе перекрестясь. Как страдает Божья Мать по своему Сыну, так бы и отныне раб (имя) и раба (имя) по друг дружке болели, сердца их горели, друг без друг бы не жили, лишь друг друга бы любили. Ни дня, ни ночи, ни часа, ни получаса. Закрою я свой наговор, замок повешу на забор, на церковные ворота. Слова замыкаю, дела заломаю, мужа с женой приглашаю на свое крыльцо, на венчальное кольцо. Ключ, замок, Бог на порог. Аминь».

Мужчина, вспотев и обтерев пот платком, тем же платком должен утереть любимую женщину, приговаривая про себя:

«Как у меня, (имя молодца), пот кипит и горит, так же бы у (имя девицы) кипело и горело сердце обо мне, (имя молодца)».

«Рыба карась или плотица, как тебе тошно на желтых песках, без воды и без грязи, тошно тебе в горячей и кипучей воде, так бы было тошно (имя девицы) по (имя молодца), чтоб она, (имя девицы), быть не могла; кто ту рыбу съест, тот без меня не проспит, не проживет и ни единой минуты быть не может».

Говорить по три раза на три зари – утреннюю, вечернюю и утреннюю.

«На море на окияне, на острове на Буяне лежит камень, на том камне сидит красна девка, (имя девицы), и идет к ней (имя молодца), и говорит ей: «Ты меня не убойся, я пришел, твой товарищ, тебя соблазнить, чтобы тебе меня почитать и всегда на уме держать, в еде бы не заедать и в питье бы не запивать, во сне бы не засыпать, в гульбе бы не загуливать; бросалась бы тоска в ночное окошко, в полуденное окошко, в денное окошко; казался бы я тебе краснее красного солнца и светлее светлого месяца, милее отца и матери, роду и племени, вольного света, разного цвета, что на свете цветет». Будь ты, мой приворот, крепче камня, крепче железа, отныне и до века».

«На море на Омане, на острове на Буяне лежит тоска; бьется тоска, убивается тоска, су доски в воду, из воды в полымя, из полымя выбегал сатанина, кричит: «Павушка Романея, беги поскорее, дуй (имя девицы) в губы, в зубы, в ея кости и пакости, в ея тело белое, в ея сердце ретивое, в ея печень черную, чтобы (имя девицы) тосковала всякий час, всякую минуту, по полудням, по полночам; ела бы не заела, пила бы не запила, спала бы не заспала, а все бы тосковала, чтоб я (имя молодца) ей был лучше чужого молодца, лучше родного отца, лучше родной матери, лучше роду племени. Замыкаю свой заговор семьюдесятью семью замками, семьюдесятью семью цепями, бросаю ключи в море-окиян, под бел горюч камень Алатырь. Кто мудреней меня взыщется, кто перетаскает песок из всего моря, тот отгонит тоску».

«Исполнена еси земля дивности. Как на море на океане, на острове на Буяне есть горюч камень Алатырь, на том камне устроена огнепалимая баня; в той бане мечутся тоски, кидаются тоски и бросаются тоски из стены в стену, из угла в угол, от пола до потолка, оттуда чрез все пути и дороги и перепутья, воздухом и аером. Мечитесь, тоски, киньтесь, тоски, в буйную ея голову, в тыл, в лик, в ясные очи, в сахарные уста, в ретиво сердце, в ея ум и разум, в волю и хотение, во все ея тело белое, и во всю кровь горячую, и во все кости, и во все суставы, в 70 суставов, полусуставов и подсуставов; и во все ея жилы, в 70 жил, полужил и поджилков, чтобы она тосковала, горевала, плакала бы и рыдала во всякий день, во всякий час, во всякое время; нигде бы пробыть не могла, как рыба без воды. Кидалась бы, бросалась бы из окошка в окошко, из дверей в двери, из ворот в ворота, на все пути и дороги, и перепутья су трепетом, туженьем, су плачем и рыданием, зело спешно шла бы и рыдала и пробыть без того ни минуты не могла. Думала бы об нем не задумала, спала бы не заспала, ела бы не заела, пила бы не запила и не боялась бы ничего, чтоб он ей казался милее свету белого, милее солнца пресветлого, милее луны прекрасной, милее всех, и даже милее сна своего во всякое на молоду, под полный, на перекрое и на исходе месяца. Сие слово есть утверждение и укрепление, им же утверждается, укрепляется и замыкается. Аще ли кто от человек, кроме меня, покусится отмыкать страх сей, то буди, яко червь в свинце ореховом. И ничем, ни аером, ни воздухом, ни бурею, ни водою, дело сие не отмыкается».

«Встану я, (имя молодца), утром рано, пойду в луга изумрудные, умоюсь там росою целебною, студеною, утрусь мхами шелковыми, поклонюсь солнцу красному, ясной зореньке и скажу я солнцу красному: «Как ты, солнышко, печешь-припекаешь цветы и травушки, так пусть и она (имя девицы) припечется ко мне (имя молодца) крепко, крепко, горячо, горячо, и будем мы как два цветка Иван-да-Марья жить вместе и любиться крепко, радоваться и ворковаться, как голубки порой вешнею. А ты, солнышко, приласкай нас, обогрей нас, чтоб никто не расхолодил и не разлучил нас во все дни, месяцы и годы живота нашего. Пусть она (имя девицы) с этой минуты и легкого часу не спит, не ест, а все думает только обо мне, добре молодце (имя молодца), а сердечко ее грустит и рвется ко мне, как птичка на волю из неволюшки. Пусть я ей (имя молодца) так буду с сего часу люб, как она мне и моему ретивому. Слова мои сердечны, искренни, верны и крепки».

Page 4
Подготовительные упражнения

Очень жаль тех женщин, которые страдают из-за своих мужей. Приведенными ниже заговорами вы можете облегчить ваши душевные муки и помочь вернуть супруга.

Но все-таки хотелось бы еще раз напомнить – не следует злоупотреблять каким бы то ни было приворотом, попробуйте отложить на время то, что вы задумали, быть может, все не так уж и плохо.

Тем, кто стремится выйти замуж, желательно спать на розовом постельном белье. Поставьте в вазу розовые розы – они привлекают любовь. Если вы не можете позволить себе часто покупать живые цветы, постелите на стол скатерть, на которой они нарисованы или вышиты. Женщина или девушка перед выходом из дома может мысленно украсить свою прическу розой розового цвета: тогда ее привлекательность увеличится, распространяя вокруг очаровательную ауру любви.

Очень хорошо помогает молитва на исполнение желания. С ее помощью вы сможете добиться исполнения собственной мечты, а также помочь своим родным и близким. Для начала произнесите следующие слова:

«Господи, во имя Отца, и Сына, и Святого духа, Николай Угодник, Казанская Божья Мать, помогите мне (назовите свое желание)». Затем прочтите молитву господню «Отче наш». Повторяйте это обращение 3 раза утром и 3 раза вечером. Кому-то оно поможет воплотить мечту в жизнь уже через две недели, а кому-то через 2–3 месяца. Но запомните: даже найдя своего любимого и выйдя замуж – продолжайте читать молитву, чтобы закрепить ее действие.

Поможет обрести счастье и следующий нехитрый прием: закрыв глаза, надо ежедневно в течение 10–20 минут мысленно повторять цифры 11, 12, 15. Этим цифровым заговором вы настроите себя на молодость, любовь, счастливый брак и, соответственно, здоровье.

Добиться успеха в любви помогает настрой на выравнивание судьбы, кстати, он способствует улучшению осанки: «Я спокойная, я сильная, я смелая, я уверенная, я все смею, все могу и ничего не боюсь».

Выучите эти слова и повторяйте как можно чаще. Конечно же, воспользоваться этими словами могут и мужчины. То же самое можно сказать и о следующих поистине волшебных словах. Вы можете повторять их все или выборочно – как сочтете нужным. Главное – регулярно. Ведь эти простые слова дают возможность избавиться от комплексов, изменить судьбу и обрести счастье.

– Я живу с любовью и радостью.

– Я достойна самого лучшего.

– Что бы я ни делала, где бы я ни находилась и что бы ни происходило вокруг, все приносит мне успех, счастье и любовь.

– Я общаюсь с людьми, которые живут с любовью и радостью.

– Жизнь и судьба меня любят и балуют своими подарками.

– Люди меня ценят, любят, уважают и во всем помогают.

– Меня любят мужчины красивые, счастливые, богатые, преуспевающие, добрые, ласковые.

– Мужчины меня любят, ценят, уважают, уделяют много внимания и дарят цветы и подарки.

– Ангелы-хранители мне во всем помогают.

– Жизнь прекрасна!

Магия любви – это могущественная сила и одновременно одна из самых великих тайн человеческой жизни. Она помогает нам нести бремя жизни и преодолевать трудности.

Правила проведения магических действий

1. Все приемы должны производиться на голодный желудок. Чем дольше вы голодали, тем больше эффект.

2. Любое сомнение относительно действенности приемов нарушает построение магической цепочки. И средства утрачивают силу. Нужна непоколебимая вера в методы и свои возможности.

3. Накануне занятий отвлекитесь от домашних забот. Больше общайтесь с природой. Пройдитесь по лесу, парку, посидите на берегу реки. Вдохните жизненную силу.

4. Воздержитесь от алкоголя, курения и половой жизни в течение недели до начала и во время занятий.

5. Обязательно выполняйте все предписания, указанные в приемах, и доводите их до конца. Незавершенность или какие-либо изменения в последовательности могут привести к ослаблению вашего организма или болезни.

Заговоры

На новую любовь.

Возьмите у мужчины какой-нибудь предмет: авторучку, носовой платок, монетку, главное, чтобы до этого он находился в руках у мужчины, хотя бы некоторое время. В 23.00 зажгите свечу и сядьте к столу. Возьмите заранее приготовленную золу или пепел (чайную ложку). Чтобы приготовить золу, достаточно сжечь лист чистой белой бумаги. Смешайте золу с чайной ложкой соли. Накройте смесь салфеткой, а сверху положите предмет. Произнесите мантру, соответствующую знаку Зодиака вашего мужчины. Произносить надо столько раз, сколько ему лет.

Мантры:

Близнецы – АРМА-КИ

Весы – ЗУУ-МАНУ

Водолей – ТАУГРИН-СИУ

Дева – ВАПА-ЦЫЙ

Козерог – МИШУН-РИШУН

Лев – МА-АКАН

Овен – МАРА-ТАПИ

Рак – ПИКЕН-РОПКУ

Рыбы – ЛИФА-ТИСИ

Скорпион – ШИМО-ТОШИ

Стрелец – ОУК-ИУК

Телец – ГИРА-НИСИ.

Этот прием лучше применять женщинам, родившимся в первом полугодии и возрастом до 25 лет.

Если к вам охладели.

1 способ:

Дать ему съесть яблоко, а косточки от огрызка собрать, смешать с каплей собственной крови из пальца и завернуть в бумажный листок, на котором предварительно следует написать первую букву своего имени, затем магический код вашего мужчины и первую букву его имени. Сверток надо в полдень кинуть в озеро или реку.

Коды:

Ванер – 994276

Гимит – 9698

Гирбо – 555672

Ронберр – 776238

Сендирбато – 232199

Турлар – 67433

Ципунда – 22176.

2 способ:

В стакан, из которого пил мужчина, насыпьте земли, увлажните своими слезами и посадите 3 фасолины. Первый побег сорвите и положите под половик у двери, где живет женщина, к которой ходит ваш мужчина.

Сильный способ для любого возраста.

Возьмите волос с головы желанного человека. Крепко привяжите к своему волосу, выдернутому с лобка. Проколите иголкой палец и несколько капель крови выжмите на блюдце. Пропитайте кровью волосы. Напишите код на клочке бумаги, сверху положите волосы и оставьте на 3 ночи в углу комнаты. Этот способ пробуждает сильную плотскую страсть в мужчине, очень часто переходящую в большую любовь. Этот прием подействует и на вас – появится влечение к привороженному человеку. Избавиться от этого будет уже невозможно.

Заговоры на яйца

Заговоренные различными любовными заговорами яйца используются двумя способами. В первом случае их употребляют для приготовления блюд, которыми собираются попотчевать любимого. Во втором – кладут суженому под подушку на ночь. Разумеется, второй способ осуществить труднее: ведь ваш возлюбленный не должен обнаружить яйцо в своей постели, иначе в лучшем случае он подумает, что у вас не все в порядке с психикой или нервной системой, а в худшем поймет истинную цель ваших действий и вряд ли одобрит ее.

При ритуале любовного заговора яиц очень важно соблюдать все традиционные обрядовые условия, в том числе и в одежде, в которой вы собираетесь произносить заклинания.

Лучше всего для этих целей подходит длинное платье или халат с неглубоким вырезом (можно надеть и длинную юбку с блузкой). Если есть возможность, обувь не надевайте, она будет мешать правильной циркуляции энергии.

Цвет одежды желательно подобрать в соответствии со знаком Зодиака, к которому принадлежит ваш возлюбленный.

Для знаков воздушных оденьтесь в голубое.

Для знаков огненных – в красное.

Для Раков – в белое.

Для Рыб – в зеленое.

Для Скорпионов – в коричневое.

Для знаков земли – в черное.

Если у вас длинные волосы, распустите их, это придаст дополнительную силу заклинаниям.

Перед тем как произносить заговор, зажгите три свечи и окурите комнату ладаном.

Яйца положите на стол, покрытый скатертью того же цвета, что и ваша одежда.

Начнем с заговора яиц, которым предстоит стать составной частью вашего семейного стола.

Чтобы приворожить любимого.

Этот заговор можно произносить рано утром, на рассвете, обернувшись лицом на восток, или в полночь, повернувшись лицом к луне.

«Матушка меня родила, (имя) назвала, церковь покрестила, все грехи отпустила. Возьму я на душу еще один грех. Змей колодный, змей подколодный, змей травяной, дорожный и тропяной, змей водяной и болотный; разыщите мне огненную змею. Пусть та змея даст огня для меня. Чтоб могла я, раба Божья (имя), разжечь, растопить, в царство заполонить, за палаты каменны, за двери дубовые, за запоры тяжелые. Был бы (имя) Божьим рабом и моим рабом на веки венные, веки бесконечные. И не поправили бы его, не излечили, от меня бы не отлучили ни тетки, ни дядьки, ни мамки, ни бабки, ни дружки, ни подружки.

Во имя Отца и Сына, и Святого духа. Аминь».

Из заговоренных подобным образом яиц вы можете приготовить любое блюдо – от обыкновенной яичницы до пирогов, эти блюда будут обладать очень сильным приворотным действием.

Не забывайте: никто, кроме вас одной, не должен знать о том, что вы делали, иначе сила заговора ослабеет или исчезнет вовсе. Разумеется, и ваш любимый не должен ни сном ни духом не догадываться о том, что яички-то он ест непростые…

Помните и о том, что нарушение тайны ритуала заговора может обернуться против вас, и вместо ожидаемого результата вас будет ждать весьма печальная участь. Так что сделайте все возможное, чтобы сохранить ваши действия в строжайшем секрете!

Чтобы муж жену любил.

Возьмите яйца и приготовьте «поле деятельности» так же, как в предыдущей практике. Внимательно глядя на яйца, произносите:

«Как люди смотрятся в зеркало, так бы муж смотрел на жену и не насмотрелся. И была бы любовь наша, как яичко светлое: снаружи скорлупка прочная, от всех бед стерегущая, внутри туман светлый, от чужих глаз укрывающий, в глубине – золото, сама любовь вечная. И не разбиться вовек скорлупке в чужих руках, и не исчезнуть вовек любви в чужих далях. Так было, так есть и будет так во веки веков! Аминь».

Если же вы устали ждать мужа по вечерам, произносите такое заклинание:

«Хлеб-соль на столе, ложечка зашумела, яичко покатилось, я по тебе, (имя), заскучала. Дым – в гору, а ты, (имя), – скорей до дому!»

И, как только муж в дом, вы ему на стол – горячую яишенку.

Чтобы любимый тосковал без вас.

Для этого заговора вам потребуется огонь. Лучше всего, если это будет костер или печь, в самом крайнем случае подойдет и духовка. Возьмите свежее яйцо с белой скорлупой и сожгите его на маленьком огне – так, чтобы от него шел дымок, произнося:

«Иди, дым, до раба Божьего (имя), чтоб по ветру дымка вертелась и кружилась, чтоб я моему милому (имя) каждую ночь снилась. Как дымок стелется по ветру, так тоска-кручина постелется к его сердцу от моего сердца. Аминь».

Заговор на только что снесенное яйцо.

«Встану я ранней зарею, умоюсь росою, утруся престольною пеленою, погляжу во сторону восточную, во сторону закатную, на солнце взойденное, на яйцо снесенное. Тужи, мой мил дружок, по мне, по своей милой жене. Как я это яйцо разобью, да тебе, моему милому, скормлю, так я, раба Божья (имя), на веки вечные твой покой по себе заберу. Аминь. Аминь. Аминь».

Яйцо скармливают мужу – хоть сырым, хоть жареным, хоть вареным.

Для следующего заговора нужны три яйца. Положите их в глубокую миску, рядом поставьте миску размером побольше, наполовину наполненную водой. Произносите такое заклинание:

«Встану я, (имя), пойду из избы в двери, из ворот в вороты, на быструю реку, в чистое поле и стану я три зари утрени и три зари вечерни трижды приговаривати: Гой еси, река быстрая, поле широкое, прихожу я к вам по три зари утрени, три зари вечерни. И вы на три замка замкните от чужих сердце раба Божьего (имя), а три ключа от трех замков отдайте мне, рабе Божьей (имя). Я эти три ключа схороню надежно на веки вечные, от века повеку.

Раз ключ (бросаете первое яйцо в миску с водой).

Два ключ (бросаете второе яйцо в миску с водой).

Три ключ (бросаете третье яйцо в миску с водой).

Схорони, вода, три ключа на три века. Аминь».

Если муж полюбил другую.

В этом случае заговоренное яйцо (оно должно быть одно) уже не употребляют в пищу, его вообще ни в коем случае нельзя оставлять в доме после того, как ритуал будет окончен! Хорошо, если у вас есть возможность унести его как можно дальше и закопать в землю. Если такой возможности нет или на дворе зима и земляные работы невозможны, постарайтесь выбросить яйцо в водоем, лучше – в проточный.

Итак, вы берете яйцо и говорите такое заклинание:

«Возьму сердце раба Божьего (имя), понесу на остуду в ледяное царство, в остудное государство. Чтобы раб (имя) рабу (имя соперницы) не любил, сердце свое остудил, в сердце ее не носил. В ледяном царстве, в остудном государстве стоит ледяная изба, в избе – ледяная стена, ледяное окно, ледяная печь. Черт с чертовкой дерутся, ругаются, кровью обливаются, думу не думают, советы не советуют. Так бы раб Божий (имя) с рабой Божьей (имя) дрался и ругался, ругался и злился, думы не думал, советы не советовал. Век повеку отныне довеку. Аминь».

Произнеся этот заговор, вы кладете яйцо в снег возле дома, хорошо запомнив место, куда его поместили. Если на дворе лето, можно положить яйцо в морозильную камеру холодильника. Ровно через сутки, в тот же час возьмите яйцо и унесите его подальше от дома.

Другой заговор-отсуху лучше произносить летом на природе, возле реки или озера:

«Стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы не дверьми, из ворот не воротами, выйду дымным окном в чистое поле. В чистом поле бежит река черна, по той черной реке едет черт с чертовкой и водяной с водяничкой. На одном челне не сидят, в одно весло не гребут, одной думы не думают и совет не советуют. Так бы раб Божий (имя) с рабой Божьей (имя соперницы) на одной лавке не сидели, в одно бы окно не глядели, одной бы думы не думали, одного совета не советовали. Собака бела, кошка сера, курочка пестра, яичко ее – ключ и замок к словам моим. Аминь».

Заговоренное яйцо следует немедленно после произнесения заклинания выбросить в водоем. Если вы произносили заклинание дома, поместите яйцо в глубокий сосуд с водой и на следующий день выбросьте его в реку или озеро.

Как вылечить сердце от тоски.

Из заговоренных яиц вам предстоит приготовить яичницу для себя, поэтому их количество определяется вашим аппетитом. Возьмите нужное количество яиц, приготовьте все необходимое для ритуала и произнесите такой заговор:

«Разольется река быстрая, озерцо расплескается, болотца повысохнут, а коряги и пни змей повыгонят. Так гоню-выгоняю тоску лютую с рабы Божье (имя), с головы буйной, с лица белого, с ретивого сердца. Чтобы не тосковала я, раба Божья (имя), не горевала я ни по материнской груди, ни по груди добра молодца (имя), ни породном батюшке, ни о добром братушке, ни о милой сеструшке, ни по дружкам, ни по подружкам, ни по добрым, ни по злым, ни по горю, ни по делам колдовским. Сегодня и повеку Аминь».

Заговоры на соль

Чтобы суженый любил.

Возьмите щепотку соли и наговаривайте:

«По пустынному долу, по пескам сыпучим ползла змея с тридцатью пятнами, с тридцатью тремя полосами, с огненным жалом. Пойди, змея-скоропея, до раба Божьего (имя), ужаль его в ретиво сердце огненным жалом. Чтобы сердце его заболело, огнем загорело, сушило его и крушило, и сох бы он день ото дня, час от часу по мне, рабе Божьей (имя). Аминь».

Еще один на соль.

«Как Вербное воскресенье в радость всему миру православному, так бы и я была в милость моему милому, рабу Божьему (имя). Как ждет люд христианский звона колокольного к обедне праздничной, так бы раб Божий (имя) ждал меня, поджидал меня, в окне выглядывал, всюду высматривал. И кидался бы, и бросался бы на встречной тропе и тянул ко мне руки белые. Как не будет Вербный праздник церковью забыт, так и не забудет меня никогда раб Божий (имя). Аминь».

Третий на соль.

«Встану я, раба Божья (имя) и пойду из дверей в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, в широкое раздолье, к синему морю-окияну, У того у синего моря у окияна лежит Огненный Змей. Сражается и снаряжается он зажигать горы и долы и быстрые реки, болотные воды со ржавчиною, орлицу с орлятами, скопу со скопятами, травы подкошенные, леса подсеченные. Подойду я поближе, поклонюсь пониже. Той, еси ты, Огненный Змей! Не зажигай ты горы и долы, ни быстрые реки, ни болотные воды со ржавчиною, ни орлицу с орлятами, ни скопу со скопятами, зажги ты красна молодца, раба Божьего (имя) в семьдесят семь суставов, в семьдесят семь жил и в единую жилу становую, чтобы он тосковал и горевал по мне, рабе Божьей (имя), сном бы он не засыпал, едою не заедал, гульбою не загуливал. Как белая щука-рыба не может быть без проточной воды, так бы красный молодец, раб Божий (имя) не мог бы без меня ни жить, ни быть. Будьте мои слова крепки и лепки, крепче камня и булата, острого ножа и меткого копья. А ключ моим словам и утверждение, и крепость крепкая, и сила сильная в небесной высоте, а замок в морской глубине».

Если есть возможность, заговоренной солью следует посолить блюдо, которым будет угощаться ваш суженый. Если же такой возможности нет, положите незаметно щепотку этой соли ему в карман.

Чтобы муж жену любил.

В центре стола, покрытого красной скатертью, выложите солью знак Сатурна 5 – покровителя семьи. Читайте на соль такой заговор:

«Как Мать Пресвятая Богородица истинного Христа упрашивала, уговаривала, так бы раб Божий (имя) свою супругу упрашивал, уговаривал, сох бы по ней день и ноль, и болел, и скорбел по ней, и плакал, и скучал бы, ждал бы не дождался того часа, той минуточки, как увидит он стан ее, ее походочку, речь ее услышит, улыбку увидит, за белы руки возьмет, к сердцу к своему прижмет, до конца до века не отпустит. И так раба Божия (имя) в окошко заглядывала, к стуку прислушивалась, ссор не затевала, каждый час его поджидала, белой рученькой обнимала, в уста сахарны целовала. В одной горнице им век вековать, век разлуки им не видать. Слово мое крепко, дело мое верно. Аминь».

Заговоренную соль аккуратно соберите в маленький холщовый мешочек и храните в доме, в укромном месте.

Если муж завел роман на стороне, но все еще живет в вашем общем доме, читайте заговоры на соль, которую потом подсыпьте под порог сопернице.

«На небе месяц ясный, злат престол звездами обсыпанный, на престоле – помощь моя. В левой руке дом держит, в этом доме не живет Святая Богородица, живут все некрещеные. Там огненный петух, кошка да собака. Они грызутся да кусаются, кровью обливаются всякий час, всякую минуточку. Во все стороны шерсть да перья летят, слезы катятся. Я спиною к ним стою, не расчесанная, ими не видимая. Так бы раб Божий (имя) с рабой Божьей (имя соперницы) сошлись, да не жили, еды не ели, воды не пили. Как на востоке солнце не печет, раб Божий (имя) к рабе Божьей (имя) не льнет. Не может ни первый человек, ни последний их помирить. Аминь».

И другой заговор тоже на соль и тоже от разлучницы.

«Встану я, рабица (имя), благословись, пойду, перекрестясь, не из дверей во двери, не из ворот в ворота, а под красно солнце, под светел месяц, под чисты звезды, под утрени зори, подо всю луну, пойду в восточну сторону, в чисто поле, в широко раздолье. В чистом поле, широком раздолье две высокие горы. Между этими горами стоят два мертвеца. Стоят они – друг друга не видят и друг друга ненавидят. Кажутся друг другу хуже льва-зверя, хуже белого медведя, хуже лягушки болотной, хуже змеи подколодной. Так же бы раб Божий (имя) с рабицей (имя) друг друга ненавидели и друг друга не видели. Век повеки, отныне довека! Аминь. Аминь. Аминь. Будьте мои слова вострее булатного меча, крепче уклада, крепче камня, жарче палящего огня! Век повеки и довека! Аминь. Аминь. Аминь».

С солью поступите так же, как при первом заговоре.

Если муж открыл вам, что собирается уйти к другой, или вы сами чувствуете, что окончательная разлука уже близка, каждый раз, когда вы готовите завтрак, обед или ужин, читайте такой заговор на соль:

«На хлеб, на соль, на воду, ни в ясный день, ни в непогоду. Чтоб раб Божий (имя) места себе не находил в дороге, в пути. Чтоб ноги его дрожали, слезы не высыхали, сны назад домой звали. Слово твердо, будет вечно. Аминь».

Эту соль используйте в пищу, приготовленную для мужа, – скорее всего, беда минует ваш дом.

Если муж уже ушел к другой, а вы все-таки хотите, чтобы он вернулся домой, в семью, насыпьте немного соли возле своего порога, с внутренней стороны. Встаньте на пороге лицом в комнату, руки положите на косяки дверей и трижды читайте:

«Вызываю к себе на порог раба Божьего (имя). Как сей порог под моими ногами, косяки под моими руками, так и ты, раб Божий (имя), под моей волей ходишь. Раб Божий (имя), иди ко мне! Аминь».

Читая, представляйте, как муж идет к вашему дому, поднимается по лестнице, заходит в дом… Представляйте как можно ярче – ведь при чтении заговоров работают не только слова, но и мыслеобразы, которые вы создаете. Половину рассыпанной соли соберите и высыпьте под порогом соперницы, а вторая половина пусть так и останется лежать под вашим порогом.

Этот заговор лучше всего читать в полночь, на полную луну. Или заговаривайте щепотку соли, поднеся ее ко рту. Заговор читайте шепотом:

«Черным лесом, старым болотом при сырой траве, при колючей мураве шла бы серая волчица, а за ней злая собака, за собакой старая кошка. Все б остановились да клубком свились, шерсть с них летела бы, я бы на них смотрела бы. Чтоб раб Божий (имя) и раба Божья (имя) дрались, ругались, клубком свивались. Любили бы друг дружку так же, как волчица любила собаку, а собака кошку. Аминь».

Заговоренную соль надо выбросить в форточку.

На верность мужа. Подсыпайте наговоренный этим наговором соли в еду мужу:

«Соль земная Богом дана, мною наговорена от измены раба божьего (произнесите имя), чтобы мой муж меня больше жизни любил и никуда от меня не отходил. Ключ, замок, соль на порог. Аминь».

Если в вашей семье нередко говорят «на повышенных тонах», если ссоры стали чуть ли не правилом вашей семейной жизни, возьмите стакан чистой воды, бросьте в воду щепотку соли и читайте:

«Мать Пресвятая Богородица, Никола-чудотворец и сам Иисус Христос, я не воду беру, а жизнь возвращаю. Чтоб такая чистая жизнь была, как вода у раба Божьего (имя) с рабой Божьей (имя). Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Соляной раствор вылейте в суп, который вы будете готовить для вашей семейной трапезы. При необходимости заговаривайте соляной раствор до тех пор, пока ссоры в семье не прекратятся совсем.

Page 5

Чтобы привлечь к себе женщину, в начале первой или в конце последней четверти луны, между 11–12 часами ночи, надо найти звезду и, взяв лист хорошей бумаги (в старину для этого использовали пергамент, купленный, не торгуясь, в пятницу), написать: на одной стороне имя женщины, а на другой – «Мельхиаель, Варехас». Положить лист на землю вниз той стороной, на которой написано имя, и наступить на него правой ногой, став на левое колено. Взяв в руки восковую свечу, которая могла бы гореть целый час, надо сказать следующее заклинание:

«Кланяюсь тебе и умоляю, прекрасная Луна и восхитительная звезда, светом огня, находящимся у меня в руках, воздухом, мною вдыхаемым, воздухом, находящимся во мне, землей, на которой я стою. Заклинаю тебя именами князей духов, первенствующих на тебе под неизреченным именем ОН, все создавших, тобою, прекрасный ангел Габриель, вместе с князем Меркурием, Михаелем и Мельхиаелем. Вновь заклинаю вас всеми именами Бога, чтобы вы прислали осаждать, мучить, терзать тело, душу, дух и все пять чувств и чтобы она пришла ко мне исполнить мою волю; чтобы ни к кому не привязывалась в мире, кроме меня. Если она будет равнодушна ко мне, то чтобы она стала страдать, мучиться и терзаться. Идите скорее, Мельхиаель, Барехас, Зазель, Фириель, Мальха и все прочие, заклинаю вас именем Бога живой прислать ее немедленно, исполнять мою волю. А я (свое имя) обещаю вас удовлетворить».

Произнеся три раза это заклинание, необходимо поставить зажженную свечку на лист, и пусть она горит. На третий же день взять этот листок, положить в свой левый сапог и оставить так до тех пор, пока вызываемая особа не придет. В заклинании надо точно указать время, в которое она должна явиться.

Читают на закатное солнышко по пятницам:

«По пустынному долу, по пескам сыпучим, полям, ползи, змея с тридцатью пятнами, с тридцатью тремя полосами, с огненным жалом. Пойди, змея-скарабея, до рабы Божьей (имя), ужаль ее в ретиво сердце огненным жалом. Чтобы сердце ее заболело, огнем загорело, сушило ее и крушило, и сохла бы она день ото дня, час от часу по мне, Божьему рабу (свое имя). Аминь».

Необходимо изготовить талисман. Его вырезают из сосновой ветки и придают форму катушки для ниток. Теперь его следует заговорить или зарядить. Если маг хочет сделать талисман любви, то все его действия должны соответствовать планете Венера. А именно: уединившись в лесу в пятницу, наденьте зеленый плащ или накиньте покрывало, разожгите костер из веток сосны или лаврового дуба, на голову следует надеть венок из веток вербы. В жертву приносится голубь. Он обезглавливается, его кровью окропляется костер, при этом произносится заклинание:

«И ули ули ге де тао наш на ли со те».

Фразу повторяют до тех пор, пока не погаснет костер. После этого лепестками роз посыпают угли и образовавшейся золой от лепестков натирают талисман. Так повторяют три пятницы. Теперь талисман набрал магическую силу и способен привлечь любовь любой женщины к своему хозяину. Для направленности его действенной силы надо взять волос любимой женщины и намотать его на середину талисмана. Талисман носят на шее или в другом месте, но обязательно, чтобы он соприкасался с телом.

Сосновые шишки (9 штук) поместить вместе с лепестками роз от 21 цветка в глиняный горшок, окропить мочой черного кота. В полночь отнести горшок на перекресток проселочных дорог. Поставить его в центр, встать на колени и трижды произнести, обращаясь внутрь горшка, имя желанной женщины. После этого горшок перевернуть вверх дном и оставить. Через семь дней надо явиться на это место и воткнуть в землю заячью кость, предварительно окрашенную в цвет, соответствующий вашему знаку зодиака. После исполнения этого приема обязательно выпить литр молока, это помогает астральному телу отогнать лярв неблагоприятного действия, которые могут образоваться от завихрений астральной силы.

Составьте смесь из четырех сушеных трав равных пропорций. Для этого понадобятся: папоротник, клевер, крапива и подорожник. Щепотку смеси заварите стаканом крутого кипятка и дайте настояться 10 минут. Пропитайте этим отваром льняной платок. Заверните в него столовую ложку из нержавеющего металла и положите сверток на три дня под кровать. По прошествии этого срока ложку необходимо выбросить в водоем. Платок надо носить на шее. Он обладает сильным действием, привораживающим женщин. Надо только мысленно направить его действие на объект обожания.

Если ваши подруги уже давно вышли замуж и есть дети, а вы «засиделись в девушках», то нужно подшить чье-нибудь свадебное платье, но новое. После этого непременно скоро выйдете замуж.

Еще неплохо заиметь булавку с невесты после венчания. Это не принесет невесте вреда, а вам поможет быстрее выйти замуж.

Очень хорошо вымыть туфли у невесты, это тоже к скорому браку.

Чтобы жена желала близости.

«Огонь к огню. Жар погоняет, а меня моя жена, раба (имя), желает. Языком не гонит, не ругает, от себя не отправляет. Рада мне, моей душе, раба Божьего (имя). Аминь».

Мужчины, если хотите дома счастья (избежать развода), попробуйте и поймете – вы своей жены до этого не знали.

Как вывязывают любовь мужчины.

Нужно смотать клубок из трех нитей, две любые, третья особенная, и при вязании читать:

«Тремя трижды порогами, тремя трижды дорогами, иди раб (имя) к рабе (имя). Как эта нитка свилась и ссучилась, так бы и жизнь моя навеки соединилась с рабом (имя). Аминь».

Это для терпеливых, зато навсегда. Проблемы окончатся.

В печку поставить чугунок, пусть он кипит. Кипящим девять раз выставлять и вылить на заре. Девять раз надо выставлять и опять ставить, приговаривая:

«Чугунок горит, водушка кипит, кипит там ретивое сердце, алая кровь, горячая печень. У раба Божьего (имя) по рабе Божьей (имя), чтобы он не мог не жить, не быть, не пить, не есть, сухотовал и соболезновал по той рабе. Утром рано, вечером поздно, завсегда. Ныне по веку. Отныне до веку. Аминь».

Приворот на платок считается одним из сильных и верных средств приворота возлюбленной. Древние магические книги утверждают, что это средство подходит как для мужчин, так и для женщин, но в современном чародействе считается, что этот способ более подходит для привораживания женщин мужчиной.

Возьмите носовой платок вашей возлюбленной. Платок должен быть не новым, а со следами помады, запахом духов женщины. Возьмите свой такой же платок. Оба платка вместе заверните в любую ткань натурального происхождения (лен, хлопок, шелк), обвяжите все это лентой розового или алого цвета (если таких нет, то цвет ленты может быть любым, кроме белого и черного, но алый все же лучше). Напишите на ленте свое имя и имя возлюбленной. Теперь вы должны ухитриться все это спрятать в постель возлюбленной: в наволочку, под простыню, под матрас. Можно это делать и не самому, но самое главное – женщина не должна этого знать и не должна обнаружить.

Теперь пусть пройдет 7 или 10 дней. Если никакого эффекта нет – продолжите действия: заберите платки (опять можно не самому, но женщина не должна узнать). Утром смочите оба платка утренней росой и высушите их на солнце. Теперь разведите небольшой костер из сухой полыни (подойдет и прошлогодний сухостой, тот, что перезимовал в поле, и трава полыни из аптеки), сожгите на нем оба платка. Соберите пепел в шелковую тряпочку и носите при себе 13 дней. На четырнадцатый день пустите пепел по ветру в сторону дома вашей возлюбленной, при этом говорите следующие слова:

«Легкий пепел, лети к той, чье сердце принадлежит мне навсегда».

Шелковую тряпочку бросьте в воду, чтобы ее унесло течением, и ждите результата. Обычно он проявляется через 10–15 дней.

Выползок (старая кожа) змеиный имеет форму оболочки от колбасы. Шкуру змеи обрезают с двух сторон так, чтобы имела размер той свечи, на которую вы наденете шкуру. Устанавливают ее на зеркало. Зеркало кладут на середину нарисованного треугольника. Сам треугольник рисуют куском мела на черной ткани.

Одежды на человеке нет, он должен быть таким, как в момент своего рождения, т. е. нагим. На столе находятся кубок с водой, кубок с вином и голова курицы. Перед чтением заклинания маг выпивает вино, а затем воду. Зажигает свечу и держит двумя руками голову курицы над пламенем свечи, но не отдает огню. Прочтя заклинание, гасит свечу открытым клювом куриной головы. Ночью куриную голову подкидывает к тому дому, где живет тот, чье сердце вы привлекаете к любви. Тряпку и кожу змеи закапывают там, где никто не ходит.

«Через мысль головы – заклятие, через мозг и кровь, через оскал луны и тысячи тьмы планет. Через тело змеи и огонь свечи. Заклинаю именем Всесущего. Повергаю в ад древности: тоски, боли, страдания, переживания обо мне. И как ты, о небо, проливаешь океан воды в виде дождя, так и ты проливай по мне слезы печали: всякими днями, годами, ночами, часами. О Всесущий, отдай эту душу мне! Заклинаю тебя. Аминь».

Если та, которую вы любите, думает о другом, этот наговор поможет перебить ее мысли и заставит полюбить вас. Делается это на мартовский снег в одну из пятниц. Занесите горсть снега левой рукой в дом, читайте на него, пока он не растает в руке:

«Великий пяток святых спасательных страстей Господа нашего Иисуса Христа, помоги мне, рабу божьему (свое имя), освободи сердце рабы (имя) от раба (имя соперника). Как снег мартовский тает, истаивает, сквозь пальцы уходит, так бы ушел из сердца моей возлюбленной раб (имя соперника). Аминь».

На исполнение любовного желания.

Приворот делается на свою тень. Не рекомендуется, чтобы она пересекалась с тенями других предметов. Руки сцепляют замком и произносят слова быстрым шепотом. В конце добавляют свою просьбу.

«Господи, Боже мой, я, раба (имя), перед Тобой. Создал Ты солнце, звезды, человека, дал ему тень на каждый день. Создал Ты море, землю, дом, и дал мне сень, фигуру, тень. Прошу ее, приказ даю: «Исполни просьбу Ты мою!» Во имя Отца и Сына, и Святого духа. Аминь».

Ночью, между 23 и 24 часами, наполните наполовину водой прозрачный стеклянный стакан. Возьмите его в левую руку. Правой водите по краю стакана семь раз и семь раз произнесите имя любимого человека. Затем поставьте на подоконник – пусть заряжается энергией. Считается, что лучше это делать в полнолуние, но это не обязательно, главное – вложить в слова чувства. Никто ни действий, ни стакана на окне видеть не должен, так что поставьте его так, чтобы не было видно. На следующий день вечером пригласите любимого человека. Угостите его чаем или кофе и незаметно добавьте 23 капли заговоренной воды. Ни в коем случае не добавляйте эти капли в спиртное – именно в чай или кофе. Когда любимый человек будет пить чай (или кофе), несколько раз внимательно (сосредоточенно, но недолго) посмотрите на его переносицу.

Эти привороты очень просто исполнимы, но сила действия их ограничена, они дадут вам шанс, но дальше все будет зависеть от вас.

Этот способ для тех, кто не может ни достать платка, ни пригласить в дом предмет любви. Возьмите обыкновенный веник, выломайте из него два прутика. Возьмите их в руки. Сосредоточьтесь на предмете любви. Теперь тихонечко проговорите молитву (любую, какую знаете, но искренне), произнесите имя предмета любви. В полночь подойдите к его дому и положите заговоренные прутья перед дверью под половичок крест-накрест. Если нет половичка, просто так положите крест-накрест. Утром предмет любви их перешагнет, и начнется действие приворота.

Этот заговор на любимого человека с серыми глазами читают в пасмурную погоду, когда небо серое, идет дождь. Нельзя читать в церковные праздники. Читать на ветку женского дерева (береза, ива и т. д.), если заговор нужен на девушку, или на ветку мужского дерева (клен, тополь и т. д.) в противном случае. Затем ветку подбросить на порог любимому человеку.

«Свет ясный, сероглаз(а) раб(а) (имя), встань на заре, мысли обо мне. Что делать ни возьмешься, все обо мне всколыхнешься. Сердце бы твое билося, стучало, о мне рабу(е) (имя) звало, утром на заре, днем при свете, вечером при луне. Аминь».

На траву (для зеленых глаз). Этот заговор читают на росную траву, рано утром. Сорвите левой рукой такую охапку травы, какая сможет поместиться у вас в руке. Читают три раза, сыплют у дома, где живет ваша зеленоглазая любовь.

«Матушка-муравушка, кто по тебе не хаживал(а), телесов не нашивал(а). Ходит по тебе ногами белыми раб(а) (имя), ходит, бело тело носит, головы не клонит. Мысли про меня, раба(у) (имя), не мыслит, ходит, не замечает, не горюет обо мне, не скучает. Матушка-муравушка, пусть бы раб(а) (имя) голову клонил(а), меня на уме на разуме держал(а), никогда не забывал(а). Где бы ни топтался(ась), ни болтался(ась), все бы ко мне возвращался(ась). Поверни его резвы ноженьки до меня, рабы(а) (имя). Аминь».

Этот заговор на особу с черными глазами читают в печь, которую топят после заката. В печи – осиновые дрова. Дверь должна быть на запоре. Читают трижды и трижды плюют через левое плечо.

«Дым серый с огня горючего, лети к рабу (имя) и зови его, и веди его через горы высокие, леса темные, реки быстрые. Через 33 двора, через 33 порога в обход луны, минуя солнце, все ко мне, рабе (имя). Все бы шел и ехал, бежал и спешил, смотрел бы на меня, да не насмотрелся бы до конца жизни своей. Аминь».

Этот наговор читают, если у человека голубые глаза. Читают раным-рано, когда еще солнышко не встало и ночка не ушла. Читают, стоя на своем пороге.

«Сполохи и молохи, заря подутренняя и утренняя, обнимитеся, сойдитеся, спосоветуйтесь. Так бы и раб (имя) да раба (имя) сошлись бы, спосоветовалисъ, полюбовались бы, жили бы рядышком, как зори утренние и подутренние. Слово мое лепко, крепко и надежно. Аминь».

Это заклятие крепко для присушки любимого человека. Его делают на кладбище и, как правило, отделать невозможно. Ходить нужно между могилами с зажженной свечкой. Читают, пока не сгорит свеча. Старайтесь читать на том месте, где уже не хоронят, чтобы не подвезли покойника. Ни в коем случае в течение 3 дней нельзя видеть любимую особу. Спустя 9 дней повторить все сначала. Затем по прошествии 40 дней вновь придите на кладбище со свечой и сделайте все так же.

«Приду в большой город, город на погосте. Здесь лежат кости. Иду по ряду, гляжу на дома, на дома-могилы. Кресты стоят, покойники спят. Братушки, поднимайтесь, сеструшки, просыпайтесь, смогите мне, подсобите мне, заберите сердце раба Божьего (имя). Заберите, схороните ото всех людей от крещеных, погруженных и нехристей, от девок, от баб, от толстушек и худышек, от темных, от светлых, от черноглазок и синеглазок, от зеленых глаз и от серых глаз, чтобы радовался он только мне и все шел да бежал в мою сторону. Все бы кидался и бросался на мои руки белые, искал бы моего взгляда, и была бы я ему милее солнца красного, слаще меда майского. Вы держите, привяжите его к своим крестам, железным воротам, к ограде кладбищенской, к моему подолу. Аминь».

Наложите в печь осиновых дров. Освободите голову от приколок, гребней, платков. Расстегните на себе все пуговицы, развяжите пояс, останьтесь босы, в комнате не должно быть икон. В полночь растопите печь, встаньте перед открытой дверкой на колени, глядя на огонь, читайте заклинание:

«Дух мой, душа моя, люби меня больше себя, как дым вертись-крутись, раб Божий (имя), вертись-крутись, не знай ни днем, ни ночью покоя. Все чтоб думал и гадал, на уме, на разуме держал рабу (имя). Аминь».

Читают три раза. Пока печь не протопится, не застегивайте пуговиц, не заплетайте косы, не завязывайте пояса, не обувайтесь. Затем соберите золу, спрячьте ее и используйте когда-нибудь для заговора «на золу».

На гром для женского сердца.

Читают во время грозы.

«Как гром стучит, громыхает, так бы и сердце ретивое рабы (имя) стучало, громыхало, болью отдавало, когда раба Божья (имя) долго меня не видала. Как дождь и льется, плачет, так бы и раба Божья (имя) плакала-рыдала по мне, рабу (имя). Как нельзя молнию взять рукой, так нельзя рабу (имя) от меня отделать, отладить. Аминь».

Читать вослед.

«Какая, Божья раба (имя), Богом данная, матерью рожденная, с кумовьями крещенная, не могу жить без дыхания, без воды, еды, так бы раб Божий (имя) не мог без меня нигде и никогда. Сердце бы его все кипело, кололо и болело, страдало бы и сохло по мне, Божьей рабе, матерью рожденной, с кумовьями крепленной. Иди мой раб, туда, куда шел, но где бы ты ни хаживал, тела своего ни нашивал, с кем бы ни говорил, все бы ко мне приходил. Аминь».

На дым четверга. Это делается только в четверг, если не выпадает на него святой праздник. Найдите возле семи дворов по какой-нибудь щепке или палке, разведите огонь в печи, зеркала завесьте, в доме не должно быть кошек, пока читать будете, выкиньте их за порог. Если кот черный, можете его оставить. Читают, глядя в открытую печь.

«Дым Хоробер, иди под небеса, возьми с собой низкий поклон от рабы (имя). Первый поклон – глухую тоску, второй поклон – гробовую доску, а третий поклон рабу Божьему (имя). Чтобы кровь его кипела, сердце обо мне болело. Иди, дым, неси, дым, три поклона моих в то царство-государство, где ведунов понимают, поклоны принимают. Не испортить моего наговора ни седому, ни молодому, ни седой, ни молодой. Слова мои крепки и лепки. Дым, печь, зола, мои дела. Аминь».

Взять песка, наговорить на него и насыпать у двери. Читают на закате по четвергам.

«Как батюшка-солнышко, весь мир обойдя, на закат идет, под закатным светом играя, в морях лучи купая, в морских песках играя, так бы раб (имя) шел до меня и остался при мне до гробовой доски, до могильной земли. Аминь».

Пойдите в какой-нибудь четверг, на конец мая, отыщите одуванчики, наберите их чертову дюжину и сварите из них варенье. Читайте при том заклинанье на любовь. Ведуны называют это варенье – варенье любви.

«Соки земли, блики солнца, свет луны, первая роса и мая слеза, кипите и варите зелье приворотное на сердце раба Божьего (имя) для его любви ко мне. На всю его жизнь до последнего вздоха, до последнего удара сердца, до последней капли крови живой. Чтоб раб Божий (имя) жил и был со мной. Аминь».

Угостите этим вареньем свою зазнобу. Варенье любви вам поможет.

На восковую фигурку. Вам необходимо приобрести волос мужа, каплю его крови или спермы, а также любой предмет, «намагниченный» им. Например, носовой платок или пуговицу от его рубашки. После этого вы должны слепить из воска фигурку человека (это будет желанный) и приделать к ней «намагниченный» предмет. Теперь надо вдохновить фигурку. Покрестите ее и дайте имя мужчины. После этого ласкайте фигурку, целуйте, называйте по имени и просите вернуться.

Делая так каждую ночь в течение недели, вы непременно добьетесь результата. Однако следует помнить, что нельзя причинять фигурке вреда (колоть, жечь и т. д.), так как это сразу же отразится на живом человеке. После использования с фигурки удаляется «намагниченный» предмет, и она может быть уничтожена без опасений.

Связывают меж собой два дерева веревкой (но нужно смотреть, чтобы одно дерево было женское, а другое – мужское, например, дуб – береза; тополь – осина и т. д.). Завязав завязку, говорят:

«Как я вас повязала вместе, так я повязана навечно с рабом Божьим (имя). Аминь».

Уходя, не оглядываются, и на это место больше не ходят.

Как отбить от всего мира православного и повернуть к себе сердце человека. Читать на перекрестке дорог во все 4 стороны, 3 вечерних зари подряд. Нельзя читать в субботу, воскресенье и престольные праздники.

«На море стоит дуб зеленый, на там дубе 12 бань, на тех банях 12 окон, на тех 12 окнах 12 чертей. Это не черти, а братья мои. Ох вы, братишки, помогите сердцу разбитому, подсобите. Сходите за сине море, найдите черное поле, где трава не растет и никто не живет, птицы не поют, скот не хаживает, червяк не ползет, мышь не грызет. В том поле лежит доска, под доской тяжелая тоска, все 12 чертей, все 12 братей, поднатужьтеся, поднапружьтеся, разом вздохните, доску поднимите и возьмите из-под той доски 3 слезы-тоски, первая слеза во любовь, вторая во послушание, третья во поклонение, и отнесите это все рабу Божьему (имя), чтобы он затосковал, загоревал, чтобы на мысли меня взял, чтоб не мог раб (имя) без рабы (имя) жить и быть, за тесовый стол не садился, хлеба, соли не ел, на пухову постель не ложился, без меня, рабы (имя), никуда не ходил, никого не любил. Братья мои, братья, скорча помогите, от всех друзей, от жен, от детей, от всех девок черных и белых отскребайте, отскребайте, отливайте, отливайте. Как над теми окнами делом, словом примывайте, придувайте. Делом, словом, когтями острыми, рожками колкими, чтоб раб (имя) без меня не мог не жить, не быть. Никуда бы не ходил, никого бы не любил, кроме меня, рабы Божьей (имя). Аминь».

Во время поцелуя (про себя).

«Дух мой – душа твоя. Люби меня больше, чем сама себя. Аминь. Аминь. Аминь».

Присушить девицу можно, если, глядя на живой огонь в печи или если в квартире, то на пламя свечи, представить лицо той девицы и, сосредоточившись на ее образе, произнести:

«Во имя Отца и Сына и Святого Духа, аминь. В печи огонь горит, палит и пышет и тлит дрова; так бы тлело, горело сердце у рабы божией (имя) по рабу божьему (имя), во весь день, во всяк час, всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь».

Чтобы гарантированно добиться результата, необходимо правильно выбрать время, место и соблюсти еще несколько определенных условий, и в душе заговоренной девицы неминуемо возгорится пламя любви. Очень сильный приворотный заговор. При правильном соблюдении всех необходимых условий заговоренный в течение буквально нескольких дней станет вашим.

Чтобы муж не гулял, нужно взять волос с гривы мерина, наговаривать на волос, потом сжечь, пепел положить в карман мужу, который гуляет от жены. Читать после заката:

«Вывели в поле жеребца (имя), молодца, а когда возвращали, в мерина обращали. Тот мерин не бежит, жила мерина не стоит ни на одну кобылицу, а у раба (имя) ни на одну молодицу, ни на светлую, ни на темную, ни на грустную, ни на веселую, отныне и до веку. Аминь».

Приворот под Рождество. Ставят на стол именную икону (их продают в церкви), надевают что-нибудь белое из одежды, зажигают свечу белого воска (есть в церкви), садятся за стол, кладут руки вниз ладонями и читают:

«Ангел имени мой, сижу покорно пред тобой, смотрю через стены, через стол, через бел потолок, через пол. Вижу я море-океан лежит, на море-океане остров стоит. На острове том дом земляной стоит, в доме три черных гроба стоят, в тех гробах три сестры кровные лежат. Одна тоска убивается, сердце разрывается. Вторая тоска страдает, ни дня, ни ночи не знает. Третья тоска убивается, в сердце рабу (имя) вонзается. Ох, вы, три сестры, вы злые три тоски, идите вы за (имя). Крутите его, колите его, сушите его, зовите его ко мне, Божьей рабе (имя). Тоску бы он не заел, страданье бы не запил. Любовь ко мне не заспал. Скучал бы да страдал, куска бы без меня не съедал, воды бы не наливал, подушку бы не взбивал, без меня света белого не знал, ночи черной не обходил. Так бы меня раб (имя) любил, как мать любит свое дитяти, овца любит своего ягняти, кобыла своего жеребяти. Ключ, замок, язык. Аминь».

Огарки отнесите в церковь.

Наговаривается на пищу или питье, которые дают привораживаемому, можно начитать на его след:

«Стану я, раб (а) Божий (Божья) (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду я в чисто поле. Есть сидит в чистом поле сама Пресвятая Богородица Мати Божа. Как она скрипит и болит по своему Сыну, так бы по рабу (рабе) Божьему раб(а) Божия скрипела и болела, и в огне горела, не могла бы ни жить и не быть, не пить и не ись. Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь».

Очень сильный приворотный заговор. При правильном соблюдении всех необходимых условий, заговоренный в течение буквально нескольких дней станет вашим.

Налейте в стакан воды, опустите в него мелкую монетку и наговорите:

«Как это серебро люди любят и как они за серебро друг друга губят, так чтоб ты (имя) меня (свое имя) любил, себя терзал за меня и губил! Да будет так! Да будет так! Да будет так!»

Часть воды плесните в ладонь и умойтесь ею. Остальную воду дайте выпить нужной персоне. Монету спрячьте.

Чтобы завоевать сердце женщины, прикрепите к изголовью кровати кусочек нового пергамента с надписью: «Михаель, Габриель, Рафаель, сделайте, чтобы она полюбила меня, как я ее люблю».

Найдя парных лягушек, положите их в дырявый кувшин, бегите, не оглядываясь, до муравьиной кучи и закопайте их там, а затем, также не оглядываясь, бегите домой. Через три дня выкопайте кувшин и найдите там вилку и крючок. Если зацепить девушку, она будет принадлежать вам, а когда она вам надоест, вы можете оттолкнуть ее вилкой, и она вас забудет.

Для исполнения этого приема вам потребуются глаза старой жабы. Причем чем больше у жабы будет бородавок, тем больший эффект даст это средство. Глаза надо поместить в рюмку и залить водкой. Дать настояться семь дней. После этого смесь можно зарядить под сосной. Нужна заряженная этим составом рюмка. В нее надо положить как можно больше предметов, связанных с вашей женщиной. Это могут быть ее волосы, ногти, носовой платок, пуговица и т. д. Когда рюмка будет полностью заполнена, надо накрыть ее ладонями и произнести:

«Нивоз, симоз, габели».

Фразу следует повторять десять минут.

В пятницу, до восхода солнца, вблизи реки или пруда поймайте жабу и повесьте ее за задние лапы над огнем. Когда она высохнет, разотрите ее в мелкий порошок в каменной ступе, заверните в чистый пергамент и положите под жертвенник, где она должна находиться в течение трех дней (обеден), затем до восхода солнца выньте пергамент с порошком. Любая женщина или девушка, понюхавшая цветы, напудренные этим порошком, вас полюбит.

В ненастную погоду (сильный ветер, гроза, метель) выйдите на улицу и прочитайте заговор:

«Шел поп в церковь. Катится колесо, играется, под ноги попу кидается, за полы его цепляется. Так бы кидалась на меня раба Божья (имя), бросалась на меня, кругом, вокруг меня крутилась, на меня, как поп на икону, молилась. Черти, братья, помогите, рабу Божью (имя) покорите. Аминь».

Нижеприведенный заговор нужно произносить рано утром накануне праздника Ивана Купалы.

«Встану я на заре на утренней, пойду я на зеленый луг, брошу по ветру слова мудрые, пусть той девице (ее имя), что люблю я жарче пламени, обожгут они ее сердце доброе, пусть уста ее, уста сахарны, лишь к моим устам прикасаются, от других же уст удаляются, глаза жгучие пусть глядят всегда на меня, дружка (свое имя), добра молодца, день и ночь они, улыбаючись. О, пронзите же красной девице (ее имя) сердце доброе мои реченьки, как стрела огня молниеносного, растопите ее мысли-думушки, чтобы все они были заняты только мной одним, добрым молодцем (свое имя). Я же буду ей верен до смерти, верен до смерти, до могилушки. Так же пусть и она (ее имя) будет мне верна. Я слова свои скреплю золотом, скреплю золотом, залью оловом, скую молотом, как кузнец-ловкач в кузне огненной, в кузне огненной, в сердце трепетном. Так неси же ветер словеса мои в ту сторонушку, где живет она, друг-зазнобушка (ее имя), и вернитесь вы, словеса мои, в сердце девицы (ее имя), что мила, люба, крепче солнышка, ярка месяца».

Чтобы приворожить к себе женщину, вы можете по пятницам, глядя на заходящее солнце, читать следующий заговор:

«По пустынному долу, по пескам сыпучим ползла змея с тридцатью пятнами. Иди, змея-скоропея, к рабе Божьей (ее имя), ужаль ее в ретивое сердце огненным жалом, чтобы сердце ее заболело, огнем загорело, сушило ее и крушило, и сохла бы она день ото дня, час от часу по мне, Божьему рабу (свое имя). Аминь».

Чтобы завоевать сердце женщины, произнесите в пятницу при заходе солнца заговор:

«Встану я, раб Божий (свое имя), благословясь, пойду, перекрестясь, на все четыре стороны поклонясь, выйду из избы дверями, из двора воротами, погляжу на чистое поле, посмотрю зорко на восточную сторону. На восточной стороне стоят три разные печи: печь медная, печь железная, печь глиняная. Все эти печи разжигались и раскалялись от земли до неба, так бы горячо разжигало у рабы Божьей (имя женщины) ко мне, рабу Божьему (свое имя), сердце и кровь горячую; чтобы не могла она ни жить, ни есть, ни пить, ни стоять, ни лежать, а все бы меня, раба Божьего, на уме держать. Что недоговорено и переговорено, прострелите мои словеса, пуще вострого меча и вострей звериного когтя!»

«Встану рано, не благословясь, пойду быстро, не перекрестясь, помчусь в чистое поле, как вихрь. В чистом поле стоит ракитовый куст, а в том кусту сидит толстущая баба, сатанина угодница, людская греховодница. Поклонюсь я той толстущей бабе, отступлюсь от отца, от матери, от роду, от племени. Поди, ты, толстущая баба, разожги горячей огня (имя женщины) сердце по мне (свое имя)».

Найдите ближайшую речку или ручей рядом с местом, где живет женщина, любовь которой вы хотите завоевать, и прочитайте заговор:

«Подымусь, помчусь к быстрой реченьке, что бежит-шумит лугом бархатным. Речка быстрая, воды светлые, отнесите вы словеса мои красной девице (ее имя), что живет одна в той сторонушке и красна мила, как солнышко! Пусть не ест она, пусть не спит она, а лишь думает обо мне (свое имя) всегда, добром молодце. Гложет пусть ее сердце чуткое змея лютая, тоска смертная, обо мне (свое имя) дружке, добром молодце. Пусть глаза ее бирюзовые обо мне слезами умываются. Пусть другие ей, как полынь-трава, будут не любы, я же буду ей люб, как солнышко в утро майское. Пусть любовь ее будет так крепка ко мне, молодцу, что разрыв-трава не размыкает. Пусть же, пусть она, красна девица (имя), без меня, дружка, от тоски не спит, не пьет браженьки, не ест хлебушка, погулянушки и на ум нейдут, а подруженьки ей советуют полюбить меня, добра молодца (свое имя), и ласкать меня, как ласкает мать дитя малое. Ой, ты, реченька, речка быстрая, воды светлые и студеные, отнесите же красной девице (ее имя) мой завет и ключ от любви по мне, добре молодце (свое имя), и отдайте ей в руки белые ключ заветный мой, судьбой скованный в сердце-кузнице. Отоприте вы, воды светлые, тем ключом моим сердце девушки, что люба-мила мне, как Павушка».

Найдя змею, прижмите ее рогаткой, затем проденьте иглу с ниткой сквозь глаза, говоря:

«Змея, змея! Как тебе жалко своих глаз, так чтобы раба (имя любимой) любила меня и жалела».

Затем, находясь с любимой женщиной, проденьте этой ниткой платье так, чтобы никто не видел. Пока нитка в платье, до тех пор продлится любовь. Кроме того, вы можете взять с собой змею, вытопить из нее сало и сделать свечу, которую можно носить при себе. Если заметите охлаждение любви, зажгите свечку, и любовь вновь вспыхнет. Когда свеча кончится, любовь безвозвратно уйдет.

Page 6

Девушка, желающая понравиться парню, крадет подволоку от плуга и, принеся ее домой, обходит с нею вокруг дома, шепча:

«Как тянут плуги из каждого дома, едучи в поле, чтоб так шли до меня кавалеры со всего села, и как нельзя без пахоты хлеба поесть, чтоб так они не могли без меня сесть».

Выкопать корень сосны, примерно с полметра. Высушить и изрезать в мелкую стружку. Смешать йод с крахмалом так, чтобы получилась синяя жидкость, напоминающая чернила. Этой жидкости потребуется полстакана. Затем ее смешать с корнем. Добавить столовую ложку своей крови. Все это поместить в фарфоровую посуду и довести до кипения на медленном огне. Небольшой гвоздь поместить в эту смесь и дать отстояться. В пятницу выбрать момент и вбить этот гвоздь в порог квартиры, где живет любимая женщина.

Если девушке за тридцать лет, сорвать три боба с того поля, где гуляют влюбленные. Один боб положить в рот, второй – посадить на могиле последнего покойника (местного жителя), а третий бросить вслед девушке, попасть в открытую часть тела. Девушка станет вас любить.

Сделать мазь из левой ноги волка, серой амбры и кипарисного дерева в порошке, носить ее при себе постоянно и давать нюхать изредка любимой особе.

Для блудного мужа. Вспотев в постели во время половой близости, оботрите его своей рубахой нательной и скажите:

«Как я, раба Божья (имя), не могу жить без нательной рубахи, без своего пота, так чтоб раб Божий (имя) не мог бы жить и быть без меня, рабы Божьей (имя). Аминь. Аминь. Аминь».

Чтоб не изменял в отъезде. Возьмите мак, наговорите и подсыпьте в швы одежды, в чемодан и т.д. Он будет равнодушен в поездках к чужим женщинам. Наговор:

«Как ты мак мелок и сер, так и всякая, кто грудь имеет, передо мной мелеет. И я, Божья раба (имя), всех больше в сердце раба (имя). Аминь. Аминь. Аминь».

На возврат.

«Вызываю не зарю утреннюю, зарю дневную. Заря дневная, заря вечерняя, горечко мое печальное, помоги разыскать раба Божия (имя). Ой, Господи, как моим суставам тяжело, плачу и рыдаю об рабе Божьем (имя). Ой, Господи, помоги, этим всем словечкам дойти до Бога Христа, с первым дымом, с первым пылом. Враг кривой, Тишка хромой, Гришка беспалый, лети во все края, разыщи раба Божьего (имя), гони его назад, ко мне, рабе Божьей (имя). Как найдешь, так возьмешь, с первым дымом, с первым пылом, с горячим огнем. Чтоб в еде не заедал, в вине не загуливал, в компании не задержался, в бане не замывался, рабу Божью (имя) не забывал, плакал и рыдал, как маленькое дитя. Как грудной ребенок не может без груди жить, так и раб Божий (имя) не мог бы без меня, рабы Божьей (имя), ни дня, ни минуты; все бы плакал да искал, убивался, горевал. О, Господи, помоги мне! Господь Батюшка, помоги сердечной женщине, не обидь обиженную, разлукой униженную. Замок во рту, никому не скажу. Во веки веков. Аминь».

В дни полнолуния до полудня собрать в поле букет из цветов и трав. При этом собирать только те травы, к которым рука сама тянется. Хорошо подойдут пижма, мята, шалфей. Во время сбора букета непрерывно читать:

«Цветы полевые, травы наливные, возьмите силу мою! Примите страсть мою! Заклинаю вас всеми силами, чтоб любимый мой (имя), ненаглядный мой, вернулся в семью свою! В семью крепкую!»

Заварить траву в большой кастрюле, помешивая большой ложкой, представляя, что муж уже вернулся домой. Над кипящей кастрюлей читать то же заклинание до появления в пальцах рук легкого покалывания. После этого прекратить перемешивание и дать отвару немного настояться. Затем набрать в ванну теплой воды, вылить туда заготовленный отвар и искупаться в нем (перед этим тщательно помыться обыкновенной водой с мылом). Ванну принимать 15–30 минут. Во время всей процедуры четко представлять поставленную перед собой задачу. Выйти из ванны, прежде набрав из нее в стеклянную банку или бутылку немного воды. Поставить набранную воду в темное место. Когда муж появится дома, напоить его этой водой и ждать результата.

Чтоб муж знал свой порог.

Купите ржаной хлеб, разрежьте его на три части. Первую часть съешьте с семьей, вторую часть скормите людям (позовите гостей), а третью часть сушите три недели. Каждый четверг берите хлеб этот в руки и говорите заклинание. И так три четверга. Сухой наговоренный хлеб отнесите в лес, оставьте под мужским деревом. Уходите не оглядываясь. Год не давайте в чужие руки хлеб и соль. Читают так:

«Дверь, окно, кров. Кость, жилы, кровь. Иди, раб, ко мне, Божьей рабе (имя). Аминь. Аминь. Аминь. Сохни по крошке, иди по моей дорожке, ищи меня на порожке. Аминь».

На соединение судьбы неверных супругов.

Берут святую воду из трех храмов, наговаривают на верстовой столб. Уходят молча. Это очень хороший способ свести супругов.

«Выйди из своего царства, приди из мертвого государства, посчитай каменны столы, железны стволы, верстовые столбы. Тринадцать стоят, тринадцать лежат, тринадцать именем царства сторожат. Чтоб супруженьки поврозь не стояли, а в постели лежали, друг друга не обижали. Кто стол каменный и ствол железный согнет, воду со столба изопьет, только тот раба (имя) и рабу (имя) разведет».

Чтоб муж не гулял.

Собирают паутину в лесу на осиновых деревьях. Собирают, заходя три раза в лес, три дня подряд. Заваривают чай для мужа и кладут туда паутину, на которую перед этим наговаривают.

«В лесу деревья стоят, там растет осина, на ней живет паучина, он плетет паутину. Сплел паук ловчи для раба Божьего (имя). Варись, паутина, варись, сетью обернись, чтоб муж мой не гулял с девками, с бабами, ни с утра, ни со дня, ни с вечера, ни с полуночи до утра. Как паук в паутине сидит, так бы и раб (имя) сидел бы в моем доме, никуда бы от меня не уходил, все бы на меня любовался. Аминь».

Чтобы к жене никто не подходил.

Читает муж на подарки или конфеты и отдает жене. Делать это нужно в женский день – среду, пятницу, субботу.

«Умоюсь я белешенько, встану ран-ранешенько. Скажу ангелу-хранителю, своему спасителю: веди, ангел мой, меня (имя) не ко мне домой, а во поле чистое, где свет-солнце лучистое, где трава выше пояса, где ни тропки, ни колоса. Там сидит Сатанина-угодница, за ней сам ветер не угонится. Охраняет она свой подклад. Я в ее подклад положу свой клад, а мой клад – то семейный лад. Ах ты, свет, Сатанина-угодница, от тебя да никто не укроется. Кто на жинку отныне позарится, пусть моя сторожиха расправится. И щипи их, и гони, мой семейный подклад сохрани. Мертвые лежат, уста их молчат, подклад сторожат. Аминь. Аминь. Аминь».

Чтобы жена из дома к подругам не бегала.

Дарят ей в субботний день новый наговоренный платок:

«Сияет заря, сияй и горница моя. Будь для моей милой желанной, а не постылой. Чтоб в дом она торопилась, чтоб сердце ее от радости билось. Не хотела бы она видеть ни подруг, ни друзей, а была бы рада моей встрече с ней. Аминь».

Чтобы с женой помириться.

Читается на сладости, подарки.

«Как бы ты, душа моя, ела бы да заедала бы, да в слезах-тоске вспоминала бы все вешние дни руки, губы мои. Ни сном бы не смогла забыться, все бы мыслила помириться да на порог ко мне явиться. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Чтоб жена не могла увлечься другими мужчинами.

Выполощите рубаху (исподнюю) своей жены и в этой воде вымойте себе ноги. Воду выливают в угол двора, на улице, то есть в любое место, где есть угол. Вернувшись домой и перейдя порог, скажите:

«Как верно, что вода с угла домой не придет, порога не перешагнет, так верно, что моя жена от меня не уйдет, дружка себе не найдет, к сердцу не прижмет, обнять не обнимет, меня, раба (имя), никогда не покинет. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Если мужнино сердце охладело.

Ломают семь веток с любого женского дерева и семь – с любого мужского, говоря при этом:

«На море-океане, на острове Буяне стоит дерево, на дереве том сидело 77 птиц – серых девиц, ощипывали они ветки и бросали на сыру землю-Мать. Эти ветки стал черт хватать и уносить к черной сосне, к самому Сатане, Сатане-Сатановичу да к Сатане-Сатановне. Три черные свечи гашу, дьявольскую парочку попрошу: окажите милость мне, зажгите вы сердце рабу (имя)».

Заговор очень действенный (развод отменяется).

Чтобы муж не изменял.

Читают на холодное питье, дают попить неверному 1, 15 и 30 числа.

«Как домовой не может изменить своему дому, своему полу, своей стене, так ни с одной рабой – ни с красавицей, ни с рябой – мой милый не изменит мне, Божьей рабе (имя)».

Так делать надо постоянно, но и результат будет неизменный. Проблемы семьи просто испарятся.

Чтоб не прикормили.

Всем известно, что на еду делают приворот. Чтоб поставить оберег, делают следующее: читают на мясо, которое закипает, снимая пенку, откладывают ее в тарелочку, а затем скармливают собакам.

«Как эта плоть кипит и бурлит и как ей уже живьем не жить, так и мужа моего (имя) никому не прикормить: ни на сырое, ни на вареное, ни на сладкое, ни на соленое. Шепотом не сгубить, с ложки, с кружки не опоить, с тарелки не накормить. Кипи, плоть, выкипай, а ты, собака, беду сжирай. Пока собака соловьем не запоет, до тех пор мое слово никто не перебьет. Ни ведун, ни ведуница, ни царь, слово, царица. Аминь».

Чтоб муж не ел и не пил у чужих женщин.

Этим наговором отбейте у него раз и навсегда желание есть и пить в кругу женщин. Даже если он будет голодным, еда не полезет ему в горло. Наговор:

«33 птахи слетались, зернами питались. Ели и пили, и говорили: «Не ешь, раб (имя), в чужом саду, за чужом столу из рук белых, не в своих стенах. Ни у млад-молодухи, ни у старой старухи, ни у черной, ни у белой, ни у рыжей, ни у какой, а ешь-пей у меня одной, со своею женой, Божьей рабой (имя). Аминь».

Если дело идет к разводу.

Достаньте полотенце, на котором стояла венчанная пара, пополощите его в воде и оботрите этим полотенцем мужа и жену. Они и не разойдутся.

Если муж ушел.

Возьмите свое обручальное кольцо, положите его в святую воду и пейте. Должно быть сорок глотков. Перед этим начитывают заговор:

«Как ты, вода, с венчального кольца вверху зашла, внизу выйдешь, так чтоб мой муж (имя) от рабы (имя соперницы) вышел, а в мой дом зашел. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Это старинный рецепт, взятый из трактата Альбертуса Магнуса «Удивительные секреты большого и малого Альберта». Считается весьма действенным. Пригоден он как для мужчин, так и для женщин. В пятницу утром, еще до восхода солнца, сорвите в саду самое лучшее яблоко. На маленьком листке бумаги своею кровью напишите имя и фамилию предмета любви. Постарайтесь добыть три его (или ее) волоска (можно снять с расчески, с одежды и т. п.), соедините эти волоски со своими собственными и обвяжите ими свернутую в трубочку бумажку. Яблоко разрежьте пополам, выньте косточки, на их место положите эту записку. Двумя остро заточенными палочками осторожно, чтобы не порвать бумажку, соедините половинки яблока. Теперь положите его в укромное место, чтобы его никто не увидел и не нашел. Яблоко должно высохнуть. Теперь заверните его в листья и ухитритесь спрятать в изголовье предмета любви, но так, чтобы он (или она) ничего не заподозрили. Теперь ждите результата. Если ваши отношения не изменятся – повторите процедуру еще раз, и еще – пока не добьетесь взаимности.

Если вашего мужа приворожила к себе другая женщина, принесите воду из церкви, после заката прочитайте над ней следующее:

«Как мы с тобой поженились по любви, по согласию, как жили и детей прижили, так и будь ты таким же непорченым, как вначале».

Затем позаботьтесь о том, чтобы ваш муж эту воду выпил.

Присмотрите место на дворе, где петухи дерутся. Возьмите на том месте земли горсточку и посыпьте ее на постель вашей разлучницы. Станет она с мужем вашим вздорить, и опять полюбит он вас, как прежде.

Если муж все-таки ушел от вас, но в доме остались его вещи, нужно сделать так: возьмите его вещь, перекрестясь, положите ее под матрац, где он раньше с вами спал, а после 12 часов ночи читайте наговор у постели:

«С телесов вещь взяла, на 7 дней с глаз убрала, под матицу полежила, ведуна помочь попросила. Матица, перевернись, раб (произнесите имя), домой возвратись. Аминь».

Семь дней вещь не трогать и все семь дней читать наговор.

Если ваш муж влюблен в другую женщину, поступите следующим образом. Три пятницы подряд нужно произносить над пищей, предназначенной мужу, заговор:

«Как весной красной, при солнышке ясном стекают снежки белы с гор и с лугов, крутых берегов, так бы сошла и стекла с раба Божьего (имя мужа) тоска и кручина, тайные мысли с белого тела, с ретивого сердца, с черных бровей, с красных кровей, с головы его буйной. Чтобы не тосковал и не поминал, в мыслях не держал, умом не домысливал, во сне не видывал, при встрече с ней очей не вскидывал, рук ласковых к ней не тянул, в окно ее не выглядывал, встречи не выискивал, слов не говорил, пером бы ей не писал, своим телом не желал, закрепитесь мои слова крепкой крепостью, святой просфирою, чужой могилою, ночной звездой, соленой слезой, всей кровью плоти человеческой. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Если муж ушел.

Произнести заклинание:

«Миу тиу рин рин рин. Шибо рибо гин би лит».

Повторить столько раз, сколько лет вам и мужчине в сумме. С подушки снять наволочку и искупаться вместе с ней в ванне, растирая ею свое тело. У вас появится такая притягательная сила, что мужчина непременно вернется.

На предотвращение развода.

«Корона Царя и Царицы, венчанье небесное на земле. Двух сердец души раба Божьего (имя) и рабы Божьей (имя) венчальный платок, венчальная свеча, венчальный алтарь, венчальный звон, венчальное время, венчальный час и мой крепкий наказ. С этого часа, с моего наказа идите два сердца, души раба Божьего (имя) и рабы Божьей (имя) друг другу навстречу, на вечную вечность. Венчаю вас словом крепким, делом лепким и всей Белой магией. Аминь».

Так нужно читать 12 дней кряду, в венчальный час, т. е. в 2 часа дня.

На соединение пары.

Варят кисель из двух видов ягод, например, малины и вишни, и пока кисель варится, говорят два раза: «Росли поврозь, а теперь вместе». Кисель дают супругам поесть вместе.

Чтобы помирить мужа с женой.

Читают на еду, питье:

«Как шла Ева за Адама, так и ты, раба (имя), иди за раба (имя). Чтоб век вместе жили, хлеб и постель делили, друг от дружки не отставали, друг без друга жизни не знали. Куда раба (имя), туда и раб (имя). Аминь».

Чтобы помешать разводу и сохранить семью, нужно сварить сердце петуха и дать съесть жене, а мужу за тем же столом дать съесть вареное сердце курицы.

Чтобы поссорившиеся супруги снова полюбили друг друга.

Если супруги уже разъехались, читают на порог мужа, а потом на порог, где живет жена. Если же супруги пока живут под одной крышей, говорится на еду, которую они должны съесть.

«Как Мать Пресвятая Богородица истинного Христа упрашивала, уговаривала, так бы раб Божий (имя мужа) свою супругу упрашивал, уговаривал, сох бы по ней день и ночь, и болел, и скорбел по ней, и плакал, и скучал бы, ждал бы, не дождался бы того часа, той минуточки, как увидит он стан ее, ее походочку, речь бы ее услышать, улыбку бы ее увидеть, за белы руки взять, к сердцу бы своему прижать, до конца бы века не отпускать. И так бы раба (имя жены), Божья жена, сохла бы и болела бы, скучала бы и рыдала бы, в горнице металась бы, в оконце заглядывала, к стуку бы прислушивалась, имя бы его нашептывала, ночью бы без него не засыпала, мучилась и страдала, не знала бы, как услужить ему, как за стол усадить, какой едой накормить, каким медом напоить, ссор бы не затевала, каждый час его поджидала, белой рученькой обнимала, в уста сахарные целовала. В одной горнице им век вековать, век разлуки им не видать. Слово мое крепко, дело мое верно. Аминь».

Для мира в семье.

Нужно наговорить на чай или на воду и дать выпить мужу.

«Мати Пресвятая Богородица. Никола Чудотворец и сам Иисус Христос, я не воду беру, а жизнь возвращаю. Чтобы такая чистая жизнь была, как у раба (имя мужа) с рабой (имя жены). Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Чтобы вернуть любовь мужа.

Пойдите на Пасху в самый большой магазин в вашем городе, возьмитесь левой рукой за дверную скобу и скажите:

«Христос воскрес, а ко мне мой муж. Как за эту скобу все хватаются, так чтоб мой муж ко мне бежал, по мне скучал. Руками хватал, обнимал. Аминь».

Если муж распутен.

Жена должна взять с какой-нибудь могилы щепоть земли, всыпать ее в напиток и дать выпить ему. Распутство в нем замрет навсегда.

На повиновение жены мужу.

«Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Как церковь повинуется Христу, так же пусть повинуется мне, рабу Божьему (имя), раба Божья (имя), и будет во всем мне послушна. Аминь. Аминь. Аминь».

Читать на воду, воду подливать ей.

На возврат любимого.

Делается на растущей луне, в полнолуние, лучше в четверг. Вам понадобится:

– розовая свеча, любой формы, не менее 10 см высотой,

– смесь масел (пачули, лаванда, мускат, иланг-иланг, имбирь) или одно из них,

– распятие (можно заменить импровизированным крестом, сделанным из двух связанных вместе палочек).

Натрите свечу маслом (или смесью) и зажгите. Держите зажженную свечу в одной руке, распятие в другой, и читайте (лучше наизусть):

«О, Мятежный Ангел, Ты, который вечно блуждает в Аду в поисках Рая. Услышь меня и слушай меня. Я прошу тебя овладеть всеми пятью чувствами (имя возвращаемого) и не давать ему (ей) покоя в этом мире, ни когда он (она) сидит или стоит, ни когда он (она) бодрствует или спит. Чтобы он (она) мог(ла) думать только о том, как: видеть меня, обонять меня, слышать меня, ощущать мой вкус и прикасаться ко мне. Чтобы он (она) чувствовал(а) себя так безнадежно, как воды в морях не знают покоя. Чтобы он (она) рвался (рвалась) на части, как ветер в шторме, до тех пор, пока он (она) не вернется ко мне. Чтобы он (она) бежал(а) и бежал(а) до тех пор, пока не рухнет к моим ногам. И никто никогда не сможет спасти его (ее). И чтобы ни разведенная женщина (разведенный мужчина), ни замужняя женщина (женатый мужчина), ни вдова (вдовец), ни девственница (девственник), никогда не полюбили его так, как я! (Имя возвращаемого), я заклинаю тебя перед Крестом и Всемогущим Богом. Ты будешь бегать, и искать меня, как живущие идут за крестом, а мертвые ищут света. Аминь».

Поставьте свечу на алтарь, положите распятие перед свечой и оставьте свечу догорать.

Покупают новые иголки, их должно быть 13 штук. Поочередно наговаривают на одну иглу и носят под порог к той женщине, к которой ушел ваш муж.

«Как сталь крепка, так и слово мое крепко. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Пойду в леса нехожены, болота зыбучие, найду говна вонючие. Как противно с ними рядом стоять, их воздухом дышать, так и противно мужу моему, Божьему рабу (имя), с рабой (имя соперницы) вместе бывать, одним воздухом дышать. Как игла востра, так и остро сердце его боли по мне, Божьей рабе, его жене (имя). Аминь».

На полный разрыв.

Покупают в одном месте два куска ткани – от одного тюка, но двумя мерами – и относят в две разные церкви, там оставляют и говорят:

«Из одного куска сделали два, а из двух – ни одного. Аминь».

Если муж гуляет, бросает детей и дом, возьмите молоко, подоенное вечером, и наговорите. Пусть муж это молоко выпьет.

«Я, раба Божья (имя), не в дыму видала, мужа ожидала, в огне горела, душой терпела. Как мой раб Божий (имя) жесток как камень, а я землю жую пережевываю. Как кровь моя кипит, так его печенка болит. При мне и со мной и будь он раб моя. Мои стены, его пол. Как на его желудок, так на мою кровь. Помоги и сохрани. Аминь».

Чтобы муж не изменял.

«Ох, мати первая звезда, на небе высоко, от меня далеко, увидь раба (имя), встреть его на дороге, на чужом огороде, на изменяем пороге, в доме, в поле, посуху и в море. Наведи на него тоску, чтоб с чужими девками не засиживал, из чужих рук хлеба-соли не брал, в чужой постели не засыпал, про меня, свою жену (имя), ни на час не забывал. Возьми его, звезда, под узца, приведи его сюда, ко мне. Божьей рабе (имя). А ко птица летит до своего гнезда, скотина до своего луга, лошадь до жеребяти, овца до ягняти, мать до своего дитяти. Так чтоб раб Божий (имя) бежал до меня, до рабы Божьей (имя), до моих черных бровей, до моих ясных очей, до алых губ, до белого лица, до ретивого сердца, до моего дома, до супружеского порога. Аминь».

Это крепкий наговор. Читают его на закате солнца три раза.

Чтобы не тосковал о сопернице.

Стирают его рубаху на вольной воде: под небом, на реке, на пруду и т. д. и говорят:

«Быстра вода, живая река, ты на одном месте не стоишь, волны гоняешь, об берег швыряешь. Закинь, зашвырни тоску моего мужа (имя) по рабе (имя). Как ты не горюешь о тяжелых камнях, сыпучих берегах, не кровь гонишь горячую, а воду холодную, нестоячую. Остуди ты раз и навсегда сердце моего дружка по рабе (имя). Аминь. Замкну я на рубахе наговором скорым. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Если женатого мужчину околдует молодая любовница и через это он семью задумает бросить, то нужно вспомнить заветные слова:

«Встану я на ранней заре, умоюсь я в ключевой воде, выйду в чистые поля, в зеленые луга, прямо к океану-морю. И как у того океана-моря берега стоят ровно, в дуг по дуге не толкутся и вместе не сойдутся так бы и раб Божий (имя мужа) с рабой Божьей (имя любовницы) более не сошлись бы, друг по дружке не толклись бы».

Этот заговор следует произносить тогда, когда мужчина спит, или начитать его на воду, которой он будет утром умываться.

В семье, где происходят скандалы, склоки, ссоры и дело идет к разводу, три раза прочтите шепотом следующий заговор:

«Корона Царя и Царицы, венчание небылицы, быть тому, что я скажу: двух сердец души раба Божьего (имя) и рабы Божьей (имя) венчальный платок, венчальная свеча, венчальный алтарь, венчальный звон, венчальное время, венчальный час и мой крепкий наказ».

Заговор нужно читать двенадцать дней подряд – либо ночью, либо в венчальный час – 14.00. Но самое главное, чтобы в этот момент один из супругов спал.

Этот обряд помогает избавиться от скандалов в доме, от дрязг между родственниками и семейными парами.

Возьмите горшок с землей, «посадите» в землю перевернутую вверх тормашками морковку и произнесите следующие слова:

«Когда морковь местом поменяется, только тогда моя семья разругается».

Ровно через 40 дней морковь необходимо вытащить и выбросить.

Чтобы вернуть отца детям.

Выдохнуть на улице против ветра и читать три раза:

«Лети, лети, мой душок, за океан-море, там стоит медная баня, в бане той лежат три доски, три злые тоски. Не мечитесь, не кидайтесь, из дверей в двери не бросайтесь, а летите в самодельную щель, к рабу Божьему (имя). Чтоб раб Божий (имя) тосковал и горевал обо мне, рабе Божьей (имя), дуром бы дурел, ревом бы ревел. Ключ, замок, зубы мои. Аминь».

Заговор на развод.

«Чтобы не лежалось, не спалось рабу Божьему (имя) с рабой Божьей (имя). Чтобы не дышалось, не жилось рабу Божьему (имя) с рабой Божьей (имя). Им не кушать вместе хлеб. Не встречать вместе рассвет. Не открывать одних дверей. Не растить общих детей. Спать бы раб Божий (имя) с рабой Божьей (имя) не спал.

Гулять бы раб Божий (имя) с рабой Божьей (имя) не гулял. Ни сейчас, ни потом. Да будет так отныне и во веки веков. Аминь».

Читать на воду, воду подливать ему.

На отворот и ссору.

Делать на убывающую луну в ночь с понедельника на вторник. Приготовить отворотную смесь. Заранее иметь: мелко истолченное стекло, землю с кладбища или церковного двора, шерсть черной собаки и черного кота, две чайных ложки соли и ложку уксуса. В полночь застелить стол темной тканью, поставить перед собой на нее две свечи (церковные или просто белые), натерев их предварительно уксусом, и зажечь их. Взять ступку и пестик. Высыпать туда по порядку: стекло, землю, шерсть. На чистом листе бумаги написать заговор:

«Волю свою направляю на то, чтобы, как черный пес с черным котом, муж (любимый) мой (имя) с разлучницей (имя) ругались, дрались, и расстались потом. Чтоб друг на дружку всю жизнь они злились, чтобы в осколки их чувства разбились. Чтоб ничего у них не заладилось, не получилось, не сошлось и не сбылось. Слово мое крепкое – замок. И печать на нем не Божья, а Рогатого. Не крестом, не молитвою, а тайною силой, заклятием исполнится воля моя».

Три раза прочитать заговор вслух и сжечь листок на левой свече. Пепел смешать с содержимым ступки. Туда же добавить соль и уксус. Как следует растолочь, рисуя в воображении картины их ссоры (развода). Накрыть ступку темной тканью и поместить на подоконник, форточку слегка приоткрыть. Свечи поставить с двух сторон от ступки и оставить их догорать. На следующий день переложить смесь в бумажный пакет и высыпать у порога разлучницы. Если не знаете, где она живет, можно разложить смесь по маленьким бумажным пакетикам и зашить в одежду любимого. Результат в течение недели.

На восковую фигурку соперницы.

Убывающая луна, окно открыто, после полуночи. Вылепите из воска маленькую фигурку, пока лепите, наговаривайте на нее:

«Кастанами Абу Кастанами Такаса Фами Абу Рави Кастанами».

Назовите фигурку именем соперницы (нацарапайте имя на ней черным ножом). Сразу после этого растопите фигурку в ложке на свече, говоря один раз:

«Как я растапливаю этот воск, так растапливается воздействие (имя соперницы) на (имя любимого)».

Выплесните растопленный воск в окно (ложку выбросите вслед), и говорите:

«Как я выбрасываю этот воск, так я выбрасываю ее из его жизни».

Свеча пусть догорит.

На разрыв отношений.

Делать в ночь полнолуния. Вам потребуется: предмет одежды человека (не стираный), которого надо остудить, розовая свеча, кусочек мела, металлическая или глиняная чашка или пепельница. Вырежьте из предмета одежды кусок материала, достаточного размера, чтобы написать на нем его (или ее) имя. Зажгите свечу. Напишите мелом имя вашего поклонника (поклонницы) на материи. Поставьте перед собой четкий образ этого человека, если вам сложно представить его, положите рядом его фото. Подожгите кусочек одежды с именем на свече, пока горит, говорите:

«В этом огне сгорит вся страсть (имя любовника), его (ее) желание, его любовь и надежда, ко мне (имя). Он (она) уходит. Я свободен (свободна)!»

Если материал плохо горит, продолжайте поджигать его на свече. Догорать бросьте в чашку. Оставьте свечу сгорать, пока она не погаснет сама. После этого остатки свечи и пепел от куска одежды заверните в тот предмет одежды, из которого был вырезан кусок. Закопайте это в землю в эту же ночь. Если обряд делается не на себя (и своего любовника), используйте две фотографии, тех, кого надо развести, или ставьте перед собой оба образа. Используйте их имена, делайте остуду тому из двоих, чья одежда имеется в распоряжении.

Убывающая луна. Делается на того, от кого хотят отвернуть. Взять грязной воды, которой мыли пол в своей квартире, и золы из печки или камина, постелить на пол черную тряпку, поставить на нее воду и золу, а перед ними – зеркало, около которого (по бокам и сзади) поставить три свечи (любые). Пойти в церковь, купить 3 восковые свечки, 2 из них взять домой, а третью поставить какому-нибудь святому и взамен взять восковой же огарок от этой иконы, загасив его пальцами на себя. Дома в 23.30 зажечь свечи у зеркала, а восковые поставить перед зеркалом, налепив одну на другую, так, чтобы огарок был сверху. Читать заговор 3 раза:

«Помяни раба Божьего, живущего думою, заботою на свете от сего мира, от белого света. Как люди не могут смотреть на оли экт, так чтобы не могли смотреть на того человека (здесь его имя три раза), чтобы он не имел свету ни днем, ни ночью, и чтобы он был забыт от людей и не имел себе пути, ни дороги. Ставлю три свечи, зову три силы, три, три силы вражии: оли, аги и самого черта – рыцаря, экт, оли, ушта, мокшу, сами, capo, помяни раба Божьего, живущего душой. Возьми его, забери его, за злые дела его, со спины его, со креста его, и с живота его. Я беру воду грязную, я беру золу грязную, я водой залью путь твой, я золой загрязню тебя, я огнем засушу тебя. Пала, тула, экт, пашта, экт, левт, тулимиля, экт, леби, судан, максас, леби, дерби, корли, экт, сула, да, рас, туку».

Читать это перед свечами три вечера подряд. Все три дня брать свечи в церкви, как сказано. После этого взять воду и золу и облить и обсыпать дорогу, дверь, пороги, одежду (или бросить вслед) и ноги (обувь) его. Это сделать тоже три раза в разные дни.

Убывающая луна, полнолуние. Делать после полуночи. Взять два яйца от черной курицы. Если невозможно определить, какая курица снесла яйца, возьмите просто два белых яйца и выкрасите их в черный цвет. Сделайте круг, на алтаре зажгите черную свечу. Положите яйца в черные куриные перья и наговорите на них:

«Как курица черна, как черт-бес, как курица гребет от себя, так и ты, раб Божий (имя) отгребись от рабы (имя) навсегда. Слово мое крепкое – замок. И печать на нем не Божья, а Рогатого. Не крестом, не молитвою, а тайною силой, заклятием исполнится воля моя».

До утра оставьте яйца лежать в перьях. Свечу оставьте догорать. На следующий день разбейте их о дверь того, на кого делается отворот.

Заговор от разлучницы.

Убывающая луна, полнолуние. Взять фотографию соперницы или ее рисунок и сжигать на пламени восковой, церковной свечи. В это время читать:

«По утру встает солнце красное, а как ночь придет – Луна нежная. Солнце – красное распрекрасное, Луна – нежная безмятежная. И никогда они не встречаются, оба разом к нам не являются. Так и суженый мой пусть с рабой Божьей (имя) не встречается, никогда пусть с ней не слюбится. Как сказала я, так и сбудется».

Пепел развеять. Свечу оставьте догорать.

Делать в ночь полнолуния. Вам понадобится: 1 красная свеча для силы, 2 белых свечи для исцеления души, листок бумаги с именем этого человека. Поставьте белые свечи слева и справа от красной. Зажгите сначала красную, затем левую белую, затем правую белую свечу. Подожгите на красной свече листок с именем и положите его догорать в кадильницу или пепельницу. В это время скажите:

«Я жгу твое имя. Я выбрасываю тебя из памяти (его/ее имя), твое имя как холод, как лед. Я забуду тебя навсегда».

Пепел развейте. Свечи оставьте догорать.

Эти слова употребляются для того, чтобы сделать немилым кого-либо или разлучить с другим. Обыкновенно они наговариваются на землю, взятую между двух гор, или на воду, взятую из реки, тогда оба берега считаются горами. Эту землю дают в каком-либо кушанье. Для большей действенности прибавляют в нее мелко изрубленные медвежьи когти.

«Стану, не помолясь, выйду, не благословясь, из избы не дверьми, из двора не воротами, – мышьей норой, собачьей тропой, окладным бревном; выйду на широку улицу, спущусь под круту гору, возьму от двух гор земельки; как гора с горой не сходится, гора с горой не сдвигается, так же бы (имя молодца) с (имя девицы) не сходился, не сдвигался. Гора на гору глядит, ничего не говорит, так же бы (имя молодца) с (имя девицы) ничего бы не говорил. Чур от девки, от простоволоски, от женки, от белоголовки, чур от старого старика, чур от еретиков, чур от еретиц, чур от ящер-ящериц».

Page 7

В первую пятницу после новолуния купите 35 см красной тесьмы, сделайте из нее «любовный» узел и прочтите над ним молитву «Отче наш» до слова «искушение», заменив слова «но избавь нас от лукавого» словами «людеа, людей, людео», и тут же спрячьте узел. Затем ежедневно завязывайте новый узел и произносите молитву «Отче наш» – и так до девяти раз. После этого наденьте ленту на левую руку и дотроньтесь до любимой.

Читается нечетное число раз на некипяченую негазированную воду. Делать на растущую луну.

«Встану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь. Из дверей в двери, из ворот в ворота. Выйду я в чисто поле. Сидит в чистом поле Иисус Христос – Сын Бога живого. Как Он тоскует и плачет по Своей Церкви, так бы тосковал и плакал раб Божий (имя) по мне, рабе Божьей (имя). Спать бы он не спал, гулять бы он не гулял, а все бы по мне тосковал. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Заговоренную воду подливать в еду/питье привораживаемому. Можно кипятить, делать на этой воде чай или кофе.

Делается на растущую луну, лучше в четверг. Взять нательное белье мужчины или женщины (на кого будете делать), намочить в холодной воде. Выжать, повесить на горячую батарею и сказать:

«Как будет сохнуть это белье (или трусы, майка…), так же будет сохнуть раб/раба Божий/Божья (имя) по мне рабе/рабу Божьей/Божьему (имя) отныне и во веки веков. Аминь».

И дунуть на белье.

В полнолуние отнести нитки на могилу со своим именем и оставить их там в ногах на три дня. Потом пришить этими нитками пуговицы (хотя бы одну) к его одежде. Пришивая, говорить:

«На поле на зеленом растет трава сухая, полынь луговая, горькая, как тоска, сухая, как доска. Пришиваю я горькой тоской, гробовой доской, раба (имя) к себе, Божьей рабе (имя). Аминь. Аминь. Аминь».

Четверг, растущая луна. Взять небольшую тряпочку, новый крест и пять копеек, все это закрутить нитками в колобок и заговорить. Спрятать шарик в квартире, где живет или бывает привораживаемый. Можно спрятать в его рабочем помещении, если в квартиру не попасть. В землю не закапывать, в туалете и возле мусора не класть. Заговор:

«Шел дед трясок, взял мой потайнок, трясется, бросается, в сторону кидается, семьдесят семь жил у него болят, глаза у него горят, зубы стучат. Так он страдает, покоя не знает, не ест, не пьет, покоя себе не дает. Так и раб (имя) чтоб покоя не знал, по мне, рабе (имя) страдал, семьдесят семь жил на себе рвал. Рвался ко мне, стремился, ни перед чем не остановился, все ко мне бы бежал, и так бы он тужил и страдал. Как дед трясок взял мой потайнок, куда ни взглянет, меня помянет. Все ему – я, Божья раба (имя). Аминь. Аминь. Аминь».

Если кто-нибудь кроме вас или того, кто делал для вас, возьмет прятанку в руки – она потеряет силу.

Присушка на мужчину. Растущая луна, полнолуние. Взять стакан некипяченой воды, выйти на улицу до восхода солнца, читать стоя босиком на траве, лицом на запад, 3 раза:

«Выйду я, раба Божья (имя), на улицу широкую, стану на восток хребтом, на запад глазами. На западной стороне сидит обрученный Иосиф. И как он восхищается Божественной красотой Пресвятой Богородицы, так бы и раб Божий (имя) восхищался, смотрел да не насмотрелся на меня рабу Божью (имя). Аминь. Аминь. Аминь».

После этого умыть небольшой частью этой воды лицо, а остальную воду понемногу подливать в горячий суп или горячий чай мужу или мужчине, которого хотите присушить. Можно еще обрызгать подушку, на которой он спит.

Делается 40 дней, начинать нужно в день, следующий за новолунием. Купите в церкви 40 восковых свечей. На каждую свечу начитайте «Отче наш» (лучше полный вариант). Все свечи соберите вместе и возьмите пучок свечей в правую руку. Подожгите их все сразу (как одну свечу) и на огонь говорите один раз:

«Как эти свечи горят, день за днем, свеча за свечой, так будет гореть и разгораться любовь раба Божьего (имя) ко мне, рабе Божьей (имя), как эти свечи сгорают без остатка, день за днем, свеча за свечой, так сгорят обиды, неприязнь, нелюбовь, ненависть, все отрицательные эмоции у раба Божьего (имя) ко мне, рабе Божьей (имя), навсегда. Аминь».

После этого погасите все свечи одновременно (можно перевернуть и окунуть горящие фитили в накапавший воск), заверните в пакет и держите в закрытом виде. Начать с ними работать можно или сразу после этого, или в то время, когда это станет необходимым. Начинать на растущую луну, далее – 40 дней подряд. Ставить надо каждый день по одной свече в одно и то же время на одном и том же блюдце. Чтобы установить свечу на блюдце, капните несколько капель воска в центр блюдца и прилепите свечу на воск. Вынимать их из пакета по одной, остальные пусть так и лежат завернутые. Каждая свеча должна сама догореть до конца. Блюдце не чистить, что там накапало, пусть копится 40 дней. По времени допускается опоздание 10–15 минут, но нежелательно, должны стоять минута в минуту. Нельзя, чтобы хоть одна свеча погасла, не догорев, или кто-то затушил. Ставить где угодно, в любом месте. Здесь главное – время и полное сгорание. Говорить ничего не надо, находиться возле свечи не надо. На 41-й день блюдце почистить и весь этот воск завернуть в белую бумагу и закопать в корни под молодое дерево.

Если вы испытываете проблему одиночества, сделайте этот несложный ритуал. Соберите немного дождя (зимой – снега) в чашку или банку (хотя использование котелка или кубка придало бы этому процессу более интересное, мистическое значение). Дождевая вода или снег должна попасть туда естественным путем, «прямо с неба». Принесите сосуд с водой в дом (если со снегом – дайте ему растаять). Плесните по нескольку капель воды на каждый угол вашей кровати. Будьте осторожны, слишком много воды может привести к непредсказуемому поведению со стороны вашего будущего возлюбленного. Возьмите оставшуюся воду в сосуде и сядьте с ней в центре кровати. Скажите:

«Я прошу Тебя через этот свежий, сладкий дождь (или снег) дать мне человека, который облегчит мою боль одиночества».

Чашку с водой оставьте в открытом виде, чтобы вода могла свободно испаряться до тех пор, пока не испарится полностью. Особенно действенно собирать воду в Валентинов день.

Чтобы любимый мужчина был верным и преданным вам.

Используйте для этого фотографию, на которой сняты вместе вы и ваш возлюбленный. Попросите в произвольной форме вашего ангела-хранителя о помощи в сохранении вашей любви. Если у вас нет фотографии, где вы вместе, вполне подойдут две ваши фотографии, отдельно ваша и его, или даже простое письменное описание вашей и его внешности и качеств (с указанием имени и других «особых примет»). Возьмите фотографию (или фотографии), сложите ее так, чтобы ваши изображения оказались «лицом к лицу». Склейте обе половинки фотографии (или обе индивидуальные фотографии) вместе, как символ постоянства ваших отношений, и уберите в укромное место.

Заклятье для двоих – на счастье и любовь.

Приготовьте две красные свечи, красное вино, корицу, две неглубоких чашки. Делать вдвоем, на растущую луну. Зажгите свечи. Налейте в чашки немного вина. Возьмите каждый свою чашку и нагревайте их над свечами. Добавьте в каждую чашку щепотку корицы. Покрутите чашки в руках, чтобы размешать корицу в вине, после этого прекратите нагревание. Теперь глубоко подышите каждый в обе чашки. Сначала дышите в свою чашку, потом в чашку партнера. Скажите тост – заклинание (говорить может кто-то один):

«Пусть этот союз мужчины и женщины принесет нам обоим удовольствие и счастье!»

Выпейте вино, свечи оставьте догорать.

Роза любви. Делается в период растущей луны. Найдите свежую, наполовину распустившуюся красную розу. Если вы срываете розу с куста, то делайте это на закате. Дополнительное замечание: если влюбленный уколется шипами розы и капля крови упадет на землю, то он должен выбросить розу и ждать восемь дней, прежде чем вновь повторить эту процедуру. Приготовьте три длинные красные свечи. Перед тем как лечь спать, поставьте розу в стакан или вазу с водой возле вашей постели. Расставьте свечи в форме треугольника вокруг стакана или вазы с розой, не зажигая их. Ложитесь спать и постарайтесь грезить о вашем возлюбленном на протяжении всей ночи. На рассвете (важно, чтобы вы сделали это непосредственно перед восходом солнца) поставьте розу на восток, так чтобы она смогла встретить восход солнца. Воткните стебель розы в песок, насыпанный в стакан, кувшин или цветочный горшок, наполненный песком. Розу можно поставить на подоконнике, на крыше дома или во дворе. Затем возьмите две любые свечи из треугольника, окружающего розу, поставьте их с каждой стороны от розы и зажгите их. Третью свечу уберите в укромное место. Когда свечи будут гореть, подумайте о вашем возлюбленном и громко скажите:

«Красная роза – вестник истиной любви. Эти свечи донесут мою любовь до сердца возлюбленного» – и мысленно произнесите его (или ее) имя.

Затем опять поставьте розу возле вашей кровати в том же сосуде с песком и поставьте рядом с ней горящие свечи. Оставьте свечи догорать. Оставьте розу и остатки воска от свечей на там же самом месте на три дня и три ночи. Утром на четвертый день возьмите увядшие лепестки розы, остатки воска от сгоревших свечей и третью, целую, свечу. Заверните все это в матерчатый или бумажный мешочек. Закопайте мешочек со всеми вещами в землю и хорошо присыпьте землей. После этого вы должны позвонить или отправить сообщение любого содержания по электронной почте человеку, ради которого вы это проделали.

Быстрый приворот.

Растущая луна или полнолуние. Вам понадобится: красная или розовая свеча, красные чернила, пергаментная бумага, ароматическое масло пачули, лаванды, розы или иланг-иланг, ароматическая палочка роза, иланг-иланг или жасмин. Натрите свечу ароматическим маслом. Напишите на пергаменте красными чернилами имя привораживаемого, листок с именем положите под свечу (надписью вверх). Зажгите ароматическую палочку и расположите ее рядом со свечой. Зажгите свечу. Смотрите на пламя и сконцентрируйтесь на вашем желании любви, счастья и совершенства в отношениях с этим человеком и в своей жизни. Визуализируйте свое желание. Нанесите немного масла на тело в местах, где бьется пульс. Оставьте свечу догорать. Эффект наступает очень быстро.

Делать на растущую луну. Зажгите белую или красную свечу. Возьмите фотографию того, кого хотите приворожить. На обороте фотографии напишите столбиком:

– свое имя,

– ниже нарисуйте крест (как знак плюс),

– его (ее) имя,

– подведите черту,

– нарисуйте сердце,

– нарисуйте еще крест,

– напишите «аминь».

Держите фотографию этой стороной к себе, лицом (картинкой) от себя. Начиная с нижнего левого угла, по часовой стрелке прошейте фото по краю крупными стежками шерстяной ниткой. Нитка не должна быть черного цвета. Лучше используйте белый или красный, соответственно цвету свечи. Конец нитки оставьте свисать, длиной около 10 см. Предпоследний стежок сделайте там, где был первый, игла выходит от вас на лицевую сторону, затем последний стежок с лицевой стороны обратно к вам. Обрежьте нитку так, чтобы оба конца были одной длины и выходили на одну сторону – на ту, где написаны имена. Завяжите их крепко на три узла. Концы нитки не обрезайте, так и оставьте их свисать. Узел запечатайте, то есть перекрестите левой рукой или закапайте воском от свечи, и скажите: «Да будет так».

Когда шьете, на каждый стежок говорите:

«Как ниточка за иголочкой, так и суженый (имя) за суженой (имя)».

Свечу оставьте догорать. Прошитую фотографию храните у себя дома (можно завернуть в белую бумагу без записей, чистую), и ни в коем случае нельзя, чтобы это кто-то увидел, особенно тот, кто на ней изображен.

Лесной приворот.

Растущая луна, полнолуние. Вам понадобится: три тонкие красные или восковые церковные свечи, три чайные ложки светлого, текучего меда, две повязки на руки, хлопчатобумажные, белая и черная, компас или умение определять стороны света.

Перед тем, как ехать в лес, дома медленно, маленькими глотками, задерживая во рту, выпейте стакан некипяченой воды с размешанными в нем тремя ложками меда. Это дает силу.

В лесу найдите уединенную полянку, подальше от дорог и домов. Это может быть просто место между деревьями, где над вами будет открытое небо. Повязки повяжите на руки, выше локтя. Черную повязку наденьте на левую руку, белую – на правую. На полянке встаньте лицом на восток. Очертите вокруг себя воображаемый круг. Воткните в землю свечи на линии круга, начиная с севера (с левой стороны). Первая свеча – на севере, вторая свеча на востоке (перед вами), третья свеча на юге (справа). Зажгите свечи в том же порядке, слева направо, по часовой стрелке. Если будут гаснуть, потом можно уже «дозажигать» их в любой последовательности, главное, чтобы все они хорошо разгорелись. Поднимитесь, стойте лицом к востоку. Поверните голову налево (посмотрите налево), произнесите имя (привораживаемого). Еще раз поверните голову, еще раз скажите имя. И так три раза. Ни одна свеча в это время не должна погаснуть. Если же хоть одна свеча погасла, присядьте и зажгите их снова, в том же порядке. В этом случае нельзя делать более трех повторов, если свечи упорно гаснут, значит, это не ваш день, и сейчас лучше уйти, а сделать все это в какой-нибудь другой день.

Все время слушайте и чувствуйте лес, он обязательно должен дать знак. Вы это поймете.

Как только три раза имя сказано, повернитесь через левое плечо назад, сзади (на западе) у вас выход из круга. Выходите и уходите, не оглядываясь. Не перешагните через свечи! Оставьте их гореть, если они начнут гаснуть после вашего ухода, это уже значения не имеет. Постарайтесь не возвращаться на это место. Делать в общей сложности можно не более трех раз (полностью, не учитывая не получившиеся варианты). Если человек, которого вы привораживаете, вам противопоказан (например, принесет вам несчастье), после этого действия у вас пропадет всякое желание продолжать приворот.

Очищение темной луной.

Делать в дни, ближайшие к новолунию (до или после него), после полуночи, не позднее 3 часов утра. Вам потребуется:

– чаша с водой,

– котелок на подставке, или заполненный песком так, чтобы было полностью закрыто дно,

– пергаментная бумага,

– черная и белая свечи,

– зажигалка или тонкая вспомогательная свеча.

1. Примите ритуальную ванну или душ, чтобы прийти в надлежащее настроение для этого ритуала.

2. Сделайте круг, можно упрощенный. Зажгите на алтаре белую свечу.

3. Просите богиню Гекату присоединиться к вам. Скажите:

«Леди Геката, Мать Темной Луны, прошу тебя присоединиться ко мне. Этой темной ночью я ищу освобождения от боли и страдания трудного периода. Пожалуйста, помоги мне, позволь сделать все то, что даст мне свежесть и обновление».

4. Зарядите чашу с водой свежей, чистой энергией. Представьте молнию белого света, входящую в воду. Скажите:

«Эта вода заряжена тем, что сможет обновить наши сердца, дать нашим душам радость и непорочность».

5. Зажгите черную свечу. Пока она горит, запишите на пергаменте все ваши беспокойства, тревоги, обиды, страхи, беды, все злое и неприятное, что беспокоит вас в ваших отношениях и могло быть причиной разрыва. Не редактируйте и не исправляйте это, позвольте словам литься потоком. Не пытайтесь писать красиво, пишите с таким настроением и злостью, как вы чувствуете все это.

6. Когда вы почувствуете, что вся энергия «влита» в пергамент и вы не можете придумать, что еще можно записать, подожгите бумагу на черной свече и бросьте гореть в котелок. Когда она будет гореть, вы почувствуете, как весь негатив уходит, выпускается наружу. Используйте зажигалку или вспомогательную свечу, чтобы дожечь дотла все несгоревшие кусочки бумаги. Знайте, что теперь вы обновлены и «перезаряжены». Будьте уверены, что абсолютно все неприятные вещи сгорели в котелке.

7. Поднимите чашу с водой. Капните несколько капель на пепел. Поставьте рядом образ человека, которого хотите вернуть (в идеале его образ должен быть рядом в течение всего ритуала). Отпейте немного воды из чаши и скажите ему:

«Ты можешь быть благословлен с обновлением».

8. Почувствуйте его руки, коснитесь их своими руками, услышьте его тихое дыхание и поймайте взгляд его глаз. Когда вы сделаете это, пойдет приток чистой освежающей энергии через макушку до тех пор, пока пустота в душе и сердце не заполнится новыми надеждами, радостью и любовью. Тогда скажите:

«Мы полны обновленной жизнью».

9. Отпустите Гекату из вашего круга. Скажите:

«Леди Геката, Мать Темной Луны, мы благодарим тебя за присоединение к нам этой темной ночью и помощь нам, так что мы освободились от всего негативного в нас. Благодарим за то, что это ушло, и никогда больше не вернется к нам. Мы почтены твоим присутствием с нами этой ночью. Останься, если хочешь остаться, иди, если ты должна идти. Прощай и будь благословенна».

10. Освободите круг.

11. Свечи оставьте догорать.

12. Вынесите пепел на улицу и рассыпьте по земле или высыпьте в текущую, движущуюся воду (реку, ручей или даже океан).

Чтобы найти новую любовь.

Делать на растущую луну. Вам понадобится: розовая свеча, кристалл розового кварца, подсолнечное масло. Поставьте на алтаре фигурку, изображающую духа предков, или какую-нибудь древнюю вещичку, например, семейную реликвию. Нацарапайте на свече свое имя, смажьте свечу и камень подсолнечным маслом. Зажгите свечу. Возьмите кристалл в руки, держа ладони вместе. Четко представьте, как новые отношения возникают в вашей жизни, каким вы хотите видеть своего избранника, насколько серьезными и длительными должны быть ваши отношения, постарайтесь вложить в образ все подробности новой любви, которые, как вы считаете, вам необходимы. Скажите три раза эти слова:

«Открываю сознание и получаю новую жизнь.

Снимается напряжение.

Открываю сердце и получаю жизнь заново.

Принимаю всю любовь, которая предложена мне.

Верные мысли, слова и поступки, я свободен от прошлых ошибок.

Древние, услышьте меня, удовлетворите мою просьбу.

Откройте меня для новой любви!»

Положите камень возле свечи и оставьте его лежать, пока свеча не догорит полностью. Этот камень будет вашим талисманом в предстоящей встрече, носите его всегда с собой. Ваша любовь обязательно найдет вас.

Чтобы выйти замуж (жениться).

Делать в безоблачную звездную ночь в новолуние. Примите ванну или душ. Наденьте белую одежду, что-нибудь белое. Если вы пользуетесь магическим жезлом, используйте его. Если нет, приготовьте простую деревянную палочку или прутик. Налейте в чашу чистой воды, бросьте в воду горсть блестящих бусинок или блесток (например, новогодних), поставьте ее на подоконник (или под открытым небом) так, чтобы вода «напиталась» звездным блеском, чтобы звезды отражались в воде. Очистите ваше сознание, отвлекитесь и отрешитесь от всех будничных проблем. Возьмите палочку (жезл), опустите один конец в чашу с водой, со «звездным блеском», затем медленно поднимайте жезл этим концом по направлению к одной из самых ярких и красивых звезд на небе (выберите эту звезду для себя заранее). В это время говорите:

«Этим словом открываю дверь в желание,

Слушай меня сейчас, слушай меня хорошо,

Волшебным светом сияй, вот мое заклинание:

Пошли мне мою настоящую любовь!

Как сказано это слово, так тому и быть».

После этого вы должны побрызгать водой из чаши возле входной двери, на своем пороге. Остатки воды с бусинами или блестками разлить, расплескать вокруг своего дома.

Чтобы проверить силу любви.

Делать в одно и то же время семь последовательных пятниц, последняя пятница должна быть ближайшая к полнолунию, но не после него. Возьмите розовую свечу и отметками по окружности разделите ее на семь равных частей или секций. Зажгите свечу и назовите имя того, кто, как вы думаете, любит вас. Затем скажите:

«Гана, будь со мной во всем, что я делаю. Гана, дай мне любовь того, кто честен. Дай ему (ей) силу сказать об этом, открой мои глаза и его (ее) душу».

Подумайте несколько минут об этом человеке. Представьте, как он приходит к вам и говорит о своей любви, объявляет о своих чувствах, открыто их показывает вам. После этого повторите заговор. Опять подумайте и опять повторите заговор. Делайте так, пока свеча не догорит до первой отметки, то есть не сгорит первая ее часть. Не имеет значения, сколько раз придется повторить заговор, главное, чтобы это происходило в течение всего времени горения первой секции. После этого погасите свечу (ни в коем случае не задувайте!) и уберите ее в укромное место до следующей пятницы. В последнюю пятницу, когда будет гореть последняя, седьмая часть свечи, дайте ей догореть и погаснуть самостоятельно.

Приворот-соблазнение.

Делать на растущую луну девять ночей подряд. Зажгите красную или алую свечу. На листке красной цветной бумаги напишите ваше полное имя, начиная с низа листа. Над вашим именем напишите полное имя того, кого хотите соблазнить и приворожить, еще выше напишите его или ее дату рождения, и в заключение, верхней строчкой, свою дату рождения. Нарисуйте сердце вокруг надписи, так, чтобы все имена и даты были написаны внутри рисунка. Выше, над изображением сердца, снова напишите имена и даты рождения в том же порядке. Повторите это последовательно три раза, у вас получится рисунок из трех сердец, расположенных одно над другим, и шесть повторенных надписей имен и дат. Не забудьте, что писать и рисовать надо снизу вверх.

Затем скомкайте листок и подожгите его на пламени свечи. Положите горящий лист на блюдце или в пепельницу. Пока горит, три раза скажите:

«Гори, сияющее пламя, красный огонь – цвет желания».

Минут 10–15, или больше, понаблюдайте за огоньком, думая о цели своего колдовства. Затем погасите свечу, ни в коем случае не задувая ее. В последнюю, девятую, ночь оставьте свечу догорать.

Чтобы привлечь любовь конкретного человека.

Вам понадобится: котелок или огнеупорная чаша, лист бумаги 7x7 см, красный фломастер или маркер, спички. Делать на растущую луну, время после полуночи. Разведите в котелке огонь. На листке бумаги красным фломастером нарисуйте сердце и полностью его закрасьте. На сердце напишите имя человека, любовь которого хотите привлечь. Пишите прямо по закрашенному полю, этим же фломастером, надпись можно будет различить. В это время думайте и представляйте, что этот человек увлечен вами, отдает вам свою любовь и не может этому сопротивляться. Думайте, как его/ее сердце горит желанием к вам, представьте, как оно буквально пылает, горит в огне. Три раза поцелуйте имя на сердце. Положите листок в огонь и, пока он будет гореть, скажите три раза:

«Пламя, снизу поднимись, принеси любовь в мою жизнь, зажги мое сердце огнем, любимого (любимую) оставь со мной. Он (она) придет, когда день настанет, и никогда меня не оставит!» И с утроенной силой: «Да будет так!»

Пристально смотрите на огонь, визуализируйте, как заклятие материализуется в течение нескольких минут. Погасите огонь.

Зеркальный приворот.

Довольно известен. Работает. Фотография не нужна. Одновременно с приворотом идет устранение всех возможных соперников и других помех. Вам понадобится: три маленькие восковые свечи из церкви и два небольших настольных зеркала. Делается три раза примерно через 3–4 дня, на любую луну, кроме дня новолуния. Время: после 24.00, допускается делать сразу после захода солнца.

В комнате дверь закрыть, форточку открыть. Взять два небольших зеркала (не обязательно одинаковых, но примерно одного размера, годятся из косметики). Поставить их на столе друг напротив друга на расстоянии 30–50 см, чтобы они четко отражались одно в другом (это важно!). Между ними поставить маленькую восковую свечку из церкви. Зажечь свечу спичками. Выключить в этой комнате все электроприборы и телефон, погасить свет. Завесить все другие зеркала в этой комнате, если они есть. Сесть напротив зеркал (одно слева, одно справа) и, пока горит свеча, повторять:

«(Его/ее имя) Чер Чер Могори Прочер».

Говорить медленно, нараспев. Ни на что не отвлекаться (стук в дверь, туалет, кофе, сигареты… ни на что вообще!) Свеча догорает сама (не тушить). Смотреть на огонь, думать о цели этого действия. В течение этого времени могут быть посторонние звуки и даже картинки – ничего не бойтесь, это так должно и быть. Также фитиль у свечи будет вращаться (скорее всего), тоже очень хорошо. Громко говорить нет необходимости, достаточно шепота, но не молча.

Одно из зеркал это он (она), другое – вы (определите сами для себя, которое). Свеча – это любая соперница/соперник, любые люди, препятствующие вашим отношениям на данный момент. Свеча сгорает – вы соединяетесь. Когда свеча догорит полностью, зеркала убрать таким образом, чтобы отражающая поверхность была закрыта (положить лицом вниз). Продолжительность действия 2–3 недели, потом, при необходимости, повторять.

Возьмите обычное зеркало с ручкой или какое-то небольшое зеркало, которым вы постоянно пользуетесь, и оно вам нравится. Перед применением протрите стекло зеркала холодной водой. Лучше всего использовать родниковую воду. Зеркало следует подержать под струей холодной воды 15 минут, затем высушить. После сеанса зеркало нужно завернуть в ваш личный шелковый платок (не используйте обычные полотенца и платки!) и положить в укромное место. Если зеркало готово к ритуалу, сконцентрируйтесь на интересующей вас личности. Она должна быть «нарисована» вашим внутренним взором и «сфотографирована», то есть останется в памяти. Затем погрузитесь в себя, говоря при этом следующие слова:

«Ты, подаренная (подаренный) мне, ты – для меня, ты рядом всегда, я люблю тебя!»

С этими словами высвобождаются те силы, которыми вы можете воспользоваться для того, чтобы справиться с затруднительной ситуацией, повернув ее в нужную вам сторону. Для того чтобы их использовать, вам нужно сконцентрироваться на определенной цели и форсировать мыслительный процесс.

Чистя зеркало, подумайте о том, чего вы хотите достичь. Вспомните, что позитивное связывает вас с другим человеком, которого вы хотите мысленно увидеть.

Ваш возлюбленный должен положительно отреагировать на ваш «вызов», это значит, что он должен себя вести так, как вы этого хотели, так, как вы ему внушали, как надеялись. После сеанса зеркало нужно в течение 10 минут промывать под струей холодной воды и после высыхания, снова завернув в шелковый платок, убрать в укромное место.

Для успеха в любви. Сложив вместе пять своих волос и три волоса любимой особы, бросьте их в огонь, говоря:

«Господи, сожги огнем Духа Святого наши почки и наше сердце. Аминь».

Чтобы вызвать тоску. Наговаривают на кусок мяса, который дадут съесть собаке.

«Как за сукой кобель бегает, гонится, воет на часты звезды, так чтобы раб (имя мужчины) за мной везде ходил, от тоски завыл. Собака лает, дверь закрыта, кость зарыта, так и я, Божья раба (свое имя), сердце раба (имя мужчины) запираю, запираю, зарываю, зарываю. Зубы, губы, ключ в океане-море. Аминь».

Чтобы нагнать любовную тоску, нужно, выглядывая в форточку, сказать 9 раз:

«Раб (имя), иди ко крыльцу, к моему дворцу, к моим сеням, к моему порогу, по моим следкам. Я тебя никому не отдам. Слово, замок, язык. Аминь».

Купить, не торгуясь, маленький замок. Когда ждешь человека, которого желаешь привлечь, замок положить открытым на пороге, через который должен перешагнуть ожидаемый. Ключ держать при себе. Как только этот человек перешагнет через него, запереть замок, приговаривая:

«Как замок теперь никто не откроет, так и нас с тобой никто не разъединит».

Ключ бросить в воду, а замок хранить.

Чтобы завоевать любовь мужчины, который вам понравился, на клочках бумаги напишите: на одном – свое имя и имя мужчины, на другом – «Сива». Затем положите эти бумажки, обвив их тремя своими волосками и тремя волосками желанного мужчины, в сердцевину яблока, сорванного до восхода солнца в пятницу. Проткните его миртовой веткой, высушите и, завернув в лавровые или миртовые листья, положите незаметно под подушку мужчине.

Во время застолья подливают из своего бокала вина, пива тому, кто нравится, говоря про себя:

«Пей, допивай, не забывай».

Заводят опару, ставят ее в печь и, когда она начнет киснуть, берут наперсток, черпают им трижды раствор и пьют с приговором:

«Как тесто ложится у сердца на месте, так и мысли о рабе Божией (имя) ложились бы у ретива сердца раба Божия (имя)».

В полдень четного числа развести столовую ложку меда в столовой ложке яблочного уксуса. Макая в полученный состав указательный палец, пометить себе солнечное сплетение, колени, локти и ягодицы. Зажечь свечу и поставить на пол. Обвести вокруг свечи три раза стаканом с оставшимся раствором.

Посмотреться в маленькое зеркальце и накрыть им стакан лицевой стороной вниз. Произнести его имя три раза, шевеля губами у пламени свечи, встав на колени. Стакан, накрытый зеркальцем, поставить на ночь в углу комнаты. Утром зажечь свечу и затушить жидкостью из стакана. Для успеха этого метода необходимо, чтобы в подготовленное зеркальце посмотрелся мужчина.

Разведите в стакане теплой кипяченой воды две чайные ложки меда. Выпейте маленькими глотками. Это придаст заряд энергии. Левую руку чуть повыше локтя перевяжите лоскутком черной ткани. Правую руку повыше локтя – белым лоскутком. Теперь надо отвлечься от всего и думать только о желанном человеке.

Возьмите три свечи и отправляйтесь в лес. Воткните свечи в землю, одну на север, другую – на восток, третью – на юг и подожгите. Встаньте между свечек лицом на восток и четко произнесите три раза имя мужчины. Повернитесь три раза через левое плечо и уходите не оглядываясь. Этот способ очень сильный и может подействовать сразу же. Ваше поле может мгновенно войти в контакт с полем мужчины. Однако следует помнить, что этот метод отнимает много энергии. Вы можете потерять на некоторое время сознание. Поэтому будьте осторожны, можете взять с собой подругу, только пусть она стоит спиной на расстоянии не ближе 300 шагов.

Берут веревку белого цвета, но не прозрачную, т. е. не из марли. Завязывают на ней столько в ряд узелков, сколько выйдет непроизвольно. Если число узлов выйдет четное, то можете читать наговор-присуху:

«Как веревочка ни длинна, а последний узел будет. Как бы ты, раб (имя), ни ходил от меня, а наговор мой тебя погубит. Люби, душа раба (имя), душу рабы (свое имя). Аминь».

Если число узлов вышло нечетное, оставьте это дело до следующего дня. Наговоренную веревку подбрасывают там, где живет милый. Будет любить и скучать.

Разденьтесь донага. Лягте на пол и нарисуйте углем на животе крест так, чтобы он пересекался на пупке. Раскиньте руки крестом. Это следует делать в полночь, при полной луне. Смотрите в потолок. Через некоторое время на потолке появится глаз. Вас охватит дрожь, но не следует пугаться – так должно быть. Повторите девять раз имя человека, которого вы хотите приворожить. Крест с живота смойте заранее приготовленной соленой водой в стакане. Остатки воды не выливайте – пусть она постоит семь дней. Этот способ наиболее приемлем для природных блондинок.

Page 8

На остуду между мужем и женой.

«Стану я, не помолясь, пойду я, не благословясь, не дверьми, не воротами, а дымным окном, да подвальным бревном, положу шапку под пяту, под пяту, не на сыру землю, да в черный чобот; а в том чоботе побегу я в темный лес, на большое озерище; в том озерище плывет челнище, в том челнище сидит черт с чертищей; швырну я с под пяты шапку в чертища. Что ты, чертище, сидишь в челнище со своей чертищей? Сидишь ты, чертище, прочь лицом от своей чертищи; поди ты, чертище, к людям в пепелище, посели, чертище, свою чертищу к тому-то в избище, не как ты, чертище, со своей чертищей живут людища мирно, любовно, друг друга любят, чужих ненавидят. – Ты чертище, вели чертище, чтоб она, чертища распустила волосища; как жила она с тобою в челнище, так жил бы (имя молодца) со своей женой в избище. Чтоб он ее ненавидел. Не походя, не подступя, разлилась бы его ненависть по всему сердцу, а у той по телу, на рожество, не могла бы ему ни в чем угодить и опротивела бы ему своей красотой, омерзела бы ему всем телом. Как легко мне будет (отступить) от тебя, как легко достать шапку из озер ища тебе, чертищу, хранить шапку в озерище, от рыбы, от рыбака, от злого колдуна, чтобы не могли ее ни рыбы съесть, ни рыбак достать, ни злой колдун отколдовать на мир и на лад. И вместо рукописи кровной отдаю тебе я слюну».

«Ручей с ручьем сбегается, гора с горой не сходится, лес с лесом срастается, цвет с цветом слипается, трава развивается. От той травы цвет сорву, с собой возьму, выйду на долину, на таку большу тропину, возьму себе землину, сяду под лесину, выйду на широкий луг, посмотрю на все четыре стороны, нейдет ли (имя молодца) и кину, и брошу я в чисто поле; и как гора с горой не сходится, так бы и (имя молодца) не сходился и не сдвигался».

«Зайду я во широкий двор, во высокий дом, запишу я (имя молодца) отстуду велику отстудился бы (имя молодца) от (имя девицы), чтобы он был ей ни на глаза, ни днем, ни ночью, ни утром, ни вечером; чтобы он в покой она из покоя, он бы на улицу, она бы с улицы, так бы она ему казалась, как люта медведицы. И в каком бы она ни была платье, хоть в цветном, хоть в держимом, все бы он не мог ее терпеть и кажинный бы раз не сносил бы с ее зубов своих кулаков. Хоть бы ладно она делала, а ему все бы казалось не ладно, и хоть бы по уму делала, а ему бы казалось не по мыслям. Пошел бы он по улице, разогнал бы грусть тоску кручину с чужими людьми, и пошел бы он домой и повалился бы на место и есть у него подружка, ночная подушка и разогнал бы он с ней грусть, тоску».

«Черт идет водой, волк идет горой; они вместе не сходятся, думы не думают, мыслей не мыслят, плоды не плодят, плодовых речей не говорят. Так бы у (имя молодца), мысел не мыслили, плодов не плодили, плодовых речей не говорили, а все бы, как кошка да собака жили».

«Стану я, (имя молодца), не помолясь, и пойду, не благословясь, из избы не дверьми, из ворот не воротами, выйду подвальным бревном и дымным окном в чистое поле. В чистом поле бежит река черна, по той реке черной ездит черт с чертовкой и водяной с водяночкой, на одном челне не сидят, и во одно весло не гребут, одной думы не думают и совет не советуют. Так бы (имя молодца) с (имя девицы) на одной бы лавке не сидели, в одно бы окно не глядели, одной бы думы не думали, одного совета не советовали. Собака бела, кошка сера – один змеиный дух. Ключ и замок словам моим».

Заговор этот преимущественно наговаривается или на воду, или на съестное.

Наговаривалось на еду и питье для того, кого должно остудить; кроме того, брали землю и по наговору бросали ее на того человека или на его след.

«Пойду я в поле на травы зелены, на цветы лазоревы. Навстречу мне бежит дух-вихорь из чистого поля со своею негодною силою, с моря на море, через леса дремучие, через горы высокие, через долы широкие; и как он бьет травы и цветы ломает и бросает, так же бы (имя) бил, ломал (имя) и бросал, и на очи не принимал, и до себя вглоть не допущал, и казался тот человек пуще змея лютого, и жгло, и палило бы его огнем, громом и молнией. Тому слову моему нет края и конца, ни переговору и недоговору».

На разлучение любовников.

Берут песок с того и другого берега, бросают под ноги тому, кого хотят отсушить. Когда берут песок, говорят:

«Как берег с берегом не сходится, так бы ты, раб божий, (имя), с рабой божией (имя), не сходился».

Говорят три раза.

«Стану, не благословясь, пойду, не перекрестясь, не из дверей в двери, не из ворот в ворота. Выйду в чистое поле. В чистом поле стоит огненный столб, из-под этого столба течет огненная река, по этой реке плывет лодка, в этой лодке сидит черт с чертихой, вместе хребтами, согнившими зубами грызутся, метутся, друг друга ненавидят. Так же бы (имя жены) с (имя мужа) сидели вместе хребтами, стыкалися зубами, дралися, щипалися, одной думы не думали, одних мечтав не мечтали, за один стол не садилися, на одну постель спать не ложилися. Ключ в воду, замок за щеку».

Наговорить на воду, воду перекрестить и дать выпить.

«Стану, не благословясь, пойду, не перекрестясь, выйду не этими дверьми, выйду подвальным бревном, выйду я мышиной тропой, выйду в дальний восток, там стоит тын, в этом тыну стоит дом, в этом дому стоит печь, в этой печи огонь пылает, век не утихает, на этой печи сидят кошка и собака дерутся, цапаются, царапаются, кровью умываются, век на встречу не встречаются, так бы, как и (имена)».

Говорить на вино или на что-нибудь, чтобы выпить.

Поссорить мужа с разлучницей.

«Возьму сердце раба Божьего (имя), понесу на остуду в ледяное царство, в остудное государство. Чтоб раб Божий (имя) рабу Божью (имя) не любил, сердце свое остудил, в сердце ее не носил. В ледяном царстве, в остудном государстве стоит ледяная изба, в избе ледяная стена, ледяное окно, ледяная печь. Черт с чертовкой дерутся, щипаются, кровью обливаются, думу не думают, советы не советуют. Так бы раб Божий (имя) с рабой Божьей (имя) дрался и щипался, злился и ругался, думы бы не думал, советы не советовал. Век по веку отныне довеку. Аминь».

Чтобы избавиться от соперницы, возьмите коровью лепешку, отнесите к дому, где живет ваша соперница. На лепешку наговаривают там же, где вы ее нашли:

«Как не нужно корове дерьмо, так и не нужна раба (имя соперницы) рабу Божьему (имя мужа). Аминь».

Когда муж пошел к любовнице.

Когда ваш муж выйдет из дома, чтобы отправиться к своей пассии, пойдите за ним и в его следы или просто по дороге, по которой идет он, сыпьте еловые иголки. Если ваша соперница живет в отдельном доме, положите под ее крыльцо еловые ветки или насыпьте иголок, а если это общий дом, то возле подъезда закопайте в землю ножницы. Вместо еловых иголок и веток можно использовать листья или кору осины. Если же вы не знаете, кто ваша соперница и где она живет, тогда прибегните к помощи талисмана. Сильно действует, например, локон ваших волос или молочный зуб вашего ребенка, зашитый в одежду мужа.

Крапиву высушить и истолочь в порошок. Сшить небольшой мешочек из двух лоскутков ткани. Таким образом, чтобы с внешней стороны была черная ткань, а с внутренней – белая. Применять следует натуральные ткани (ситец, лен, хлопок и т. д.). Сушеную крапиву поместить в мешочек и зашить его. Получится подушечка. В пятницу в полдень в нее надо воткнуть две булавки. Накройте предметы ладонями и три раза произнесите имя мужчины, представляя его образ. Одну булавку приколите к своему нижнему белью, а другую – к одежде мужчины. Мешочек после этого надо закопать в лесу в недоступном месте. Если его раскопает женщина, то мужчина уйдет от вас к ней. А если эта женщина ему не повстречается в жизни, то у вас с ним будет разлад.

Если у мужа появилась другая женщина, слепить из теста двух кукол. Дать им имена мужа и соперницы, посадить по разным углам в доме. Утром и вечером подходить к каждой кукле и говорить:

«Вместе вам не быть и не жить, меда вместе не едать, детей вместе не качать. Аминь».

Так делают 40 дней, не пропуская ни одного дня. Муж к вам вернется.

Если муж тоскует по другой.

Наговорить на съестное и дать тоскующему. Коль сделаете так три пятницы, он забудет и думать о ней.

«Как весной красной, при солнышке ясном стекают снежки белы с гор и с лугов, крутых берегов, так бы спала и стекла с раба Божьего (имя) тоска и кручина, тайные мысли с белого тела, с ретивого сердца, с черных бровей, с красных кровей, с головы его буйной. Чтоб не тосковал и не поминал, в мыслях не держал, умом не помысливал, во сне не видывал, при встрече с ней очей не вскидывал, рук ласковых к ней не тянул, в окно ее не выглядывал, встречи не выискивал, слов не говорил, пером бы ей не писал, своим телом не желал. Закрепитесь мои слова крепкой крепостью, святой просфирою, чужой могилою, ночной звездой, соленой слезой, всей кровью плоти человеческой. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Вы заподозрили, что ваш муж ходит к другой женщине. Прием состоит из двух действий. Первое – избавить мужчину от чар соперницы, второе – «примагнитить» к себе. Когда вы почувствуете, что мужчина собрался вам изменить, возьмите его носовой платок и завяжите в узел, приговаривая фразу:

«Клюй зернышки, петушок».

Эту фразу следует повторять 66 раз, помахивая узелком платка книзу. Это средство направлено на то, чтобы мужчина на время стал импотентом. Своим волосом надо пришить пуговицу на рубашке мужа, и он от вас никуда не денется.

Вы должны знать имя женщины-обольстительницы. Напишите его на бумажке, обведите в круг и сожгите в пламени свечи. Помните только, что в это время должно быть полнолуние. Пепел соберите и, когда муж будет спать, посыпьте пеплом его голову; три ночи подряд проделайте это, и успех гарантирован.

На том месте, куда помочился мужчина, надо воткнуть сухой прутик и сломать его. Помните, это надо делать тогда, когда, по вашим расчетам, муж находится у другой. Он на время станет импотентом. Поймайте паука и незаметно подложите мужу в карман. Так повторите три раза.

Следует также помнить, что ваш муж может быть приворожен к другой женщине. Поэтому если ваши средства не оказывают должного эффекта, то мужа надо сначала разворожить. Это поможет в том случае, если приворожила не настоящая ведьма.

Лучшее средство для отворота следующее. Отрежьте три горбушки черного хлеба, разложите по трем углам комнаты на ночь. Утром поместите их в стакан с водой. Потом быстро достаньте горбушки и обязательно выкиньте в окно. Воду наберите в рот и, подойдя к мужу, прысните ею в лицо. Он, конечно, может возмутиться, но вы что-нибудь можете придумать, например, что вы поперхнулись и т. п. Из-за этого может возникнуть ссора или даже скандал, но ничего страшного, зато он теперь – ваш.

Чтоб муж стал с разлучницей импотентом.

Чтоб у мужа в постели не вышло никаких дел с разлучницей, нужно сделать так: принести прут от дома, где живет соперница. Отыскать прут просто, можно сломать рядом растущую ветку от любого куста. Принеся прут в дом, сломать его и сказать:

«Как прут сломался, так и жила твоя будет сломана в чужой постели. Аминь».

Мужа, любящего приударить за другими женщинами, жена должна помазать медвежьим салом: у него пропадет всякое желание и интерес к другим женщинам, кроме нее.

Чтобы мужа не соблазняли другие женщины, нужно зашить ему в пояс кусочек сети, тогда его не будут привораживать.

На остуду между молодцом и девицей.

«Как мать быстра река Волга течет, как пески со песками споласкиваются, как кусты со кустами свиваются, так бы (имя молодца) не водился с (имя девицы) ни в плоть, ни в любовь, ни в юности, ни ярость; как в темной темнице и в клевнице, есть нежить простоволоса, и долговолоса, и глаза выпучивши; так бы (имя девицы) казалась ему (имя молодца) простоволосой и долговолосой и глаза выпучивши; как у кошки с собакой, у собаки с росомахой, так бы и у (имя молодца) с (имя девицы) не было согласия ни днем, ни ночью, ни утром, ни в полдень, ни в набедок. Слово мое крепко».

«Ручей с ручьем сбегается, гора с горой не сходится, лес с лесом срастается, цвет с цветом слипается, трава развивается. От той травы цвет сорву, с собой возьму, выйду на долину, на таку болыпу тропику, возьму себе землину, сяду под лесину, выйду на широкий луг, посмотрю на все четыре стороны, нейдет ли (имя молодца) и кину, и брошу я в чисто поле; и как гора с горой не сходится, так бы и (имя молодца) не сходился и не сдвигался».

«Зайду я во широкий двор, во высокий дом, запишу я (имя молодца) отстуду велику отстудился бы (имя молодца) от (имя девицы), чтобы он был ей ни на глаза, ни днем, ни ночью, ни утром, ни вечером; чтобы он в покой она из покоя, он бы на улицу, она бы с улицы, так бы она ему казалась, как люта медведицы. И в каком бы она ни была платье, хоть в цветном, хоть в держимом, все бы он не мог ее терпеть и кажинный бы раз не сносил бы с ее зубов своих кулаков. Хоть бы ладно она делала, а ему все бы казалось не ладно, и хоть бы по уму делала, а ему бы казалось не по мыслям. Пошел бы он по улице, разогнал бы грусть-тоску-кручину с чужими людьми, и пошел бы он домой, и повалился бы на место, и есть у него подружка, ночная подушка, и разогнал бы он с ней грусть, тоску».

Если кто-то вызвал любовь вашего мужчины, если он считает, что полюбил другую сам, и вы не знаете, как вернуть любовь, начитайте так:

«Докладу я щепу под пятку, пойду я без оглядку, в трын-тарану, в каменную сторону. Там лежмя лежит, строго-настрого сторожит зло злющее, кровь сосущее, девятиглазо, девятирото, девятизевото. Остуди душу раба (имя) к рабе (имя). Ночью со свечой, утром перед зарей, в церковный час и во всякий раз, когда он на нее глянет, черт мое слово помянет и не даст им обоим покоя. Ни мира, ни пира, ни любовных дел, ни ласковых тел, ни воды, ни огня, ни меда, ни соли, а злосчастной доли. Аминь. Аминь. Аминь».

Любовь пройдет и воспоминаний не останется.

Сильная рассорка на мужнину любовницу.

«Горы ль вы высокие, реки ль вы глубокие, леса ли вы сухие, собаки вы злые. Так бы и высоко, так бы и далеко, так бы и зло и во зло раба (имя) с рабом (имя) по веку и во веки, и все свят человеки им не пособить и не помирить, и не поженить: ни сегодня и ни завтра, и не послезавтра, и никогда. Мое дело, мое слово и все готово. Аминь».

При правильном применении этот заговор способен так рассорить мужа с любовницей, что через несколько дней по гроб жизни он ее ненавидеть будет. Ваш развод не состоится.

Если вы предполагаете, что стали объектом любовного приворота или любовной порчи, у вас постоянно происходит смена настроения, вас постоянно тянет к какому-то человеку противоположного пола, но при этом вы осознаете, что вы в нем совершенно не нуждаетесь, вам следует применить колдовской отворот.

Для этого вам понадобится черная и белая нить (длина каждой нити 15–20 сантиметров), а также куриная кость (грудная, в форме рогатки).

Начните колдовство в любой день ущербной Луны. Зажгите свечу (любого цвета, лучше белую или церковную). Пропитайте обе нити настоем травы зверобой, купленной в любой аптеке. Обмотайте белой нитью одну из дуг рогатки, а черной – другую. Возьмите кость за оба конца – правой рукой за ту часть, вокруг которой обмотана белая нитка, а левой держите за конец кости с черной ниткой.

Держите так, чтобы ее середина находилась над пламенем свечи и гарь свечи осаждалась на кости. Произносите заговор:

«Черной Луной заклинаю, мертвой костью повелеваю, отступись от меня, все чужое и прокосное, все темное и лживое! Отойдите в левую сторону все печали и хлопоты, а в правую все надежды и похоты».

Переломите кость пополам. Читайте:

«Как этой мертвой кости никогда не срастись, так и мне с (имя) не сойтись».

Обратите внимание на то, как это произошло. Если верхняя часть кости досталась дужке с черной нитью, значит на вас действительно было произведено колдовское воздействие, от которого вы только что избавились.

Если же часть кости с белой ниткой оказалась больше другой, значит, колдовское воздействие не имело на вас должного влияния или его вовсе не было, а ваше подавленное состояние было вызвано чем-то другим.

Но в обоих случаях вы должны закопать обломки кости в разных местах как можно дальше друг от друга и прочитайте:

«Как эти кости далеки друг от друга, так и нам друг от друга далече быть».

Этого будет достаточно, чтобы избавиться от неопределенности чувств и духовного напряжения.

Когда нужно остудить чью-то к вам любовь, то насыпьте в черный мешочек сонного макового семени. В полночь обойдите три раза вокруг дома того, кого хотите отвадить, сыпьте маковое семя на землю и читайте:

«Любовь, засни, не просыпайся боле. Сердце замкнись, не открывайся боле. Как этому маку боле всему не собраться, так и мне с рабом Божьим (имя) никогда боле вместе не быть. Как просыпался мак, так ушла любовь, как ушла любовь – заросла дорога, от сердца к сердцу, от души к душе, от тебя ко мне, от меня к тебе».

Совершайте это колдовство только на ущербной Луне, в субботу или в понедельник.

Чтобы женщина перестала о мужчине тосковать и убиваться, прочтите заговор:

«Встану я на ранней заре, умоюсь я в ключевой воде, выйду в чистое поле, в зеленые луга, к матери-реке (имя реки). И как эта река бежит быстро, о своих бережках не тоскует, не горюет, так бы и раба Божья (имя женщины), не тосковала бы, не горевала бы об рабе Божьем (имя мужчины), от сего дня и во веки веков».

Произнесите все эти слова на воду, которой потом должна будет умыться та, чье имя вы упомянули.

Когда нужно, чтобы назойливый жених забыл дорогу в ваш дом, возьмите еловую ветку, которую бросали перед гробом с умершим, разделите ее на три части, бросьте их перед порогом своего дома и трижды произнесите:

«Как покойник переехал через эту елку в последний раз, так и (имя) перейдет в последний раз через порог сего дома. Чтобы ему жить поживать, добра наживать, а в сии двери больше не хаживать».

Все это нужно сделать как раз перед самым приходом незваного гостя. Если же у него останутся намерения тревожить вас и после этого, то можно повторит колдовство через 9 дней и последний раз через 40 дней.

Есть старинный способ сделать так, чтобы бывший жених перестал вам докучать. Перед тем, как он должен к вам прийти, повесьте над входной дверью вашего дома ножницы так, чтобы их концы были чуть разведены и направлены вниз. После того как он придет и разуется в прихожей, найдите момент, чтобы бросить по одной щепотке соли в каждый из его ботинков. Когда же он уйдет, снимите ножницы и несколько раз разрежьте ими воздух, представляя, что разрезаете все соединяющие вас нити.

Чтобы отвадить от себя того, кого вы по глупости приворожили, возьмите со свежей могилы горсть земли и листок из похоронного венка. Положите их в черный шелковый мешочек, в котором уже должны лежать заржавленное железное кольцо, три ржавых гвоздя, ваша и его фотография. Оберните этот мешочек семь раз черным шнуром и запечатайте концы шнура красным сургучом (или красным воском, но лучше достать сургуч). В самую полночь обойдите вокруг дома того, кто вам не мил. При этом держите мешочек с фотографиями в левой руке у себя за спиной, а правую руку прижмите к сердцу. Совершая этот обход, произносите заговор:

«Асперо лаэто кафэс лабур, маин пабо ами бур,

Кэсто либос ас вигор, аде лаис атабор.

Торас када иэс кад, алу харва апират».

А закончив его, бросьте мешочек в реку или в озеро.

Если у вас нет нужных фотографий, используйте свои и его волосы. Или просто напишите на двух отдельных бумажных листках ваши имена и отчества.

Если расставание с вашими прежними чувствами и мечтами проходит для вас очень болезненно, то проведите специальный очистительный ритуал.

Вам обязательно понадобится фотография или любая другая личная вещь вашего бывшего возлюбленного, которая может быть уничтожена огнем. Дождитесь того времени, когда Луна начнет убывать. Лучше всего, чтобы ваши действия совпали с двадцать пятым или двадцать седьмым днем лунного календаря.

Когда настанет положенный срок, зажгите свечу (лучше церковную, или белую) и обойдите с ней по кругу ту комнату, в которой вы будете совершать колдовство. Налейте в небольшой таз или в ведро чистой воды. Частично или полностью разденьтесь.

Возьмите в руки фотографию (или его вещь) и плюньте на нее три раза, произнося имя того, кто на ней изображен. Сожгите фотографию над пламенем свечи. Соберите золу и натрите ей область сердца и лоб. Смочите три пальца правой руки в чистой воде и произнесите:

«Чистая вода, потеки через печаль моего сердца, очисть мне мысли и кровь от мертвой любовной тоски, которая таится в моем сердце. Омой меня чистым потоком. Очисть разум и чувства. Спаси мое сердце. От сего дня и на веки веков».

После этого сделайте смоченными в воде пальцами знак креста на груди и лбу. Смойте водой всю черноту. Наденьте чистое белье и одежду, а всю грязную воду и остатки золы вылейте в отхожее место.

Чтобы избавиться от чужого колдовства, совершите простое, но очень эффективное действие. Уединитесь в малолюдном месте, там, где вам никто не сможет помешать. Выройте небольшую ямку. Возьмите в обе руки по горсти маленьких игл (столько, сколько можете взять) и произнесите:

«Акель фаас изес бэло, нокта ави, аби ра нос».

Представьте, что вся ненужная вам чувственность и связанная с ней негативная энергетика перетекла на иглы. Продолжайте:

«Заэль кала, балле фос».

Разожмите кулаки и резким движением выбросите все иглы в яму. Закопайте ее, а сверху поставьте зажженную свечу. Оставьте ее догорать, а сами возвращайтесь домой, не оглядываясь.

Наговаривают на питье и пищу того, над кем должен подействовать наговор.

«Встану я (имя) и пойду из избы в двери, из ворот в вороты, на быструю реку (название реки), и стану я (имя) по три краты мытися и полоскатися, по три зари утренни и по три зари вечерни, и преговаривати: «Гой еси, река быстрая (название реки), прихожу я к тебе по три зари утренни и по три зари вечерни с тоской тоскучей, с сухотой плакучей, мыти и полоскати лицо белое, чтобы спала с моего лица белаго сухота плакучая, а из ретива сердца тоска тоскучая; и понеси ты, быстра реченька (название реки), своею быстрою струею, и затопи ты ее в своих валах глубоких, чтобы она никогда ко мне (имя) не приходила. А все эти слова до слова заключаю замком крепким и ключ в воду».

«Благослови меня, Господи; благослови, владыко, рабу Божию (имя). Ложусь я помолясь, встаю перекрестясь. Пойду я из дверей в двери, в трое двери, из ворот в ворота, в трое ворота, во чистое поле, под светел месяц, под красное солнце. Май во хме; обо мне не вздохни, не сохни о рабе (имя). Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь. Аминь. Аминь».

«На море на окияне, на острове на Буяне стоит столб; на том столбе стоит дубовая гробница; в ней лежит красная девица, тоска-чаровница; кровь у нея не разгорается, ноженьки не подымаются, глаза не раскрываются, уста не растворяются, сердце не сокрушается. Так бы и у (имя) сердце бы не сокрушалося, кровь бы не разгоралася, сама бы не убивалася, в тоску не вдавалася. Аминь».

Чтобы избавиться от любовных снов, нужно приложить к животу свинцовые пластинки в форме креста.

Если вы разлюбили девицу, а она не отстает и не дает вам прохода и от ее слез вам неспокойно на душе, наговорите на то, что легко горит (на бумажку, фантик от конфеты), принесите к ее дому и сожгите. С этого часа она от вас отвернется. Ее любовь с этим дымом уйдет.

«Как не нужен мне снег вчерашний, трава сухая, в жены косая, в любезницы – хромая, так бы я был не нужен рабе (произнесите имя) ни утром, ни днем, ни в вечер, ни за столом, ни в лебяжьем пуху. Отвернись к другому жениху. Аминь».

Если вы любите человека, а эта любовь вам в тягость так, что хочется освободить свое сердце от любви, читайте эту отсушку в бане, когда моетесь, тогда вы сможете забыть этого человека.

Возьмите новый березовый веник, попарьтесь им, потом веник сожгите и читайте:

«Смою, сниму, водой сполощу любовь-присуху, тоску-тоскуху по моему милому рабу (имя). Сердечко, не изводись, от любви к рабу (имя) освободись. Аминь».

Чтобы уничтожить в себе привязанность к недостойной особе – надо остудить в стакане воды кусок раскаленного железа, затем произнести на воду слова так, чтобы дыхание касалось воды:

«Именем Адоная, да погаснет в тебе страсть к рабу (имя), подобно тому, как железо остыло в этой воде».

Повторить пять раз и немедленно выпить воду. Произвести операцию во вторник, при убывающей Луне.

Этот простой ритуал помогает избавиться от переживаний, связанных с ложной, несчастной, «ошибочной» любовью, или положить конец отношениям, которые вас тяготят. Возьмите любой камень небольшого размера (можно найти на улице) и покрасьте его в красный цвет. Этот камень символизирует любовь или страстную связь. Возьмите его в руку, хорошо представьте того человека и те отношения, которые делают вас несчастным, и скажите:

«Я хочу свободы от моих оков, я больше не связан(а) этой любовью».

Камень вынесите на улицу и выбросьте подальше от дома.

Заговор от тоски (на нож).

Нужно взять нож, сунуть в печь и вытащить, а затем сказать:

«Как на ноже дым не держится, так на рабе Божьей (имя) тоска не держится. Аминь».

Читают 9 раз.

Заговор от ярой тоски (на ночную воду).

Встают в полночь и умываются ночной водой, читают на воду заговор сорок раз кряду, а затем идут спать. Утром человек уже не страдает.

«Ночна вода, сестра Богатырица, льешься, не скучаешь, течешь, не страдаешь: ни о матери, ни об отце, ни о родимой стороне, ни о своих берегах, ни о желтых песках. Так и ты, раб (имя), не тоскуй и не горюй. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Если нужно забыть милого, пойдите к реке, встаньте спиной к людям, плескайте себе в лицо и читайте:

«Вода, мать-царица, ты моешь, смываешь пенья и коренья, сыпучие пески. Сними меня с тоски, слей тоску-кручину, возьми в свою пучину, ополощи, схлещи, как с рыбы, как с песка, уйди с меня злая тоска. Чтоб я по милому не скучала, не тосковала, слез не проливала, день и ночь его поджидала. Отмой, отбели от боли. Господи Иисусе Христе, Сыне Божий. Во веки веков. Аминь».

Заговоры, обереги, ритуалы

Лягу я, раб Божий, помолясь, встану я, благословясь; умоюсь я росою, утрусь престольною пеленою, пойду я из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду в чистое поле, во зеленое поморье. Стану я на сырую землю, погляжу я на восточную сторонушку. Как красное солнышко воссияло, припекает мхи-болоты, черные грязи, так бы припекала, присыхала раба Божья (имя) обо мне, рабе Божьем (имя), – очи в очи, сердце в сердце, мысли в мысли; спать бы она не заспала, гулять бы она не загуляла. Аминь тому слову.

Жалела бы раба Божья (имя) о рабе (имя), как сама о себе (поклон). Тосковала бы раба (имя) день и ночь, в глухую полночь и в ясные полдни, и каждый час, и каждую минуту о рабе (имя, поклон). Напусти, Господи, на рабу (имя) злую тоску, невидимо пусть сохнет ее тело, руки, ноги, мозги, кости. Пленитесь, ее мысли, день и ночь, и в глухую полночь, и в каждый час и минуту обо мне вечно. Спать бы ей – не заспать бы ей меня; пить бы ей – не запить бы ей меня; ходить бы ей – не заходить бы меня; творить бы ей – не затворить бы меня. И казался бы я ей, рабе (имя), милее отца и матери, милее всего рода-племени, милее красного солнца и милее всех красных звезд, милее травы, милее воды, милее соли, милее детей, милее всех земных вещей, милее братьев и сестер, милее милых товарищей, милее милых подруг, милее всего света вольного.

Нужно прочитать три раза, а после, в разное время, еще семнадцать раз с поклонами. Когда увидят, что заговор подействовал, молятся Богородице:

– Утоли, Владычице, тоску, печаль в рабе (имя) по рабе Божьему (имя).

Как живут между собою голубки, так же бы любила меня раба Божья (имя).

Как у меня, раба Божьего, пот кипит и горит, тако же бы у рабы Божьей кипело и горело сердце обо мне, рабе Божьем.

Мужчина должен хорошо вспотеть и, вытерев пот платком, обтереть любимую женщину.

Женская издевка(Записана в 1734 году)

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Ой еси месяц и вы, чистые звезды и буйные ветры, вода и земля и лес и трава, синее море и огненная река, снесите и спроводите из миня, раба Божия (имя), тоску, сухоту и кручину велику, мысель немалую, печаль необычную в рабу (имя), чтобы той тоски тосковала и сухоты сохнула и кручины велики, не могла бы в мыльне веником спаритьце, ни водою смытьце и обдаватьце, ни отцем, ни матерью не пособитце, ни помогати, ни колдуном, ни колдуницею, ни самои ей собою, рабою Божиею имярек, покамест меня, раба имярек, не увидет и не осмотрит и не обозрит и со мною вместе не пребудет, по та места бы ей не вместимо было ни ясти, ни пити, ни спати, ни лежати, ни думати, ни с отцем, ни с матерью, ни с гости, ни с иными людьми, ни с какими.

Во имя Отца и Сына и Духа Святаго. Аминь.

Говорить на плат чистой тридевять раз встречю, платом после бане махнуть на лавку.

Заговоры полюбовного молодца на любовь красной девицы

За морем за Хвалынским, во медном городе, во железном тереме сидит добрый молодец, заточен во неволе, закован в семьдесят семь цепей, за семьдесят семь дверей, а двери заперты семьюдесятью семью замками, семью-десятью крюками. Никто доброго молодца из неволи не ослободит, никто доброго молодца досыта не накормит, допьяна не напоит. Приходила к нему родная матушка, (имя), во слезах горючих, поила молодца сытой медовой, кормила молодца бело-снеговой крупой, а, кормивши молодца, сама приговаривала: «Не скакать бы молодцу по чисту полю, не искать бы молодцу чужой добычи, не свыкаться бы молодцу со буйными ветрами, не радоваться бы молодцу на рать могучу, не пускать бы молодцу калену стрелу по поднебесью, не стрелять бы во белых лебедей, что лебедей княжиих, не доставать бы молодцу меч-кладенец врага-супостата, а жить бы молодцу во терему родительском, с отцом с матерью, с родом-племенем». Уж как возговорит добрый молодец: «Не чисто поле меня сгубило, не буйны ветры занесли на чужую добычу, не каленой стрелой доставал я белых лебедей, не мечом-кладенцом хотел я достать врагов-супостатов, а сгубила молодца воля молодецкая, во княжем терему над девицей красной, (имя)».

Заговариваю я, родная матушка, (имя), полюбовного молодца, (имя), на любовь красной девицы, такой-то. Вы, ветры буйные, распорите ее белу грудь, откройте ее ретиво сердце, навейте тоску со кручиной, чтобы она тосковала и горевала; чтобы он ей был милее своего лица, светлее ясного дня, краше роду-племени, приветливее отца с матерью; чтобы ей он казался во сне и наяву, в день и полдень, в ночь и полночь; чтобы он ей был во пригожество красное, во любовь залучную; чтобы она плакала и рыдала по нем, и без него бы радости не видала, утех не находила. Кто камень Алатырь изгложет, тот мой заговор превозможет. Моему слову конец на любовь красной девицы, (имя).

Заговоры влюбленной красной девицы

Стану я, раба (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы в двери, из двора в ворота, выйду в чистое поле, в под восточную сторону, в под восточной стороне стоит изба, среди избы лежит доска, под доской тоска. Плачет тоска, рыдает тоска, белого света дожидается! Белый свет красна солнышка дожидается, радуется и веселится! Так меня, рабу (имя), дожидался, радовался и веселился, не мог бы без меня ни жить, ни быть, ни пить, ни есть; ни на утренней зоре, ни на вечерней; как рыба без воды, как младенец без матери, без материна молока, без материна чрева не может жить, так бы раб (имя), без рабы (имя), не мог бы жить, ни быть, ни пить, ни есть, ни на утренней зоре, ни на вечерней, ни в обыден, ни в полдень, ни при частых звездах, ни при буйных ветрах, ни в день при солнце, ни в ночь при месяце. Впивайся, тоска, въедайся, тоска, в грудь, в сердце, во весь живот рабу (имя), разростись и разродись по всем жилам, по всем костям ноетой и сухотой по рабе (имя).

Выйду я в чистое поле; есть в чистом поле белый кречет, попрошу я белого кречета – слетал бы он за чистое поле, на синее море, за крутые горы, за темные леса, в зыбучие болота и попросил бы он тайную силу, чтобы дала она помощь сходить ему в высокий терем и застать там сонного (имя), сел бы белый кречет на высокую белую грудь, на ретивое сердце, на теплую печень и вложил бы рабу Божьему (имя) из своих могучих уст, чтоб он (имя) не мог без меня ни пить, ни есть, ни гулять, ни пировать. Пусть я буду у него всегда на уме, а имя мое на его языке.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из ворот воротами, на широкий двор, в чисто поле. В чистом поле помолюся, поклонюся. Есть двенадцать ветров, двенадцать вихорев, сильных, буйных. Как сушите, крушите весной поле, середи лета теплого – ниву сжату, траву скошену, так же высушите, выкрушите моего суженого-ряженого – черные брови, черные очи, кровь его горяча и сердце ретиво. Так бы не мог быть раб Божий без (имя) ни дня дневать, ни ночи спать, ни часа скоротать. Так бы была я, раба Божья, ему днем – на уме, ночью – во сне и на разуме. Аминь.

Стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из ворот воротами, отцом прощена, матерью благословлена. Выйду я в чистое поле, стану я на удобное место, на восток лицом, на запад хребтом. Попрошу и помолю утреннюю зарю Марию, вечернюю зарю Соломониду: «Утренняя заря Мария, вечерняя заря Соломонида, дай мне солнечную красоту, месячную светлоту от царя Давида, от царя Соломона кротость и смирение. Сойми, сойми всю сухоту и прискорбье с рабы Божьей (имя), вложи, вложи всю сухоту и прискорбность в раба Божьего (имя). Вложи ему сухоту в резвы ноги, в белые руки, в сильные, могучие плечи, в белую грудь, в ретивое сердце, в черну печень, в темну кровь и черные брови, в ясные очи, чтобы он без рабы Божьей (имя) не мог ни жить, ни быть, ни дня дневать, ни ночи ночевать, ни часу часовать. Днем бы он ходил по солнышку, ночью бы он ходил по месяцу, по частым мелким звездочкам, по утренней заре и по вечерней заре. Не мог бы он ни чаем запить, ни хлебом заесть, ни в теплой парной баньке запариться, ни с добрыми людьми забаяться. Все бы ходил и сухотовал, меня на уме держал. Пеки по веки, отныне довеку. И будьте, мои молитвы, лепкие, крепкие. Всем моим словам – ключ и замок. Говорить можно на что угодно, на любую пищу, вино и пр.

Выйду я из ворот в ворота, в чисто поле. В том чистом поле стоит белокаменная церковь. В этой белокаменной церкви живут семьдесят семь братьев и Вихорь Вихреевич. Они ладятся, собираются сушить-крушить топи и болота и текучие быстрые речки, а сушите вы и крушите вы у раба Божьего ретиво сердце и горячу кровь, чтоб раб Божий обо мне, рабе Божьей, не мог дня дневать, часа часовать. Аминь.

Встану я, раба Божья, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы в избу, из ворот в ворота. В чистом поле поклонюсь и помолюсь всем зарям-зарницам, всем братьям, всем сестрицам, луне-матушке, солнцу-батюшке, моему красному молодцу. Мои русые волосы, присмотритеся, мои русы косы, приглядитеся, в меня, девушку, раб Божий (имя) влюбится, в черные брови, в ясные очи, ретивое сердце, черную печень, алую кровь. Не мог бы без меня ни жить, ни быть, ни дню дневать, ни ночи ночевать. Моим словам – ключ и замок. Аминь. Наговорить на воду, вино или еду и накормить милого.

Встану я, благословясь, пойду, перекрестясь, выйду я в чисто поле, в чистом поле есть Окиян-море. В Окиян-море стоял старый дуб, под этим дубом сидел старый заяц.

Я, раба Божья (имя), возьму старого зайца в белые руки, выну ретивое сердце, бурую печень. Как серый заяц не может ни быть, ни жить без ретивого сердца, без бурой печени, так же раб Божий (имя) не мог бы ни быть, ни жить, ни пить, ни есть, ни думу думать, ни мыслю мыслить, ни речи говорить. Показалась бы раба Божья (имя) рабу Божьему (имя) белее свету белого, яснее солнца красного, милее отца-матери. Заговаривать на воду три раза, чтобы трубы, двери, окна были закрыты.

Стану я, благословясь, выйду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду я в чистое поле, в чистом поле стоит золотая церковь. В этой церкви стоит стол-престол, на столе, на престоле стоит золотое блюдо, из этого золотого блюда умоюся, вся я алыми цветами усажуся. Бело-розовый цвет, пристань к моему лицу. Будь, мое лицо, как белое круглое яйцо. Будьте, мои очи, как у ясного сокола. Будьте, мои брови, как у черного соболя. Ключевой воды пил бы не напился, на меня, рабу Божью (имя), глядел бы не нагляделся, говорил бы – не наговорился. Из этой воды нигде ему не умыться, без меня, рабы Божьей, нигде бы не обжиться, и одну бы думу думал: на мне, рабе Божьей (имя), жениться и мне навек покориться. Будьте, мои слова, крепки и лепки, крепче каменя, крепче кременя и крепче булатна ножа. От веку довеку, во веки веков. Аминь.

Стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверями, из ворот воротами, в чистое поле, в чистом поле семьдесят семь ветров и семьдесят семь вихорев. Вы, буйные ветры, ходите по святой русской земле. На святой русской земле есть мой суженый, есть мой ряженый, есть мой законный, есть мой величальный.

Где он ходит – и не быть, и не дни дневать, и не часы часовать; день ходил – на уме держал, а ночь спал – во сне видел. Нарядные слова, присушливые. По ветру, по заре ходить. Так шевелят своего суженого, чтобы он женился.

Утренняя заря Дарья, вечерняя – Марья, унесите у меня, у рабы Божьей (имя), тоску-сухоту из ретивого сердца, из красна легка, из черной печени, из румяна лица, из ясных очей, из черных бровей. Унесите мою тоску-сухоту к рабу Божьему (имя) – в ретивое сердце, в красно легко, в черну печень, в румяно лицо, в ясные очи, в черные брови, чтобы раб Божий (имя) о рабе Божьей (имя) тосковал, горевал, дня не дневал, часу не часовал, минуты не миновал, сном не засыпал, питьем не запивал, едой не заедал, с людьми не заговаривал, табаком не закуривал, чтобы прыгал и скакал, как скачет корова над сырым теленком. Будьте, мои слова, крепки и лепки. Отныне и довеку. Аминь. Читать три раза на утренней заре.

Читать рано утром, до зари. Стою, благословясь, иду, перекрестясь, из избы дверями, из ворот в чисто поле. Иду я на волю, на красную зарю. Заря-зарница, красная девица! Разыщи, Зорица, раба Божьего, суженого, чтоб раб Божий, суженый все бы думал о рабе Божьей (имя) денно, и нощно и полунощно. Где б он ни был – в избе ли, в амбаре, в парной бане, есть бы он – не заедал, пить бы – не запивал, крепким сном не засыпал.

На улице, когда ветер дует, говорить: «В чистом поле, на угоре стоят двенадцать ветров, тринадцатый – вихорь. Я, раба Божья (имя), тебе поклонюсь. Пусти тоску тоскливую, сухоту сухотливую к рабу Божьему (имя) в ясные очи, черные брови, черную печень, ретивое сердце. Где увидите, тут возьмите, разыщите, хоть крещеного, хоть некрещеного, хоть благословленного, хоть неблагословленного. Как рыба без воды не может жить, так без рабы Божьей (имя) – раб Божий».

Пойду я, раба Божья (имя), во поле чистое, во луга зеленые, во леса дремучие, встану я, раба Божья (имя), на трех дорогах под тремя облаками, скажу я, раба Божья (имя), три слова заветные: «Летите ко мне, Ветрище, Веперище, Бурище. Принесите мне тоску, сухоту, ломоту, смешайте те тоску, сухоту, ломоту со моими словами заветными да отнесите их в красно сердце, в черну печень рабу Божьему (имя). Штеб ему, рабу Божьему (имя), без меня была мука мученическая, сухота сухотливая, тоска великая. Штеб обо мне вздумывал и ночью, и днем, и утром, и вечером. Как сказано, так и будет». Наговаривать на еду и питье три раза. Только если у него есть кто, сперва отсушить, отговорить надо. А то грех!

Стану я, благословясь, пойду, перекрестясь, умоюся ключевой водушкой, утруся белым полотенышком, отцом прощена, матерью благословлена, в чисто поле, в синее море. У синего моря стоит аспид каменный. У аспида каменного сидят две Девы Мати Марии. Пропускают оны ручья не в реки, не в озера, а в раба Божьего (имя). У его бы распалили легкие ретивое сердце, печень и кровь горячую. Он бы не мог без рабы Божьей (имя) ни быть, ни жить, ни есть, ни пить, ни ночи ночевать, ни часу часовать. А сох бы он, болел в тоненький в осиновый листок. Казалась бы раба Божья (имя) милее белого света, краснее красного солнышка, любее отца с матерью.

Выйду из дверей дверями, из ворот воротами, стану на восточную сторону лбом. Катится туча темным-темна, грозным-грозна. Из этой тучи вылетает стрела огненна. Куда стрела полетела? Куда похотела, туда и полетела. Лети, стрела, туда, куда я велю. Раскали, распали ревниво сердце (имя), чтобы не мог ни быть, ни жить без рабы Божьей (имя), ни часу часовать, ни минуты миновать.

Встану я, раба Божья, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверями, из сеней дверями, из двора воротами, выйду в чисто поле, погляжу в праву сторону. В правой стороне идут три девицы, три отроковицы. Первая девица-отроковица несет березовое полено, вторая девица-отроковица несет трубу плоцецку, третья девица-отроковица несет огненное пламя. Я спрошу у трех девиц-отроковиц: «Куда пошли, три девицы-отроковицы?» – «Пошли за тридевять земель, за тридевять морей, в тридевятое царство, к царю Давиду поджигать подсеки». Я помолюся и поклонюся трем девицам, трем отроковицам: «Не ходите за тридевять земель, за тридевять морей, в тридевятое царство, к царю Давиду поджигать подсеки. Зайдите и подожгите там у раба Божьего (имя) алую кровь и ретивое сердце. Чтобы раб Божий (имя) без рабы Божьей (имя) не мог ни жить, ни быть, ни есть, ни пить, ни времени быть, ни в пиру сидеть, ни свету глядеть. Казался бы раб Божий (имя) рабе Божьей (имя) краснее солнца красного, яснее свету белого, любче отца, матери, всего роду-племени». Этими же словами взад отворочу.

В том же чистом поле лежит Алатырь-камень. Я спрошу у Алатырь-камня: «Давно ли лежишь, Алатырь-камень? И долго ли будешь лежать?» – «Лежу я с начала свету белого и буду лежать до конца свету белого». Я помолюся и поклонюся Алатырь-камню: «Укрепи мои верные слова». – «Укрепит твои верные слова Сам Господь Иисус Христос». Во веки вечные, аминь. Можно наговаривать на чай или на соль.

Стану я, благословясь, пойду, перекрестясь, выйду я в чистое поле. В чистом поле три росстани. По одной росстани идут три девицы, три молодицы. У одной девицы лампа в руках, у другой девицы спички в руках, у третьей девицы кремень в руках. «Три девицы, три молодицы, далеко ли вы держите путь?» – «Мы держим путь в тридевятое царство, за тридевять земель». – «Три девицы, три молодицы, я вам возмолюся. Не ходите вы в тридевятое царство, за тридевять земель. Идите вы (указать, где живет возлюбленный), разжигайте раба Божьего (имя), его ретивое сердце, чтобы раб Божий (имя) не мог ни жить, ни быть без рабы Божьей (имя), темной ноченьки спать, ни дня коротать, ни пить, ни есть, все бы думал, суховал». Во веки веков. Аминь.

Стану я, раба Божья (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверями, из сеней воротами, выйду в чисто поле. В чистом поле летят серые гуси. Я спрошу: «Куда вы летите, серые гуси?» – «Летим мы каменны горы ломать, серого камня разжигать». – «Не ломайте каменны горы, не разжигайте серого камня. Разожгите у раба Божьего (имя) ретивое сердце, чтобы он без рабы Божьей (имя) не мог ни дня дневать, ни темной ночки спать, чтобы днем в хлебе вспоминать». Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.

Надо проговорить на еду и дать тому, кого хочешь присушить.

Вода-мати, берег-батя, вода берег бьет, раба Божьего (имя) о рабе Божьей (имя) тоска берет. Воды взять из реки, наговорить на нее и дать выпить и умыться.

Если муж гуляет, то надо взять от липы цветочки, лучше отщипленные. Крестиком связать, в воду опустить и дать ему попить или можно ему под одеяло положить и говорить: «Липа-лучина, раба Божьего (имя) к моей квартире приручила».

Уж ты, речушка моя быстрая, ты беги, беги все под горушку, ты ударься-ко во бел-горюч камень, расплещись-ко ты по долинушке, собери с себя всю красу земли да снеси ее мне, молодушке, рабе Божьей (имя и отчество). Аминь. Умываться рано утром речной водой и приговаривать.

Вода – с лица, красота – на лицо. Три раза повторить.

Стоит в поле травинка-лебединка: нет ее больше, нет ее толще, нет ее басее. Не было меня, рабы Божьей (имя), на гулянье больше, басее, веселее. Аминь. Повторять три раза. Говорить на воду, которой затем умываться.

Стану я, раба Божья (имя), надевать платок. Прилети, соколок, принеси мне, рабе Божьей (имя), красоты, любезны и белизны, белое тело, черные брови, подколенные тонкие жилы. От тридцати девяти девиц, от тридцати девяти молодиц и от тридцати девяти молодцов. Надо сказать, когда платочек надеваешь, на вечерку идешь.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, выйду из избы дверями, из двора воротами, выйду в чисто поле, на восточную сторону. На восточной стороне стоит церковь. Помолюся Богу. Помолюся, поклонюся двенадцати ветрам, тринадцатому – вихрю. Вот и не сушите, и не крушите матери родной земли, сеченых дров, кошеной травы и жатого хлеба. А иссушите да присушите раба Божьего (имя) рабе Божьей (имя). Где достигнут его слова – в мощеной хороше или немощеной, сохнущего или идущего, в кресте хоть в поясе, без креста и без пояса, тут перепояшьте по белу телу пояском. Пусть бело тело огнем горит. Аминь.

Говорить нужно на солнышко: «Стану я, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверями, из ворот воротами, выйду в чисто поле, в восточную сторону, под красное солнышко. Красное солнышко-батюшка, ходишь высоко, видишь далеко, за высокими горами, за крутыми холмами, за черными грязями. Ты усмотри, угляди раба Божьего (имя), подсеки резвые ноги, опусти белые руки, расстреляй белую грудь, черную печень, кровь горячую, вострые глаза, голову, мозга, напусти на раба Божьего дружбу, любовь и сухоту, пусть он сохнет обо мне, рабе Божьей, глядит и глаз не сводит с меня, рабы Божьей».

Встану я, раба Божия, благословясь, пойду, перекрестясь, в чисто поле, под восточну сторону. Под восточной стороной стоит дерево, на том дереве сидят птицы, железные носы, булатные когти. Я этим птицам помолюсь, поклонюсь и скажу: «Птицы, железные носы, выймете у меня, рабы Божьей, тоску и сухоту, рабу Божьему (имя) вверзите в буйну голову, в ретивое сердце, в горячую кровь, в подколенную жилу, становую кость. Пропалите, пронзите, чтоб на месте не высидеть, лежать – не вылежать, хлебом-солью не заесть, питьем не запить, не закурить табаком, в бане паром не загулять, все меня, рабу Божью (имя), на уме держать денно, ношно, полуношно. Тут моим словам – ключ да замок. Замок – в роте, а ключ – в море.

Стану я, раба Божья (имя), благословясь, перекрестясь, из избы в избу, из двери в двери, из ворот в ворота, пойду в луга изумрудные, там я умоюся росою целебною, студеною, утруся мхами шелковыми, поклонюся красному солнышку, ясной зорюшке: «Как ты, солнышко, печешь и припекаешь цветы и травоньку, так бы раб Божий (имя) припекся бы ко мне, к рабе Божьей (имя), крепко-крепко, горячо-горячо. С этой минуты и легкого часу будем мы жить, как два цветка иван-да-марья, и будем ворковать как голубки порой весенней. А ты, солнышко, припеки нас, обогрей нас, чтобы никто нас не разлучил, не расхолодил во все дни, во все годы, во все месяцы. Чтобы он меня называл: „Ты моя искренняя, верная и крепкая“». Будьте, мои слова, заборчивы и заговорчивы. Замок – в море, ключ – во рте. Аминь. Аминь. Аминь. Наговаривать на пищу.

На улице, на ветер, на заре, у двери. Встану я, раба Божья (имя), на восток лицом, на запад хребтом, к вере правым плечом. Сколь эта вера крепка, столь бы у меня ум-разум был крепок. Ветры, вихри, отнесите, оттащите с меня, рабы Божьей (имя), тоску, кручину, печаль неутолиму, унесите и положите рабу Божьему (имя). Не мог бы раб Божий (имя) ни жить, ни быть, ни есть, ни пить без меня, без рабы Божьей (имя), день под солнцем, ночь под месяцем, на ущербе, на перекрое, на ветху и на полну. Будьте, мои слова, крепки и емки, крепче булата, крепче уклада, крепче серого камня, селитры. Моим словам, вовеки им не воротиться, рабу Божью (имя) – злой кручине во веки бы не пособиться. Отныне и довека, до гробовой доски. Аминь.

Из свежего веника, сделанного из березовых веток, берут пруток и кладут его на порог той двери, в которую должен войти любимый человек. Кладя пруток, нужно произнести такие слова: «Как высох этот тоненький пруток, так пусть высохнет и милый друг (имя) по мне, рабе (имя)».

Пруток, когда человек, о котором заговаривают, прошел через него, убирают в тайное место, потом топят баню, кладут этот прут на полок на верхнюю полку, поддают больше пару и, обращаясь в сторону, где лежит пруток, говорят: «Парься, пруток, и будь мягок, как пушок, пусть и серд це (имя) будет ко мне, рабе (имя), так же мягко, как и ты».

После этого баню запирают, а через некоторое время берут пруток, относят на воду и бросают по течению. Прут пускать по реке нужно на заре.

Этот же заговор, но только для присухи чьего-либо сердца, делается так: пруток кладут на порог, приговаривая, как сказано выше, после того как прошел тот, кого заговаривают, прут кладут на жарко истопленную печь, приговаривая:

«Будь сух, пруток, как птичий ноготок, пусть так же сух будет и мой дружок (имя), а когда он ко мне подобреет, тогда пусть краснеет, как яблочко наливное, и полнеет, как месяц ясный после новолуния».

Встану я, красна девица, с зорькой красной, в день светлый и ясный, умоюсь я росою, утрусь мягкой фатою, оденусь мягким покрывалом, белым опахалом, выйду из ворот, сделаю к лугу поворот, нарву одуванчиков, дуну на его пушок, и пусть он летит туда, где живет мой милый дружок (имя), пусть пушок расскажет ему, как он дорог и мил сердцу моему. Пусть после этих слов тайных он полюбит меня явно, горячо и крепко, как люблю я его, рыцаря моего, дружку смелого, румяного, белого… Пусть его сердце растает перед моей любовью, как перед жаром лед, а речи его будут сладки, как мед. Аминь.

Пойду я утром рано в зеленую рощу, поймаю ясна сокола, поручу ему слетать к неведомому духу, чтобы он заставил лететь этого духа до того места, где живет (имя), и пусть он нашепчет ему в ухо и в сердце наговорит до тех пор, пока любовь в нем ко мне (имя) ярким пламенем заговорит. Пусть он (имя) наяву и во сне думает только обо мне (имя), бредит мною ночною порою, и гложет его без меня тоска, как змея гремучая, как болезнь смертная, пусть он не знает ни дня, ни ночи, и видит мои ясные очи, и примчится ко мне из места отдаленного легче ветра полуденного, быстрее молнии огнистой, легче чайки серебристой. Пусть для него другие девицы будут страшны, как львицы, как огненные гиены, морские сирены, как совы полосатые, как ведьмы лохматые! А я для него, красна девица (имя), пусть кажусь жар-птицей, морской царицей, зорькой красной, звездочкой ясной, весной благодатной, фиалкой ароматной, легкой пушинкой, белой снежинкой, ночкой майской, птичкой райской. Пусть он без меня ночь и день бродит, как тень, скучает, убивается, как ковыль по чисту полю шатается. Пусть ему без меня (имя) нет радости ни среди темной ночи, ни среди белого дня. А со мной ему пусть будет радостно, тепло, в душе – отрада, на сердце – светло, в уме – веселье, а на языке – пенье. Аминь.

Заря-заряница, а я красная девица, пойду за кленовые ворота, в заповедные места, найду камень белее снега, крепче стали, тяжелее олова, возьму этот камень, брошу на дно морское с теми словами: «Пусть камень белый на дне моря лежит, а милого сердце ко мне (имя) пламенной любовью кипит». Встану я против месяцу ясного и буду просить солнце красное: «Солнце, солнце, растопи сердце друга (имя), пусть оно станет мягче воска ярого, добрее матушки родимой, жальче батюшки родного. Пусть сердце милого дружка (имя) будет принадлежать денно и нощно, летом и весной только мне одной (имя). А для других это сердце пусть будет холодно, как лед, крепко, как железо, и черство, как сталь. Ключи от сердца (имя) пусть вечно хранятся только у меня одной».

Ветры буйные, птицы быстрые, летите скорее к месту тайному, к сердцу милого (имя), дайте знать ему, как страдаю я (имя) дни и ноченьки, по дружке своем милом (имя). Пусть я, горькая, бесталанная, буду счастлива с милым (имя) во все месяцы, в годы долгие, во дни майские, ночи зимние, в непогодушку и в дни красные. Я одна, одна люблю милого (имя) крепче батюшки, жарче матушки, лучше братьев всех и сестер родных. Птицы быстрые, ветры буйные, расскажите вы о том милому (имя), что страдаю я, как от болести, от любви моей к добру молодцу (имя). Пусть же будет он до могилы мой. Так и ведайте ему, молодцу (имя).

Встану я, раба (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы в двери, из двора в ворота, выйду в чистое поле, в подвосточную сторону, в подвосточной стороне стоит изба, среди избы лежит доска, поддоской тоска. Плачет тоска, рыдает тоска, белого света дожидается! Белый свет красна солнышка дожидается, радуется и веселится! Так меня, рабу (имя), дожидался, радовался и веселился, не мог бы без меня ни жить, ни быть, ни пить, ни есть; ни на утренней заре, ни на вечерней; как рыба без воды, как младенец без матери, без материна молока, без материна чрева не может жить, так бы раб (имя) без рабы (имя) не мог бы жить, ни быть, ни пить, ни есть, ни на утренней заре, ни на вечерней; ни в обыден, ни в полдень, ни при частых звездах, ни при буйных ветрах, ни в день при солнце, ни в ночь при месяце. Впийся, тоска, въедайся, тоска, в грудь, в сердце, во весь живот рабу (имя), разрастись и разродись по всем жилам, по всем костям ноетой и сухотой по рабе (имя).

Как мои ноги крепко и плотно достают до земли, так бы раб Божий доступал до меня, рабы Божьей (имя), как мое тело любимо самой себе, так бы я, раба Божья (имя), была мила и любима такому.

Читать три раза.

Снять с подошвы ноги толстую кожу (мозоль), высушить, растереть и давать человеку, которого хотят приворожить, в питье.

Я не свечки зажигаю, а душу и сердце зажигаю раба (имя) ко мне, рабе (имя), навсегда на ладан.

Как этот ладан горит и тает, так гори и тай сердце и душа раба (имя) ко мне, рабе (имя), навсегда.

При этом сжигают на угольях ладан.

Как уничтожается роса от восходящего солнца и сохнет земля, так и ты сохни, раб Божий (имя), обо мне, рабе Божьей (имя), чтобы ты не имел покоя ни днем, ни ночью, ни в радости, ни в горе, ни в собрании, ни на гулянье, ни в работе, ни в труде; чтобы ты думал обо мне. Заклинаю я тебя сотворением мира, заклинаю тебя днем, в который был распят на крест наш Господь Иисус Христос. Заклинаю тебя днем моего рождения. Заклинаю я тебя днем, в котором я окончу все радости, страдания и закрою глаза навсегда. Заклинаю я тебя всеми силами неба и земли. Аминь.

Дым трубный, ветер попутный, нагони тоску на раба Божьего (имя) по рабе Божьей (имя). Аминь.

Взять двенадцать осиновых лучин, в полночь разжечь печь и читать в открытую печь.

Как за сукой кобель бегает, гонится, воет на часты звезды, так чтоб раб (имя) за мной везде ходил, от тоски завывал. Собака лает, дверь закрыта, кость зарыта, так и я, Божья раба (имя), сердце раба (имя) запираю, запираю, зарываю, зарываю. Зубы, губы, ключ в Окияне-море. Аминь.

Наговаривается на кусок, который дают съесть собаке.

Девять лучин с девяти осин огнем сожгу, дымом выпущу, дым кудрявый – помоги, раба (имя) зазови. Зову раба Божьего к своим ногам, к своим устам, к телу белу, сердцу любящему. Приди ко мне раз, приди ко мне два, приди ко мне три, приди ко мне четыре, приди ко мне пять, приди ко мне шесть, приди ко мне семь, приди ко мне восемь, приди ко мне девять, как девять лучин горели, пылали, так чтобы и сердце раба Божьего (имя) горело и пылало по мне, рабе Божьей (имя), и никуда бы он от меня не отлучался. Аминь.

Собрать девять веточек с разных осин, положить их в печь, поджечь и читать зазыв в открытую дверцу.

Как кукушка кукует и горюет, так бы и раб Божий (имя) куковал бы, горевал бы по мне, Божьей рабе (имя). Аминь.

Когда услышите, как кукует кукушка, положите обе руки на свое сердце и читайте.

На море на Окияне есть бел-горюч камень Алатырь, никем не ведомый. Под тем камнем скрыта сила могучая, и силе нет конца. Выпускаю я силу могучую на (имя) красного молодца, сажаю я силу могучую во все суставы, полусуставы, кости, полукости, во все жилы и полужилы, в его очи ясные, в его щеки румяные, в его белую грудь, в его ретивое сердце, в утробу, и его руки и ноги. Будь ты, сила могучая, с (имя) красным молодцом неисходно. Жги ты, сила могучая, его кровь горячую, его сердце кипучее на любовь к (имя) девице. И был бы красный молодец (имя) на всю его жизнь, не мог отворотиться ни заговором, ни приворотом, не мог бы ни стар человек, ни млад отворотить своим словом. Слово мое крепко, как бел-горюч камень Алатырь. Кто из моря всю воду выпьет, кто из моря всю траву выщиплет, и тому мой заговор не превозмочь, силу могучую не увлечь. Во веки веков. Аминь. Этот приворот читают в Великий четверг три раза до солнышка на того, который понравится.

Page 2

Глаза портят, язык портят. Не камень от алтаря, не рабу (имя) меня, а мерина-коня, сухую траву, арбузную голову и старую трубу. А я делом оградилась, словом отмолилась, от зависти умылась. Береженная Господом, с двенадцати бережков. Богородица, сохрани. Аминь. Аминь. Аминь.

От жестоких людей

Иисус Христос, стань мне в помощь, иду я в горницу, там сидят цари с царями, паны с панами, все власти надо мной, немые, как стены. Берут тарелки, я нож вынимаю из-под сердца. Своим врагам горло затыкаю. Мой верх, моя правда, моя победа. На все стороны обернусь и вас, моих врагов, не боюсь. Аминь.

На укрощение злобных сердец

Сажусь в сани, крытые бобрами, и соболями, и куницами. Как лисицы и куницы, бобры и соболи честны и величавы между панами и попами, между миром и селом, так мой нарожденный сын был бы честен и величав между панами и попами, между миром и селом. Еду на гадине, уж погоняет, а сам дюж, у панов и судьев полон двор свиней, и я тех свиней переем. Суд судом, век веком! Сею мак. Разыдутся все судьи, а тыя сидят, что меня едят. Меня не съедят; у меня медвежий рот, волчьи губы, свиные зубы. Суд судом, век веком! Кто мой мак будет подбирать, тот на меня будет суд давать. Спрячу я свой мак в железную кадь, а брошу кадь в Окиян-море. Окиян-море не высыхает, кади моей никто не вынимает, и маку моего никто не подбирает. Суд судом, век веком! Замыкаю зубы и губы злым сердцам, а ключи бросаю в Окиян-море, в свою железную кадь. Когда море высохнет, когда мак из кади поедят, тогда мне не бывать. Суд судом, век веком!

От лихого человека

Иду я, раб Божий (имя) из ворот в ворота, в чистое поле. Навстречу бегут семь духов: все злые, все черные, все нелюдимые. Идите вы, злые духи, все злые, все черные, все нелюдимые, к лихим людям, держите их на привязи, чтобы я, раб Божий (имя), от них был цел, был здоров и невредим и во всех путях, дорогах, в чистом поле, в зеленом лугу, в дремучем лесу, в своем дому, и в чужом дому. Слово мое крепко, во веки веков. Аминь.

Избави меня, раба Божьего (имя) от одноженца, от двоеженца, от одноглазого, двоеглазого, троеглазого, от однозубого, двоезубого, троезубого, от одноволосого, двоеволосого, троеволосого, от своих глаз, от своей думы, от встречного, от скоротечного, от поперечного, от всякого человека лихого; от молодых, от холостых, от кривых. От слепых, от старых, от пустоволосых, и от своих глаз, и от своей думы. Во имя Иисуса Христа, аминь. Во имя Пресвятыя Богородицы, аминь. Во имя Креста Животворящего, аминь. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Аминь. Аминь.

От лихого человека, вора

Стой, злой, стой час, бревном стой, не двигайся, не приближайся. От злого человека. Он и встанет. Будет все слышать, видеть, но не сможет двигаться.

Чтобы чужой человек не взял того, что ты на улице или где оставил, нужно сказать: «Чьи руки клали, те и возьмут».

Если что-то украдут, надо место знать, откуда украдено. Ножом это место окружить, начертить крест, в середину креста нож воткнуть и сказать: «Нож – в сердце вору, потеря – на место».

Благослови, Бог, сохрани и спаси окошечка, и воротечка, и трубу, и двери, и щелки. И железный тын кругом нашего домушка, молитвой притворен, крестом награжден.

Спаси, Господи, помилуй рабу Божью (имя) от лихого человека, от двенадцати язв, от двенадцати, от одиннадцати, от десяти, от девяти, от восьми, от семи, от шести, от пяти, от четырех, от трех, от двух, от одной – ни одной, от лихого человека. Аминь.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Стану говорить, наговаривать раба Божьего от всякого лихого человека, от еретика и еретицы, от колдуна и колдуницы. Кто на меня зло подумает, тот ешь свое тело, пей свою кровь. Отныне и во веки веков. Аминь.

От воров

Закрывают дверь и наговаривают на замок: «Сам, как луть, язык, как прут, гол, как зад, заведи вору глаза, сведи его с ума, а меня, нарожденного, крещеного, Господи, спаси. Аминь».

Шел Иисус Христос через три земли, через три небеси, нес Иисус Христос Евангелие и крест. Господь сказал: «Кто будет красть, напущу на него страсть, руки отнимутся, ноги с места не сдвинутся, хозяин выйдет, вора увидит. Красть запрещаю, крестом запрещаю». Иисус Христос замыкает замком, крест посреди, два ангела по бокам. Аминь.

Нужно накладывать крест на все в доме.

От врагов

Ангел мой, хранитель мой, сохрани мою душу крепко и мое сердце, а всех врагов и супостатов отклони от меня на все четыре стороны.

Читать, идя к недоброжелателям, заходить с левой ноги.

От порчи и сглаза

Месяц, месяц молодой, у тебя рог золотой, в море ты купался и не испугался. Адам и Ева – первые жители на земле. У вас что болело? Нет. Ну и у меня, раба Божьего, чтобы тоже ничего не болело. Аминь.

Луна, милая Луна! Сидишь высоко, светишь далеко, будь для меня Пресвятой Богородицей, помоги рабу Божьему. Аминь.

От худого часа, порчи и сглаза

Но море-Окияне, на острове Буяне стоит церковь соборная, соборная, богомольная. В этой церкви соборной, богомольной стоит Мать Пресвятая Богородица. Она книгу Евангелие читает, сама слезно плачет, отговаривает: от колдуна, от колдуницы, от виритника, от виритницы, от завистника, от ненавистника, от завистницы, от ненавистницы, от худого часу, от худого сглазу – от девичьего, от молодичьего, от ночного, полуночного, от денного, полуденного, от часового, получасового, от серого глазу, от желтого глазу, от черного глазу, который этого человека шутит и сушит. Он тебе лиха не лестил, зла не творил, вынь свои недуги из всего тела белого и из буйной головы. А если ты не перестанешь этого человека шутить и сушить, я пойду, Богу помолюся, Христу поклонюся, к Илье-пророку, к Иоанну Предтече, они нашлют на вас тучи грозные, громом вас побьют, молнией вас пожгут, сквозь пепел, сквозь мать-сыру землю пробьют. О, Матушка, Пресвятая Богородица, могла Ты Бога-Спаса народить, помоги Ты нам от всякого нечистого духа и от лихого глаза, и от худого часа отговорить.

От порчи

Встану я, раба Божья (имя и отчество) утром, рано, благословясь и перекрестясь, свежей водой умоюсь, камкой утрусь. Господу Богу помолюсь, пойду я, раба Божья, из избы в двери, со двора в ворота, от улицы в завори. Помолюсь и покорюсь я в восточную сторону, в восточной стороне стоит Сионская крутая гора, на той Сионской горе ездит батюшка Илья-пророк, на огненной колеснице, палит и опаливает в лесу зеленую хвою, с трав лазоревые цветы, с гор желтые пески. Свет ты, Илья-пророк, надежда, солнце праведное, не пали и не опаливай в лесу зеленой хвои, с трав лазоревого цвета, с каменьев злаченого верха, с гор желтого песку, а пали, опаливай с черных бровей и с ясных очей, из семидесяти жил, из семидесяти суставов, и пали, опаливай все уроки, все прироки, злые, лихие озычества и переполохи, от ветру и от крику. Аминь.

Всякому рожоному человеку: соли в глаз, песку горячего, огня палящаго – злому и лихому, порченику и урочнику. Всякому рожоному человеку Божии твари не узнать; облака не открыть, не отпереть; частых звезд не оббивать и не ощипати; утряны зари топором не пересекчи; млада месяца не ототкнуть, не отпереть – так и меня, раба Божия (имя), никому не испортить, не изурочить век по веку отныне и довеку. Которые слова забытущия, обыдущия – будьте вы, мои слова, все сполна переговорены век по веку, отныне и до веку. Небо – ключ, земля – замок.

Будь наша хоромина пресвятая, благословенная, каждая дырочка, каждая щелочка, со дверьми, с окошечками, с окладными бревенчиками. Вокруг нашей хоромины каменная ограда с зеленым тыном. Кто эту ограду городил? – Ангелы Господние. Заговорят они раба Божьего (имя) от порчи, от большой беды, от гробовой доски, от могильной земли. Не испортит его ни первый человек, ни последний, ни на церкви, ни на ее ограде, ни на иконе, ни на свече, ни на игле, ни возле кладбища, ни при отпевании, ни при обмывании, ни с едой, ни с водой, ни с печной золой. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Читают над просвирою, которую принесли из церкви.

От порчи молодых на свадьбе

Ишел Христос через тридевяти небес, на том Христос опирался, на четыре стороны крещался. Окрести мои телеса и словеса, неси мои телеса и словеса от зори на небо. Под булатный камень, под булатным камнем там колдуны и колдуницы, виритники и виритницы. Кто Гаврилу или Домну испортит, тот синее море выпьет, желты пески пожрет. По Иисусовой молитве, в угольном жаре.

Заговор произносится над водой. Заговоренной водой мочат голову, обтирают тело и поят жениха и невесту.

От лихого глаза

Сохрани и помилуй от черного глаза, от серого глаза, от голубого глаза, от радостного глаза, от завистного глаза, от лихого глаза, сохрани и помилуй, Михайла Архангел.

Царь Давид, царь Константин, царица Елена – сокращали они небо и землю, сократите наши дела от встречного и поперечного. И размывала белые коренья, и раскачала белые каменья водица-царица, красная девица. Святой архистратиг Михаил, сохрани и помилуй, Царица Небесная, Божья Матерь, сохрани и помилуй.

Шла бабушка из-за моря. Несла кузовок здоровья, тому, сему немножко. А тебе – весь кузовок.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Царь земной, царь морской, царь небесный, спаси и помилуй раба (имя), от дурного глаза и от лихого человека.

Чур, моя дума, чур, мои мысли, чур, мои мненья души и тела, левого подколенья. Кто будет думать, тому в глазати соли да песку, на язык – с молоком, а в сердце острый нож. Это для тех, кто сглазить может. Когда с человеком встречаешься, про себя читай.

А чтобы сглаза не было, надо не думать о том, что скажут. А сглаз, говорят, со своих дум больше всего и получается.

Молодушки, чтобы их не изурочили (то муж не любил, то им жилось плохо), поясок из рыболовной сети, узенький такой, подпоясывали. На голо тело, чтоб никто не знал. И носить надо, не снимать.

Из сетей делали поясок: «Кто этот узелок развяжет, тот меня доведет».

Раньше, говорят, иголку носили, поясок с узелками носили, чтоб не сглазили, не околдовали. И сказать надо: «Как к иголкам ничего не пристает, так чтобы и ко мне ничто не приставало».

Как, когда злой человек, колдун, еретик в уши пролезет, так и мне ничего не сделается.

Как сквозь ушей не пролезти колдуну, так и колдуну не исколдовать.

Иголки без ушей втыкают, сетки вяжут клетчаты и повязываются.

Как колдуны эти узелки не смогут развязать, и меня не смогут исколдовать. Все до трех раз, наверное.

От рябины сучок отламливали. Говорили: «Святая рябина, святая деревина – молодке». И себе положат, и с собой возьмут, чтобы ничего не портили.

Пойдешь ли куда, заколи булавку в одежду: «Сама заколю, сама отколю. Сама изурочу, сама отговорю». Тогда никакой дурной глаз не страшен.

Кто этот поясок развяжет, тот только меня доведет.

Раньше портили, уроки напускали, В бане окатишься, станешь рубашку надевать и скажи: «Я, раба Божья (имя), накидаю Божьей Матери ризу ото всех колдунов и шептунов. Они тогда изурочат, когда я буду свое мясо есть и свою кровь пить – колдун, колдунья, шептун, шептунья. Аминь».

Перед крынкой молока: «Как бело молоко это, будь же чисто и бело тело рабы Божьей (имя). Береги его, Господь, от дурна глаза. Аминь».

Еще Воскресну молитву читают перед солью или перед хлебом. Завязывают в тряпочку эту соль и носят при себе. Хлеб тоже зашивают в замшу.

Шелков веник, тело бумажно, хвощись на здоровье, раба Божья (имя). Аминь. Когда хвощешься да приговаривай.

Насыпать соль на голову и на грудь. Как соль не урочится, так бы и я, раба Божья, не урочилась. Отныне и довеку. Аминь, аминь, аминь.

Михаил Архангел, Гавриил Архангел! Сам Господь Бог Иисус исполнил небо, исполнил землю. Исполни здоровья рабу (имя), спаси, Господи, от глаза: денного, полуденного, ночного. Спаси, Господи, от глаза от вдовы-еретицы, от девки-блудницы, от мужика-колдуна. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Читали на воду, в воду сольки кинут. Спрыснут – и проходит.

Бывает, соль берешь. Пойдешь куда на вечер, соли возьмешь на темечко и скажи три раза: «Как соль не притчится, не урочится, так и ты, раб Божий, не притчься, не урочься». А когда водой пользоваться, а когда солью? Водой – если уже обурочена, а солью – до.

И у мужиков в голунец иголку протыкать: «Как в эти уши никому не пролезти, так и надо мной никому ничего не сделать». Три раза сказать.

Встану, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из двора воротами, на широкую улицу, на Божий свет. Божьим светом осветюся, облаком оботкнуся, мелкими частыми звездами обтычуся. Как месяц а не постановить, алых звезд не сосчитать, так рабы Божьей (имя) не исправить, не испортить – ни русому, ни тяревому, ни одноженому, ни двоеженому, ни одноглазому, ни двоеглазому, ни женке-простоволоске, ни девке-гладковолоске, ни отроку, ни отроковице-лисице. Кто на рабу Божью (имя) зло помыслит, тому соли – в глаза, смолы – на язык, дрясвы – на зубы. Будьте, мои слова, крепки-лепки. Век по веку. Аминь.

Иголку без ушка втыкают в пальто. Колдуну ничего не сделать. Как нитка не пройдет через эту иголку, так и колдовство не прильнет к ним.

Куда придешь, пальцы сложи, а то заложи. Руки сложи и, чтоб не сглазили, говори про себя: «От меня отойдет, к тому перейдет, другого возьмет». Три раза сказать.

Когда подозрительный человек придет, надо руки сложить, а когда он будет уходить, сказать: «С чем пришел, с тем уходи, что принес, то уноси».

От черного глаза, от синего глаза, от белого глаза, от желтого глаза. Лихому глазу – соль в глазу, перешагнуть нечистого духа. Вы, глаза неокаянные, глаза некрещеные. По бокам не ходи, боков не коли, явства не прети, в дыханье не тесни. Ты, причина вихревая, ветровая, животливая, шутливая, глазливая, по костям не ходи, костей не ломи, явства не прети, дыханье не тесни. Ты, причина вихревая, ветровая, я тебя, причина вихревая, рассею, я тебя вырубаю. Там не оставляю, по костям не ходи, костей не ломи, явства не прети, дыханье не тесни. Вот тебе, глазу, соль на глаз.

Брызну водичкой, вымою ложечки, соли положу крестно. Как к ложкам ничего не пристает, к соли, так и к (имя) не пристало. На ветер выливают через левое плечо.

Стол обмывают, уздечки (уголки), ложку моют через черен (ручку). Пять ложек обмыть с приговором: «Как эти ложки не урочатся, не раз, не два, не три, не четыре, не пять, так бы и (имя) не урочился не раз, не два, не три, не четыре, не пять».

С углов со стола, с четырех углов с ложечек воду сливают. Как к воде ничего не пристает, так чтоб не пристало к (имя).

Жак пойдешь на гулянку, перекрестись и водицей умойсь. Как вода стечет, так и дурной глаз сбежит.

Заговор от ураза

Что есть ли, пить ли будешь, возьми острый ножик, чтобы острый конец был, им в кружке толкаешь и говоришь. Как на ножике на острие вода не шипит, не кипит, и так же у раба Божьего (имя) не шипело, не болело, костья не ломило, суставов не воротило, по жилам не ходило, кожи не щекотало и живота не бурлило. Как на ножике на острие ни щипоты, ни ломоты, ни опухоли, как ни на землю, ни на воду ничего не льнет, ничего не пристает, так же на раба Божьего (имя) ничего не льнуло, не пристало и на раба Божьего (имя) век ничего не упало. Земля чиста, вода светла и так же раб Божий (имя) был здоров и весел. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Потом закрываешь кружку, чтобы дух не выходил, и пьешь.

Заговор от пищалей и стрел

За дальними горами есть Окиян-море железное, на том море есть столб медный, на том столбе медном есть пастух чугунный, а стоит столб от земли до неба, от востока до запада, завещает и заповедывает тот пастух своим детям: железу, укладу, булату красному и синему, стали, меди, проволоке, свинцу, олову, сребру, золоту, каменьям, пищалям и стрелам, борцам и кулачным бойцам, большой завет:

– Подите вы: железо, каменья и свинец, в свою мать-землю от раба такого-то, а дерево к берегу, а перья в птицу, а птица в небо, а клей в рыбу, а рыба в море, сокройтесь от раба такого-то. А велит он: ножу, топору, рогатине, кинжалу, пищалям, стрелам, борцам, кулачным бойцам быть тихими и смирными. А велит он: не давать выстреливать на меня всякому ратоборцу из пищали, а велит схватить у луков тетивы и бросить стрелы в землю. А будет мое тело крепче камня, тверже булату, платье и колпак крепче панциря и кольчуги. Замыкаю свои словеса замками, бросаю ключи под бел-горюч камень Алатырь. А как у замков смычи крепки, так мои словеса метки.

Заговор от ратных орудий

Летел орел из-за Хвалынского моря, разбросал кремни и кремницы по крутым берегам, кинул Громову стрелу во сыру землю. И как отродилась от кремня и кремницы искра, от громовой стрелы полымя, и как выходила грозная туча, и как проливал сильный дождь, что им покорилась и поклонилась селитра-порох смирным-смирнехонько. Как дождь воды не пробил, так бы меня, такого-то, и моего коня искры и пули не пробивали, тело мое было бы крепче белого камня. И как от воды камни отпрядывают, и пузыри вскакивают, так бы от ратных орудий прядали мимо меня стрелы и порох-селитра. Слово мое крепко!

Против стрелка и его ружья

Идущему стрелку нужно сказать в спину про себя:

То идет не стрелец с ружьем,

А батюшка с требником;

Он спешит не стрелять,

А молитву давать;

Я его не страшусь,

С ним давно я дружусь!

От пуль

На острове на Буяне, на море-Окияне стоит красна девица, ухмыляется, перед всеми людьми похваляется, что она ратных дел царица, на все потехи мастерица – бить и убивать, страшные боли причинять, кровь пускать, другу и недругу спуску не давать. В правой руке она держит колчан со стрелами, в левой – пули свинцовые, в ногах рассыпана дробь, аки бисер, на голове ее медная шапка, на груди чугунные латы. О вы, пули и ядра, и мелкая всякая дробь, стрелы острые, луки меткие, попадайте вы в грудь сырой земли, в волны морские кипучие, в облака плывучие, а меня, раба Божьего (имя), не касайтесь, я закален, заговорен, стенами крепкими окружен, не взять меня, не достать вам меня, грудь моя в панцире, сам я в латах и бронях заповедных, а кругом меня тьма орудий победных. Заговор мой тем кончаю, что его я крепко-накрепко невидимым замком запираю и ключ от замка в Окиян-море бросаю, там будет лежать под горючим камнем Алатырем отныне и довеку. Аминь.

От пуль свинцовых, медных, каменных

В высоком терему, в понизовском, за рекою Волгою, стоит красная девица, стоит, покрашается, добрым людям похваляется, ратным делом красуется. Во правой руке держит пули свинцовые, во левой медные, а в ногах каменные. Ты, красная девица, отбери ружья: турецкие, татарские, немецкие, черкесские, русские, мордовские, всяких языков и супостатов: заколоти ты своею невидимою силою ружья вражьи. Будут ли стрелять из ружья, и их пули были бы не пули; а пошли бы эти пули во сыру землю, во чисто поле. А был бы я на войне цел и невредим, и мой конь был бы цел и невредим; а была бы моя одежда крепче панциря. Замыкаю свои приюворные словеса замком и ключ кидаю в Окиян-море, под горюч камень Алатырь. И как морю не высыхать, камня не видать, ключей не доставать, так меня пулям не убивать, до моего живота, по конец века.

От оружия

Да воскреснет Бог, и разудутся врази Его, и да бежать от лица Его ненавидящи, яко исчезает дым, да исчезнут беси от лица любящих Бога: буди путь их тьма и ползок, ангел Господен прогоняя их, видящий мя вон бежища от мене, раба Божьего (имя), падут из них углие огненно, низложищи их во вратах, благословение Господне, и на главе моей, все зубы супостатом сокрушил еси. Господи, и на мне благословени. Аз успух и спах, яко Господь заступит мя. Суди, Господи, обидящи мя, возстани на борющия мя, возстани, сокруши, Господи, под ноги наша, да покорены были бы нам и падший под ноги нашими. Сокруши, Господи, лук их и стрелы, и пищали, и пушки, и пули, свинец и олово, и всякое железо, и древо их. Крестом ограждаются, супостатам своим сопротивляемся, не боящееся его коварства и их обаятельства, яко гордость их упразднися и попран бысть на древе крестнем. Силою распятого Христа спаси, Господи, люди Своя и благослови достояние Свое. Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Бога, Господа нашего Иисуса Христа, заговариваю я, раб Божий (имя), тело свое грешное от стрелы и от сабли, и от рогатины, и от секиры доспешные. Буди тело мое грешное крепче камени и булата, и всякие вещи, и железа простого, и паче меди. Помилуй, Господи, раба Божьего (имя) от пули и ядер, стрел… Крест Господень, мир Господа, Бога и Спаса нашего, и Иисуса Христа. Стой, стрела, чрез Деву Марию и чрез пророка Иоанна, Крестителя Господня, и чрез ангелы и архангелы, и чрезо вся святые жены, и чрез вся праведные християне, который поживши в заповедях и в законе Господни! Стой, стрела, не ходи до меня, раба Божьего (имя), поведением Бога и праведнаго, чрез Благовещение Пресвятые Богородицы! Стой, стрела, не ходи до меня, раба Божьего (имя), чрез обещание милосердия Божьего! Стой, стрела, не ходи чрез тернов венец, который был на главе Господа нашего, Иисуса Христа! Стой, стрела, не ходи до меня, раба Божьего (имя), чрез копия и гвоздие Господа нашего и Спаса, Иисуса Христа, Всемогущего Бога, иже никто же не может сокрушити служебника своего, раба Божьего (имя), и ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Есть озеро железное, есть царь железный. И тот царь имеет власть, и защищает от всякого железа меня, раба Божьего (имя), от сабли и копия, и от меди, и от рогатины, и от топора, и ножов, и от всякия детели приплодныя. Помилуй, Господи, наш истинный Христос, Царь Славы небесной, мене, раба Божьего (имя), роса буди о всякое железо. Поведи, Царь, стрелы прочь от меня, раба Божьего (имя), во всякое древо и железо, клей – в рыбу, а рыба – в море, а перья – во птицу, а птица – в небо; полети от меня, раба Божьего (имя), всякое железо и всякие стрелы, и рогатины, и копия, и сабли, и кинжалы, и топоры – прочь от меня, раба Божьего (имя), ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Бога, Господа нашего, Иисуса Христа, словом заговариваюсь и своим златым щитом прикрой меня, раба Божьего (имя), стрелять стрелою железною и ударить саблею, и ткнуть копием и рогатиною, и всяким каленым железом. И пойдет стрела-железница от меня, раба Божьего (имя), во всякое железо секучее и каленое, и простое. И пойдет из столца в дуб, из дуба пойдет во всякое дерево, из древа пойдет за море Хвалынское. Похвала отца от стрелы-железницы, от сабли и рогатины, и секиры доспешныя, от булата красного и синяго, от стали и ножа, и от кинжала, и от свинца, и от меди, и от проволоки медныя и железныя, от всякого приправу железного. Лежит ли бел камень Алатырь в море-Окияне, круг того камня тридесять замков железных. И сколь те замки крепки – моего супостата стрела втуне бывает и секира за поясом, и рогатина в руках у всякого лихого человека. Стоит ли Пречистая Богородица, Мати Христа Бога нашего, своею розою защищает меня, раба Божьего (имя), от стрелы-железницы и от булата, и от сабли, и от секиры доспешныя, рогатины и свинцу, и меди, и от проволоки и всякого приправу железного.

Стоит великий Николае Чудотворец и отгоняет от меня, раба Божьего (имя), всякого лихого человека, немирнаго, немлющего за руку и за волосы, и за все суставы, не пущают моего супостата, лихого человека, и стрелы из рук его. Сколь крепки в Окияне-море тридесять замков столбы и на меня, раба Божьего (имя), были крепки. Столь крепка на белом камне кора, столь бы крепко было мое тело, раба Божьего (имя). На горах каменных стою я, раб Божий (имя), поклоняюся на все четыре стороны Иисусу Христу, Вышнему Творцу и Храброму Георгию, и архистратигу Михаилу, и всем небесным силам, Гавриилу и Козме и Домияну, и архидиакону Стевану, и святым апостолам Петру и Павлу, и всем святым апостолам. И ставлюся я, раб Божий (имя), в горшок и котел железный, и покрываюся церковию железною, отыкаюся круг себя, раба Божьего (имя), втридесять тынов железных, и замыкаюсь в тридесять замков железных от своих супостатов и от всех воинов, и немирного плеча, и от ведуна и от ведуницы, от отрока и от кровницы, от всякого лихаго человека. Тогда меня, раба Божьего (имя), испортят, когда на небеси пересчитают звезды частые и коли Окиян-море высохнет, и тогда те ключи из моря-Окияна восстанут, и коли ту змею из того камня выгонят. И коли те ключи восстанут и коли та змея-коропивка восстанет, тогда меня, раба Божьего (имя), сыщут ведуны и ведуницы, и всякой лихой человек. И тех им в небеси звезд не пересчитать, и моря не выпивать, змея-скоропивка не выгнать, раба Божьего (имя) не парчивать, а моим супостатам и всяким людям, и воинским людям, везунам и везуницам, и взрослым, и малым детям. Аминь.

Page 3

Во черной избе, за дубовым столом, стоит трясавица на полице. Ты, трясавица, не вертись, а ты, притолка, не свихнись. Вертелось бы, свихнулось зелено вино в чаше, и вертело бы вино, и свихнуло бы вино все притаманное, неведомое, да что не слыхано, да что не сказано в таком-то дому, на такову-то беду. А буде ты, трясавица, завертишься, а буде ты, притолка, свихнешься, ино будет вам от меня лютово неволье, да злово томленье, а на иново вам будет все подобру-поздорову, как бывало доселево. Слово мое крепко.

Заговор островника на зеленую дуброву

Хожу я, раб (имя), кругом острова, такого-то, по крутым оврагам, буеракам, смотрю я чрез все леса: дуб, березу, осину, липу, клен, ель, жимолость, орешину, по всем сучьям и ветвям, по всем листьям и цветам. А было бы в моей дуброве поживу, подобру, поздорову; а в мою бы зелену дуброву не заходил ни зверь, ни гад, ни лих человек, ни ведьма, ни леший, ни домовой, ни водяной, ни вихрь. А был бы я большой набольшой; а было бы все у меня во послушании, а был бы я цел и невредим.

Заговор молодушки от лютой беды

Выхожу я во новы сени дубовые, на широк двор заборчатый, гляжу я по всем по дорогам и перепутьям, вижу я от земли до неба звезды ясные. Вы, дороженьки и перепутьицы, задержите моего мужа (имя); вы, звезды ясные, затемните свой светло-яркий свет, чтобы без вашего светушки не было ни ходу, ни проходу. Насылаю я на свекра лютого тоску со кручиною, сон со дремотою, забытье со беспамятью; а был бы он и глух и нем по мою лютую беду. Насылаю я на свекровь зазойливую печаль со бедою, сон со дремотою; а была бы она слепа и нема по мою лютую беду.

На поход

Стану я раб (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из двора воротами, выйду я в чистое поле, стану на восток лицом, на запад хребтом. Акиры и Оры, и како идут цари, царицы, короли, королицы, князи, княгини, все православные роды, и не думают зла и лиха, такожде и на меня раба (имя), не думали бы зла и лиха, как цари, царицы, короли, королицы, князи, княгини, и все вельможи, и все православные роды возрадуются и возвеселятся, такожде меня, раба (имя), увидели вы, цари, царицы, короли, королицы, князи, княгини и все православные роды христианские, возвеселились; и как не видит мати отлученного дитя многие лета, а увидит – возвеселится и возрадуется зело весело и радостно, такожде меня, раба (имя), увидев, возрадовались бы и возвеселились цари, царицы, короли, королицы, князи, княгини, все вельможи и все православные роды христианские. Как не можно небесные колесницы превратить, такожде вы меня и моих слов не могли б превратить, во веки веков.

На дорогу

Ангелы в ногах, ангелы в головах, ангелы-хранители, ангелы – спасители, Матерь Божья по бокам, храни меня, Господи. Аминь.

Еду я из поля в поле, в зеленые луга, в дольные места, по утренним и вечерним зорям; умываюсь медяною росою, одеваюсь солнцем, утираюсь облаками, опоясываюсь частыми звездами. Еду я во чистом поле, а во чистом поле растет одолень-трава. Одолень-трава! Не я тебя поливал, не я тебя породил; породила тебя мать-сыра земля, поливали тебя девки простоволосые, бабы-самокрутки. Одолень-трава! Одолей ты злых людей: лихого бы на нас не думали, скверного не мыслили. Отгони ты чародея, ябедника. Одолень-трава! Одолей мне горы высокие, долы низкие, озера синие, берега крутые, леса темные, пеньки и колоды. Иду я с тобою, одолень-трава, к Окиян-морю, к реке Иордан, а в Окиян-море, в реке Иордан лежит бел-горюч камень Алатырь. Как он крепко лежит предо мною, так бы у злых людей язык не поворотился, руки не подымались, а лежать бы им крепко, как лежит бел-горюч камень Алатырь. Спрячу я тебя, одолень-трава, у ретивого сердца, во всем пути и на всей дороженьке.

Благословление в дорогу: «Спаси вас, Господи, сохрани от всяких бед, от всяких напастей, от опасной болезни, от напрасной смерти». И перекрестить.

Крест-креститель, души моей спаситель. Душу мою спасаешь, двери закрываешь, к постели подходишь, сатану, врага-супостата, прочь отгоняешь, в путь-дорогу с Богом меня посылаешь.

Когда соберешься идти, скажи: «Господи, благослови меня на каждый час, на каждую минуту».

Ангел – навстречу. Господь – на пути. Божья Мати, тебя благослови, Николай Чудотворец, в путе и в службе (учебе) помоги.

Идешь, если один, говори: «Пресвятая Мать Богородица – позади, да впереди – Сам Иисус Христос, ангелы Господни – по бокам». Так три раза – и перекреститься. Чтоб не бояться.

Я иду в пути. Господь – впереди, Божьи ангелы по бокам держат острые мечи в руках. Кто на меня зло имеет, тот на месте окаменеет. Аминь, аминь, аминь. Три раза надо прочитать в путь или куда, экзамен ли сдаешь.

Когда провожаешь кого-нибудь или мама тебя провожает, говори: «Идите с Богом! Храни тебя, Бог, от огня, от воды да от всякой беды».

Если в путь собираешься, надо сказать: «Благослови, Христос! Спаси и сохрани, Господи, ото всякого врага».

А в дорогу если идешь, надо сломить первую попавшуюся ветку и отмахиваться ею, как от комаров – ничего тебе не покажется и дорога хорошей будет.

Господи, благослови в добрый час да во святой.

Иисус Христос – на дороге, Господь – на пути, Мати Божья, везде проведи, Николай Угодник, от бед отведи. Так вот три раза.

В путях и в дорогах, и на чужой стороне спаси, сохрани и помилуй, Господи, Михаиле Архангел, со своими ангелами. Оберег на путь, дорогу.

Спаси, сохрани меня, раба Божьего (имя свое назови). Ангел мой всегда со мной. Иду я в ту сторонку – спаси меня, Господи, сохрани от злых людей, от лютых зверей, от напрасных этих. От напрасного случая, от врага-супостата отведи меня, Господи. Путь пугливой, суд судливой, пошла я в путь-дорогу. Бог со мной, Христос со мной, Божья Матушка со мной, вот – Спаситель-Батюшка со мной.

Ангелы – с нами, Христос – по путям. Пресвятая Богородица – заступница нам.

Ангел – на дороге, Христос – на пути. Пресвятая Богородица, меня благослови. Надо перед дорогой три раза прочитать и еще раз сказать: «Господи, Иисусе Христе, Сын Божий, очисти нас, грешных».

Ангел – со мною, Христос – по пути. Царица Небесная, мне помоги. Аминь. Читают перед дорогой.

Господь – со мной, Христос – по путям. Богородица Святая, на помощь приди к нам. Читают три раза, когда начинают какое-то дело, собираются в путь.

Иду по широкой дороге, на дороге – гора, на горе стоит святая церковь, в церкви сидит Божья Мать. Наша заступница усердная, заступись за рабу твою, которая идет по дороге. У Божьей Матери в руках ключи, заткни всем моим врагам зубы и губы, чтобы не могли на рабу твою (имя) сказать никакой плохоты.

Матушка Царица Небесная с небес сошла, Животворящий Крест в руках несла, рабу меня Божью оградила, железным тыном загородила. Никто меня, рабу Божью, не тронет: ни долговолосый, ни коротковолосый. Аминь. Молитва в дорогу. Когда идти в лес или кого-нибудь боишься, эту молитву переговариваешь.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, два ангела встречу, Господь – по пути, Николай Чудотворец, дорожку свети. Аминь. Это в путь, в дорогу молитовка. Три раза прочитаешь, а когда – и больше.

Пресвятая моя тропиночка, спереди – Иисус Христос, сзади – Николай Угодник, над головушкой – Божья Матерь. Божья Матерь, сохрани меня, помилуй, от всех врагов видимых и невидимых, умягчи сердца злых, восстающих на меня. Аминь.

Если собираешься в дорогу, утром надо три раза молитву прочитать. Крест поставь перед собой и читай: Ангел мой, хранитель мой, сохрани душу мою, скрепи сердце мое. Спаса рука, Богородицын венец. Встану с крестом, лягу с крестом, отгоню врагов от креста, призову Самого Иисуса Христа. Аминь.

Ангел – навстречу, Христос – по пути, Пресвятая Богородица, на подмогу мне приди.

Задорога, задорога, возьми свою печаль у рабы твоей (имя), а ей дай радость и счастье в жизни. Это на дорогу, если куда далеко отправляешься, тоже – на воду или на хлеб.

Ангел – в дорогу, Бог – на пути, Божья Матерь всегда впереди. Аминь. Это чтоб все хорошо было в пути. Когда куда далеко ехать соберешься, войдешь на крыльцо и три раза про себя скажи.

Как в дорогу пойдешь, встань и скажи: «Пресвятая Матерь Божия, Святая Спасительница, Крестительница, спаси и сохрани рабу Божью (имя), меня в лесу и в поле, в пути, в дороге – от меча, от огня, от зверя, от лихого человека. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь, аминь, аминь».

Сам – из дому, Иисус Христос – в дом. Когда выходишь из дому.

Сзади пень да колода, нам – путь да дорога. И куда ты ни пойдешь, всегда так говори, чтобы тебе дорога была.

Встану, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, под светел месяц, по частым звездам. Умоюся росою, утрусь я пеленою, пойду я в восточную сторону. В восточной стороне на Окияне-море стоит златыя камень. На златом камне – церковь престольна, в церкви престольной – Мати Мария спала-почивала, видела во сне про истинна Иисуса Христа. Иисус Христос взят на распятье, руки-ноги раскидавши, копьем-гвоздями прибивавши. Села муха на сердце Святого Духа, царя Давида-Иосифа. Кто эту молитву знает, тот и прочитает, тому рабу не будет в лесе заблужденья, в воде – утопленья, на огне – сожженья и в миру – обижденья. В море – ключ, во дверях – замок, во своей избе запрусь, никого не побоюсь.

О сбережении жениха в дороге

Ложилась спать я, раба (имя), в темную вечернюю зарю, раным-рано; умывалась ключевою водой из загорного студенца; утиралась белым платом родительским. Пошла я из дверей в двери, из ворот в ворота и вывела в чистое поле. В чистом поле охорошилась, на все четыре стороны поклонилась, на горюч камень Алатырь становилась, крепким словом заговорилась, чистыми звездами обтыкалась, темным облаком покрывалась.

Заговариваю я, раба (имя), своего полюбовного молодца (имя) о сбереженьи в дороге: крепко-накрепко, навек, на всю жизнь.

Кто из лугу всю траву выщиплет и выест, из моря всю воду выпьет и не взалкает, и тот бы мое слово не превозмог, мой заговор не расторг. Кто из злых людей его обзорочит, и обпризорочит, и околдует, и испортит, у них бы тогда из лба глаза выворотило в затылок; а моему по-любовному молодцу (имя) – путь и дороженька, доброе здоровье на разлуке моей.

От аварии

Матушка, Мать Пресвятая Богородица трехручная, стоишь ты у престола, молишься за весь мир православный и помолишь Бога за меня, раба (имя). Помоги, защити, Царь Небесный, накрой Неизносимой ото всех врагов-супостатов. Отныне и довеку. Аминь. Носить при себе переписанным или читать, уходя из дома.

Заговор для водителя(Против жестокости)

Господь Бог в пути, ангел впереди, Пресвятая Мать Богородица, во всем мне помоги. Господи, помяни царя Давида, каким он кротким был, и чтоб этот раб Божий ко мне кротким был.

На морское путешествие

На Осьянской горе, на отцовской земле, где солнце всходит, там Пресвятая Дева Своего Сына за рученьку водит. Повела его на вечерню, а с вечерни на всенощную, с всенощной на утреннюю, а с утренней на службу Богу, со службы Божьей – на сине море. А на море престол стоит, на престоле книги лежат, а вокруг книг свечи горят, и там Иисус Христос лежит. Пришел к нему святой Павел. «Не страдайте за мои муки, а берите святой крест в руки, кому на морскою пути бывать, тому от воды не погибать. Аминь».

От скорой доспешки

Сяду я, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей во двери, из ворот в ворота, в чистое поле; в чистом поле три дороги. Я пойду в правую дорогу, в правую дорогу к Колоню, со восточную сторону к Окиян-морю. В Окиян-море есть Алатырь камень, на том камне стоит человек; он стреляет по чисту полю, а убивает всякие боли. Прошу я, раб (имя), не стрелять по чисту полю, а стрелять раба (имя), от скорой болезни, от доспешки, от осудища, от черного волоса, от белого волоса, от русого волоса, от темного волоса и от всякого нечистого взгляда. Пойду, зайду я, раб (имя), в дом к красной девице; у ней топится свеча восковая, за темьяном, за ладаном, за кутьей. Попрошу я у красной девицы здоровья от доспешки, от вешней, полувешней, от летней, полулетней, от осенней, полуосенней, от зимней, полузимней, от земляной доспешки, водяной доспешки, ветряной доспешки, от стречника и поречника.

Охотничьи заговоры

В былое время, как гласит предание, охотник, отправляясь на охоту, всегда клал с собою в ягдташ – охотничью сумку – зашитую в тряпочку бумажку со словами и римскими цифрами: «УСПЕХЪ IV». Говорят, это всегда помогало в счастливой охоте.

В темном лесу, в сизом тумане живет птица-полетуха на поляне, на большой березе, на горькой осине, есть там гуси и серые утки, и разная птица, тетерев и синица. У них крылья подломлены, они не летают, по земле порхают, их не дробью бить, руками ловить, они к стрельбе глухи, стрелка не видят, пороху не слышат. От дроби не улетают, в ягдташ попадают. Перо их бело, мясо вкусно, и их обильно, как мошек перед дождем!

Встаю я, раб (имя), засветло, умываюсь ни бело, ни черно, утираюсь ни сухо, ни мокро. Иду из дверей в двери, из ворот в ворота, в чисто поле, к лесу дремучему, а из лесу дремучего бегут ко мне навстречу двадцать сатанаилов, двадцать дьявоилов, двадцать леших, двадцать полканов – все пешие, все конные, все белые, все черные, все высокие, все низкие, все страшные, все робкие: встали передо мной те сатанаилы, те дьявоилы, лешие и полканы в такой-то остров, пригоните русаков и беляков на мои клевы поставные: сумеречные, вечерние, ночные, утренние и полуденные. Пригоните, остановите и в моих клетях примкните.

Заговор охотника на уток, гусей, тетеревей

На море на Окияне, на острове на Буяне, на зеленой осоке сидит птица, всем птицам старшая и большая, а держит она грамоту неписаную, и велит она всем птицам слетатися на такие-то озера и болота, и велит всем птицам сидеть от утра до вечера, от утренней до вечерней зари, от ночи до полуночи. Заговариваю я, раб (имя), уток, гусей, тетеревей, всякую птицу ведомую и неведомую сидеть несходно по мой приход, по мое крепкое слово, во веки ненарушимо.

На удачную ловлю зверей

Встану я, раб (имя), благословясь и перекрестясь, чистой водой умоюсь, шитым браным полотеничком утрусь, пойду из избы, со отцом прощусь, с матерью благословлюсь. Пойду из избы в двери, из дверей в сени, из сеней на крылечко, с крылечка по лестнице в чистое поле, в твердые заводы, в восточную сторону, во темные леса, под ясную зорю, под красное солнце, под светлый месяц, под частые звезды! Ясной зорей оденусь, красным солнцем опояшусь, частыми звездами опотычусь; пойду я, раб (имя), со своим железным кляпцом в темные леса, в восточную сторону, в чистое поле, а в том чистом поле лежит бел-горюч камень, стану я, раб (имя), к востоку лицом, к западу хребтом, на все четыре стороны поклонюсь. Пособите и помогите вы мне, рабу (имя), за охотою ходити, белых и серых зайцев ловити, куниц и лисиц, и серых волков, дорогих зверей рысей загоняти и залучати, чтобы бежали по своей ступи и по своей тропе, безопасно, на сторону не отмятывались и взад не ворочались. И сохраните меня, раба такого-то, с моим железным кляпцом от урока и призора, от стрешника и поперешника, от колдуна, и от ведуна, и от поветра, от двоезубых и троезубых, от двоеженых и троеженых, от кривых и слепых, от русоволосых, и беловолосых, и черноволосых, и от пустоволосых, от девки и от парня, чтобы им меня не испорчивать. Поставьте около меня три тына – тын железный, а другой медный, третий булатный; замки, замкнитесь, отнеситесь, ключи и замки; чтобы эти ключи лежали там безопасно, как к ели хвоя, так к кляпцам железо! А мне, рабу (имя), скок крепок и жесток! В синем море синий камень, в Черном море черный камень, в Белом море белый камень. Сей мой заговор.

Заговор перед охотой

Господи Боже, благослови во имя Отца и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Стану я, раб Божий (имя), благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверями, из двора воротами, путем-дорогою – в чистое поле, в черные леса и зеленую дубраву, на промыслы, промышлять всякого зверя и всякую птицу. Стану я, раб Божий (имя), в чистом поле на восток лицом, на запад хребтом, и помолюся я, раб Божий (имя), Матери Пресвятыя Богородице: снеси, Мать Пресвятая Богородица, Владычица, Духа Святого с небес, настави мя, Господе, раба Божьего (имя), ходечи в темных лесах промышлять всякого зверя и всякую птицу. И сохрани меня, мать Пресвятая Богородица, Владычица, своею ризою нетленною. Дух Свят после небес – от уроков и от призоров, и портежи, и от своей думы, и от своей мысли, и от товарищевой думы, и от товарищевой мысли, и от всякого лихого человека и завидливого глаза, и от старца, и от старицы, от еретика, от колдуна и от колдуньи, от ведуна и от ведуньи, от кудесника и от кудесницы, от клеветника и от клеветницы, от красноглаза и от белоглаза, и от черноглаза, и от беловолоса, и от русоволоса, и от красноволоса, и от черноволоса, и от двоезуба, и от троезуба, и от двоежена, и от троежена, и от сопливца, и от возгривия, и от пучеглаза, и от кривого, и от слепого, и от плешатого, и от попа, и от попадьи, и от белоголовки, и от двоеголовки, и от челоголов, и от вдовца, и от вдовицы, и от отрока, и от отроковицы, и от жосоля, и в тай смотрящих, и вьявь смотрящих, и с хвоста смотрящих, из избы смотрящих, из окна смотрящих, и сквозь околицу смотрящих, из дверей смотрящих, из сеней смотрящих, из ворот, из-под ворот смотреть, из тыну смотреть, и встречу идучи смотрящих, из зади идучи смотрящих. И сохрани мя, Пресвятая, Пречистая Богородица, Владычица, пошли Духа Святого с небес и меня, раба Божьего (имя), ризою нетленною сохрани от уроков и от призоров, и от портежев, и от своей думы, и от своей мысли, и от товарищевой думы, и от товарищевой мысли, и от всякого лихого человека и от завидливого глаза. Чтоб меня, раба Божьего (имя), никто не мог ни поткнуть, ни испортить, ни думою подумать, ни мыслию помыслить. Кто не мог из меня, раба Божьего (имя) и крови испить, и от бы меня, раба Божьего (имя) ни поткнуть, ни испортить. И кто не может в лесу лесу исчитать, и тот не мог бы меня, раба Божьего (имя), испортить. И кто не может в лесу хвои исчитати, и тот не мог меня, раба Божьего (имя), не поткнуть, не испортить, ни думою подумать, ни мыслею помыслить не в нове месяце, не в перекрое месяце, не в полне месяце, не в ущербе месяце, не в межных днях, не на утренней заре, не на вечерней заре, не на восходе солнышком, не по закату солнца, ни в день при солнце, ни в ночи при месяце, не в утрях рано, не в вечерях поздно. Постави Госпоже, Мать, Пресвятая Богородице, Владычице, Дух Свят с небес, закрой своею ризою нетленною и кругом меня, раба Божьего (имя), тын железный от уроков и от призоров, и от портежев, и от своей думы, и от товарищевой думы, и от своей мысли, и от товарищевой мысли, и от земли до небес, и от неба до земли, во все четыре стороны, – и чтоб меня, раба Божьего (имя), никто не мог поткнуть, ни испортить, ни думою подумать, ни мыслию помыслить отныне и довека. Ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Выйди промышлять в лес, стань на восток лицом, на запад хребтом и приговори на топь и плюнь на себя и разотри трижды.

Заговоры для рыбалки

Прежде чем закинуть удочки, произносят шепотом следующий заговор:

– Окуни и щуки, и линищи в руку, подходите к сему месту, место это водное и для вас пригодное, есть для вас кормушка, и червяк, и мушка.

Насадив червячка и поплевав на него, говорят:

– Иди в воду, червячок, и приманивай собой большую рыбу на крючок, ловись, рыбка, карасики и лини по аршину длины, по пуду весу, а мелочь вся иди к бесу! Марш!

Для того чтобы на крючок попались большие рыбины, в старину делали так: поймав на крючок маленькую рыбку, брали стебель водоросли и секли рыбку, приговаривая:

– Иди, рыбка, снова в воду, пошли дядю, пошли мать, пошли брата и отца, всех, кто старший, посылай, а ты вновь иди играй.

После этого снимали рыбу с крючка и осторожно пускали снова в воду.

Заговор на посажение пчел в улей

Пчелы роятся, пчелы плодятся, пчелы смирятся. Стану я на восток, против дальней стороны, и слышу шум и гул пчел. Беру я пчелу роя, окарая, сажаю в улей. Не я тебя сажаю, сажают тебя белые звезды, рогоногий месяц, красное солнышко, сажают тебя и укорачивают. Ты, пчела, ройся у такого-то, на округ садись. Замыкаю я тебе, матка, все пути-дороги ключом, замком; а бросаю свои ключи в Окиян-море, под зеленый куст; а в зеленом кусте сидит матка, всем маткам старшая, сидит и держит семьдесят семь жал, а жалит непокорных пчел. А если вы, пчелы, моим словам не покоритесь, сошлю я вас в Окиян-море, под зеленый куст, где сидит матка, всем маткам старшая, и будет за ваше непокорище жалить вас матка в семьдесят семь жал. Слово мое крепко!

Page 4

Мать-сыра земля, ты мать всякому железу, а ты, железо, поди во свою матерь-землю, а ты, древо, поди во свою матерь-древо, а вы, перья, подите во свою матерь-птицу, а птица полети в небо, а клей побеги в рыбу, а ты, рыба, поплыви в море, а мне бы, рабу (имя), было бы просторно по всей земле. Железо, уклад, сталь, медь, на меня не ходите, воротитеся ушми и боками. Как метелица не может прямо лететь и ко всякому древу близко приставать, так бы всем вам ни мочно, ни прямо, ни тяжело падать на меня и моего коня, и приставать ко мне и моему коню. Как у мельницы жернова вертятся, так железо, уклад, сталь и медь вертелись бы кругом меня, а в меня не попадали. А тело бы мое было от вас не окровавлено, душа не осквернена. А будет мой приговор крепок и долог!

От смерти на войне

Летит не птица, а смерть мчится. Встанет святой Георгий, встанет Победоносец. Спобедит то, что летит, чем замахнутся, чем посхотят ударить. Огонь мимо пройдет, дымом не заденет. Встанут вокруг меня, раба (имя), все сорок святых, будут верней щита, сильней врага-супостата. И буду я всякий час защищен, в отчий дом возвращен. Ангелы-хранители, спасители, спасите и сохраните. Аминь.

Читают, как провожают на войну, у отчего порога либо мать, либо отец. Если нет никого кровного, воин читает сам, стоя у порога, лицом на вход в дом, держа в руке платок. Читают трижды и всякий раз обтирают лицо. Платок оставляют за иконой.

Заговоры ратного человека, идущего на войну

Еду на гору высокую, далекую, по облакам, по водам, а на горе высокой стоит терем боярской, а во тереме боярском сидит зазноба, красная девица. Ты девица, зазноба молодеческая, иду за тебя во рать на супостатов моих, врагов-злодеев. Вынь ты, девица, отеческий меч-кладенец; достань ты, девица, панцирь дедовский; отомкни ты, девица, шлем богатырский; отопри ты, девица, коня ворона. Мне, меч-кладенец, будь другом, мне, панцирь дедовский, будь родным братом, мне, шлем богатырский, будь венцом обручальным, мне, конь вороной, будь удалым молодцем. Выди ты, девица, во чисто поле, а во чистом поле стоит рать могучая, а в рати оружий нет сметы. Закрой ты, девица, меня своей фатой: от силы вражей, от пищали, от стрел, от борца, от кулачного бойца, от ратоборца, от дерева русского и заморского: от дубу, от вязу, от клену, от ясени, от ели, от рябины, от полена длинного, не длинного, четвертинного, от липы, от жимолости, от ивы, от сосны, от яблони, от курослепу, от орешины, от можжевельнику, от сена, от соломы, от кости, от железа, от уклада, от стали, от меди красной, зеленой, проволоки, от серебра, от золота, от птичьего пера, от неверных людей: нагайских, немецких, мордвы, татар, башкирцев, калмыков, гулянцев, бухарцев, кобытей, вовулов, бумирцев, турченинов, якутов, лунасов, черемисов, вотяков, либанов, китайских людей.

Вы, дерева, от меня раба (имя), воротитесь; вы, железо и медь, и сталь, и злато, отлетайте; вы, люди неверные, отбегайте. А буде я ворочусь по-живу и по-здорову, ино буду, красна девица, тобою похвалятися, своею молодеческою поступью выказыватися. Твоя фата крепка, как камень горюч Алатырь; моя молодеческая поступь сильна, как вода мельничная. Дух духом, всех пинком, нет никого, я один, поживу, поздорову.

Выкатило красное солнышко из-за моря Хвалынского, восходил месяц из-под синя неба, собирались облака издалека, собирались сизы птицы во град каменный, а в том граде каменном породила меня мать родная, раба такого-то, а рожая, приговаривала: будь ты, мое дитятко, цел-невредим: от пушек, пищалей, стрел, борцов, кулачных бойцов; бойцам тебя не требовать, ратным оружием не побивать, рогатиною и копием не колоть, топором и бердышом не сечь, обухом тебя бить не убить, ножом не уязвить, старожилым людям в обман не вводить, молодым парням ничем не вредить; а быть тебе перед ними соколом, а им дроздами, а будь твое тело крепче камня, рубаха крепче железа, грудь крепче камня Алатыря, а будь ты в доме добрым отцом, во поле молодцом, во рати удальцом, в миру на любованье, во девичьем терему на покрашенье, на брачном пиру без малого ухищренья, с отцом с матерью во миру, с женою во ладу, с детьми во согласии.

Заговариваю я свой заговор матерним заповеданием; а быть ему во всем, как там указано, во веки ненарушимо. Рать могуча, мое сердце ретиво, мой заговор всему превозмог!

Выхожу я во чисто поле, сажусь на зеленый луг, во зеленом лугу есть зелия могучие, а в них сила видима-невидима. Срываю три былинки белые, черные, красные. Красную былинку метать буду за море-Окиян, на остров на Буян, под меч-кладенец, черную былинку покачу под черного ворона, того ворона, что свил гнездо на семи дубах, а во гнезде лежит уздечка браная, с коня богатырского; белую былинку заткну за пояс узорчатый, а в поясе узорчатом завит, зашит колчан с каленой стрелой, с дедовской, татарской. Красная былинка притащит мне меч-кладенец, черная былинка достанет уздечку браную, белая былинка откроет колчан с каленой стрелой. С тем мечом отобью силу чужеземную, с той уздечкою обратаю коня ярого, с тем колчаном со каленой стрелой разобью врага-су постата.

Заговариваю я ратного человека (имя) на войну сим заговором. Мой заговор крепок, как камень Алатырь.

Под морем под Хвалынским стоит медный дом, а в том медном доме закован змей огненный, а под змеем огненным лежит семипудовый ключ от княжева терема, Володимерова, а во княжем тереме, Володимеровом, сокрыта сбруя богатырская, богатырей новгородских, соратников молодеческих.

По Волге широкой, по крутым берегам плывет лебедь княжая, со двора княжева. Поймаю я ту лебедь, поймаю, схватаю. Ты, лебедь, полети к морю Хвалынскому, заклюй змея огненного, достань ключ семипудовый, что ключ от княжева терема Володимерова. Не моим крыльям долетать до моря Хвалынского, не моей мочи расклевать змея огненного, не моим ногам дотащить ключ семипудовый. Есть на море на Окияне, на острове на Буяне ворон всем воронам старший брат; он долетит до моря Хвалынского, заклюет змея огненного, притащит ключ семипудовый; а ворон посажен злою ведьмою киевскою.

Во лесу стоячем, во сыром бору стоит избушка, ни шитая, ни крытая, а в избушке живет злая ведьма киевская. Пойду ль я во лес стоячий, во бор дремучий, взойду ль я в избушку к злой ведьме киевской. Ты, злая ведьма киевская, вели своему ворону слетать под море Хвалынское, в медный дом, заклевать змея огненного, достагь семипудовый ключ. Заупрямилась, закорачилась злая ведьма киевская о своем вороне. Не моей старости бродить до моря-Окияна, до острова до Буяна, до черного ворона. Прикажи ты моим словом заповедным достать ворону тот семипудовый ключ. Разбил ворон медный дом, заклевал змея огненного, достал семипудовый ключ.

Отпираю я тем ключом княжий терем Володимеров, достаю сбрую богатырскую, богатырей новгородских, соратников молодеческих. Во той сбруе не убьет меня ни пищаль, ни стрелы, ни бойцы, ни борцы, ни татарская, ни казанская рать.

Заговариваю я раба (имя), ратного человека, идущего на войну, сим моим крепким заговором. Чур слову конец, моему делу венец!

На море на Окияне, на острове на Буяне, сидит добрый молодец, во неволе заточен. К тебе я прихожу, добрый молодец, с покорищем. Выдают меня родные братья во княжую рать, одинокого, неженатого, а во княжей рати мне подобру не жити. Заговори меня своим молодеческим словом. Рад бы стоять во поле за тебя, горького сиротину, да крепка моя неволя, да горька моя истома. Заговариваю я тебя, раба (имя), идти на войну во всем по тому, как заповедовал мне родной отец. А будешь ты ратным человеком, ино будь сбережен: от топора, от бердыша, от пищали, от татарския пики, от красного булата, от борца, единоборца, от бойца врага-супостата, от всей поганой татарской силы, от казанской рати, от литовских богатырей, от черных Божиих людей, от бабьих зазор, от хитрой немочи, от всех недугов. И будет тебе: топор не в топор, бердыш не в бердыш, пищаль не в пищаль, татарская пика не в пику, поганая татарская сила не в силу, казанская рать не в рать, черные Божии люди не в люди, бабьи зазоры не в зазоры, хитрая немочь не в немочь, литовские богатыри не в богатыри, недуги не в недуги. Кручусь, верчусь от топоров, бердышей, пищалей, пик, бойцов, борцов, татарской силы, казанской рати, черных Божьих людей. Отмахнусь по сей век, по сей час, по сей день.

Встану я рано, утренней зарей, умоюсь холодной росой, утрусь сырой землей, завалюсь за каменной стеной, кремлевской. Ты, стена кремлевская, бей врагов-супостатов, дюжих татар, злых татарчонков, а я был бы из-за тебя цел, невредим. Лягу я поздно вечерней зарей, на сырой росе, во стану ратном; а в стану ратном есть могучи богатыри, княжей породы, из дальних стран, со ратной русской земли. Вы, богатыри могучи, перебейте татар, полоните всю татарскую землю, а я был бы из-за вас цел, невредим. Иду я во кровавую рать татарскую, бью врагов-супостатов; а был бы я цел, невредим. Вы, раны тяжелые, не болите, вы, удары бойцов, меня не губите, вы, пищали, меня не десятерите; а был бы я цел, невредим.

Заговариваю я раба (имя), ратного человека, идущего на войну, сим моим крепким заговором. Чур, слову конец, моему делу венец!

Завяжу я, раб (имя), по пяти узлов всякому стрельцу немирному, неверному на пищалях, луках и всяком ратном оружии. Вы, узлы, заградите стрельцам все пути и дороги, замкните все пищали, опутайте все луки, повяжите все ратные оружия. И стрельцы бы из пищалей меня не били, стрелы бы их до меня не долетали, все ратные оружия меня не побивали. В моих узлах сила могуча, сила могуча змеиная сокрыта, от змея двунадесятьглавого, того змея страшного, что пролетел за Окиян-море, со острова Буяна, со медного дома, того змея, что убит двунадесять богатырьми под двунадесять муромскими дубами. В моих узлах зашиты злой мачехою змеиные головы.

Заговариваю я раба (имя), ратного человека, идущего на войну, моим крепким заговором, крепко-накрепко.

Воинские заговоры

В армию, на войну когда идут, тоже молитва есть. Крест – креститель, крест – хранитель, крест – морска глубота, крест – небесна высота, крест – царева держава, крест – бесов прогонял. Аминь.

При проводах в армию благословляешься молитвочкой: «Благословляю тебя на все пути-дороженьки, чтобы тебе легко было служить. Спаси тебя, Господи, от несчастливой доли, от всех злых людей, от вихрины».

Как в армию кто уходит, камень под порог кладут. Он первый перешагивает. После чего взять камень и сказать: «Как этот камешек не боится ни стужи, ни нужи, ни холоду, ни голоду, так же раб Божий (имя) ничего не боялся. Аминь». Сказать три раза и убрать камень в такое место, где через него не шагнут.

В армию пойдут, дак ребята очень тоскуют об родине, так надо сказать: «Берег – отец, вода – мать. Берег бьет, вода льет, у парня тоску уймет». Три раза скажешь, и умыть его надо.

Как вода бежит, не тоскует, не горюет ни по крутым бережкам, ни по камешкам, ни по желтым пескам, ни по темным лесам, ни по черным морям, так бы и ты, раб Божий (имя), не тосковал, не горевал и привыкал бы к начальству, к людям.

Пресвятая Владычица Святая Богородица и Господь наш Иисус Христос, благослови, Господи, набеги идучи, Божьего раба и товарищей моих, кои со мною есть, облаком обволоки небесным, святым каменным твоим градом огради. Святой Дмитрий Сулунский, ущити мене, раба Божьего, и товарищей моих, кои со мною есть, на все четыре стороны: лихим людям не стрелять, не рогаткою колоти, не бердышом сечи, не колоти, обухом не пробити, не топором рубити, не саблями сечи, не колоти, не ножом колоти, не резати – ни старому, ни малому, ни смуглому, ни черному, ни еретику, ни колдуну, ни всякому чародею. Все теперь предо мною, рабом Божьим, помраченным и судимым. На море-Окияне, на острове Буяне стоит столб железный, на том столбе муж железный, подпершись посохом железным, закаливает он по железу-булату и синему олову, и свинцу, и всякому стрельцу. Пойди ты, железо, во свою матерь в землю от меня, раба Божьего, и товарищей моих, и от коня моего мимо, стрела-древоколка – в лес, а перо – во свою матерь птицу, а клей – в рыбу. Защити меня, раба Божьего, золотым щитом от сечи и от пули, от пушечного боя, ядра и рогатины и ножа. Будет тело мое крепче панциря. Аминь.

Царь Соломон, сходи за тридевять земель, за тридевять морей, принеси пехтус масла. Приди, помажи рабу Божьему (имя) тело бело, руки, ноги, буйну голову, ретивое сердце. Подите, проклятые стрелы, какие есть на свете, в сырой бор, в чистое поле. Плюнь.

Господи, благослови. Лежит камень бел на горе, что конь в камень нейдет, вот и так бы и в меня, раба Божьего, и в товарищей моих, и в коня моего не шла стрела и пуля. Как молот отскакивает от кувалды, так бы и от меня пулька отскакивала бы. Как жернова вертятся, так не приходила бы ко мне стрела, вертелась бы. Солнце и месяц светлые бывают, так бы – и я, раб Божий (имя). Укрепленный за горой замок замкнут, тот замок и ключи – в море. Аминь. Уговоренную воду берут в рот и три раза спрыскивают ружье перед тем, как идти.

Есть море-Окиян, на том море-Окияне есть белый камень Алырь. На том камне Алатыре есть мужик каменной, тридевять колен. Раба Божьего и товарищей моих одень каменной одеждой от востока до запада, от земли до небес: от вострой сабли и меча, от копья булатна, рогатины, от дротика каленого, от пулек и от мелких оружий, от всех стрел, перенных пером Орловым, и лебединым, и гусиным, и журавлиным, и дергуновым – гонского супостата, татарского, литовского, немецкого, калмыкского. Светлые отцы и небесные силы, сохраните меня, раба Божьего (имя). Аминь.

Стану я, благословясь, пойду, перекрестясь, за правое дело, за русскую землю на извергов, на недругов-кровопийцев, на дворян, бояр, на всех сатанинских детей, выйду боем во чистое поле. В чистом поле свищут пули, я пуль не боюсь, я пуль не страшусь. Не троньте вы, пули, белые груди, буйную голову, становую жилу, горячее сердце. Скажу я пулям заветное слово: «Летите вы, пули, в пустую пустыню, в зыбкое болото, в горючие камни, в леса». Голова не приклонится, а моя руда не дуб да железо, кремень да огонь. Аминь. Говорится на воду, которой спрыскивают одежду или ружье.

Господи, благослови. Лежит камень бел на горе, что в камень не идет вода, так бы и в меня, раба Божьего, и в товарищей моих, и в коня моего не шла стрела и пулька. Как молот отпрядывает от ковалды, так и от меня бы пулька отпрядывала, как жернова вертятся, так стрела каленая вертелась бы. Солнце и месяц светлы бывают, так и я, раб Божий. Ими укреплен, за горой замок замкнут, тот замок ключи в море брошу под бел-горюч камень Алатырь – не видно ни колдуну, ни колдунице, ни чернецу, ни чернице. Из Окияна-моря вода не бежит и желтый песок не пересчитать, так и меня, раба Божьего, ничем не взять. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Дума моя, дума худая, перенеси мою душу за чистое поле, за синее море, пересыпь мою душу желтым песком, толстым хрящом. Попереди меня – крест, позади меня – крест, по праву руку – крест, по леву руку – крест, над буйной головой – сам Иисус Христос. Пусти сняты, крепки святы, ключ – в море, замок – в роте. Аминь.

Солдат брал с собой кольцо материнское, носил при себе. В кольцо пули летели, а служивого не трогали – оставался цел, невредим.

Не от ветру, не от вихорю, не от всех страшных пуль. Все пули летели мимо. Наговаривать на кусок воска и носить при себе. Осторожа.

От недугов

Заговариваю я у раба (имя), двенадцать скорбных недугов: от трясавицы, от колючки, от свербежа, от стрельбы, от огневицы, от ломоты, от колотья, от дергания, от моргания, от слепоты, от глухоты, от черной немочи. Ты, злая трясавица, уймись, а не то прокляну в тартарары; ты, неугомонная колючка, остановись, а не то сошлю тебя в преисподние земли; ты, свербеж, прекратись, а не то утоплю тебя в горячей воде; ты, стрельба, остановись, а не то засмолю тебя в смоле кипучей; ты, огневица, охладись, а не то заморожу тебя крещенскими морозами; ты, ломотье, сожмись, а не то сокрушу тебя о камень; ты, колотье, притупись, а не то распилю тебя на мелкие частички; ты, дерганье, воротись, а не то запружу тобою плотину на мельнице; ты, морганье, окрутись, а не то в печи банной засушу; ты, слепота, скорчись, а не то утоплю тебя в дегтю; ты, глупота, исчезни, а не то засмолю в бочку и по морю пущу; ты, черная немочь, отвяжись, а не то заставлю воду толочь.

Все вы, недуги, откачнитесь, отвяжитесь, удалитесь от раба (имя), по сей час, по сей день, по его жизнь, моим крепким словом.

Заговор красной девицы от недугов полюбовного молодца

Иду я, девица (имя), из ворот в чисто поле, в море-Окиян, становлюсь я, девица (имя), на бел-горюч камень Алатырь, опоясываюсь белой пеленой, заговариваю своего полюбовного молодца (имя) от злых недугов с принедугами, полунедугами. Вы, злые недуги, не недужьте раба (имя). Отсылаю я вас в Окиян-море, в бездны преисподния, в котлы кипучие, в жар палючий, в серу горючую по сей день, по сей час, по мое крепкое слово. А был бы мой полюбовный молодец бел и хорош; а милее бы его не было во всем свете; а приветнее бы его не было и во тереме княжем; а залучнее бы его не было во всей околице; а любил бы он меня отроду довеку, по всю мою жизнь. Слово мое крепко.

Заговор жениха от болезней

Ложилась спать я, раба (имя), в темную вечернюю зарю, темным-темно; вставала я (имя) в красную утреннюю зарю, светлым-светло; умывалась свежею водою; утиралась белым платком. Пошла я из дверей во двери, из ворот в ворота, и шла путем-дорогою, сухим сухопутьем, к Окиян-морю, на свят остров; от Окиян-моря узрела и усмотрела, глядючи на восток, красного солнышка, во чисто поле, а в чистом поле узрела и усмотрела: стоит семибашенный дом, а в том семибашенном доме сидит красная девица, а сидит она на золотом стуле, сидит, уговаривает недуги, на коленях держит серебряное блюдечко, а на блюдечке лежат булатные ножички. Взошла я, раба (имя), в семибашенный дом смирным-смирнехонько, головой поклонилась, сердцем покорилась и заговорила:

– К тебе я пришла, красная девица, с покорищем об рабе (имя); возьми ты, красная девица, с серебряного блюдечка булатные ножички в правую руку, обрежь ты у раба (имя) белую мякоть, ощипи кругом его и обери: скорби, недуги, уроки, призороки, затяни кровавую рану чистою и вечною своею пеленою. Защити его от всякого человека: от бабы-ведуньи, от девки простоволосой, от мужика-одноженца, от двоеженца и от троеженца, черноволосого, рыжеволосого. Возьми ты, красная девица, в правую руку двенадцать ключей и замкни двенадцать замков, и опусти эти замки в Окиян-море, под Алатырь-камень. А в воду белая рыбица ходит, и она б те ключи подхватила и проглотила, а рыбаку белой рыбицы не паймывать, а ключей из рыбицы не вынимать, а замков не отпирать. Недужился бы недуг раба (имя) по сей день, по сей час. Как вечерняя и утренняя заря станут потухать, так бы у моего милого друга всем бы недугам потухать, и чтобы недуг недужился, по сей час, по мое крепкое слово, по его век.

Заговариваю я, раба (имя), своего полюбовного молодца (имя), от мужика-колдуна, от ворона-каркуна, от бабы-колдуньи, от старца и старицы, от посхимника и посхилтицы. Отсылаю я своего друга милого всех по лесу ходить, игольник брать, по его век, и, пока он жив, никто бы его не обзорочил и не обпризорил.

От черной немочи

Летит птица за моря, бежит зверь за леса, бежит дерево в дерево, мать-земля в свою мать-землю, железо в свою мать-руду, так бы черная немочь бежала в свою мать тартарары, во тьму кромешную, а бежала б назад не ворочаючи, а был бы (имя) жив и здоров. А буде ты, черная немочь, моим речам покорища не дашь, велю тебя птице за моря унесть, зверю в лес затащить, мать-земле в свою мать во сыру землю заложить, железу в свою мать-руду заковать, и будет тебе горе великое, а (имя) жив и здоров. Замыкаю свои словеса словом великим, им же замыкаются все недуги с полунедугами, все болести с полуболестями, все хворобы с полухворобами, все корчи с полукорчами; а замыкаю я мое слово великое на (имя) от черной немочи, по сей день, по сей час, по всю его жизнь.

Заговор красной девицы от тоски

От востока до запада, от севера до юга, от реки до моря, от пути до перепутья, пролегала путь-дороженька, всем дорогам старшая и большая; по той дорожке шли дщери Иродовы, несли во руках пруты ивовы, а шли они во мир кости сушить, тело знобить, недугами мучить.

От востока до запада, от севера до юга, от реки до моря, на путях и перепутьях, вырастала травушка со муравушкой; на той травушке со муравушкой сидели тоска со кручиной, а сидели они да подумывали: как бы людей крушить, сердца щемить, света не возлюбить?

От востока до запада, от севера до юга, от реки до моря, среди белокаменной Москвы стоит терем боярский; в том тереме боярском сидит во тоске красная девица по незнаемой беде.

Вы, дщери Иродовы, не ходите по пути и дороженьке на мир кости знобить, тело сушить, людей мучить, а идите вы на травушку со муравушкой, что на ту травушку, где сидит тоска со кручиной, и велите вы тоске со кручиной, чтобы они изгнали из ретива сердца красной девицы, у рабы (имя), наносную тоску, а не покорится вам тоска со кручиной, ино вы учините бить во пруты ивовы. Заговариваю сим моим заговором крепко-накрепко. А кто мой заговор возодолеет, и ему провалиться сквозь тартарары.

Page 5

Как камень сей тверд и студен, так затвердели бы уста тому мужу или жене, кто бы злую мысль мог помыслить на мою пасеку и на моих пчел – пусть сам так и станет.

Открывая пасеку или выставляя пчел, нужно нести в зубах камушек, обойти пасеку трижды, потом закопать камень посреди пасеки, нашептывая.

Взяв меру из камышины, которой измеряли мертвеца, делая ему гроб, трижды обойти пасеку, помянуть того мертвеца, а затем произнести: «Помяни, Господи, душу раба своего, преставившегося от нас, которому встать на суд Божий, на последний труд, вострубив архангелу Божьему. И я беру сию меру для своей пасеки и для моих пчел, чтобы от меня, раба Божьего, пчелы не бежали, и чтобы приносили со всех сторон меда Господу Богу и миру христианскому на хвалу, а мне, хозяину, на прожиток».

Как я не мог никакого слова вымолвить, так бы и злые люди не могли на пасеку и на меня, раба Божия, ничего злого помыслить, наговорить, пчел моих зарекать.

Произносится после того, как хозяин пасеки на молодой месяц набирает полон рот воды и, придя на пасеку, брызгает изо рта на летки.

Как Господь Милосердный свет утвердил и святое солнышко на облака воздал и также месяц святой, пастыря пчелиного. Зори-зоряницы, Божии помощницы! Месяце Авраме, громе Божий! Ставь вокруг моей пасеки частый частокол, чтоб и чужая пчела не перешла, пасеки моей не портила. Помоги мне силою своею, Матерь Божья, Зосима святой – помышлением своим. Кто угадает небесную высоту, морскую глубину, кто песок в море пересчитает, тот мою пчелу сглазит.

Как Господь благословил святому Юрию зверей воевать, так бы моя пчела чужие пасеки воевала и мед себе забирала, а свой крепко держала сама собою и святыми небесными силами, и Зосимы действом. Ты, Зосиме! Пасечнику святой! Старый ты, убогий! Сам пасечниковал и пчеле и матке помогал, помоги же и моей пчеле, и моей матке.

От осы

Оса, мать всем осам, ты мне не мать. Осятки-детки, всем детям детки, вы мне не дети. Беру я закручен-траву, сушу на сыром бору, жгу в зеленом лугу. Осятки, летите на дым, оса, бегите в сырой бор. Слово – замок, ключ – язык!

Осы вы, осы, железные носы, не клюйте меня, клюйте осину, сухую деревину, отныне довеку, аминь по веку.

От ужаления осой

Осы, осы, железные носы, не жгите меня, я вам отец, дам пирога конец.

Осы, осы, булатные носы, не жгите меня, не палите меня, я вам матка, а вы мои детки.

От клеща

Батюшка-лес, не шуми, поделись на четыре стороны: на сторону западную, сторону восточную, сторону северную, сторону южную, пусть те стороны меня берегут, от клещей стерегут, не дадут клещам лиственным, травяным, кустовым, сподорожным, со тропинок, с сухих былинок. Все четыре стороны меня сберегут, ни одному клещу хватать не дадут. Аминь.

Читать перед входом в лес.

Грибной и ягодный заговоры

Читать, заходя в лес.

Как в лесу Божьем полно кустов, так в моем кузову будет полно грибов. Аминь.

Святые, идите, мне помогите, ягоды наберите, все мне подарите. Аминь.

На собирание трав

Еду ли, иду ли, по утренним и вечерним зорям, умываюсь росами, утираюсь, облекаюсь облаками, еду ли, иду я во темный бор, во чистое поле, а во темном бору, во чистом поле растет одолень-трава. Одолень-трава! Не я тебя поливал, не я тебя породил, породила тебя мать-сыра земля, поливали девки простоволосые, бабы-самокрутки. Спрячу я тебя, одолень-траву, у самого ретивого сердца на всем пути да во всей дороженьке. Одолень-трава, одолень-трава, одолей ты горы высокие, Окияны-моря синие, хащи непроходимые, поля разлогие. Оборони меня от колдуна и виритника, чародея и ябедника, во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Матерь Божия ходила, зелья-травы родила. Что надо, поливала, нам на помощь давала!

Заговор произносится при собирании лекарственных трав: подойдя к растению, нужно повернуться на восток, перекреститься с молитвой, потом вырвать растение, произнося заговор.

Миколин отец так велел, чтобы ты, зелье-трава, было нам в немощь на помощь и от всякой хвори мужской и женской, девичьей и молодичьей, младенческой, от ломоты, тошноты, испуга, колотья и всякой болести.

Приговаривают несколько раз, пока выкапывают или срывают нужную для лечения траву.

На море на Окияне стоит Матерь Божья с ризой, с пеленою, с Господней красотою. Пресвятая Матерь Божья!

Стань нам на помощь, ты зелье растила, ты и копала, на сохранение и помилование от всякой скорби и всякой болезни. Встань нам на помощь, а тоске-переполухе на немощь.

Трава-травица, красная девица, не я тебя сажала, не я и поливала. Господь тебя сажал, Господь и поливал. Всякому христианину на помощь давал.

Зелье помощное! Сам Господь Бог тебя саживал, а светлый Спас роживал. Матерь Божья, Пресвятая Богородица, поливала, на помощь и утеху людям давала. Помоги ты, зелье зеленое, зеленое-лазоревое, лазоревое и красное от всякой болести, от тошноты и ломоты, от недуги и испуги, выгони хворощи из утробы и из жил, из ребер и костей, из крови и руды. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Аминь. Аминь.

Золот Симон орет, а Спаситель сеет, пускай принимается! А я зелья нарву, пускай помогается!

При собирании трав, траволечение

Земля-матушка, помоги рвать травки ради всякого угодья, ради всякого здоровья.

Траву лечебную рвут от Иванова до Петрова дня. Рвут и говорят:

– Небо – батька, земля – матка, куда годно, туда будь и ладно. Аминь.

Рвут да приговаривают: «От земли корешок (травка). К чему она пригодна, тому и польза».

Мяту собирают летом, когда она на цвету, и заваривают от простуды.

Подорожник помогает при кровотечении.

Подорожник собирать надо летом, сушить без солнца, на печке. Заварить и пить от простуды.

Лопухи применяют от нарывов, выжимают сок, привязывают листья к нарыву, чтоб быстрее вытянуло.

Мятна трава – от простуды. Ее собирают под Иван-день, сушат не на солнце, заваривают, как чай, и пьют.

Богородска трава – от простуды. Собирают, сушат, заваривают.

На Иван-день ходят и травы собирают: кавыка – на порчу, марьин корень трут, от желудка пьют, одномесячна трава – если у маленького ребенка грыжа.

Рвали кавыку-траву, чай заваривали и пили от всяких болезней. Трава высока, алы и сини цветки. От простуды мяту заваривали и пили вместо чая. Она сперва молода – вкусная. Сушили, а то на сковороде замаривали. Летом собирают муравьиное масло. Ставят бутылки в муравейник и сладким стенки обмажут. Муравьев заваривают и ноги парят. Когда ноги болят – парафином греют.

Весной собирают коренья трав – верзенычу собирали. Она полезна от живота, поноса. Пьют еще денежник-траву: если простудятся или что. А с богородской травою кадили, когда мужа сглазят. В Иван-день собирают.

Лечит простуду. Крапиву рвут, высушивают, заваривают кипятком и в отваре мочат ноги.

Парят труху (от зеленого сена). Когда первокосное – самое хорошее. Когда зарод мечут, трухи много. Ею кости парят. Ее заваривают и в бане тепленьку накладут.

Пакула – по-другому чага, черные наросты на березе. Отваром ее лечат простуду, печень, мочевой пузырь. Применяется как мочегонное. Вылечивает двенадцать болезней (двенадцать болей).

Жабрей колючий парят. Нарвать рано, молодой. Зальют и ноги парят. Мяту также пьют от кашля и когда душит. Муравьи ноги лечат. Для больных костей берут мякину (зерно смеленное, высеянное), соль и муравьев заваривают в ушате, когда остынет, ноги погрузят и закрывают одеждой.

Есть разные травы, на пожнях растут. Кавыка – от порчи, буренькие такие цветочки, как сапожки. Денежник – тоже от порчи. Пешница – стебель, а не суха ягода, тоже от порчи. Все считают, что они помогают, если стравил кто. Их нарвут, высушат, потом парят и пьют.

Есть порезна трава. Пожевать ее и наложить жевок на рану.

Бывают разные травы: порезна трава – от пореза. Купальница (желты цветы) – от боли в спине. Бессмертник от головной боли. Мятная трава – от удушья, а еще ссяка – от простуды, как ломит загривок.

Чтобы в огороде все росло

Вам трава-мурава, нам полные короба. Отнимаю, отнимаю. Отбираю, отбираю. Мне в прибыль, вам в убыль. Аминь.

Читают весной, утром в чужом огороде, вечером в своем, на молодой месяц. Там, где читали – урожая не будет, а у вас будет хороший.

Для работы на огороде

Господи, помоги! Когда бы Господь дал так земле родить, чтобы и мне, и людям было. Роди, Боже, на всякого долю!

Произносится при посеве.

Роди, Боже, цибулю, как мою дулю!

При посеве лука.

Хозяйка при посадке капусты оборачивает горшок-рассадник, накрывает его белым платком, сверху кладет камень, приговаривая: «Дай же, Господи, капусте сей так вырасти, каков я этот горшок сюда принесла, чтобы бела была, каким я белым платком прикрывала, чтобы тугая была, как я камнем этим тугим нагнетала!» Затем она трижды перевязывает себе голову платком, «чтобы капуста вывязывалась».

Роди, Господи, капусту, как моя голова!

Самая простая приговорка при посадке капусты.

Господи! Дай, чтобы была красна, как жар, а велика поросла, и хорошим-хороша!

Сажают свеклу только женщины, опоясавшись непременно красным пояском.

Дай, Господи, чтобы картофеленок под кустом было, что тучек на небе!

От пожара

Читать один раз в год на крещенской неделе: «Шли святые за мной, несли чашу с водой. Если пожару быть, святые станут пожар тушить. Не гори раз, не гори два, не гори три. Ни сегодня, ни завтра, никогда не гори. Святые стоят, мой дом охраняют. Аминь».

Чтоб никогда не утонуть

Иисус Христос шел по воде. Выше волн и над волнами. Господь всегда с нами. Возьми, Господь, рабу (имя) под Свое крыло, под Свою опеку. Проведи по волне и над волнами. Огороди щитом от водной пучины, от зряшного утопа. Слово крепко, вера вечна. Аминь.

Читают раз в год на Ивана Купала.

Чтоб деньги шли к деньгам

Произносить всегда, когда вам дают деньги: «В наш кошель ваша деньга, ваша казна – моя казна. Аминь».

Для удачной торговли

Золото, золото, сыпься ко мне, как горох в закроме, как зерна ячменя на гумне, как рожь на току! Золото, золото, липни к рукам моим, что мушки к меду, бабочки к свету, травка к солнцу! Золото, золото, сыпься в мои карманы без счету, без меры, горстями, пригоршнями! Золото, золото, дружись со мной, как лед с водой, как соловей с весной, как роса с травой! Я не торгаш-моргаш, а купец-молодец, продаю на чести, вешаю с избытком, лью с остатком! Будь в моем амбаре клад да лад, да во всем спорынья, без проторей, без разоренья, без угара и без прогара во все дни и годы моего базара.

Чтобы хорошо сбыть, продать вещь

Я купец, всегда молодец, наш товар вам продам. Денежка к денежке. Нам ваши деньги, вам наш товар. Аминь.

Читать на то, что нужно продать, крестя перстом.

Чтобы дело сошлось

Как этот узел завязан, так и у нас, рабов Божьих, дело (указать какое) сошлось скоро.

Завяжите узлом нитку и трижды проговорите заговор.

Для отыскания клада

Встану я вместе с зарею, пойду вместе с ранним солнышком по буграм и ярам, по холмам и кручам. Найду камень огромный, большущий, а под тем камнем лежат золото, драгоценности, камни яхонты, серебро литое, жемчуг низаный. Отвалю камень, аки перышко, и возьму, что лежит под ним, и возьму себе добро-золото, и все яхонты с ясным жемчугом, вместе с золотом. Кто тот кладец клал, обо мне (имя) мечтал, что приду я утром с солнышком и возьму я все, что положено.

Заблести скорей, ясно солнышко! Укажи пути к кладу-серебру, к камню крепкому и таежному, для меня же он будет перышком, легкой щепочкой.

Заря-зоренька, зорька ясная, укажи ты мне путь-дороженьку к кладу-золотцу, что лежит в местах, мне неведомых, за бугром-холмом средь долинушки. Ветер-ветрович, ты подуй скорей, размети ты мне путь-дороженьку к кладу самому, чтоб я мог найти клад, как свой домок среди ноченьки. А ты, камушек, камень крепкий столь, расступись, свались, дай мне клад забрать, как рожь с полюшка! Ну, иду-пойду в путь-дороженьку, и найду я, раб (имя), тот заветный клад, что положен был для меня рукой, мне неведомой.

Молитва ко власти(Записана в 1734 году)

Господи Боже, благослови. Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Отец меня, раба Божия, затем и мати спородила и Господь благословил. Стану я, раб Божий, благословясь, и поду, перекрестясь, и помолюсе я, раб Божий, Спасу и Пречистой Богородице и умоюсе я, раб Божий, утрянною медвяною росою и утрянною светлою зорею, одежусе вечернею и опоящусе и облекусе в облак и покрыюсе небесами. Впереди меня, раба Божия, праведное сонце согревает, и созади меня, раба Божия, светлый месяц просвящает, со сторон меня, раба Божия, частые звезды сохраняет. Над главою у меня, раба Божия, Спас и Пречистая Богородица со всеми силами небесными хранят и берегут с четыре стороны от всякаго врага и сопостата моего.

Стану я, раб Божий, благословясь, поду, перекрестясь, во ангельскую радость и в Давыдову кротость и материно сердце ко всякой власти – к царю и к патриарху и к митрополитам и ко епископам, ко архимандритам и ко игуменам, и к протопопам, и к попам и ко всякому чину людем ко священническому и ко иноческому, и ко всяким православным христианам, к мужескому полу и к женскому. И как возрадовалсе народ Божий праведному сонцу, как восходит сонце и согревает всю поднебесную и земную, и такожде бы возрадовались, усмотрячись меня, раба Божия (имя), всякие власти, цари и патриархи, митрополиты, архиепископы и епископы, архимандриты, игумены, протопопы и попы и весь священнический иноческий чин и православные християна, мужеск пол и женск. А мой бы упостат предо мною, рабом Божиим, нем и одеревянен и не мог бы никакие слова говорить против меня, раба Божия, ни здумать, ни зговорить. И как мертвый человек не может щек своих отворить, и тако бы мой упостат, аки пред соколом дроздие, не мог бы он умом помыслити. И како возрадовалась Пречистая Богородица воскресению Христову из гроба, архангелы и ангелы, и апостолы, и пророки, и жены мироносицы, и вси святии, и тако бы возрадовалисе, усмотрячись меня, раба Божия, всякие власти земские, цари и патриархи и митрополиты, архиепископы и епископы, архимандриты, игумены и протопопы, и попы, и весь священнический, иноческий чин, и все православные християна, мужеск пол и женск, и всякие православные християне, и всякие приказные люди в виде меня, раба Божия. А мой бы сопостат не мог и враг не мог бы против меня, раба Божия, никакие слова говорити, а язык бы у него был тетеревиный, а сердце заечье, а глаза воловьи. А я бы, раб Божий, говорил предо всякою властию, аки сильне гром греме, и как грому устрашаются всякие православные христиане, и так моего слова устрашались бы всякие земские власти. И мой бы упостат в нове месеце и в полне, и в перекрое, в новцевом и ветховом и во все дватце четыре часа, во веки веков, аминь.

Говорить три раза на чисту воду, да на чистый воск, на свещу, да на чистый плат. Воду пить, а воск за щеку положить, платом утираться.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Царские очи, материно сердце, мертвецевы щеки, тетерев язык не говорит и мертвецевы щеки не воротятся, и так бы на меня, раба Божия, никто зла, ни лиха не думал и не мыслил. И как зародилосе на небе красное сонце, светлый месец и чистые звезды, и как зародились на земли цари государи, и как не могут насмотреться цари государи, ни православные христиане на красное солнце, на светлый месец, на чистые звезды, и так же бы не могли насмотреться на меня, раба Божия, сее раб Божий и казался бы я, раб Божий, краше красного солнца, светлее светлого месяца и чистых звезд. Утесчюсе я, раб Божий, частыми звездами. Сколь чесна и славна свеща воску ярова стоит пред истинным Богом, и столь бы был честен и славен я, раб Божий, пред сим рабом Божиим. Во веки веков, аминь.

Говорить на чистую воду или на воск, взять от образа, на то наговаривать, водою умыться, а воск держать при себе или у креста.

На подход к человеку, начальству, судьям и на почет

Надо взяться за дверную скобу той двери, где живет тот, к кому идешь. Сказать три раза: «Вспомяни, Господи, царя Давида, мудрость его и кротость его». Можно сказать это на платок, а затем платком утереться и посмотреть на человека.

Помяни, Господи, царя Давида, царя Константина, Матерь Елену, Креста распятого, всех царей, всех королей. Сколь были родители кротки и водки до всех царей, до всех королей и до своих до малых детей, так же раба Божья (имя) до рабы Божьей (имя) была бы кротка и водка, и милостива, зрела соколиным оком и имела материным сердцем. Пусть мои слова – ключ ко дну.

Помяни, Господи, царя Давида и всю кротость его. Сколь был царь Давид кроток и смирен, так же будь раб Божий (имя) кроток и смирен для рабы Божьей (имя). Аминь. Говорится, когда идут к начальству.

Раба твоя (имя) идет по святой дороге. Пойду на светлую дорогу. Матерь Божья, встань мне на помощь. Раба твоя (имя) месяцем подвяжется, зарями огородится – и вас, всех врагов, и начальников, и всех злых людей, не боится. Отсюда, когда наговариваешь, подними руки вверх. Моя правая рука, моя правая нога, мое дело право. Я к вам с Пасхою, а вы ко мне с ласкою. Есть у меня святой мак – что скажу, все будет так. Господи, пошли час добрый.

Раба твоя (имя) идет по святой дороге. Пойду на светлую дорогу – Матерь Божья, встань мне на помощь. Раба твоя (имя) месяцем подбережется, зорями подгородится – и вас, всех врагов и начальников, и всех злых людей, не боится. Поднять руки вверх. Моя правая рука, моя правая нога, мое дело право. Я к вам с Пасхою, а вы ко мне – с ласкою. Есть у меня святой мак, что скажу, всё будет так.

Встану, благословясь, пойду, перекрестясь, от дверей к дверям, от дверей в ворота, выйду в чистое поле. В чистом поле течет золотая речка по серебряным, по мраморным камушкам. Я вымоюсь этой водой, вытрусь белым полотном, стану на запад хребтом, на восток лицом. Как в этом присутствии сидит судья сельский, правленский, становой, мировой судья и как эти судьи не могут воды испить, в синем море песку пережевать – так бы не могли они обсудить раба Божьего, и казался бы им этот раб Божий лучше свету белого, лучше солнца красного и своих родных детей.

«Матушка Владычица Пресвятая Богородица, где ты спала-ночевала?» – «На горе Сионской, в Божьем доме, в пустыне, церкви, у истиннаго Христа за престолом. Не так ноченька спалася, сколь во сне виделося. Приснился сон престрашен и пресуден. Будто истинного Христа споймали, святую кровь проливали, шиповником стегали, терновый венец на головушку надевали». – «Кто этот «Сон» знает, трижды на день прочитает, того раба спасу и сохраню и дам ему на двенадцать пламенных попрысков. Куда ни пойдет, ни поедет, все ему путь-дорога. Лесом идет – древом не бьет, полем идет – зверь не тронет, в суд пойдет – суд судить не будет, у всех судьев сердца умилятся, весь народ удивятся, на трое сутки уста кровью запекутся. Слава Отцу и Сыну и Святому Духу. Ныне и присно и во веки веков. Аминь». Это от суда. Ежели только бы знали, то никого бы судить не стали.

Идешь на вечеринку, открываешь двери и скажи, чтобы больше почету было: «Лев, зверь, я вас всех съем».

Крошку хлеба положить к груди и три раза повторить: «Как везде на столе держат хлеб-соль, так бы меня, рабу Божью (имя), везде бы принимали, везде бы за руки брали».

На почет. Встану я, благословясь, пойду, перекрестясь, из ворот в ворота, из дверей дверьми, выйду в чистое поле. Ступала бы я на ступеньку, на ступень ступлю – сама выступлю. Сажуся выше всех – почитали пуще всех стары старики, молодые молодцы, красные девицы, молодые молодицы. Зрели, глядели, с рабы Божьей (имя) глаз не сносили. Аминь.

Как весну красну все ждут и дожидают, веселятся и радуются, так же и мне, рабе Божьей (имя), веселились и радовались, ждали и дожидали. Когда красно солнышко взойдет, все летние птички возвеселятся и возрадуются, так бы и мне, рабе Божьей (имя), весь мир веселился и радовался: стары старички, пожилые мужички, маленьки ребятки, молодые молодцы, красные девицы, молодые молодицы. Все бы меня любили и почитали, с честью примали, с почетом уважали, на ножки вставали, словом ласковым примали, во беседе слово давали. Отныне и довека будьте, мои слова, крепки и лепки.

Чтобы с начальством ладить

Святые пороги, будьте на защиту, на подмогу рабе Божьей (имя). А вы, стенки, стойте немые, а вы, начальники, будьте милостивы к рабе Божьей (имя). Аминь.

Читать, когда идешь к начальству или туда, где тебя могут ругать.

Page 6

Яйца, крашенные на Пасху, оставляют до следующей Пасхи у иконы. Если летом поднимется вихрь – то яйца выбрасывают за ворота и кругом ходят с иконой, и кругом дома. Читаешь молитву – и ветер стихает. Если пожар, то эти яйца тоже кидали, чтоб пожар водой потушить – и он дальше не распространялся. Спаси, сохрани, Господи Спаситель, от пожара, от огня, от молнии, от града, от ветра. И потом яйцо бросишь.

Нагой с Тихвинской (с иконой Тихвинской Богоматери) бегают, говорят такие слова: «Дай, Господи, тихую росу, смиренную росу и частого мелкого дождичка».

Огонь Мартын, вот тебе железный тын, от земли до неба дорога твоя, больше пламя не пускай никуда. Аминь. Говорить три раза.

В Пасху яичко выкрасишь, на божницу Богу положишь. А эти яички хоронить надо. Когда пожар, их в огонь кидают, и ветер заворачивает, огонь меньше. И говорят: «Как это яичко спокойно лежит, так чтобы и огонь уничтожился».

Чтобы гроза скорее кончилась, надо так говорить: «Разнеси, Господи, это облако на чистые поля, темные леса, сыпуци пески, за зыбуци болота».

Пронеси, Господи, тучу грозную за темные леса, за дремучие болота. До трех раз говорить.

Когда молния сверкнет, надо сказать: «Господи, Боже мой, пронеси тучку грозную на темные леса, на пустые места, где люди не ходят, где скот не бродит».

Если гроза, на окошечко клали по маленькому кусочку хлеба, на каждое окошко. Чтобы грозой не ударило. Так мать учила.

Пойдем, матушка, Христос с тобой, в темные леса да на зыбучие болота. Говорят в грозу.

Когда град, выкидывают лопату, клюку. Лопата, отгребай. Клюкой отгребай, а помелом отметай. Гром чтоб утих.

Чтобы отвести грозу, с помелом и с клюкой выбежать, вокруг дома обежать.

На Великий четверг огонь не надо зажигать, чтобы гроза дом не сожгла.

Шел Иисус Христос с небес, нес ограждающий крест. Огради лес, поля, реки, землю. Огради и меня, рабу Божью (имя), от плохого слова, от плохих людей, от аварии.

Перед сном приговаривали: «Ложусь на крест, одежусь крестом. В правой руке – крес, в левой руке – крес, в ногах – крес, в головах – крес. Крес на крес, Христос воскрес. От ни довеку. Аминь». Три раза проговорить.

Спать ложусь – крестом крещусь, крестом и украшаюсь. Крест за мной, крест передо мной. Ангелы – в окошках. Спас – во дверях. Пресвятая Богородица – у меня во зголовах. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Когда спать ложиться, дверь на крючок запрешь, надо сказать: «Вокруг дома моего – крестовая ограда: в окнах – ангелы-хранители, в дверях – Пресвятая Богородица, в углах – спасители. Спать ложусь – крестом помолюсь. Ангелы – в окошках, Христос – во дверях. Аминь».

Будешь спать ложиться или, мало ли, боишься ведь, так перекрести подушечку и прочитай молитву: «Будь, святая избушка, древнего бревешка со кладового бревна до верхней слеги. Ангелы – в окошко, Христос – во двери, Егорий – на дворе». Раньше все до трех раз говорили.

На ночь говорят: «Бог с тобой, избушка, до единого бревешка. Ангелы – в окошко, Христос – во дверь, Николай – на двор, Егор – во двор. От ин довеку». Аминь. Три раза переговорить.

Когда спать ложатся, читают молитву: «Будь света, избушка, до энтого бревешка. Ангелы – в окошко, Христос – в двери, Митревска – на повить, Димитревска – в окошко. Спите со Христом, с ангелом, ребеночки, коровушка… (так и перечислить). И я буду со Христом, с ангелом».

На ночь приговаривали: «Бог с тобой. Господь с тобой, избушка, до единого бревешка, царевна – в избе, Божья Матерь – на избе, сам Бог Господь. Сохрани, Господи».

Ангелы – по окошечкам, все святы – по уголкам. Пресвятая Божья Мати во дверях стоит, Иисус хлеб кушает и меня слушает. Замки – в роте, ключи – в море. Лягу, запрусь, никого не боюсь.

Как спать ложиться, надо сказать: «Иисус Христос – в сутках, Мати Божья – в головах со крестом. Спи, Анна, с Христом».

Спать ложусь, никого не боюсь. Враг сатана, отступись от меня. Приступись ко мне сам Иисус Христос. Стасова рука, Егорьев замок, Богородицы ключ! Аминь. Три раза.

Лягу с перстом, встану с перстом, пойду, перекрестясь. Ангел мой, сохранитель мой, сохрани мою душу, охрани мое сердце. Враг сатана, отступи от меня за трое двери, за четыре замка. Здесь у меня – Спасова рука. Вкруг двора – огненна река, ворота костяные. Аминь.

Господи, кто взойдет в ограду мою взять из добра моего, отними тому, Господи, ноги, отними тому, Господи, руки, отними тому, Господи, ум и разум. Аминь. Аминь. Аминь. От воров.

Как спать будешь ложиться, про себя три раза скажи: «Вкруг нашего двора – каменна гора, железны ворота с току до пяты святым духом заперты. Аминь».

Святая хоромина на святом месте постановлена, аминем зааминена. Говорят на ночь в новом доме при первом ночлеге.

Когда ложишься спать, скажи: «Святой дух с нами, святая вода над нами, по окошкам, по порожкам, по стилам, по полам». Перекреститься.

На ночь надо перекрестить окна и двери и сказать: «Будьте святы и благословенны, дырочки, щелочки, уголочки, окошечки. От ин довеку. Аминь». Так три раза сказать и перекрестить все.

Когда переезжают из старого дома в новый, то зовут с собой дворового: «Дворовой, дворовой, пойдем со мной. Я переезжаю на новое место, и ты за мной. Делай доброе».

При переходе в новый дом везут по земле лапоть за веревочку, чтобы с собой взять «дедушку» (домового). Несут деревянную квашонку с закваской, из старого дома приносят. А можно и пустую. И через порог кидают в угол, где иконы будут висеть. Или на печь ставят.

Задабривание своего домового и изгнание чужого. Четыре осиновых кола вколотить по углам, где стоит корова, и на выход – пятый. Положить по кусочку хлебушка, хлеба-соли и святой водой эти полить кусочки, говорить такие слова:

Батюшка домовой!

Свой домовой на свой широкий двор,

Чужой домовой со двора долой.

Своему домовому хлеб да соль,

А чужому домовому осиновый кол.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа

Аминь.

Задабривание дворового. В углу на дворе вешают лапоть, в который кладут – что испекут: баранки, пироги. Говорят: «Дедушке дворному».

От грозы. В сильную грозу говорят, что надо залезть на крышу и обвязать трубу новым вышитым полотенцем и перекрестить.

Когда в новый дом переезжают, соседку с собой зовут: «Соседушко-батюшко, я уезжаю. И ты со мной поезжай на новосельице, не оставайся».

А когда уходишь из старого дома, заглянешь в подполье и скажешь соседке: «Соседушко-батюшко! Мы уходим, пойдем и ты с нами».

Поедем с нами домой, дом домить, скотинушку разводить, в доме хозяйство все править, в доме добра наживать.

Уходишь из дома последней, скажи: «Дедушка домовой, айда с нами в мой дом век вековать». Не вслух, а себе на ум думаешь тихонечко.

Когда в новый дом только заходишь, дверь открываешь и говоришь: «Соседушко-батюшко, мы заходим с хлебом-солью, и ты заходи с нами. Обуй, одень, накорми!»

Перед тем, как входить в новый дом, туда кота запускают. Если есть нечисть, она кота удавит. Кот не человек. Еще говорят соседу: «Заходи вперед. Будешь с нами здесь жить».

Когда получишь новый дом, надо спроситься у домового: «Батюшка домовой, пусти меня в доме пожить да позволь мне хозяюшкой быть». Как в дом входишь, так эти слова и говорить.

Обязательно надо сказать: «Хозяин батюшка, разреши пожить со всеми малыми дитяточками». Кланяются по всем углам без креста. Первым петуха пускают. Если петух не запоет, так худо будет жить. Так же спрашивают и у хозяина, когда скотину вводят (с теми же словами), тоже по углам без креста кланяются.

Когда в новую избу переезжают, говорят: «Дедушка соседушка, пусти меня, люби меня, жалей меня!»

Дедушко соседушко, прими товарища, пои, корми, чисто води. Три раза. Переходя в новый дом, приговаривают.

Дедушко соседушко, Митродюнушко, полюби нашего (имя): его пой, корми и люби. Так говорят, когда младенца заносят в дом.

Когда в новый дом идут, то идут с кошкой, с иконой, с корытом и хлебом. Кошку запускают наперед и двери закрывают. Примечают, куда кошка наперед пойдет. Потом сами заходят и говорят: «Дедушка домовеюшка, я к тебе жить пришла, меня полюби, на жизнь меня благослови».

Когда переходят в новый дом, сразу пускают кошку: если она пойдет на кухню – в новом доме заживется хорошо, если на улицу – плохо. Затем входит старая хозяйка с корзиной хлеба и соли. Говорят, перекрестившись: «Благослови, Господи, на хорошую жисть. Все чтоб хорошо было». Нужно в новый дом переходить в полный месяц, а на исходе – нельзя: житья не будет.

На Покров надо щели проконопатить, где есть, и утром так говорят: «Батюшко Покров, покрой избу теплом, старую старушку – горячим пирогом». Вот так и говорят, чтобы тепло и сытно было.

Как в церковь входить, сказать: «Покров Пресвятой Богородицы, покрой землю снежком, а избу – хорошим теплом».

Покров, покрой землю снежком, избу – теплом. И окна тогда же вставляют, чтоб тепла захватить.

Батюшка Покров, покрой избу теплом, надели животом. Животом – это значит богатством.

В Покров закармливают коровку да говорят: «Хозяюшку – домик с теплом, хозяюшку – домик с пирогом». Снопик последний с поля приносят, он до Покрова стоит, а потом его корове и скармливают.

Пирог на праздник испечь и сразу – на угол, в сутной угол. Дедушко-кобанушко, тепло загоняй.

Когда въезжаешь в новый дом, кошку впустить надо. Говорят: «Как эта кошка никого не боится, так и я чтобы никого не боялась».

Как в новый дом переезжаешь, надо кошку взять, в лапоть посадить и везти. И сказать: «Вот, матушка кошечка, поехали в свой дом!»

В новый дом заносят сперва курочку: «Как курочка и петушок живут дружно, так и мы будем жить дружно. Как курочка и петушок всегда сыты, так и мы будем сыты».

В новую избу лучше переезжать на новом месяце. Говорят: «Как месяц растет, так хозяйство чтобы росло».

В новый дом перву кошечку пускали, да чтоб месяц был полный.

Как месяц полный, так бы и жизнь в доме была полная.

В новый дом идут с квашонкой живой, на дрожжах. Как эта квашонка живет, так и я жить буду. И в новом доме пекут. Завтра переходить – сегодня квашню творить… Пойдут в новую избу, дак петуха первого бросят, если петух споет в избе, то хорошая жизнь будет, веселая. И кошку тоже садят в избу. Завтра пойдут – сегодня кошку бросят, а утром – уж петуха.

Как собираешься стирать, так чтоб корыто всегда полное. Берешь корыто и несешь, приговаривай: «Чтоб жизнь была такая полная, как корыто».

В новый дом звали соседку: «Пойдем с нами. Шубу постелим под ноги и в новый дом заходим: как шуба теплая, так бы всей бы целой чашей жили в новом дому».

В новый дом наперво кошку заносят. А когда строят дом, в первое бревно деньги положить надо, чтоб богатство в доме было, и сказать: «Как деньги из угла не выйдут, так и из дому чтобы не вышли деньги». И на новосельице с пустыми руками не ходят.

На новоселье кидают в передний угол серебро. Катись в угол, серебро – в дом на добро.

А это все говорят на Великий четверг, приговаривают: «Деньги ведутся?» Кто-то скажет: «Ой! Как не ведутся?! Денег полно!» А потом еще спросят: «Деньги ведутся?» – «Ведутся, ведутся». Надо говорить, что ведутся.

Деньги считают на Великий четверг, приговаривают: «Ой, много как! Пятьсот, шестьсот, ой, много!»

Заговоры от покойника и похоронные

Кладут ему ложку, хлебушка кладут в гроб под подушечку, ишшо чего-то: «Вот тебе от нас, ште нужно, больше к нам не ходи». Три раза сказать.

Покойника когда уже вымоют, когда в гроб положат, под левое плечо, под подушку положат хлебушка да соломы обязательно. Нынче кладем конфеточки и прянички маленько: «Вот тебе, (имя), хлеб и соль, у стола не стой, в окошко не гляди и домой не ходи». Три раза сказать. Говорят это, когда только своя семья в доме.

Раньше в гроб хлебушка, водки, ложку ему (покойнику) в доме, пока неувезенный, все положишь со словами: «Вот мы тебе склали, ты к нам не ходи боле, не проси ничего».

Под покрывало в гроб положат хлеб-соль, чтоб не видно было: «Вот тебе хлеб-соль, да нас не тронь».

В гроб кладут хлеб, соли ложку, яйца вокруг шеи, водкой лицо протирают: «Вот тебе, ешь, а от нас ничего не бери».

Чтоб покойник не сердился, чтоб за собой не увел, в гроб в голову надо положить кусок хлеба и сказать: «Вот тебе хлеба край, а нас не задевай».

На гроб, когда он в доме стоит, деньги кладут, кто прощаться приходит, и хлеб-соль: «На тебе хлеб-соль, а из дому ничего не тронь».

Хлеб да палку в гроб клали: «Вот тебе хлеб и лес, чтоб домой не лез».

Из избы понесут, насупротив солнца крути его. Солнышко никогда в другу сторону не воротится, и ты уж не воротишься.

У мертвого пятки задевают, чтоб его не бояться. Еще когда везут покойника на погост, чтоб не бояться, надо под колеса смотреть.

Надо пруточков наломать, дак как поедут, повезут, надо их на дороге валить, чтобы покойник не вернулся.

Чтобы покойник не ходил, бросают в могилу серебро, зерно: «На тебе грош, нас не трожь, на тебе рожь, нас не тревожь, на тебе нож, нас не тревожь».

Возьми ты копеек сколько и кидай их: «Вот я отдаю тебе твой пай, и ты ко мне не ходи».

Мидницу (медный пятак) бросали в гроб и приговаривали: «Мидницу бросаю, землю откупаю, оставляю серебро – для дому добро».

В могилу серебрушки, земельку бросают: «На тебе земельку, а не тронь нашу семейку».

Вот вам рожь, ты меня не тревожь.

Ржи в могилу валишь горсточку: «На тебе рожь, а ты нашу семью не тревожь!»

Сею, сею рожь, нашу семью не тревожь. Три раза и после, когда приходят поминать, тоже говорят. А поминки делают на девятый, двадцать второй и сороковой дни, год.

Есть люди тоскуют. Умрет человек – и ходит к нему ли, к ней ли. В гробу надо не забыть обаять житом. На тебе, сею, сею рожь, да только нашу семью не тревожь.

В гроб надо положить жито, рожь и сказать три раза: «Вот тебе-ко рожь, а ты мое хозяйство не тревожь, а ты нашего домика не тревожь».

Как хоронят, в могилу зерна бросают: «На тебе, возьми, а домой не ходи».

Как хоронить, горсть земли кинь и скажи: «Я к тебе ходить буду, а ты ко мне не ходи».

Чтобы не бояться покойника и не тосковать по нему, нужно на могиле бросить через левое плечо горсть песку и идти, не оглядываясь: «Бросаю песку, оставляю боязнь и тоску. Аминь». Три раза сказать.

На кладбище говорят, когда хоронят: «Ты оставайся, к нам не приходи, мы к тебе сами придем». Так три раза.

Когда прощаются, еще приговаривают: «Прощай, мы к тебе – всегда, а ты к нам – никогда!» И от могилы пойдут и то же скажут.

От могилы пойдут и говорят: «Я к тебе опять приду, а ты ко мне не ходи».

Если очень сильно тоскуют по умершему, то надо принести с могилы земли, высыпать под порогом и сказать: «Я об рабе Божьей (имя) не тоскую, она ко мне ходит. Аминь».

Как печка огня, и дыму, и жару не боится, так я, раба Божья (имя), покойника не буду бояться.

Чтобы не бояться покойника, надо выйти к реке и сказать: «Горе да беда, плыви с водой, радость да веселье, пойдем со мной».

Я – за рекой, ты – за другой, не видаться нам с тобой. Будь свят, лежи на своем месте.

На могилке, как поминать придут, сказать надо: «Земля пухом штебы тебе. Помяни, Господи, раба Божьего. Ему бы к нам не ходить, не пугать, в могилке своей мягко лежать!»

Я к тебе приду, а ты ко мне не ходи, ради Бога! В поминальный день ходишь на могилку. Еды чуточку оставишь. Пусть птички поклюют. Птички рядом с душой его (покойника) летают.

Верно, что если покойник в доме, то надо выгонять дух: открывать окна, трубу открывать – и говорят, чтобы он не приходил: «Покидай нашу избу навсегда, а мы к тебе приходить будем на могилку».

Чтобы не возвращался он (покойник), нужно перед тем, как в гроб его положат, за ноги его подержаться. А еще, если боишься, что покойник вернется, то когда придешь с кладбища, открой все засовы у печки и проговори в трубу: «Ты – за рекой, я – за другой, ты к нам – ни ногой».

Как соберутся домой от могилы, надо идти своей семьей назад пятками. Чтоб он домой не ходил, говорят: «Увезенный, спи давай там».

Чтобы покойник не ходил, надо делать так – взять нож и с улицы подойти к окошку и сказать три раза у одного окошка, нож ставят крест-накрест: «Не девять, не восемь, не семь, не шесть, не пять, не четыре, не три, не два, не один». Надо и двери эдак крестить.

Чтоб отвести беду

Если в открытое окно залетит птица, что предвещает беду, то нужно сказать: «Как влетел, так и вылетел».

Читать при опасностях

Божья Мать позади. Господь впереди. Божья Мать впереди, Господь Бог позади, что будет им, то будет и мне, Они помогут мне. Аминь.

Обереги на разные случаи

Встану я, благословив восток, восточную сторону, пойду, перекрестясь, пусть увидит Сам Иисус Христос и Пресвятая Божья Мать Богородица.

В наших порогах железо, в наших окнах камни, среди нашего двора стоит престол. Богородица с Христом, она градит (ограждает) и крестит небо и землю и всю нашу благословенну семью. Говорят, ложась спать.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, выйду я в чисто поле. В чистом поле есть-стоит замок. Господи, благослови дверечки, воротечка, трубечки, окошечка, благослови, Господи, весь мой благодатный дом. Округ моего дома каменна гора, железный тын, Иисус Христос, Богородицын замок. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

На море Окиянском, на камне латинском стоит церковь, во церкви – престол. За престолом стоит Мать Пресвята Богородица. Она спать не спит, сон страшный, ужасный видит: будто Сын ее на кресте распят, во рученьки, во ноженьки гвозди вбиты, плечо копьем прорвано. Приходит Сын возлюбленный: «Не плачь, Мать Мария. Твой сон страшный, ужасный спишу на чистый лист бумаги». Кто будет трижды читать, тот будет спасен от злого, лихого человека, от огня-пламени, от воды-потопа. Мать Пресвята Богородица в головах будет сидеть, будет помочь просить. Аминь, аминь, аминь. Читают как молитву утром и вечером.

Господи, Иисусе Христе, я раба Божья (имя). Как истинный Христос пошел на распятый, не чуял ни шепотов, ни ломотов, ни синей крови, так бы раба Божья (имя) не чуяла ни шепотов, ни ломотов, ни синей крови. Кое слово забыла, так быть впереде, кое слово приставила, так быть в пользу. Этим словам – ключ и замок, язык – в роте. Отныне и довеку. Аминь.

Начинаю отворотные слова. Спиридон-солнцеворот! Как, красное солнышко, ворочаешь небо и землю, светлую луну, так же, красное солнышко, открути и отвороти от меня, рабы Божьей (имя), всяки шутки, покутки, дьявольски прибаутки. Старому старику, старой старухе, молодой молодухе, молодому молодцу, красной девице, молодой молодице, старому чародею, старой чародейке, молодой лиходейке. Старого старика, старую старуху, молодую молодуху, молодого молодца, красну девицу, молодую молодицу, старого чародея, старую чародейку, молодую лиходейку – сзади бы их стреляло, спереди встречало с ветром, с вихрем, с Божьей милостью отныне и довека. От кого пришла, на того и пойди.

Спаси, Господи, рабов Божьих от всякого зла, супостатов, от вражьего посещения, от напрасной смерти. Спаси, Господи, силою Твоею честною, Животворящего твоего Креста от всякого волка, от зверя, от огня, от пламени, от тучи, от грома, от воды заливающей, от буйного ветра, от нечистого духа, от врагов-супостатов. Аминь, аминь, аминь.

Ой, пойду, раба Божья (имя), на широку улочку, на Божий свет. Божьим светом освечуся, облаком воткнуся, частыми звездами осыплюся. И, как месяц на небе не постановить, так рабу Божью меня, (имя), никому не истравить, не испортить: ни русому, ни черному, ни одноженому, ни двоеженому, ни двоезубому, ни троезубому, ни женке простоволосой, ни девке длинноволосой, ни отроку, ни отрочице, ни лисице, ни кунице. И будьте, мои слова, исполна крепки и лепки. И кто на рабу Божью (имя) зло подумат, лихо помыслит, тому соли в глаз, щепицы в ресницы, дресвы на язык, железный гвоздь в пяту, сатане прокляту. Говорится с утра на заре по ветру.

Чтоб ни ссоры-раздоры, ни лихи оговоры. Подьте в горы, в пещоры, где люди не забредают, где звери не забегают. Кто на рабу Божью (имя) зло подумат, лихо помыслит, злому, лихому, зломысливому – тому соли в глаз, дресвы – на язык, железный гвоздь – в пяту, сатане прокляту.

Стойте, вы, ветры буйные, подите, вы, ветры буйные, куда я вас провожу, куда я вас наряжу. И как на хлеб, на соль врагов нет, так на рабу Божью (имя) – ни врагов, ни злодеев, ни лиходеев. Во веки веков, аминь.

Чур, моя дума, чур, моя плоть, чур, моя дикая, лихая мысль. Во веки веков. Аминь.

Как от серебра чтобы меня не отделили, как к серебру ничего не льнет, так бы и ко мне ничего не льнуло. Аминь.

Христом окрещаюсь, верой покрываюсь, ангелом сохранюся. Ангел мой, хранитель, сохрани, помилуй, сядь на право плечико, карауль меня с утра до вечера от волка, от зверя, от злых людей, от всех напастей. Сохрани, помилуй. Аминь.

«Богородица, Божья Мати, где спала, ночесь ночевала?» – «В городе Иерусалиме, во святом месте, во святой церкви. Видела я сон страшный-престрашный: Иисус Христос распят на кипарисовом дереве не за пеню, не за вину – за христианскую муку». Кто эту молитву трижды в день прочитает, так тот счастлив, благочестив. Господь веку прибавляет, а умрет, так и от мук избавит.

«Матушка, Мать Мария, где ты жила, поживала, где ты темну ночь коротала?» – «Жила-поживала в Иерусалиме, у Христа на престоле ночевала. Снился мне сон чудесен и страшен: будто бы Иисуса Христа на кресте растерзали, Исусову кровь проливали». – «Матушка, Мать Мария, сон-то твой справедлив и людям отдан». Кто эту молитву читает, тот ворами не тронут, не граблен, в воде не утонет, в лес пойдет – и зверь не тронет, на суд пойдет – и суд не осудит. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Пресвятая Богородица в Иерусалиме Иудейском – на марте месяце. Придет к ней Господь наш Иисус Христос и речь к ней: «Мати моя возлюбленная, спишь иль не спишь?» Речь к нему Пресвятая Богородица: «Со слезами спала я в марте месяце 17 дней, видела я сон страшный и ужасный о Тебе». И речь к ней Господь наш Иисус Христос: «О, Мать моя возлюбленная, поведашь мне сон твой, что сей видела». И речь к нему Пресвятая Богородица: «Возлюбленное чадо мое. Сын мой и Боже мой, видела Петра и Павла в граде Рима, а тебя, чадо, с разбойниками на кресте кипаристе, от книжников и фарисеев – большое поругание, и Понтийского Пилата осуждено на кресте, распято, тростию по голове бито, на лицо Твое свято плевано, по устам напоено, терновым венцом венчано, и едино от воины ребро Твое прободали. А из них вон изыдет кровь и вода. Земля потряснется, камни распадутся, занавеса церковна разорвется надвое, с верхнего края до нижнего, телеса усопших святых из гробов возсташа, солнце и луна помрачатся, и будет тьма по всей земле от шести часов до девятого часа. Иисус, с Никодимом у Пилата тело Твое отпросится, со креста тело Твое сняв, плащаницею чистою обвивши, во гробе положили. Закрыли, положили сошедшего, об двери железные, сломали ворота медные. И сокрушил, и на третий день воскрес от гроба, живот миру даровал, и вечно Адама и Еву от ада освободил, и, взошедши на небо, себе сел на престол одесную Бога Отца». И речь Господь ваш Иисус Христос: «Мать моя возлюбленная, Пресвятая Богородица, справедливый сон твой, что ты видела. А еще кто сон твой спишет или прочитает, или при себе в чистоте будет носить, то ангел-хранитель сохранит душу от всех казней и мечтаний бесовских, и не убоится – ни зверя, ни ада, от всякой напрасной смерти избавлен будет, от разбойников. Или кто сей сон будет слушать с прилежанием и со вниманием, тот человек обретет отпущение грехов, или которая женщина беременная будет сей лист прочитывать на всякий день, то от рождения легко родит. Не увидит никакого злом сокрушенного, никакого страха во дни и в ночь. Или пойдет против неприятелей, «Сон» прочитает – со славою возвращается. Кто в путь пойдет и сей «Сон» возьмет с собой, того человека ничто вредить не может: Архангел Гаврила путь показывать будет. А еще кто «Сон» сей в доме держать будет, и тот дом сохранен от пожаров будет и наполнен будет хлебом и скотом, и всякими изобилиями кладов земных. И еще рабу Божию солучится смерть, и при смерти вспомнит «Сон» сей, то злою смертью не умрет, душу его не возьмут бесы, а возьмут ангелы Божии и отнесут в светлые райские. А еще у кого жена беременная при рождении младенца будет мучиться и кто возьмет «Сон Богородицы», положит в изголову, легко родит сына или дочь. Будут они от Бога здоровы. Кто прочитает или прослушает с верой, тот человек будет вечной муки от огня избавлен. Сей лист будет у гроба Господня написан, от Иисуса Христа, Сына Божия». Через смерть – Божественное Писание хочет, чтобы мы точно верили, молились Господу Богу. Кто сему листу верить не будет, тот человек не получит покоя, за грехи свои умрет подлой смертью. А который человек сему листу верит, будет иметь у себя, дабы раздавать от дому да читать-перечитывать, писать-переписывать, то, если тот человек имеет грехов, сколько песку в море, листьев на дереве и звезд на небе, то все ему отпущены будут, царство небесное получит во веки вечные. Во веки веков. Аминь. Аминь.

Спала Мати Мария на горе в пещере святой церкви на престоле. Немного спала, много видела. Привиделся ей сон про Исуса Христа, Сына милаго, Сына любимаго. Споймали Христа. На угодные места, чистое поле, к синему морю, кипаристому дереву – копьем сердце прикололи, кровь святую на воду проливали. «О, Мати Мария моя, не сон тебе привиделся, а во явь показалися. Споймали меня на страшной неделе, на Великий четверг». Повели Христа на угодные места, в чистое поле, к синему морю, кипаристому дереву, копьем сердце прикололи, кровь святую на воду проливали. Кто этот стих прочитает, тот человек будет спасен и сохранен от огня горящего, от дерева убивачаго. Спустит Господь с небес двенадцать ангелов, одиннадцать пастырей, и будут гнать нечистую силу железными прутами от раба Божьего.

«Пресвятая Богородица Мария, где была-побывала, где ночевала?» – «Ночевала я в городе Гладище, приснился сон про Иисуса Христа, как Иисуса Христа растерзали, кровь Его проливали, огнем прижигали, золотыми буквами писали, про Господа Бога Иисуса Христа споминали». Жена-мироносица вспоминала, разнесите этот сон по всему свету и по всему миру. Кто этот сон знает, пусть три раза прочитает, тот и узнает, избавится ото всех бед – от огня неугасимого, от суда несудящего, от моря неутопаемого, муки вечнаго избавляется. Во веки веков. Аминь.

Кто будет веровать в эту молитву, тот будет спасен от водяного потопа, от всякой стрельбы, ото всяких ведунов, ото всяких колдунов, от зверя бегучего, от змея ползучего. Язык – жезлом, нутряным замком, Богородициным ключом, чтобы волк мою скотинушку не потревожил и мене с им.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, на восточную сторону. На восточной стороне стоит святая церковь. В церкви – престол, на престоле – Божья Матерь. Я тебе, Пресвятая Богородица, помолюся и покорюся: помоги мне от черного и от рыжего, от белого и от русого, от попа и дьяка, от старца-чернеца, от девки-простоволоски, от бабы-самокрутки. Будьте, мои слова, крепки, лепки, тверже камня.

Ангел мой, Архангел мой, спаситель мой, спаси меня, спаси душу мою, скрепи сердце мое. Враг сатана, откажись от меня. У меня есть три листа, все написанные, первый лист – сам Иисус Христос, а другой-то лист – Матушка Богородица, третий лист – Михаил Архангел, милостивый батюшка. Я его к себе призываю, от себя сама врага отзываю. Встану со крестом, пойду со крестом, ложусь со крестом. Аминь.

Пресвятая Дева Мария, по лузким горам ходила, ой, тому будет сон страшный, преужасный. Как Исусу истинному Христу рученьки, ноженьки гвоздем к кресту прибивали… ангел в стороне стоял и горько плакал. Кто эту молитву знает, три раза на дню прочитает, тому будет спасенье: лесами пройдет – дерево не убьет, полем пойдет – зверь не съест и лихой человек не выдаст, во всю пойдет суд – судить суд не будет, сердце кровью обольется, уста кровью запекутся. Отныне во веки веков. Аминь. Эта молитва от всего. Хорошо – от суда.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, умоюсь и утрусь, Самому Господу Иисусу Христу помолюсь. Стоит каменная гора и железный тын от земли до небесей. На этом тыну и на каждом уголку сидит по ангельку. Во святом углу – Сам Иисус Христос с кадилом, кадит в небе и всю мою семью, всего скота и живота и меня, раба Божьего. Будьте, мои слова, доходчивы вовеки. Аминь.

Господи, благослови. Будь гора кругом меня, каменна река, огнева земля-логова, двери медны, двери железны, ключи булатны, замки укладны. Отмыкай, Михаиле Архангел, замыкай, Егор Храбрый, сдавай ключи Пресвятой Божьей Богородице за престол Господний. Аминь. Сказать трижды.

Стану, благословясь, пойду, перекрестясь, из избы дверьми, из ворот воротами, на широку улочку, во чисто поле, на восток и на восточну сторону. На востоке, на восточной стороне стоит Пресвятая Божья церковь о тридевяти углах, о тридевяти престолах. Как эту церкву никто не может с места на место перенести, переставить, так же бы не мог истравить, испортить (назвать имя) ни порченики, ни урочники, ни клеветники, ни клеветничухи, ни двоезубы, ни троезубы, ни девки косматы, ни женки волосаты, ни стары старики, ни молодые мужики. Кто на рабу Божью (имя) лихо думает, зло творит, тому шипицы в ресницы, смолы на язык, дресвы на зубы, соли в глаз. Аминь.

На Сиянской горе, на крестовом гробе Божья Мать опочивала. «Мать моя любезная, к сердцу приболезная, ты встань, проснись, к своему Сыну разбудись». – «Сын мой родный, Сын мой любезный, к сердцу приболезный, я не сплю, не спала, много во сне видела: привидится – Тебя к купаресовому столбу распинали, руки-ноги гвоздями прибивали, золотые ангелы кубчики подставляли, хрестьянскую кровь до земли не допускали». – «Мать моя любезная, к сердцу приболезная, это не сон, это истинная правда, десятого марта сам на муки отдался». Кто эту молитву будет читать, наглой смертью не будет помирать. Это молитва от ада, от гада, от ружейного выстрела, от огня, от потопу, от лихого раба. Аминь, аминь, аминь.

Page 7

Принесите из дома водички, которая три дня стояла у вас в ногах постели, и, зайдя на работе в туалет, умойтесь ею, говоря при этом:

«Была тут, тут я и буду,

Ходила сюда и ходить буду. Аминь».

На людскую любовь

Встану я, раб Божий, поутру, благословясь и перекрестясь, выйду в чистое поле, погляжу на все четыре стороны, на Божий храм. Как на него смотрят и зарятся, так бы и на меня, раба Божьего, смотрели и зарились старые старушки, старые старики, молодые ребята, красные девицы, молодые молодицы, смотрели бы, зарились на раба Божьего (имя). Будьте, слова мои, крепки и цепки, как ключи подземельные. Аминь.

Чтобы все любили

Встану я, раб Божий (имя), с постели, перекрестясь, пойду во дороженьку, помолясь. Погляжу я на все четыре стороны – на восток, запад, юг и север; на одной стороне, восточной, стоит дом Божий, церковь белая, как на дом Божий все смотрят, зарятся, так пусть и на меня, раба Божьего (имя), все бы, большие и малые, парни и девицы, старики и старухи – словом, все на земле живущие и Богу хвалу поющие так бы глядели на меня и зарились, и был бы я любим всеми, всем отныне и довеку. Аминь.

Собирайся, народ, люди добрые, ко честному Христову празднику. Как глядят на кресты да на маковки, на Мать Пресвятую Богородицу, на разные образа, так бы на раба Божьего (имя) глядели и смотрели старые старики, молодые мужики, старые старухи, молодые молодухи, красные девицы, малые ребята. Так бы раба Божья глядела и смотрела, так бы раб Божий (имя) казался краше ясна солнышка, чище чиста серебра. Будьте, мои слова, тверды и крепки, навеки нерушимы. Ключ в воду, а замок на руку.

Красоту навести (для девушки)

Со постели мягкой к чистому озерку, с родительского благословения, почерпну я водушки в небесном колодце. Та водушка милее перстней золотых, милей палат каменных, кубков серебряных. А вода та – красота. Я умою в ней бело лицо и буду казаться молодым молодцам, старым старикам, пожилым мужикам, дряхлым старушкам, молодым девицам, пожилым вдовицам краше солнца красного, месяца ясного, луча утреннего. Казалась бы моя красота всем и всякому во всякий раз, во всякую минуту и всякий день, пала бы она им на сердце и на глаза. Аминь.

Читают с постели, как проснутся, под старый Новый год.

Заговор для мужской красоты

Я, раб (имя), матерью рожденный, церковью покрещенный, красотой обделенный, призываю в помощь чары, чтобы все меня хвалили, чтобы все меня любили. Господи, благослови. Пойду по пути, по дороге, и там, по пути, по дороге стоит лавка, и в этой лавке торгуют купцы всякими товарами: ситцами, кумачами, шелками, бархатами, мне это, рабу (имя), прилюбилося, приглянулося, присмотрелося. Закрылся я ясным месяцем, лицо мое – красное солнышко, обсыпался звездами небесными. И столь бы я был красный, прекрасный, милый и любимый, и был бы я приглядным и старым старушкам, и старым старикам, и молодым мужикам, и молодцам, и красным девицам. И я бы пригляделся, прилюбился каждый день, каждый час, каждую минуту, каждую секунду. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Читать, сидя в постели, под старый Новый год.

Если старый человек забывает дорогу

Блуди, волк, блуди, змея, а не я, блуди, ветер, блуди, дым, блуди, серая сова, а не я. Спаси и сохрани, Ангел мой, Хранитель мой, во всех путях, на всех дорогах, на всех сторонах. Аминь.

Бывает в жизни и такое: нападет на человека блуд (особенно на старого), и он не может найти дорогу, какую нужно. Очень опасно, если такое случается в лесу. Блудит человек по одному и тому же месту, измается, а выхода не видит. Многие в подобной ситуации погибают, замерзают зимой. Про таких говорят: «Заблудился, блуд напал». Кладите заговор в кармашек старикам, берите с собой в лес, и он сбережет вас.

Для улучшения памяти

В Пасху на заутреню взять с собой крашеное яичко, похристосоваться с первым встречным, обменяться с ним яичком. Принести выменянное яйцо домой и, заходя в дом через порог, проговорить: «Яичко домой, а память со мной. Христос воскрес. Аминь». Тем, кто гадает на картах, этот заговор не поможет.

От нечистой силы

Сгинь, нечистый дух, из нашего дома, из всех мест, дверей и углов, закоулков и потолков, из всех, из всех мест. У нас есть Господень Крест, с нами Дух Святой, все святые с нами и евангелисты: Иоанн, Лука, Марк, Матфей и святые архангелы небесные: Михаил, Гавриил и великий Георгий Победоносец, Матерь Божья, все херувимы и серафимы. Аминь.

Потом нужно прочитать три раза:

«Да воскреснет Бог!»

От Духа Святого, причастника Христова, Спасова рука, Богородицын замок, Ангел мой, сохранитель мой! Сохрани мою душу, скрепи сердце мое, враг-сатана! Поди прочь от меня. Есть у меня три листа, написано все Марк да Лука, да Никита-великомученик, за грехи душу мучит, за меня Бога молит.

Эта молитва от нечистого духа, произносимая на сон грядущий, составляет предохранительное и заклинательное средство от всякого недуга и скорби.

От нечистого, бесов

Господи, силу честного, остающего зла, крестным знаменем и веселье благоющие от всякого зла крестным знаменем. Аминь, аминь, аминь.

Да воскреснет Бог. Расточатся врази Его и собежат от лица Его ненавидяща Его, яко исчезает дым. Да исчезнет, яко стает воск от лица его огня, тако да погибнет беси от лица любящего Бога и знаменующие крест крестным знаменем. Весёлыих глаголящих радуйся Пречистым Животворящем Креста Господня. Прогоняй беси силою на тебе распятого Господа нашего Иисуса Христа, во ад сошедшего, поправшего силу дьявола, даровавшего, им тебе креста Своим честным на прогнание всякого супостата.

О Пречистыем Животворящем Кресте Господне помогай мне Святою Госпожою Девою Богородицей и со всеми святыми во веки веков. Аминь. Эту набожну молитву надо носить в пазухе или читать наизусть три раза.

Чтобы черти отстали, надо, перекрестившись, сказать: «Крест во мне, крест на мне, крестом крещусь, никого не боюсь».

Черт-шутник, отстань шутить, отдай мне ножик (или что-нибудь там).

Когда нечиста сила угрожает, то надо крестить окна, двери и сказать: «Господи, благослови окна. Господи, благослови двери. Господи, благослови трубы. Господи, благослови пазы и щели». И до трех раз.

От дьявола и его духов

Существует представление, что дьявол со своими нечистыми и злыми духами могут вызывать заболевание психики, вселясь в хранилища души человека.

Читать три дня (утром, вечером и в двенадцать часов ночи на пороге дома).

Отыде, диаволе, от храму и от дому сего, от дверей и от всех четырех углов. Нет в тебе, диаволе, части и участия, места и покою, здесь Крест Господен, Матерь Христова, Пресвятая Богородица, святой Петр, святые Евангелисты: Иоанн, Лука, Марк, Матфей, святые Архангелы, Михаил Гавриил, Рафаил, Уриил, Угассил, Егудиил, Варахаил. Силы небесные ликовствуют, святые Херувимы и Серафимы, святый Михаил, ныне по всей Вселенныя, по них же полки держит святый Петр палицу держа, здесь Рождество Предтечи, здесь тебе, диаволе, нет части и участия, места и покоя, не делай пакости, диаволе, сему месту и дому, и человеку, и скоту, и всем рабам Божим, беги отсюда во ад кромешный, где твой настоящий приют и тамо да обретайся. Слово мое крепко, яко камень. Аминь. Аминь. Аминь!

От духов нечистых

Боже Вечный, избави нас от пленения диавола, измы раба твоего (имя) от всякого действа духов нечистых, – и им бесом отступите от души и тела, от раба Твоего (имя), и да не пребудут, ниже таятся в нем, или на него нападающи, но да отбежит именем Твоим единородного Ты Сына, Господа нашего Иисуса Христа и Животворящего Креста, и Святого Твоего и Животворящего Духа от создания рук Твоих, да очистится от всякого диавольского действия, навета, преподобно и праведне, и благочестие поживает, сподобляем и Животворящих Тайн, единородного ты Сына и Господа Бога нашего, Иисуса Христа, с ним же благословен еси и пре-прославлен, с пресвятым и благим, и животворящим Ти Духом, – всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Да отбегут и отступят от дому сего и